Одно лето Драко Малфоя

- Прохлопал Снейп свое призвание, - философски заявил Квисли, выходя из камина в особняке Малфоев. – «Выполняйте». Ему бы фронтом командовать. Малфой подумал, что руководство факультетом чем-то напоминает армейское командование, но эта мысль, мелькнув, исчезла. В холле царил разгром, мебель расшвырена, вместо камина – огромная дыра в стене с толстым слоем копоти. В воздухе все еще пахнет гарью. В стенах длинные трещины, точно дом тряхнуло землетрясение. Драко вздохнул. Он хлопнул в ладоши, призывая домовых эльфов, но никто не появился. Малфой хлопнул еще раз. Никого и ничего. Пустота. - Сбежали все ваши эльфы, - констатировал Квисли. - Такого быть не может, - поморщился Малфой, - они не покидают своих домов. Странно. - Вскрой конверт, - напомнил Квисли. Пергамент с треском разорвался, отскочила печать. С листка бумаги сорвалась стайка букв и ввинтилась в ухо Драко. Тот вскрикнул от жгучей боли, точно в ухо плеснули кипятку. В ушах зазвучал голос профессора Снейпа. Дарко от неожиданности даже оглянулся через плечо. Казалось, преподаватель вышел следом за ними из камина. - Вы отправитесь в покои, отведенные лорду, - говорил голос Снейпа, - дверь открывается ключом, который лежит под ковриком, вы вытащите из стены третий кирпич слева от двери, заберете все предметы, лежащие в тайнике и немедленно вернетесь в Хогвартс. Не повторяйте моих слов вслух. - Пошли, - сказал Малфой. Квисли пристал с вопросами, но Драко помотал головой: - Ничего не скажу, помолчи. Они поднялись по лестнице, миновали длинный коридор и по еще одной лестнице спустились в подземелье. Оно уцелело от разгрома, но и здесь в стенах зияли трещины. «Спрятать ключ под коврик» - ухмыльнулся Драко своим мыслям, - «Лучше не придумаешь в доме, где подумают о любых чарах, но не о таком простом способе». - Слушай, - вдруг напряженным голосом проговорил Квисли. Малфой тоже слышал этот тонкий шуршащий звук. Из трещины в стене появилась змеиная голова. Тело Нагайны лилось и лилось из длинной щели, наливалось мощью. Прошло несколько секунд, и перед мальчиками высилась огромная змея, головой почти упираясь в потолок. - Палочку, Малфой! - крикнул Квисли. Драко заледенел. Он так давно пользовался палочкой, что забыл, где она. В карманах мантии ничего не было. - Нет ее! - отчаянно закричал он. Квисли вдруг запел. Он выпевал один только звук, переходя с одной ноты на другую, покачивась всем телом. Этот фокус произвел удивительное действие. Злобный огонек погас в глазах змеи, она тоже начала покачиваться. Малфой готов был поверить, что змее нравится это пение. Он очень медленно нагнулся и вытянул из под коврика ключ. Даже от очарованной пением Нагайны хотелось поскорей скрыться. Драко вложил ключ в скважину. - Поздравляю вас, мистер Браун, - голос Темного Лорда прозвучал так неожиданно, что вздрогнула даже змея. Квисли перестал петь. По лестнице спускались Воландеморт, Беллатрисса Лейстрендж и Кощей Бессмертный. - Ваши практические познания бывают чрезвычайно полезны даже в этом запутанном и странном волшебном мире. Вам все еще не хочется служить мне? Квисли не ответил. - Жаль. Он поднял руку с палочкой - Авада…. «Мама!» - подумал Драко и закрыл глаза, чтоб не видеть смертельной зеленой вспышки. Но вместо последнего слова и вспышки раздалось проклятие. Кощей внезапно ударил Воландеморта по руке, чуть не выбив палочку. Он, оказывается, не забыл, кто выпустил его из тюрьмы. Рука Драко сама собой повернула ключ, мальчики метнулись в комнату и захлопнули дверь. Оба с трудом переводили дух. Квисли был очень бледен. - Что теперь? - спросил он. Малфой бросился к стене, торопливо отсчитал нужный кирпич, вынул его и просунул руку в тайник. Он нащупал что-то жесткое, похожее на волосы и вытащил древнюю-древнюю мертвую голову. В затылок была воткнута игла. Еще в тайнике