Учиться, учиться и еще раз мучиться

      Здравствуй, мама… Ёж мое! Мля… Тьма тебя за ногу! Дракона тебе в зад!       Я еле сдерживала маты, которые просто такие хотели быть услышанными, когда я увидела себя в зеркале…       Очнулась я всего час назад, а без сознания провалялась аж три дня! Все члены моей команды были со мной в одной 13-й палате, так как все палаты были забиты до отказа. И что такого случилось, что все резко в лазарет метнулись? Мне так и не сказали…       Как оказалось, парни проснулись еще вчера, но из-за одного лекаря недоучки, их оставили на повторную реабилитацию. Про прошедшие Игры ребята мне ничего не говорили, только сказали, что нас зачислили на Игры Смерти.       Койки стояли через ширму друг от друга, но, когда я проснулась, парни их сдвинули, чтобы они не мешали. Так как ребята были напряжены и чем-то угнетены, спрашивать или говорить мне не хотелось. Атмосфера не та.       Неожиданно Димон выдал:       — Чарка, а хочешь себя в зеркало увидеть?       Я кивнула, и парень, позабыв про гипс на правой ноге, резко ломанулся в коридор. Вернулся он почти сразу с огромным зеркалом, которое вроде стояло в сестринской…       Увидев себя в зеркале, вопросы по поводу, откуда зеркало, отпали… А маты явно хотели прорваться водопадом. Я вся в бинтах, но в гипсе, но в бинтах… Меня же, вроде, не так сильно задели! Начинаю вспоминать…       Получив сундук, Дем и Дима тут же выставили защиту, Терон с остальными ловцами отправился в забег за феей, а я с Нортом пошли на четвертый курс. Пятикурсники, думая, что им нет равных, между собой сражались, а наша команда тем временем разгромила всех четверокурсников. Точно помню, блеск метала, запах гари, когда, скрещивая мечи с врагами, появлялись искры. Боевые кличи умертвий, жалобный писк белого терирта, который сидел в сундуке одной из команд четвертого курса. Большого представителя кошачьих было жалко, но там вопрос стоял ребром: или я, или он. Когда из всех команд остались две: наша и команда некромантов с пятого — начался глобальный махач! Некроманты, это самые опасные соперники, они берут не силой, а числом! Но наш Димон еще тот прохвост. Оставив защиту сундука на Дема, некромант по-тихому поднимал чужих умертвий, увеличивая наши ряды. Выставив блок, я и Норт ели сдерживали могучих умертвий пятикурсников, вот сразу видно, что они готовились упорно! Столько крупных умертвий и все в прошлом были весьма опасной нечестью… хотя сейчас, после их смерти, я бы не сказала, что они слабые.       Точно помню гонг, Тер поймал чертову фею. Димо и Дем перехватили сундук и стали отходить к загону, Нортвиг выдвинулся за ними, а я осталась держать барьер, чтобы выиграть пару секунд. Одной держать щит, против огромного умертвия горного огра, мне было не по силам, поэтому я ослабила защиту и приготовилась бежать за остальными, но отвлеклась, когда услышала визг с трибун. Огр пробил ослабленный барьер и одним взмахом дубины вбил меня прямо в каменную стену. За мгновение ощутила, что все кости разом сломались, так же началось кровотечение, причем не внутренние… дубина у огра оказалась с шипами, и, как раз, один оставил в моем животе приличную дырень. Я начала кашлять кровью, а огр, как бешеный, понесся меня добивать. На мою защиту бросился Норт, но сам чуть не подставился. Я вовремя успела разрубить дубину напополам и снести умертвию уродливую и клыкастую голову.       