Учиться, учиться и еще раз мучиться

      Опираясь на моё плечо одной рукой, так чтобы сильно не давить, Рет начала переводить взгляд с меня на Зерцеля. Принц явно заметил, что я напряглась при виде магистра.       — Чар, — склонившись к моему уху, тихо начал друг, — я чего-то не знаю?       — Это одна из причин, почему я участвую в Играх Смерти, — буркнула я, не сводя с курка взгляда.       Он так же смотрел на меня, опираясь на шпагу, как на трость. И взгляд его был отчасти ироничным, им он будто говорил, что кто бы рядом со мной не стоял, то его из моей головы уже не выкинуть. От части это было так, забыть такой кошмар мне будет тяжело.       — Я могу убрать его с поста ректора.       На секунду я представила себе это. Жизнь на мгновение стала легче, но потом пришла мысль, что тогда Зерцеля перестанет тормозить то, что я его ученица, и меня похитят.       — Не стоит, — я качнула головой.       Ретрик принял мой ответ, но некие чертята забегали в его зеленых глазках. Просто надеюсь, он не выкинет что-нибудь, после чего мне будет стыдно. Дем, освободившись от хватки друзей, подошел к краю туннеля.       — А вы не спешили, магистр, — крикнул демон.       — В отличие от вас, оболтусов, которым не хватило сил сразить одно умертвие, мне пришлось сражаться с членами Ордена Чистых, а потом обегать дворец, чтобы зайти с этого входа.       Слова об Ордене Чистых, чуть ли меня не оглушили. Сразу вспомнился Ырон Петрович, бросающийся на меня с ядом. Не самые приятные воспоминания.       — Рет, будь добр, — тихо сказала я, кивнув головой в сторону центральной комнаты, где не было ни единой тропы, а лишь вода да плавающие кости.       Кронпринц лишь улыбнулся да щелкнул пальцами. Все тропы начали моментально восстанавливаться. Булыжники поднимались со дна резервуара, возвращаясь на свои прежние места. Даже мелкие кусочки и крошки стремились побыстрее вернуться обратно.        Когда тропы были полностью восстановлены, Зерцель вышел на центральную платформу, даже не подумав проверить, а крепка ли конструкция.       — Прекрасные навыки бытовой магии, — похвалил магистр принца.       Тот лишь слегка склонил голову, но я заметила, как дернулись уголки его губ.       Ретрик был редкостно одаренным и сильным магом, можно сказать, что он был гением или же феноменом в магии. Все считали, что главная его способность это магия света и ветра, но мало кто знал, что он обладал магией времени. Со способностями к магии времени маги рождались крайне редко, эта отрасль не была полностью изученной, так же как и феномен появления её. Некоторые считали, что это уникальный ген, другие верили в божественное явление данного дара, еще была теория о проклятье. Одно время я относилась к первым, однако семейное древо императорской семьи не имело еще одного носителя такого дара. Мы с Ретом, когда изучали возможность происхождения его сил, сошлись на том, что все же у кого-то он был, просто не пробужденный, но, после встречи с Тьмой и Смертью, я склонна верить в божественное вмешательство.       Так как магия времени крайне редка, императорской семьей было решено скрывать способности кронпринца, чтобы не навлечь на него беду. О даре знал лишь узкий круг семьи и доверенных людей, для всех остальных, кто мог наблюдать данную магию в исполнении Рета, она оказалась просто хорошей бытовой магией по восстановлению предметов.       — Бараны мои, раненные есть? — Зерцель обвел нас всех внимательным взглядом.       Дима к тому моменту уже раскатал рукава и спрятал руки в карманах брюк. Он пострадал больше всех из нас, но молчал, делая вид, что здоровее всех живых.       — У Димы скверна на руках, — сдала я друга с потрохами.       Некромант обернулся ко мне и смерил возмущенным взглядом, мол, какого хрена я творю. Но это было для его же блага, так как пусть Зерцель и являлся не самой приятной личностью, но был достаточно опытным и сильным магом, чтобы вывести скверну из организма человека.       — Сумеречный, когда я недавно похвалил ваш талан в некромантии, я не намекал на то, чтобы вы начали им себя убивать, — Зерцель сосредоточил полностью свое внимание на Диме.       — Там ничего страшного. Считайте, просто сделал себе маникюр, — отмахнулся парень, продолжая держать руки в карманах.       — Живо ко мне, — тихий рык ректора заставил меня съежиться.       