Всё наперекосяк... Или: замри, умри, воскресни?

В больничном коридоре я шел как ледокол под конвоем двух своих альф за спиной. И в нужную палату входил с мордой кирпичом. А там – пусто. Вернее, нет никого. Блять, нет, есть: на кровати лежит, отвернувшись к стене, серый задохлик, именуемый нашим омегой. И от шума распахнувшейся двери пытается вжаться куда-то в стену. Убил бы. Того, кто довел до такого состояния пацана. - Малыш, это мы,- негромко окликнул из-за моей спины Алекс. Омега замер, медленно оборачиваясь к нам. А я просто шагнул, протягивая руки, приглашая в свои объятия. Когда пришел зав. отделением, омега сидел у меня на коленях, держа за руки Алексов и тихо млея. При виде врача, братья вскочили, как ощетинившиеся псы, а судорожно вцепившиеся в них руки омежки сказали мне больше всяких слов. Надо забирать. Здесь ему не место. - Тише, малыш, мы сейчас тебя заберем и поедем домой, все будет хорошо,- негромко, ласково для него. И уже четко для всех,- поедем домой вместе и все будет хорошо. Бумаги нам оформили за час, вот еще для чего нужно было мое присутствие, братьям не поверили, не смотря на знак, запах гона и течки был зафиксирован врачами скорой и грозил разбирательством с полицией. Полная амнезия у омеги не понравилась врачам. Но сам факт, как он вцепился в нас троих, показал кто есть кто всем окружающим. Нас благополучно отпустили. Наш омежка оказался мальчиком из приличной семьи, иногородним студентом в нашем университете, уже был объявлен в розыск. К счастью все обошлось. А моя квартира пополнилась резко тремя новыми жильцами. В куче навалившихся проблем мы притирались характерами, привычками, иногда взрыкивали друг на друга, все-таки 3 альфы на одной территории – перебор. Но крепче нашу семью сцементировала, как ни странно, болезнь омежки. Его пришлось заново адаптировать к жизни. И при малейших наших разборках он впадал в панику и тогда инстинкт защиты забивал все прочее. Смешно, но беспокойные близнецы прекрасно управлялись с домашним хозяйством. Если раньше все у меня делал приходящий пожилой омега-домработник, то теперь ему и особо делать ничего не надо было. Но он взялся опекать нашего малыша. Учебу пришлось пока оставить, отложить на потом. Пока наш мальчик приходил в себя, потихоньку расцветая как бутон. Отъелся, отоспался и превратился в милого юношу с пепельным цветом волос, падающих волной до самого пояса, серо-зелеными глазами, ямочками на щеках, ласковым как котенок и впитывающим все как губка. А уж какие у нас были жаркие ночи…