Всё наперекосяк... Или: замри, умри, воскресни?

Что со мной что-то не так, я понял уже к утру. Иначе как объяснить все мои дальнейшие действия? Мало того, что я ушел с пробкой в заднице. Эти идиоты постарались. Воткнуть МНЕ, АЛЬФЕ! Анальную пробку в зад, заткнув там сперму Алекса. Только дома я ее вытащил и рассмотрел. Обрадовался, что не розовая, без стразиков, просто гладкая черная. Помыл. И … воткнул обратно. Не знаю почему, но с ней было как-то полегче. Тату ныла и тянула, обезболивающие не помогли. Хотелось свернуться клубком и поныть. Бля, как омега последний… А кто я теперь? Заявить я на них не заявлю – стыдно. На работе теперь как им в глаза смотреть? Вспоминая эти похотливые улыбочки, эти пухлые губы с каплями моей спермы, этот член в заднице… И опять дрочить в душе?! Это надо же было так вляпаться? И мой омега. Наш омега. Что делать, кто виноват и что там еще из классики? Злой и невыспавшийся приехал на работу, стараясь лишний раз не выходить из кабинета. Кажется, мой секретарь аж приседал от моего рыка, когда я устроил разгон кому-то из подчиненных. А вечером, уже перед самым закрытием, в офис заглянул секретарь и жалобно попросился домой, ссылаясь на ребенка, я махнул рукой, мол, иди, толку от тебя уже никакого… - И к Вам пришли тут,- пискнул после прощания и улепетнул, прячась от моего мрачного взгляда. А в распахнувшуюся следом дверь вошли Алексы. Аккуратно затворяя поплотнее ее за собой. Я замер как кролик перед удавом. Два хищника рассматривали меня, я в свою очередь отслеживал синяки под глазами, щетину, убегающую под воротники рубашек-поло, их синие глаза, похожие на надвигающиеся тучи. Сглотнул, чувствуя шевеление члена в штанах, как судорожно дернулось колечко сфинктера вокруг злоебучей пробки. Бляяя… Это альфы. Не смей! Тяжелое дыхание всех троих казалось с натугой делит воздух между шестью легкими, оставляя мне меньшую часть, как загипнотизированный двинулся им навстречу. Уйти, спрятаться, скрыться. Пусть так не поступают альфы, но мне то что теперь?! Паника накатывает, затаптывая последние крохи разума. Дернулся… Два тела обнимают, укрывая от всего мира, чей-то язык, обвивает мой, тараня, отнимая остатки воздуха, мычу в ответ, елозя в объятиях двоих, хватаюсь за чужие плечи, чтобы удержаться, только из-за того, что ноги не держат обессиленное тело, извивающееся в чужих горячих руках. В какой момент рубашка с пиджаком покинули меня – история умалчивает, так же, как и упавшие к щиколоткам брюки вместе с трусами, стреножив всю мою прыть… Потираюсь стоящим членом о прижимающееся ко мне бедро, буквально пью воздух из чужих легких, вырывая его со стоном… - Ты нас ждал… Наша сучка готовилась,- чья-то рука двигает во мне долбанную пробку и я готов провалиться от стыда, но не могу, сейчас не могу… И кто-то опрокидывает мое горящее тело животом на мой же прохладный стол, вжимаясь возбужденным членом, потираясь им об пробку, заставляя призывно прогнуться и поддаться назад, теснее, еще теснее, ближе… Мой истекающий член вжимается до боли в угол стола, в то время как чужие колени заставляют мои раздвинуться шире, еще шире… Так унизительно, похабно, страстно… Стоны, мои стоны от этих ласк, их стоны и скользящие по мне губы… Заворачиваю голову назад, пытаясь дотянуться до жадных пухлых губ Алекса, что вроде только что таранили мой рот… О да, трахни меня языком, пожалуйста…. Мычу благодарно ему в рот… Но уже рука второго тянет меня за челюсть развернуться… И головка чужого члена скользит по моей щеке… По губам…. По второй щеке… - Ну? И я открываю рот, слизывая сочащуюся смазку с лиловой головки, обводя ее языком, круги все шире и шире, обхватить губами поплотнее, дразня уздечку, качнуться, беря поглубже… Вспоминая пухлые губы на своем члене… Чуть поперхнуться от размера, но опять качнуться вперед, удерживая руками чужие бедра, не давая отстраниться. В то время как из меня вытягивают пробку, обдавая прохладной зловещей пустотой, и тут же горячая головка скользит, протискиваясь внутрь… - Такой тесный, классная наша сучка, горячая, страстная,- шепчет за спиной, прижимаясь, входя до упора, вдавливая меня так, что ребро стола пережимает основание, заставляя попытаться отодвинуться. - Уже двигаться?