Меня будто водой окатило! Я чувствовала его страх… чувствовала, что за своим высокомерием сейчас он скрывает боль… чувствовала волнение, беспокойство, одиночество… Было странно ощутить все это, ведь я думала, что связь все же немного притупилась между нами, но видимо только с его стороны. Я чувствовала все так, будто это было со мной, хотя и так все эти чувства были связаны с моей персоной. Я закрыла глаза и попробовала сосредоточиться на его чувствах и мыслях, но не успела хоть за одно уцепиться, как меня выкинуло.       Немного растерянно поморгав, я посмотрела на курка. Рядом с ним уже стоял Дима, кривя лицо. Зерцель вытягивал из парня скверну, осторожно и планомерно. Она осторожно стекала по венам парня к его открытым вверх ладоням и покидала его тело в виде липкого, тягучего, черного сгустка, агрессивно дергающегося во все стороны. Ректор сразу её запечатал в сферу и сжег, чтобы скверна не смогла ни на кого переброситься.       В этот момент я вспомнила один из снов, что мне приснился в Аду, тогда еще Зерцель маленькой мне читал книгу по лечению хвори. Я помнила эту книгу с детства, много разных терминов и формул, а также рисунков человеческих тел под разными видами хвори. Скверну относили именно к хвори в результате избыточного применения магии смерти, которая сама приближала своего носителя к границе миров. Её лечение было описано как крайне сложное и энергозатратное мероприятие, в конце с припиской об обязательном сжигании самой скверны. Как странно, почему именно этот сон он выбрал для своих странствий по моей голове…       Закончив с Димой, магистр еще раз нас оглядел.       — Ни у кого больше ничего нет? Геройствовал один Сумеречный?       В этот момент Димон самодовольно хмыкнул, пусть и косвенно, но его похвалили. Правда, боюсь, ректор не совсем похвалу имел в виду, скорее оскорбление.       — Чара? — Зерцель одарил меня внимательным взглядом своих холодных глаз.       Меня снова будто водой окатило!       Видимо за стрессом и переживаниями, я от его чувств ограничивала себя машинально. Как сказала сестра Тера: когда мы сильно сами о чем-то переживаем или задумываемся, мысли и эмоции оппонентов просто уходят на задний план и не высовываются, пока мы сами не даем себя передышку в мыслительном процессе. Видимо я дала себе передышку, так как каждый его взгляд отзывался болью в сердце.       — Ни царапинки, — коротко и немного на военный манер отрапортовала я.       — Хорошо…       С этими его словами пришло некое облегчение, правда не мне, а ему, но каждая его эмоция проходила через меня. Да что это, Тьма, такое?! Раньше же такого не было! Ни одна его эмоция так меня не задевала, даже наоборот они обходили меня, а сейчас будто пытаются утащить за собой.       Почему-то подумала, что это обратный эффект от моего вмешательства в нашу связь, но даже если это и так, то оно не должно было накрыть так сразу. Я терялась, пытаясь отогнать от себя чужие эмоции и при этом держать лицо каменным.       «Раньше он чувствовал все также, как и я, » — эта мысль застряла в голове. И мне стало его жалко. Пусть я и считаю себя холодным человеком, но все же многое через себя пропускаю, а он все это чувствовал и терпел… Боги, ну за что вы одарили меня совестью?       Когда это все закончится, надо будет поговорить с ним…       — Ваше высочество, вы замечали что-то странное до нападения умертвия? Откуда оно появилось? Куда делись все придворные маги, которые должны были остаться с вами?       Зерцель задавал вопросы так, будто был сыщиком. Хотя с его-то призваниями ко всему, не удивлюсь, что и к ведению расследований талант у него есть. Мы все посмотрели на Ретрика, ожидая ответов. Нам и самим было интересно, как же так вышло, но когда умертвие нападало, а сам принц был близок к грани, то было не до выяснения обстоятельств.       — Когда группы расходились по туннелям, ничего не произошло. По крайней мере, я ничего не заметил, — начал Рет, уверенным шагом направляясь на центральную платформу к Зерцелю и Диме, что стоял рядом. Я плелась рядом, пусть уже не поддерживая друга, но следя за тем, чтобы ему не стало плохо.– Трое магов, как и полагалось, остались со мной, после того, как все разошлись. Мы стояли здесь, — он коснулся железного столба, — следя за веревками. Веревка ваших адептов натянулась самой первой из всех. Это меня удивило, так как самый короткий путь это первый, но долго думать мне не дали. Умертвие поднялось из воды под нашими ногами и первым, что сделало, так это сожрало моих сопровождающих. И раз мы с вами не видим всплывающих свежих тел, то могу предположить, что ядро данного умертвия было создано магией отступников.       — Вашу ж мать! — ругнулась я и тут же сама себе прикрыла рот.       