Монстры тоже имеют право на жизнь

       День был прекрасен, солнце начинало подниматься, а петухи кричать. В доме вождя Иккинг ещё спал, но когда солнце начинало светить в глаза, он их лениво открыл. POV Иккинг        Я лениво приоткрыл глаза из-за того, что солнце мне светило в глаза. Я хотел ещё поспать, но вспомнил, что мне сегодня на тренировку. Я встал с кровати и пошёл умываться. Шёл по дому я не спеша, ведь на тренировку мне не хотелось, но всё-таки я преодолел свою лень.       Умывшись и поев, я пошёл на арену. Когда я пришёл, никого не было. Вот дурак! Я же забыл, что сегодня выходной. Эх, ладно, потренируюсь хоть сам.        Спустя четыре часа тренировки, я решил прогуляться по лесу. Я вышел с арены и врезался в Астрид. — Ой… Астрид, прости, я не хотел — извинялся я. — Пошёл ты к Хель со своими извинениями, Хеддок — рявкнула она. — Почему ты так груба ко мне? — спросил я её непонимающе. — А как я должна тебе относиться? — фыркнула она. — Ну, хотя бы, как к другу — протянул я надеждой в голосе. — Дружить? С тобой? — удивлённо переспросила Астрид и засмеялась. — Ты хоть понимаешь, о чём ты просишь? Зачем мне с тобой дружить, у тебе силы нет… Ну ладно с ней, ты даже не полудракон! — сказала она, не переставая смеяться.        Мне стало больно, ведь она раньше была моей лучшей подругой. Я помню, как пять лет назад мы с ней играли, рассказывали разные истории. Мы с ней были не разлей вода. Но со временем, она стала отстраняться от меня, а когда узнала, что я не превращаюсь в полудракона и вовсе перестала общаться со мной, она мне говорила только что-то вроде: «Отвали, придурок». Мне было больно слышать эти слова.        Я ушёл с арены с плохим настроением, ведь я понял, что мы с Астрид больше не будем друзьями. Может я смогу всё исправить, если признаюсь и скажу, кто я на самом деле… Но есть два вариант, что тогда произойдёт.        Либо меня наконец-таки зауважают и перестанут избивать и дразнить, Астрид снова станет моим лучшем другом, может даже больше, и я наконец перестану быть изгоем. Либо же меня испугаются, а потом нападут все, кроме Плеваки, убьют и повесят мою голову на арене…        Я думаю, вам не надо дальше объяснять , зачем я скрываю своё превращение. Ладно, хватить думать, надо сходить в лес, чтобы избавится от этих мыслей. Я шёл медленно по деревне. Шёл и думал о своём, когда… — Эй, Рыбья кость, а ну стой, — кричал мне Сморкала. Опять будет меня бить…        Прошло полчаса, когда я наконец дошёл до леса. Блин, как же меня Сморкала достал, постоянная избивает. Ну хоть на денёк мне отдохнуть даст? Я был в лесу, сидел на пеньке и рисовал на земле палкой дракона, который летал в небе, но меня отвлёк голос. — О, брат, посмотри, это же Рыбья кость, — Сказал какой-то подросток. — Да, точно кость, — усмехнулся второй. — Наверно, его мамаша настолько слаба, что не смогла родить полудракона, — когда я это услышал, у меня сузились зрачки. — Что ты сказал про мою мать? Повтори — холодно проговорил я. — Я сказал, что твоя мать ничтожество, ведь она не смогла родить полудракона, а родила обычного человека! — ухмыльнулся он, нагло глядя мне в глаза, и они оба засмеялись.        Меня поглотила ярость. Я стал превращаться в Индоминуса. Эти оба испугались, а я уже превратился. Они смотрели на меня какое-то время, а я на них. Конец POV Иккинг        Эти двое подростка приплыли с острова Берсерков. Они были точь в точь как Сморкала. Сейчас они смотрели прямо в глаза ящеру, а он на них. Потом Индоминус зарычал, а подростки закричали от страха и побежали от него.        Но Иккинг был гораздо быстрее их, он занёс коготь и напал на одного из них. Первый подросток остановился после нападения, а потом распался на две части. Из растерзанного тела тут же стала хлестать кровь. Повреждённые внутренности вываливались из рваной раны. Его уже ничто не спасёт. — Брат, нет!!! — кричал второй, но увидев, что ящер бежит на него, стал убегать.        Но пробежать ему удалось только метра два. Индоминус схватил его своими челюстями. Да с такой силой, что кровь Берсерка разбрызгалась и попала на ближайшие деревья. Когда Иккинг их убил, то успокоился и стал осознавать, что он сейчас наделал. Он превратился обратно в человека и не без ужаса посмотрел на изуродованные трупы людей. То, что он сделал собственными руками. — Что же я наделал… — прошептал Иккинг.        Ему было страшно, ведь он не хотел их убивать. Но он это сделал. Иккинг ещё постоял несколько минут, смотря на уже холодные трупы с застывшими на лицах гримасами ужаса, а потом побежал как можно быстрее домой, стараясь выкинуть из головы произошедшее.        Вот что бывает, если Иккинга привести в Ярость.