Шесть с половиной тысяч километров

*** Стас разочарованно посмотрел на часы – рабочее время давно закончилось, а он только освободился. Нет, понятно, что они с директором занимались крайне важным и нужным для фирмы, а точнее уже филиала, делом. Но все же засиживаться до семи в его планы не входило. Во-первых, все уже свалили, а пустые, гулкие коридоры повергали его в легкий ужас. Лев еще часа полтора назад написал, что свалил пораньше, так как зам забрал его на склад на обеде. Элька тоже ушла около часа назад, и только он и Дрюч оставались на месте. – Домой не идешь? – директор подошел к парню, замершему около двери. – Да вот думаю, времени много. Может, вас домой подвезти? – Тут пара кварталов, дойду. Но за предложение спасибо. Костя дождался, пока Стас выйдет из офиса, запер дверь и направился к лифту. Парень поспешил за ним. – Задержал я тебя сегодня, прости, – проговорил директор, вызывая лифт. – Да ладно, работа есть работа. – Стас, я понимаю, это твое личное время, но нужно будет немного потерпеть. Работы предстоит много, но когда она принесет свои плоды, мы все сможем отдохнуть. – Я все понимаю, мне несложно работать. Я люблю свою работу. Просто не привык еще работать на кого-то. – Втянешься. Главное, чтобы тебе нравилось то, чем ты занимаешься. Стас кивнул, но ничего не ответил. Он все еще не мог понять, насколько ему все это нравится. Не мог смириться с новым статусом наемного рабочего. Да, по документам поменялось немногое, но теперь Стас был зависим от желаний вышестоящего руководства. А к этому еще стоило привыкнуть. К тому же руководство вызывало очень противоречивые чувства. Когда Константин Викторович погружался в работу, его обществом оставалось только наслаждаться. Мужик действительно понимал, что делает. Разбирался в тонкостях и нюансах. Не зря его, видать, директором филиала назначили. А вот вне полного погружения в рабочий процесс Дрюч все еще бесил. Казалось, он вечно всем недоволен. Даже сейчас, спускаясь в лифте вдвоем, он хмурил брови и испепелял взглядом дверь, видимо, негодуя, что лифт так медленно движется. Стас украдкой глянул на напряженного начальника. Недоволен. А Шведов, идиот, его еще и подвезти предложил. Да Дрюч даже в лифте с ним ехать не хочет. Вздохнув, парень достал из кармана брюк телефон, проверил время, полистал новостную ленту, лишь бы занять руки. А как только двери распахнулись, выпуская пассажиров в холл, попрощавшись, поспешил на выход. Он не совсем понимал свое состояние, но какой-то иррациональный страх перед новым директором порой перекрывал даже здравый смысл. Разговор не клеился. Точнее, Стас упорно не хотел его поддерживать вне кабинета. Костя думал, что было бы неплохо предложить вместе поужинать, в качестве компенсации за потраченное нерабочее время, но Станислав так демонстративно уставился в свой смартфон, что Косте только и оставалось скрипеть зубами на себя. Отчаянно хотелось уже наладить отношения. Пусть не до дружеских, но хотя бы до здоровых рабочих. Про то, что парня ежеминутно хотелось поцеловать, продолжив то, что Константин бездумно начал в квартире пьяного подчиненного, он старался не думать. Возможность близости со Шведовым казалась слишком желанной и такой нереальной. Проводив парня, буквально выбежавшего из лифта, взглядом, Костя медленно побрел домой. Воодушевленный проделанной работой и длительным обществом Стаса, Константин почти не обратил внимания на чересчур довольного Пашу. Черт с ним, пусть радуется, если повод появился. У самого Кости тоже есть повод порадоваться. Еще бы Шведов перестал морозиться, и вообще было бы хорошо. Но для этого придется много работать и исправлять то, что уже было испорчено. Вторник прошел не менее плодотворно, с той лишь разницей, что Стас немного расслабился, почувствовал