обнаружилась пустая коробочка, сделанная из берцовой кости человека. Квисли с любопытством наклонился над плечом Малфоя. - Что это? - Почем я знаю? - огрызнулся Драко. Раздался удар в дверь. Открыть ее с помощью магии было невозможно, и дверь атаковала Нагайна. - Что будет, если вытащить иглу? - Не делай этого! Но Квисли успел дернуть. Мертвая голова разжала губы и заговорила. - Кто призывает меня? - спросила она мертвым голосом. Все новые удары в дверь. Драко и Квисли недоуменно посмотрели друг на друга. - Драко Малфой... Голова помедлила и заговорила снова, но теперь тембр ее голоса изменился. - Я Арманд Малфой, зачем ты тревожишь меня? - Как нам выбраться? - спросил Драко, чувствуя, что сейчас можно не вдаваться в подробности. Дверь с грохотом рухнула. Драко, держа мертвую голову за волосы, повернул ее к Воландеморту. - Лорд Воландеморт! - крикнул Драко. На этот раз голос загремел так, точно заговорила сама преисподняя. Стены зашатались. - Я Салазар Слизерин! Ты предан, беги, спасай свое могущество! Лицо Воландеморта исказилось. Он схватился за грудь, тело его изогнулось, как от сильной боли. Силуэт его начал множиться. Шатаясь, он бросился прочь. Следом попыталась кинуться Беллатрисса, но Кощей ухватил ее за руку. - Ректусемпра! - взвизгнула женщина. Заклинание отрезало ей руку. Хлынула кровь. Белластриса кинулась следом за Воландемортом. За ней поднялась стена огня, отрезая погоню. - Никогда мне не везет с женщинами, - пожаловался Кощей. - Что такое «не везет» и как с этим бороться, - сказал Квисли и вдруг истерически захохотал. На то, чтоб успокоить его, понадобилось несколько минут. В конце концов Малфой дал другу затрещину. Квисли это уняло, а сам Малфой почувствовал, что враз успокоился. Он и сам был близок к тому, чтоб зарыдать. Он сунул иглу в голову, и она рассыпалась, осыпав его руки прахом. Он машинально ссыпал его в коробочку и закрыл крышку. - Давайте выбираться, - сказал он. - Нам нужно обратно в Хогвартс. - Хотите, на моем коне отправимся? - предложил Кощей. - Мигом домчу. - У нас летучий порох, - сказал Квисли. - Тогда прощайте, - воскликнул Кощей. - И мне пора бежать. Услуга за услугу, мы в расчете с тобой! Мальчики пошли наверх. - Как же огонь развести? - растерянно спросил Квисли. - Спичек в доме нет? - Не зли меня, - проворчал Драко. В дальнем углу появился домовой эльф. С низкими поклонами он приблизился к Малфою. Со всех сторон появлялись все новые и новые эльфы. Когда дом покинула грозная Нагайна, они вылезали из своих убежищ. - Разведите огонь, - приказал Драко. Вода закипела. Малфой с сожалением оторвался от увлекательных воспоминаний и уставился на доску. Квисли ожесточенно шинковал корень чертополоха, попутно объясня Малфою, что мир лишается еще десятка крокодилов только ради того, чтоб олухи, вроде него, могли загубить очередной состав. Он не чуял надвигающейся беды. Злой колдун профессор Снейп, мирно читавший газетку на преподавательском месте, поднял голову. - Мистер Браун, мистер Поттер и мистер Лонгоботтом, - негромко проговорил он, - за отдельный стол. - Я-то здесь при чем?!!! – взвыл ни в чем не повинный Поттер. Снейп подобрал со стола волшебную палочку и молча указал ей на стол в дальнем углу. Котел Поттера, окруженный венцом пламени, поднялся в воздух и приземлился в указанное место. Поттер, всем видом выражая бунт и озверение, с шумом сгреб инструменты в сумку и отправился следом. Квисли бросил на Малфоя предсмертный взгляд и поплелся туда же, преследуемый по пятам собственным котлом. Снейп с высоты преподавательского места удовлетворенно оглядел вновь образованный коллектив и снова углубился в чтение. Газета у Снейпа закончилась вместе с уроком. Он без радости вернулся в мир преподавания, поднялся и пустился в обход класса. Перед столом Елена Волчек он задержался и даже изволил лично помешать