Из-за потери крови начала терять сознание, переправляя все силы на регенерацию. Органы восстановились, на вот мышцы и кожа не спешили. Нортвиг пытался меня оттащить, но умертвие тесы, лесной фурии, охотно хотело меня разорвать. На какой-то момент я действительно отключилась…       Очнулась уже под барьером из темной материи. В ушах гремело… Вокруг были вспышки различных боевых заклинаний, и поднялась пыль. Голова болела жутко, будто по ней меня раз семь долбанули, но, опираясь на меч, я поднялась… Поняв, что все лупят, по какому-то странному огромному темному силуэту, который я не могла разобрать, так как в глаза попала пыль, решила действовать. Выйдя за приделы материи, которая пыталась меня удержать, я вложила последние силы в родовой меч и разрубила силуэт на две части. Всплеск крови, глухой шум падения, причем не только от разрубленного врага… я обессиленно упала и уснула… просто натурально уснула…       Припомнив все, вопрос о бинтах отпал… Но все равно. Даже голову перебинтовали, что я увидела свое лицо не с самого лучшего ракурса. Сразу проснулась самокритика, которая просто орала: « У меня ужасное лицо! Бледная кожа, мешки под глазами, под правым глазом еще и синяк! Кошмар! Губы разбиты, нос сломан, кажется будет горбинка… А уши… Они торчат, как у кого-нибудь зарубежного зверька! Волосы подпалены, а где-то и вообще разной длины… Да кто в такую меня влюбиться?!»       Захотелось плакать, ну вот честно… На внешность никогда не жаловалась, но сейчас… Горько, очень горько. Но больше меня пугало то, что скрыто под бинтами, которыми было обмотано все тело.       Со спины меня обнял Дем и прошептал:       — Не беспокойся, скоро придут лекари и приведут тебя в норму.       — Я…- голос осип от беспомощности и понимания, что станет только хуже… Знаю я этих, лекарек, мстительные дряни…       — Да, не беспокойся ты так, — демон стал водить по моему животу. Я еле ощущала его прикосновения через пижаму и бинты.       Я развернулась к нему и обняла, прислушиваясь к сердцебиению. Тихое и ровное… плакать расхотелось, но вот рыдать захотелось жутко.       Неожиданно дверь открылась. Я ждала кого угодно, даже ректора я была бы ряда видеть, но не его. Ритор с букетом ненавистных мной красных роз и противными конфетами с вафлями внутри застыл в дверях, увидев меня в обнимку с Демом.       У моего женишка нервно задергались глаза противно болотного цвета, что уложенные назад волосы приобрели привычный для меня кудрявый вид. По скулам парня забегали желваки от злости, от чего мое настроение прям-таки поднялось с плинтуса.       — Чарочка, — пошипел нежданный гад бабический, — а ты мне ничего не хочешь объяснить.       — Нет, — краткость сестра таланта. Я прижалась к Дему еще сильнее, но оставляя демону возможность дышать.       — Возлюбленная моя, может ты уже отпустишь этого ур… явно приличного и, надеюсь, хотящего жить парня и уделишь мне пару минут своего бесценного времени?       Взгляд болотных глаз стал злым, пугающим, но это я уже видела, так что…       — Не-е-ет, — пропела я и с самой широкой улыбкой потерлась щекой о грудь демона, которая стати была оголена до уровня живота.       Моя команда явно ржала, наблюдая, как один блондин начинает скалиться, а его нос дергаться, как у тролля, который почуял рыбу. Сама еле держалась, чтобы не заржать. Я уже предвкушала, что сейчас он взорвется от злости, психанет и утопает жаловаться к своему отцу, но…       Но Ритор резко выпрямился, расслабился, всех оглядел и выдал на самой веселой ноте:       — А, я понял! Это члены твоей команды! А не плохой состав! На какие Игры попали?       — Смерти, — ответил с насмешкой Терон.       Ритор помрачнел, но натянул вежливую улыбку, от которой меня заворотило.       Здраво понимая, что женишок не уйдет без своего, я отошла от Дема, который сначала не хотел отпускать. Я ласково улыбнулась парню, и, сделав каменную мину, пошла к Ритору. Хоть один плюс от моей жуткой внешности, может хоть она поможет мне его спугнуть. Рит протянул мне конфеты и цветы, которые, приняв, сразу откинула. Конфеты швырнула Димону, а цветочки Норту, на что потрошитель улыбнулся и елейным голосом выдал:       — Польщен, не ожидал! Мои любимые цветы! — он сдела глубокий вдох.- Неотравленные к тому же… Честно, очень приятно! Жаль Чара ненавидит розы.       По палате пошли смешки, и ироничные взгляды пали на Ритора. Самой захотелось поржать этому дураку в лицо, но я девушка терпеливая, поэтому просто вытолкала парня в коридор.       