себя в своей стихии и настолько углубился в составление плана, что даже не замечал томных и мечтательных взглядов директора. Ну, Костя очень надеялся, что не замечал, так как контролировать себя рядом с парнем было крайне сложно. Он чувствовал себя подростком. Смотрел на объект вожделения и представлял, а отчасти вспоминал, каков он без одежды. Перед глазами то и дело всплывал образ вусмерть пьяного, почти полностью нагого Шведова. Только сегодня Константин задумался, почему не стянул в ту ночь с подчиненного носки. Плавки-то понятно, не планировал продолжения, а вот носки? Он не побрезговал, нет. Он их видел, когда снимал джинсы, но не тронул. Почему-то Стас в носках и неглиже выглядел особенно трогательно. Или у Дрюченкова развивался кинк? Тряхнув головой, Костя понял, что слишком сильно погрузился в свои мысли и пропустил вопрос. – Что, прости? – Если вам это неинтересно, я могу один все доделать, – неуверенно произнес парень. – Мне на своем месте будет удобнее. – Прости, задумался. Я весь внимание, просто мыслями уже далеко впереди. Отвлекся. Так что ты хотел спросить? – Про штат. Какие именно позиции необходимо включить, а что можно переложить на Москву? Серьезный и сосредоточенный на работе взгляд подчиненного подействовал отрезвляюще. Костя моментально собрался с мыслями и вернулся в работу. Стас чувствовал себя словно выжатый лимон, но в то же время где-то глубоко внутри грело чувство собственной важности. Этот весомый жест от начальства показывал – в нем нуждаются. Его мнением интересуются. Ведь Дрюч не просто свалил весь план на плечи подчиненного, но и сам принимал в нем активное участие. Да, периодически выпадал из реальности, но по большей части рассуждал трезво, обоснованно объяснял, почему нельзя внести в фин.план то или иное. Предлагал разумное распределение обязанностей. Уходя из кабинета начальника, Стас поражался, как они раньше со всем справлялись десятком человек. Но тут же становилось понятно, что без роста они бы не смогли пробиться дальше. Для покорения рынка им бы пришлось расширяться, а с Семой это им не светило. Вот если бы Стас и Лев смогли выкупить фирму у него, то у них был бы шанс. Только что теперь толку жалеть о том, чему не суждено было сбыться? Пора привыкать к новому статусу, новому начальству и новой жизни. Едва войдя в офис, Шведов заметил напряженного друга. Лев был необычно сосредоточен, закусывал губу, вглядывался в монитор. Стас знал его почти всю жизнь, и такое поведение явно не относилось к работе. Работал Лев всегда легко и с улыбкой. Здесь было что-то другое, личное. – Привет, – подошел Стас к другу, решив разобраться, – случилось чего? – Нет, – бросил Лев, не отрывая взгляда от монитора. – Левка, я же вижу. С начальством проблемы? Или с тетей что? – Да нет, Стас, я разберусь. Шведов напрягся. Он довольно редко бывал для Игонина Стасом. Стаська, Стася, Стасик. – Выкладывай, что стряслось? – Шведов наклонился ближе, опираясь руками на стол друга, но тот шарахнулся от него, вскакивая с места. – Я сказал, отъебись! Не трогай меня, – парень обогнул друга и порывисто направился на выход. На шум появился зам, проводил взглядом одного, замер на другом. – Что за крик, а драки нет? – Не знаю, – растерянно произнес Стас, не ожидавший от всегда веселого и спокойного Льва такой реакции. – О чем говорили? – Просто спросил, все ли в порядке. – А… ну, зайди-ка ко мне, – Усатый хмыкнул и скрылся в своем кабинете. Шведову ничего не оставалось, кроме как последовать за начальством. Может, хоть он скажет, что происходит. – Давно вы со Львом знакомы? – с порога начал зам. – Со школы. А что? – Значит, знаешь его довольно неплохо? – Я его отлично знаю. Мы друзья. – Тогда должен понимать, что Лев человек ранимый и ему нужно время, чтобы принять кое-что