черпаком в ее котле. Елена была новой слизеринской достопримечательностью и по общему мнению бальзамом на истерзанную душу профессора Снейпа. Она обладала врожденным талантом к зельям и даже осмеливалась спорить со Снейпом. Елена была маленькая пухленькая растрепанная блондинка, вечно завернутая в продранные шали поверх засаленной мантии. Говорила она хриплым шепотом, но по большьей части предпочитала отмалчиваться. В ее левом глазy зрачок имел форму замочной скважины, говорили, что им Елена видит все, что обычно скрыто от посторонних глаз. Ее повсюду сопровождала черная кошка, соглашаясь оставить свою хозяйку только во время занятий. «Слизерин, который мы потеряли», - называл Ольгу Квисли и слегка ее побаивался. Малфой ревниво покосился на Елену. Как джентльмен, он не мог не признавать ее превосходство, но давалось это нелегко. Мимо его стола Снейп прошел, даже не остановившись. Малфой с интересом оглянулся на штрафников. Котел Невилла почти угас, а у Поттера из котла вдруг повалил густой черный дым. Снейп проследовал на учительское место, с высоты которого приказал всем, кроме Поттера, Долгопупса и Квисли сдавать работу. Еще один урок зельеварения подошел к концу. Стоял промозглый ноябрь, замок Хогвартс стойко противостоял напору ветра и потокам ливня, а внутри катился своим чередом самый обычный учебный год. Самый обычный. Когда Малфой вспоминал события этого удивительного лета, они казались ему волшебным сном. Но ведь это произошло с ним в действительности. Всякий раз, когда он спрашивал у Квисли, не приснилось ли ему все это, тот мотал головой и говорил: - Не приснилось! И это было хорошо, потому что сном оказалась бы и Джесси. Милая Джесси. Они были наконец отпущены в больницу Святого Мунго, и Малфой побрызгал на родителей живой водой, а Квисли заклинанием убрал изо рта, ушей и ноздрей Джесси волшебный воск. Желтоватые сгустки упали на пол и растаяли. Джесси лежала, как мертвая. Малфой с глубокой жалостью обнял ее и поцеловал в посеревшие губы. Должно быть это был волшебный поцелуй. В лицо девушки постепенно вернулись краски, она открыла глаза и так ласково улыбнулась Драко, точно только его и мечтала увидеть в своем зачарованном сне. В раздел неприятности приходилось отправить отношения с родителями. Правда произвела на чету Малфоев такое действие, что Драко до конца лета оказался предоставлен сам себе. Официальный Малфой-мэнор молчал. Драко поселился у Квисли, зато они с Джесси виделись каждый день. Малфой узнал много нового о заклинаниях, потому что Джесси училась на медика и знала латынь. Послушав, как волшебники произносят заклинания, она заткнула уши и дала Квисли свой учебник латыни. - Я бог, - скромно заявил Квисли, прочтя две главы. - Я могу так усовершенствовать заклинания, как никому и не снилось! Магия, ты у моих ног! Последний летний месяц промелькнул, как один солнечный день. Джесси приходила каждое утро, варила божественный кофе и делала крошечные бутербродики со всем на свете. Квилп полюбил ее еще сильней, чем Квисли, приветствовал низким поклоном до самой земли, а потом ревниво охранял на кухне, почтительно ассистируя. Еще эльф оставлял ей в туфельках монетки, которые выпрашивал у Квисли. Малфой ему денег не давал, так как считал, что это предрассудок и суеверие. Отпивая из своей чашки, Джесси рассказывала забавные истории из жизни анатомички. Драко и Квисли переглядывались и старались не ежится. - Вот где старине Снейпу само место, - философски отметил Квисли, не уточняя, о чем он. А однажды утром Малфой официально заявил: - Мне нужно в Косой переулок. Официальный тон служил для сокрытия волнения. Драко понимал, что странен. - Зачем тебе туда? - спросил Квисли. - Я хочу купить Джесси волшебную палочку. Да, Драко понимал, что странен, но Квисли оказался верен самому себе. - Пошли, - просто сказал он. Вместе