Всё наперекосяк... Или: замри, умри, воскресни?

То, что и пятница, как два предыдущих дня, не задалась, я в принципе понял сразу. Эти два остолопа так и не появились на объекте. Никто о них ни слухом, ни духом. Ответственность за подписание документов офисе тоже никто без них не берет. Хочется рвать и метать. Ледяное спокойствие директора фирмы медленно крушилось под напором обстоятельств, как торосы под атомным ледоколом. Их подпись нужна была как воздух. Пришлось после обеда задействовать свои связи для поиска и поехать в гостиницу, вправлять мозги этим великовозрастным недоальфам. Из всех подрядчиков, с кем ему приходилось до этого работать, только эти близнецы-переростки вызывали желание рыкнуть и подраться. Но они были лучшими в своем деле и приходилось терпеть их закидоны. В отеле портье замялся, но, отводя взгляд в сторону, сказал их номер. В пустом коридоре никого не было на всем этаже. И, постучав в нужный номер, получил в ответ вальяжное «Да!», влетел как бык на арену корриды. Поперхнулся висевшим в воздухе тяжелым туманом из течки и гона. А заготовленная с самого офиса речь быстро захлебнулась в густом аромате, от которого член встал по стойке смирно, сбивая накал эмоций с гнева на похоть… Омега, вылезший из кровати и наглой походкой почти от бедра двинувшийся в ванну, вызвал еще и странное желание укрыть и защитить. И полной неожиданностью даже для меня стал триединый рык ему вслед: - ПРИКРОЙСЯ!! Его странный жест в ответ. Обожгло левую руку у самого запястья. Там, где проявляется ЗНАК. Тот самый жест, показанный омегой тяжело проявлялся на коже. За спиной загрохотало, кинулся, подхватывая падающее тело, и получил в ответ полноценную истерику. Размазанные сопли, утираемые МОИМ шелковым галстуком слезы… Согреть, утешить, защитить… Уткнуться носом в макушку абсолютно незнакомого чужого омеги, но такого родного до боли, затраханного, пропахшего насквозь чужими альфами, но все равно желанного до скручивающегося в похотливый пульсирующий узел внизу живота. И стон, кончившего только от мягких ласк знака омеги… Выпутался из моих объятий и пошатываясь побрел, как слепой, оставив меня в задумчивости механически слизывать свою сперму с пальцев… -Так и не помылся,- задумчиво глядя ему вслед сказал кто-то из близнецов… Вымыв руки и умывшись, мельком глянул на свое отражение в зеркало. Красное, с вздыбленными белокурыми волосами, раздувающимися ноздрями, поджатыми губами – еще тот красавчик. Вздохнул и вышел в комнату. Один из Алексов, а именно так мы звали обоих близнецов, которые дожили уже до 25 лет, но все как дети малые одевались одинаково, будто им в радость всеобщая путаница. Да еще похабненько усмехались, на возмущенное: Вы хоть как-нибудь отличаетесь? И сейчас, неожиданно для себя я оказался между двух братьев. Один из них прижимался к спине, обнимая и легонько дул на шею, вызывая мурашки по хребту. А второй… вот увидеть его губы, тычущиеся в мой пах – это уже слишком. Мой член и так стоит по стойке смирно, а такое издевательство… Дернулся, но вырваться из четырех оплетающих рук было просто нереально. Да еще с расстегнутыми брюками, скользнувшими вниз. И сам не понял, как толкнулся в эту блядскую мордаху, что елозила губами по обтянутому трусами члену, будто размазывая пятно смазки. - Позволишь? И как отказать такому взгляду снизу?! И опять 4 руки скользят по телу и бедрам, вызываю не просто огонь, а пожар… Омега же будто спит… Пухлые губы на члене вызывают только одно желание: вцепиться руками в черные волнистые волосы и вбиваться раз за разом, вжимаясь наполненными яйцами в колючий подбородок… И наплевать на все вокруг. Не прибью, так выебу… Крышу сорвало в какой-то момент… Все как заволокло пеленой. Горячие влажные губы, чьи-то руки, шарящие по всему телу, пощипывающие до боли, язык, щекочущий уздечку и дырочку уретры… И желание кончить, но сволочь, пережимающая основание члена не давала… - Наклонись,- шепот со спины… Ой, как неустойчиво, но бедра продолжают двигаться, пытаясь достичь непостижимых глубин… А язык, только что ласкавший тяжелые яйца и тонкую чувствительную дорожку между ними до самого ануса, ныряет в этот самый анус, вызывая стон удовольствия… Божжжжееее!!!! - Дайте кончить, суки!- все что могу простонать двум психам… Угу. Дали. И кончить. И прикурить. Потому как следующее, что я почувствовал в этом трэшевом угаре, чужой член грубо таранящий мою девственную альфячью задницу, буквально раздирая по ощущениям мои мышцы кишки внутри и сфинктера снаружи. И отстраниться некуда – уперся в горло впереди сидящего… Захрипел, сбиваясь с ритма, не находя слов и звуков от сметенного ураганом сознания. Боль. Удовольствие. Похоть. Рык навалившегося альфы за спиной и удар чужих яиц по моей заднице. Вошел. И кто-то тонко скулит… Ах, это я скулю?! - Поррррвал,- прохрипел натянутый на горячий чудовищный поршень. - Нет, малыш, ты такой тесный, такой горячий, так бы и остался с тобой тут навсегда…- издевается этот… - Выйди, сука, больно! - Мммм, это ты теперь наша сучка… И движение чуть назад, давая возможность вздохнуть с облегчением, что сейчас покинет мою бедную горящую задницу, и тут же назад до упора, убивая надежду на корню. И раз за разом. В какой момент я вместо хрипов начал издавать стоны, толкаясь послушно в чужой рот и прогибаясь в пояснице – не понял сам. Но кончил много, альфа даже не успел передо мной проглотить и я таращился на свою сперму, стекающую из уголков его припухших губ. Боже… как вульгарно, как пошло, но как заводит… А за моей спиной стонет альфа, чей член пульсирует, сжимаемый моей многострадальной задницей… Оххх… Ноги подкашиваются, сил нет, меня просто опрокидывают, удерживая анусом вверх… Чпок – член покидает растянутое отверстие, чвяк- что-то втискивается, затыкая его… В голове шум, все звуки и ощущения как через ватное одеяло… По-моему, одеться они мне еще помогли, а вот ушел я уже сам, не желая думать о том, что все это произошло на глазах у МОЕГО омеги… Я был изнасилован альфой. Я кончил при этом на его члене…