важное. Дай ему его. – С чего это Лев стал ранимым? Ему вообще на все пофиг. – Значит, не так уж и хорошо ты его знаешь, – Павел откинулся на спинку кресла. Лев хорошо скрывал от всех свои метания по поводу ориентации. Интересно, а друг хотя бы догадывается об этом? – В общем, дай ему немного времени. Он свыкнется и все тебе сам расскажет. Я уверен. – Вы же его не уволили? – тут же напрягся Стас. – Конечно нет, но в его жизни все же произошли некоторые изменения. Просто не доставай его пока расспросами. Их диалог прервал звонок телефона, Усатый снял трубку. – Да… На завтра еще одно собеседование по кадрам. Интересный кандидат. Павел замер, перевел взгляд на Шведова. – Стас, можешь идти. И на этом пока всё. Не доставай его, хорошо? – Ладно, – Стася кивнул и покинул кабинет зама. Разговор его не успокоил ни на грамм. Скорее уж наоборот, стало еще тревожнее. Что-то произошло между Львом и Пал Денисычем. Что-то, что выбило друга из колеи. В одном зам был прав, давить на Леву не стоило, придет время и тот сам все расскажет. Он всегда рассказывал все, и этот раз не станет исключением. Константин спокойно положил трубку на место, глубоко вздохнул и понял, что все же без сигареты не справится. Поднявшись, вышел в приемную, бросил Эле сварить ему кофе покрепче, прошел в курилку, достал сигарету, прикурил, глубоко затянулся… пальцы против воли сжались в кулак. Он знал эти интонации. Слышал их, когда Пашка играл со своими мальчиками. А теперь он говорил со Стасом этим блядским голосом. И просил его не доставать… что-то. Пробка? Вибратор? Усатого не обломает запихать парню в задницу игрушку и заставить проходить с ней остаток дня. Да хоть бы в качестве наказания, за то, что торчит весь день в кабинете директора. Пашка бывал немного жесток, об этом Костя тоже знал. Неужели это правда? Он нервно мерил шагами комнату. Лучше бы он не звонил. Не знал. Сейчас стоило успокоиться, перестать себя накручивать и присмотреться к поведению коллег. В душе все еще теплилась крошечная надежда на то, что Костя просто не так понял слова друга и они не скрывали в себе сексуального подтекста. Лев поднялся со ступеней, сидеть на проходе – не лучшая мысль. Разгар рабочего дня, и тут периодически появлялись люди. А также мог появиться и Дрюч. Тот предпочитал лестницу поездкам на лифте, а сталкиваться с директором и объяснять, почему он снова не на рабочем месте, не хотелось. И так дирик заставал его в коридоре чаще, чем в офисе. Тут даже интим с замом не спасет от праведного гнева Дрюча. Парень поежился, вспомнив, что наорал на друга, испугавшись его допроса. Он даже примерно не представлял, как можно сказать Стасе, что спит с Павлом. И вообще, что он теперь гомик. Да Стас просто даст ему в морду, и они никогда больше не будут не то что друзьями, Шведов с ним даже разговаривать не станет после такого. Можно было, конечно, попытаться забыть то, что творил этот извращенец в своем кабинете, но от одной мысли о губах Усатого в паху тяжелело. Лев не хотел себе признаваться, но он бы хотел продолжения. Не прямо сейчас, нет, это было бы слишком. Но потом, попозже… и все же, со Стасом надо было как-то решать вопрос. Тот не отстанет, видя, как загоняется друг. Он бы и сам не отстал, но придумать отмазку пока не мог. Очень хотелось спустить ситуацию на тормозах, рассказать все сразу, но потерять друга он был не готов. Решив, что раз Павел все это начал, то пусть он теперь и думает, что сказать Стасу, Лев медленно побрел на свое рабочее место. В офисе Стас, на удивление, даже не подошел. Вопросительно посмотрел на друга, Лев кивнул ему в ответ, сел за свой стол. Вопросов не последовало. Он знал, что Стася не обиделся за агрессию, видел это в его взволнованном взгляде, но был бесконечно ему благодарен, что не лезет больше с