они явились в лавку Олливандера. - Волшебная палочка, - принимая свой самый надменный вид, распорядился Малфой. - Девушка, рост пять футов четыре дюйма, кожа светлая, цвет волос золотисто-рыжий. Материал на ваше усмотрение. Квисли трудолюбиво кивал. - Но мы продаем волшебные палочки только лично, - развел руками Олливандер. - У Драко появилась девушка-магла, - объяснил Квисли. - Это для нее. Оллливандер покачал головой. Высокомерное выражение на лице Драко его не обмануло. - Волшебная палочка — не игрушка, - веско сказал он, и Малфой почувствовал себя дурак дураком. Олливандер пристально смотрел на него. Удержать на лице презрительное и высокомерное выражение становилось все трудней. - Впрочем, - вдруг сказал Олливандер. - Если палочка полюбит вашу девушку, то сделает для нее маленькое чудо. Посмотрим, может быть, я смогу что-нибудь сделать для вас. Как зовут вашу девушку? Палочка из вишневого дерева с волосом вейлы внутри была выбрана и куплена. - Ну, ты даешь, - сказал Квисли, когда они вышли из магазина, - Настоящий Малфой, взгляд, осанка. Да тебя можно в зоопарке показывать. Малфой обыкновенный. И двойная решетка под током. Малфой вручил палочку Джесси, и она так изящно легла ей в руку, точно девушка родилась с ней. - Настоящая! – предупредил Квисли. - Она греет мне руку! – вдруг воскликнула Джесси. - От нее тепло в руке. Драко и Квисли с волнением переглянулись. - Произнеси какое-нибудь заклинание! - воскликнул Малфой. - Любое! Люмос! - Люмос! - произнесла Джесси. Но ничего так и не произошло, каких-только заклинаний они не пробовали. - Милая Джесси, - печально сказал Квисли. - Ты очень сильно переросла магический мир. Совсем как Энакин Скайуокер свои падаванские годы. Это мы, ослы необразованные, болтаем заклинания, которых сами не понимаем, и машем палочками, даже не догадываясь, почему ей нужно махать то так, то эдак. Невежество — краеугольный камень магии, а ты столько всего знаешь, для тебя «люмос» - это не заклинание, а латинское слово, существительное в именительном падеже. - Мальчики, - сказала Джесси, беря Драко и Квисли под руки. - Зато я верю в вас. Вы самые волшебные волшебники. Это сразу бросается в глаза. - Да? – польщенно спросил Квисли. – Почему? - Вы необычно выглядите. У Драко такие сияющие глаза, а ты двигаешься очень грациозно… и даже это не главное. Из всех моих знакомых только вы двое выглядите по-настоящему счастливыми людьми. - Даже когда Малфой хандрит? Время от времени на Драко нападала фамильная мирихлюндия. Тогда он с кислым лицом сидел на диване, ничего не желал, в разговоры не вступал. Джесси и Квисли мирно играли в монополию или смотрели телевизор. Пытаться расшевелить Драко было опасно. В таком состоянии он был агрессивен. - Тогда он напоминает сурового плюшевого медведя, - сказала Джесси, и мальчика расхохотались. Драко упорно учил Джесси заклинаниям, потому что ей шло колдовать. Он водил ее рукой, а Квисли исподтишка махал своей палочкой, и Квилп превращался то в Микки Мауса, то в кролика Роджера. Где они только не побывали втроем. Добрались даже до Франции, причем Малфой впервые в жизни летал самолетом и вынужден был признать, что такой способ передвижения гораздо комфортабельней, чем на метле. Еще его очаровали стюардессы: такие красивые и такие приветливые. Он так и не сводил с них взгляда, хотя Джесси и Квисли с двух сторон наступали ему на ноги и пихали в бок. А в самый последний день перед возвращением в Хогвартс они пошли в тот самый парк. Малфой нес в руках метлу. На полянке в парке он оседлал метлу, Джесси села впереди него. - Лучше Малфоя летает только Поттер, но он гоняет и лихачит, - заверил Джесси Квисли. Метла пошла вверх, Джесси скользнула в объятия Драко, и он почувствовал, что может поцеловать ее по-настоящему. Квисли внизу выражал свой протест громким свистом и топотом.