I. Задевая мою гордость
16 апреля 2018 г., 23:20
Инициативность и уныние трудно совместимы ©Боуви К.
Завывающий ревом дикого зверя ветер, закручивающий в вихре маленькие снежные узоры, бьет по лицу не слабее хлесткой пощечины, отвешенной тяжелой рукой разочарованной женщины. Не то, чтобы Леви часто был в немилости слабого пола, да и вообще особо много контактировал с ним вне рабочего времени. Но раз в своей пропитанной авантюризмом жизни в Подземном городе он невольно испытал на собственной шкуре этот унизительный акт женского «несогласия», вызвавший неконтролируемое желание ответить подобным жестом. Супруга его подчиненного, погибшего во время выполнения очередного сомнительного дельца, четко дала понять, кого именно она винит в произошедшем звучным шлепком и покрасневшей спустя некоторое время отметиной на его щеке. Однако распускать руки с женщинами Леви не привык. И проглотив все острые фразы вместе с неприятным послевкусием от произошедшего, молча протянул ей сверток с деньгами, по праву принадлежащий новоиспеченной вдове. Гордость — дело правое в какой-то степени, но когда тебе нечем кормить детей, можно наступить и на ее горло. Поэтому выхватив деньги из его рук, она бросилась к выходу, не забыв напоследок одарить его полным ярости и жгучей, нестерпимой боли взглядом, оставив на правосудие собственной совести. Выйдя на тропу преступности, человек осознанно подвергает себя риску. И ее супруг не был исключением из правил, четко представляя возможный исход своего ремесла. Знала бы она, что была единственной, безнаказанно ударившей невысокого, темноволосого педанта. Еще и по лицу, что Леви воспринимал крайне оскорбительно. Так что он с лихвой искупил свою вину, если таковая имелась. Хруст снега под толстой подошвой прошитых изнутри мехом сапог практически теряется в постепенно стихающем скрипе побеспокоенных неугомонной стихией стволов деревьев и шорохе еловых веток, покрытых обилием сыпучей, белоснежной массы. Льдинки, словно острые копья, впиваются в онемевшую от холода кожу лица, пока под широкий рукав не совсем подходящего по размеру пальто проскальзывает оцепеняющий воздух. Щурясь в попытке защитить глаза, Леви всматривается в застеленную пелену, сквозь которую не видно даже очертаний местности. Зимняя вылазка, чтобы укрепить боевой дух солдат? Бесценный опыт? Что за вздор! Всего лишь очередная безумная идея четырнадцатого главнокомандующего Разведкорпусом. Зная ее непрошибаемую тягу к экспериментам не понаслышке, чему он, стало быть, удивляется? Так же, как и некстати подвернувшейся пропаже Эрена Йегера, что, как обычно, дав волю совершенно не той части тела, какой пользуются большинство здравомыслящих людей, к коим этот субъект не относится, сумел затеряться посреди нагрянувшей во время их тренировочного похода пурги. Понимая, что остальных членов отряда ни в коем случае нельзя подвергать опасности, Леви принял взвешенное решение заняться поисками Йегера после окончания природного ненастья. И под одобрение Ханджи Зоэ приказал подчиненным двинуться в штаб. Трясущимися руками укрывшая лицо теплым капюшоном Саша Браус немного нервно переглянулась со стучащим зубами Конни Спрингером, лишенным дополнительного согревающего кожу головы элемента, как волосы, учитывая, что его «ежик» оказывал малую долю желаемого эффекта. Нахохлившийся Жан, вжавшийся в самые плечи, взглянул на притершегося к нему Армина, явно не ощущающего должного тепла несмотря на наличие силы титана. Не сказать, что они были в восторге от решения командующего состава, но их доверие к вышестоящим по званию не раз оправдывало себя. Почему же не послушать и в этот раз? Однако Леви знал, где он встретит ощутимый протест. И зафиксировав внимание на углубившей дыхание Микасе, чьи ноздри яростно расширялись при выдохе, а грудная клетка излишне высоко вздымалась, визуально