Ну, что за комбо дня?! И Орден Чистых, и отступники… Прям праздничный букет для любителей приключений! Боги, почему нельзя просто конфет подарить…       Раздражение и злость взяли вверх надо мной.       — Надо найти остальные группы, — я начала вертеться на одном месте, не зная, куда себя деть.       Помимо нашей группы было еще четыре, и все они могли сейчас быть в опасности. И если за группу, где был Вархар, переживать стоило меньше, так как в его способностях я была уверенна, то другие могли уже быть на волосок от встречи с Богом Смерти.       — Адептка Доролорейт, — от такого обращения я замерла и обернулась к Зерцелю, — вы сейчас же будете отправленный к дворцовой охране через портал. Вместе со всеми. И это не обсуждается!       Он был очень зол. На лице даже проступили чешуйки, а зрачки вытянулись чуть ли не до тонких ниточек. Под таким его взглядом я даже была готова отступить, но рядом уже встал Дима, приобняв меня за плечи. Некромант обаятельно улыбнулся ректору и даже не смутился, когда тот начал тихо рычать.       — А вот я, — начал Димон в привычной ему манере, — полностью согласен с нашей Чарой. Тут все детки избалованные, опасности не знавшие. Секунда промедления и все, свежие трупики! Да и отыграться надо. Лавры за умертвие забрал Дем, со своим комплексом спасителя, а с Орденом вы разбирались. Так что если хотите, магистр, то скатертью вам дорога! Как говорится, попутного ветра вам в… под хвост!       — Сумеречный…– Зерцель уже закапывал глазами некроманта.       — Я с ними согласен, — сказал Дем.       — Как собственно и я, — не менее обаятельно, чем некромант, заулыбался Ретрик.– И как член императорской семьи я несу за всех, здесь ответственность. Поэтому одобряю операцию по нахождению остальных участников проверки каналов.       Я прям чувствовала, как Зерцель горит желанием всех нас прибить и похоронить в братской могиле. Честно, даже мельком смогла пробраться в его голову и увидеть эту его фантазию. Лопатой он там орудовал знатно…       — Чарка, команду, — Дима потряс меня за плечи, заставляя покинуть чужие фантазии.       — В какой проход пошел Вархар? — сразу сориентировалась я.       — В пятый, — принц махнул на пятый туннель.       — Отлично, Дима и Дем, пойдете в пятый туннель вдвоем. Кроме меня, Димона и Ретрика, Вар никого не знает, поэтому лучше, чтобы было хоть одно знакомое лицо. Теру и Норту лучше пойти во второй, так как туннель извилист, а с их чутьем будет легче почуять опасность. В четвертый тогда пойду я и Ретрик.       — Ты пойдешь со мной, — от злобного голоса Зерцеля я чуть не вздрогнула.       Кажется, у меня выработался патологический страх этого василиска.        — Магистр, — я пыталась держать лицо каменным, — вы из нас всех самый сильный, поэтому логично будет отправить вас одного в первый туннель. Он самый короткий, так что, пройдя его и отправив людей в безопасное место, вы сможете подойти и подстраховать остальных, если понадобится помощь. Кронпринц еще не полностью восстановлен, и я одна из немногих, кому он может довериться. Даже если вы предложите сейчас поменять пары еще, то я откажусь.       Он уперто сверлил меня глазами, давая понять, что не примет моего решения, а потому я пошла на самый, наверно, подлый трюк.       «— Мериус, прошу тебя, » — мысленно произнесла я, и он услышал.       Его лицо сначала вытянулось, как от удивления, будто он не верил в произошедшие. Зерцель поджал губы, с сомнением глядя на меня.       «— Я умоляю тебя, Мериус.»       Его плечи тут же опустились, а на губах заиграла ироничная легкая улыбка. Лениво он поправил волосы и посмотрел на меня. Маска, что все еще была на его лице, как собственно и у всех нас за исключением Норта, не мешала мне увидеть его пронзительные серые глаза. Они отчетливо говорили мне о том, что если в опасности окажусь я, то он бросит всех и вся, чтобы спасти меня. Почему-то это не казалось мне такой уж прекрасной перспективой. Возможно это из-за военного воспитания, где чувства уходят далеко и надолго, но если такая ситуация произойдет, я буду молить его спасти других.       Моя победа в споре была признана после легкого кивка магистра.       — Раз все согласны, то, — я довольно достала из подпространства амулеты связи, что запрятала еще дома, и раздала по одному на каждую команду. — Держимся все на связи. Как находим людей сообщаем, как покидаем туннель тоже, в случае опасности тоже самое. Если всем, все понятно, то расходимся.       Без лишних слов мы разошлись по указанным мной туннелям.