расспросами. Среда выдалась нервная. Костя психовал из-за слов Павла, сказанных вчера Стасу. Психовал, видя дома его довольную морду. В связи с чем старался избегать контакта с другом, но с удовлетворением проследил, что Паша вернулся домой сразу после работы и ночевал тоже дома. Это радовало, но фантазии касаемо Шведова с вибратором в заднице не давали уснуть почти до самого утра. Оттого работать со Стасом наутро было довольно сложно. Костя все пытался рассмотреть, ровно ли сидит парень, но его внешний вид ничем не выдавал вчерашних игр. Может, парень не послушался Павла и вытащил игрушку раньше времени, а может, для него это вполне привычно. Ближе к обеду его буквально спас звонок от Павла. Тот собеседовал толкового кадровика и предложил ему сразу же провести второе собеседование с директором. Работа со Стасом была еще не окончена, но Костя понял, что сегодня все равно не может сосредоточиться на цифрах, а потому принял предложение зама и отослал Шведова подальше. Отвлечься на работу отдельно от объекта вожделения было сегодня лучшим вариантом. Отпустив Стаса, Костя сосредоточился на собеседовании. Кадровик ему понравился. Вот как-то сразу расположил к себе, да и опыт неплохой. Пообщавшись с ним не менее получаса, Костя обещал перезвонить, уточнил, когда тот сможет выйти, удовольствовался ответом, что в ближайшее время, забрал документы и, попрощавшись, сам направил сканы в Москву на проверку. Настроение сразу поднялось. Радовало, что все сдвинулось с мертвой точки. Сейчас новый кадровик активно займется поиском специалистов, а они тем временем закончат план и получат от Москвы одобрение и финансирование. А там начнется активная работа на расширение, Костя сможет заняться любимым делом и, наконец, перестанет грузиться. Стас вернулся на свое место, окинул взглядом полупустое помещение. Торгпреды еще не вернулись. В офисе был только Лев, но тот все еще грузился, и Стас решил не лезть. Проверил отчетность, списался со складом. В целом все было довольно гладко, а оттого довольно скучно. Подумалось, а не свалить ли куда в поля, скататься до партнеров, но мало ли в какой момент Дрюч снова захочет его видеть. С появлением нового начальства рабочие дни сильно изменились. Он вообще не покидал офис, хотя раньше наоборот, благодаря их с Левкой проге, Стасик мог сутками напролет мотаться по городу. Теперь же приходилось сидеть в четырех стенах и откровенно скучать. Ну, за тем исключением, что директор теперь вызывал его к себе. Работать с цифрами Стас любил не меньше, чем с людьми. Но Константин Викторович в метре от него не давал расслабиться. Присутствие директора нервировало. Вот вроде ничего особо и не произошло, они не ругались, не скандалили. Да, в первую встречу Стас нелестно отозвался о начальстве, но ведь он просто не знал, кого ждать. Но и от руководства в первую неделю исходило явное недовольство. Но ведь сейчас все по-другому, Константин Викторович сам звал его в свой кабинет, они вдвоем составляли план, разбирались, обсуждали. Это явный показатель доверия, директор не свалил всю работу на финансиста, наоборот, он просил помощи, показывал значимость Стаса. И все равно в его присутствии было неловко. Иногда Шведов забывался и ловил себя на том, что разглядывает мужчину. Константин Викторович был мужчиной привлекательным, но это не значило, что Стася мог себе позволить им увлечься. Мало того, что он был абсолютно неопытен в отношениях со своим полом, так еще и симпатия к начальнику не самая привлекательная перспектива. Это даже если не задумываться над тем фактом, что директор, вероятнее всего, натурал до мозга костей. Оставалось мысленно переключиться на что-то другое. Работа, хобби, девушка. Работа у него была, любимое хобби не требовало особых затрат, а девушку можно найти.