демонстрируя ее ярость, сделал медленный шаг в ее сторону. — Мы отступаем в штаб, — сухо произнес он, не дернув ни одним мускулом на лице. — Нет, — резко выдала она, решительно выпрямившись в спине. «Вот ведь… Зудящая в заднице заноза», — чуть сузив веки, прорычал про себя Леви. Можно было бы сослаться на слабый слух. Но у Микасы он был сравним по остроте разве что с навострившейся ланью, учуявшей опасность. Очередной поток ветра небрежно скинул капюшон с ее головы, отчего темно-угольные пряди немного взъерошились на ветру, частично покрыв ее лицо, а глаза рефлекторно зажмурились в попытке защититься от снежного потока. Мужчина невольно провел ассоциацию с лисицей, которую он однажды встретил в холодное время года при схожем ненастье. Пригнувшись к земле, зверь также зажмурился, после чего, встрепенувшись, тем самым отряхнув шерсть от снега, из-за чего она встала дыбом, словно от электрического разряда, прыгнул в ближайшие кусты. Заметно съежившись, Микаса потянулась покрытыми толстой кожей перчаток руками к краю слетевшей детали зимней экипировки. И с усилием натянув ее на голову, снова устремила решительный взор на капитана. — Я найду его, а вы возвращайтесь. Леви понимал, что словами ничего не добиться, да и времени на уговоры совсем не было, судя по влажному кашлю Флока, выступающему в качестве первых признаков возможного недуга. Ни капли не изменившись в лице, он двинулся в сторону отдаляющейся рядовой, явно не намеревающейся отступать от своих принципов даже ради соблюдения предписанных уставом правил. — Так или иначе, ты подчинишься, отродье, — услышала она за своей спиной раздраженное ворчание. Не ожидая подобных действий, Микаса даже не успела развернуться, когда она перестала ощущать под собственными ногами твердую землю в виде рыхлых сугробов. Заваленная на не самое широкое мужское плечо, полуазиатка рисковала окончательно соскользнуть головой вниз, пока твердые ладони капитана не обхватили ее ноги. — Что?.. — только и смогла выдохнуть она, когда лицо покрыли мягкие немного неровно подстриженные пряди, чуть колышущиеся на ветру при каждом шаге мужчины. — Пустите меня сейчас же! Не соблаговолив даже ответить ей, Леви снова прокрутил свой план в голове. Изначально, он рассчитывал на меньший вес, зрительно прикинув параметры девчонки, позабыв учесть немалочисленную мышечную массу, что создавало определенные трудности. Однако позволить этой неучтивой девице подрывать его авторитет на глазах других подчиненных он никак не мог. — Капитан! Я требую, чтобы вы немедленно поставили меня на землю, — продолжая свои попытки вырваться, решительно рычала Микаса. — Не все так бездушны, как вы! Получив очередной ушиб, явно к ночи преобразующийся в синеватую отметину, Леви с усилием швырнул ее в сугроб, чувствуя, что еще немного, и вместе с твердолобой рядовой нырнет в свежевыпавшие зимние осадки. Плюхнувшись на спину, Микаса бросила на него очередной гневный взгляд. Неужели он не понимает, что Эрен может быть в опасности? Поднявшись с земли, она, не отрывая от него взора, начала отряхивать покрытые снегом плечи и локти. Теперь она больше похожа на ту лисицу, особенно по горящему в глазах стремлению к самозащите. — Так боишься, что Йегер сдохнет? — максимально ледяным тоном выдал Леви, устремив взгляд на отдаляющихся вдали разведчиков, взявших курс в сторону штаба. — Или сама горишь желанием? В любом случае, потеря не велика. «Сволочь», — не выдержав, ругнулась про себя Микаса, с жалящим ядом процедив короткий термин. Да как у него язык поворачивается такое говорить о нем. По наитию выставив руку, мужчина успел прервать ее попытку наградить его еще одним унизительным жестом «несогласия» больше похожим на удар кулаком по его лицу. В сознании пронесся звук пощечины, оставленной вдовой, отчего он довольно быстро среагировал на