- шепчет за спиной, прижимая меня к себе, теребя сжавшиеся торчащие соски. И что я должен ответить с чужим членом во рту? Кручу бедрами, пытаясь поменять положение… Чужая властная рука на затылок и две других на бедрах. И движение. Сначала медленно тягуче, а потом срываясь в бешеное стаккато вместе с моим сердцем… Я растворяюсь между ними, теряясь во времени и пространстве. В какой момент на моем члене оказывается кольцо – не помню. В какой момент я глотаю первую порцию спермы и потом ловлю языком выстреливающие капли, слизывая со своих щек под взглядом синих глаз и тяжелыми движениями за спиной, откинув голову на плечо продолжающего трахать меня Алекса – не помню… - Кончить, суки… - Сейчас, Малыш, подожди,- хрипит за моей спиной, тараня простату до искр из глаз. И вдруг, навалившись, вжимая меня в стол, входит до боли, прижав мои яйца к столу, и уже я хриплю, боясь остаться с яичницей после всего, а внутрь меня втискивается нечто, грозя порвать нахрен… - Потерпи, Малыш, узел пошел… Бляяяя… Меня, альфу, трахнули с узлом… Слезы из моих глаз слизывает второй близнец, покрывая поцелуями все лицо… И сделать в этой ситуации я ничего не смогу… На узле… Состояние как у оглушенного, опять накрыли меня громадной подушкой до звона в ушах от этого мира… - Малыш, сейчас, легче будет.. Ага, будет. КОМУ?! Алекс осторожно выпрямляется, приподнимая меня и пятится назад, тянет меня с собой на диван. Он садится, я на нем… Как заторможенная кукла… Второй аккуратно снимает с меня ботинки, брюки и трусы, освобождает стреноженные щиколотки, расставляя мои ноги пошире, задирая на его колени. Зажмуриваюсь, представляя этот вид. Мой торчащий истекающий налитой член, перетянутый черным кольцом, и судорожно пытающаяся сжаться под моими яйцами дырка, растянутая вокруг чужого члена с поджатыми яйцами, покрытыми просачивающимися каплями спермы…Пирамидка, бля… И любующийся на все это извращенец перед нами, опустившийся на колени… - Бро, это так красиво… -Блять, да дайте же кончить, суки,- могу только шипеть… - Не ругайся, малыш,- чужие губы ловят мое ухо,- ты так красив, когда кончаешь, а какой ты узкий, трепетный, нежный… - Я альфа! - И что? Но кончаешь ты все равно красиво! Да уж, кто же будет спорить с этими извращенцами. Меня, голого, альфу, трахают два одетых близнеца в моем кабинете. Заебись… боль вперемешку с удовольствием… И когда сидящий на коленях начинает вылизывать наши яйца, толкая носом мой член, щекоча его своим дыханием, я готов убить всех и вся, но могу только стонать и скулить, вцепившись в удерживающие меня руки… А волны его волос, когда он потирается головой о щиколотку, жмурясь сытым котом… Я и не знал, что это настолько возбуждает… - Там кровь…- жалобно шепчу, чувствуя его язык на растянутом кольце сфинктера. Медленно поднимается, демонстрируя белые капли на языке и впивается в меня поцелуем, буквально трахая своим языком до стона. - Это бро тебя наполнил под завязку, вытекает, сладкий… И этот блядский взгляд синих глаз, пухлых губ вокруг моего члена, опять капли моей уже спермы в уголках его рта, и стон альфы подо мной, прожигающий горячей струей своей меня раз за разом… Я просто отключаюсь. Это уже слишком… Я не помню ничего. Как меня одели, как довели до машины, как привезли КО МНЕ домой, что творилось ночью… Очнулся в своей родной спальне утром лежа на боку, обвитый руками-ногами близнецов, прижимающихся с двух сторон… Альфа, блять, выебанный… Попробовал машинально сжать задницу – пробка родимая… Да что же со мной происходит? И тут же чья-то рука скользит по бедру, а дыхание за спиной меняется… - Проснулся…- то ли вопрос, то ли утверждение… И сразу в пах, ловит в крепкий зажим утренний стояк, потираясь об меня своим… - Продолжим? И когда же у вас, суки, яйца опустеют?! Хочется взвыть, но горячее тело недвусмысленно прижимается, впечатываясь своим торчком… Бляяя… И опрокидывает меня на спину, наваливаясь сверху. Покрывая поцелуями мои зажмуренные глаза, слизывая выступающие от собственного бессилия слезы, вдавливаясь мне в пах до боли, елозя и постанывая. А я покорно раздвигаю ноги. Хрен с вами… Трахайте. И оставьте в покое. Жить дальше с этим я не смогу… И полный шок, когда чуть приподнявшись, он САМ начинает опускаться на мой член, придерживаемый братом. Перед моими распахнувшимися глазами картина маслом: этот супер-пупер-альфа, сидит на моем члене, покачивая бедрами, стремясь вобрать его как можно глубже, и лыбится, облизываясь как кот на сметану. А между нами гордо покачивается его член, сверкая каплей смазки и кольцом с бриллиантом в головке. Все что я могу – облизать губы, пытаясь осознать происходящее. И тихий шепот нависающего надо мной Алекса: - Я сейчас, конечно, сам подвигаюсь, ты, вижу, устал, но на будущее: трахать будешь ты, я тоже иногда отдохнуть хочу, а твой член – просто нечто, что вид, что размер… И так сидя сверху на моем члене он умудрился меня трахнуть до искр из глаз… Утро явно задалось… А уж когда эти два братца-кролика слизывали капли спермы обладателя бриллианта с моего живота и груди, преданно глядя в глаза и подмигивая, – тихо млел… Через пару часов, после душа-завтрака и сборов, выяснилось, что вместо работы я сегодня еду с ними в госпиталь. Ага. Как тяжелая боевая артиллерия – выручать-забирать нашего странного омегу. Оказывается, он тогда вырубился, не реагировал ни на что и близнецы вызвали неотложку. Тут и выяснилось – имени-фамилии-возраста они не знают. Ибо встретили его в коридоре отеля, среагировав на запах течки. А потом еще и некстати гон прошиб. И бонусом – я. Джекпот – ЗНАК.