В мрачном коридоре не было народу, не удивительно, сейчас примерно час дня, а значит лекари на обеде, а у больных тихий час. Поняв, что мы один на один, Рит, как самый главный ублюдок во всей Империи, резко притянул меня к себе и попытался поцеловать, за что и получил по своей наглой мордашке.       — Стерва! — прошипел маг.       — Грязная постилка! — фыркнула я.       — Ты нарываешься, любимая! — почти прорычал Ритор, а мне от его «любимая» жестко стало воротить.       — Зачем пожаловал, отбросок общества? — тянуть я не люблю.       — Тебя навестить, ошибка Вселенной, — фыркнул Рит, ставя свою челюсть на место.       — Навестил, теперь вали! И не показывайся мне на глаза года три!       — Не выйдет, солнышко мое наглое, я капитан команды от своей Академии на Игры Смерти.       — Это еще не факт, — фыркнула я.- Не забывай про Межакадемический этап. Уверена, вашу команду вынесут.       — Да неужели, — в этом фрезе Рита я заметила знакомые нотки сарказма, как у ректора.- В моей команде тот, кого ты просто не ожидаешь!       — Ну-ну, — фыркнула я.- Время покажет. Вали!       — А поцеловать? — Ритор скрестил руки на груди и пристально на меня посмотрел.- Ты знаешь, без своего не уйду.       И я знала, каждый раз он требовал с меня поцелуй, но каждый раз меня спасали, случайно приходящие люди. Сейчас надежды мало… И вот как его не пугает мой внешний вид?!       Сдавшись, я сделала меленький шаг, к этой шпале, которая будет нашему ректору по ухо. Довольно ухмыляясь, маг стал нагибаться, но тут сработала пословица: вспомнишь г… то есть ректора, вот и он!       Шею тут же запекло и, понимая, что вряд ли Зерцель позволит магу меня поцеловать, я довольно отстранилась от женишка.       — Чара?! — возмутился магистр.- Кто позволил встать с кровати?! У тебя самые большие повреждения! Живо в палату!       — Я бы с радостью, — невинно хлопаю ресничками.- Но как видите, меня не отпускают.       — Кто?! — рявкнул ректор, что Рит застыл столбом.       — Да вот, — я указала, на мага, — одна издевка Тьмы.       Зерцель обратил внимание на столб в виде Ритора, самодовольно улыбнулся, что мне резко пить захотелось… желательно бочонок.       — Жених, — изрек магистр.- Теперь ясно, почему ты так за учебу цепляешься! Задохлик редкостный!       У Рита возмущенно округлились глаза, и забавно дернулись кудряшки. Парня, конечно, «задохликом» не назвать, как-никак, а военная подготовка, мускулатура, противный характер и мощная шея имелись, но сравнив его с ректором, все же согласилась с главой Академии.       — Как… Да как?! — пытался возмутиться маг, но Зерцель хмыкнул и, как истинный глава известного учебного заведения, выдал:       — Ритор Мирикти, по какому праву Вы проникли на территорию Академии и тревожите адептку Долорейт? Я не помню, что выписывал вам пропуск и давал право на посещение своей ученицы.       — Я ее жених, — вставил Рит.       — А я ректор! И в данной позиции выше вас! А сейчас будьте добры покиньте территорию Академии!       Болотные глаза моего женишка сверкнули, но ректор лишь хищно улыбнулся и сказал:       — Думаю, магистру Эвирелду будет очень приятно услышать о том, что его адепт проник в чужую Академию и пытался украсть свою невесту, которая может составить ему на Играх равную конкуренцию.       Ритор остолбенел вновь, а я еле дышала, поражаясь красотой ректора, когда он вот так, легко и просто угрожает кому-то. Захотелось есть и пить… Внизу живота стало тянуть… неужели я настолько голодна?       Из стен вышли духи охранники и, схватив Ритора, растворились. Я осталась с ректором один на один… Сердце билось через раз, шея пылала, губы пересохли… Я отвела взгляд и отвернулась, скрывая лицо        Ректор сделал несколько плавных шагов ко мне, развернул меня к себе, одной рукой осторожно приподнял мой подбородок, заставляя смотреть только на него, и прошептал:       — Ты прекрасна…