попытку Микасы, снова швырнув ее в сугроб. Казалось бы, только вчера, он приятно удивлялся ее покладистости при выполнении приказов и наличию здравомыслия, а сегодня она снова потеряла столь значимую способность, напрочь позабыв обо всем, кроме сводного брата. — Он мог попасть в беду. И я его не брошу, — скрывая лицо за нависшим капюшоном, непоколебимо проронила она, медленно поднимаясь с земли. И почему он позволяет ей подобные выходки? По крайней мере, мужчина убедил себя в том, что ему попросту надоело тратить на нее свое время. — Впрочем, поступай, как знаешь, — наградив ее максимально высокомерным взглядом, Леви побрел в сторону практически неразличимых силуэтов их сослуживцев, ни разу не повернувшись в сторону пускающей молнии рядовой. Хочет заработать воспаление легких и умереть в тяжелой лихорадке? Милости просим. Или попросту уснуть вечным сном под ледяным покровом. Подобные погодные условия представляют опасность не только температурным спектром. С учетом того, что весна довольно близко, а несколькими днями ранее стояла относительно теплая погода, есть вероятность провалиться под лед при очередном смелом шаге, при условии, что в снежной пелене вряд ли можно что-либо увидеть дальше своего носа. Да и отсутствие снаряжения дает определенный повод для волнения, учитывая, что газ в баллонах при такой температуре попросту густеет, становясь менее эффективным, как и металлические компоненты привода. А если с этой идиоткой что-то случится? Да какая ему разница, в конце концов. Не может же он нести ответственность за каждого упрямца, не способного прислушаться к нему? И все же, если с ней что-нибудь случится... — Ты все же отпустил ее, — тихо обратилась к нему Зоэ, заметив нагнавшего товарища. «Как будто меня спрашивали», — рыкнул про себя Леви, заметно выделяясь царящей вокруг него темной аурой на фоне белых вздымающихся скоплений снежинок. Сделав несколько широких шагов, он все же остановился. — Капитан, — обратился к нему обеспокоенно оборачивающийся назад Жан. — Разрешите нам отправиться на поиски. Нельзя оставлять их, — решительно добавил он, имея в виду в первую очередь не безразличную ему полуазиатку. Изначальный план был направлен на защиту подчиненных. Теперь же из-за несуразного поведения Аккерман все перевернулось вверх ногами.***
Выставляя ладонь вперед, Микаса двигалась против ветряного потока, и не думая сворачивать с намеченного пути. Вероятнее всего, Эрен остался недалеко от места их последнего перевала. Следовательно, он отбился относительно недавно и найти его не составит особо труда. И если этот надменный человек не может понять ее беспокойство о семье, не ее проблема. Хотя то, что он позволил ей уйти, было довольно неожиданно. Быть может, ему не чужды подобные стремления уберечь близкого? Да и как же все эти надменные речи о значимости Эрена, когда на деле они готовы так легко принять его смерть. Вернее, он готов. Даже бровью не повел. От этой мысли ладони сами по себе сжались в крепкие кулаки, обхватившие толстую, относительно теплую ткань рукавиц. Неужели он действительно настолько бездушен? Аккерман иной раз и сама готова проявить непоколебимость, но ведь именно во благо родных. А сейчас они буквально бросают его на произвол судьбы. И как она может это принять, подчинившись приказу? Ощутив довольно сильную прохладу, Микаса рефлекторно притянула руки к плечам, хорошенько растерев их в попытке согреться. Однако споткнувшись о неожиданное препятствие, она, с завидной грациозностью приняв оптимальное положение тела, по инерции скользнула с небольшого холма, у подножия которого разведчики и останавливались на привал. Очутившись на месте, она попыталась тщательно все осмотреть. И не обнаружив чье-либо присутствие, побрела дальше в сторону лесной чащи, где с большей вероятностью брат мог найти убежище от вьюги…
