Снайпер

Виктор Немиров был именно тем лучшим другом, о котором Юра мечтал ещё со школы. С ним он чувствовал себя даже в большей безопасности, нежели он был бы дома. Обладая прекрасным чувством юмора, он смог притянуть к себе Бережного и научить его расслабляться в перерывах длительных «затиший», когда заданий фактически не было, или они выполнялись за пару минут без значительных трат силы. Но при этом Виктор был его братом по оружию, что сблизило их ещё ближе, переводя статус из «друг» в статус «лучший друг». Нередко они вместе участвовали в вылазках, или брали совместные задания, дабы приноровиться друг к другу и узнать поближе. На многих совместных делах киллеры раскрываются друг другу, если доверяют, и за такие вылазки они узнали достаточно много. И вот сейчас Юра несся по свободным автомагистралях, извлекая телефон и на ходу отправляя ему сообщение с кратким «Давай встретимся?». Хоть на часах было далеко за полночь, он знал, что Немиров только вернулся с задания и вряд ли сразу отправиться на боковую, следовательно, вытащить не составит проблем. В подтверждении его мыслей телефон завибрировал от краткого и лаконичного сообщения «Где?». На то, чтобы придумать место встречи у него всего лишь 60 секунд. Виктор, как и он не обладал достаточным терпением. Немного сбавив скорость, а после и затормозив, достал телефон и набрал «1929». Этот бар они особо любили, особенно после длительных заданий. Нет ничего лучшего чем посидеть на кожаном диванчике, в уютном баре 1929, вытянув ноги и попивая вкусный и горячий кофе. Положив телефон обратно в карман, он «пришпорил» железную лошадь и помчал в сторону бара, уже не читая сообщения, которое пришло спустя две минуты. Он не сомневался в том, что Виктор приедет спустя 15 минут. И уже сидя в уютном баре, ожидая заказанную бутылку коньяка, Бережной лениво поглядывал на часы, отсчитывая минуты до приезда друга, извлекая из кармана контейнер для линз и футляр с очками. «Крайне неприятная процедура» Пронеслось в голове парня, открывая контейнер и привычными движениями извлекая линзы и заменяя их на очки, ощущая, как глаза наконец-то расслабились. Линзы его порядком достали. — Может сходишь на лазерную коррекцию? Раздался знакомый голос, а вскоре обладатель этого голоса уселся напротив шатена, махом руки подзывая официантку и отдавая заказ на крепкий кофе. Перейти к более крепкому он всегда успеет, а насладиться божественным кофе — нет. — И тебе привет, Вик. Я много раз думал об этом, но я слишком привык к ним и к линзам. Да и это повседневный аксессуар. Тем более ты сам сказал, что в них я выгляжу более серьёзно нежели без них. Вот так и должно быть. — Но без них ты кажешься намного милее и можно рассмотреть твои глаза. Стекла делают их невыразительными и скрывают твою уникальность, ты ведь понимаешь, о чем я? Ты специально заказал такие стекла? Официантка, подошедшая к столу, поставила заказ и поспешно скрылась. Перед Виктором стоял его излюбленный кофе, а перед Юрой — две бутылки коньяка и два бокала. Сейчас последнему хотелось спиться и выбить все из памяти, дабы успокоить болезненные толчки сердца. Шатен лишь краем уха слышал друга и тут же понял о чём он, протянув руки к глазам и накрывая их пальцами. Они меняли цвет в зависимости от освещения или настроения. Достаточно редкое распространение. Открыв бутылку, тот пододвинул к себе снифтеры, твердой рукой разливая и вслушиваясь в то, как Немиров продолжил что-то говорить. — Тем более без очков ты кажешься даже милее. Уверен, что твой Саша заценил бы такое зрелище напротив себя. Так, что-то меня не туда занесло. Будь рядом Дима, он бы меня огрел по головушке. А теперь отбросим в сторону баловство и к делу. Что случилось? Ты меня зовешь на пьянку, когда случается что-то хреновое. Юра на какое-то время замер, силясь понять откуда у Вика такая информация, но вскоре позволил напряжению сойти на нет, когда в голове пронеслись воспоминания как он сам, наглядным примером, позволил Немирову познать такой материал. — Кажется, мне не стоило засматриваться на Сашу. Голос предательски дрожал и навернувшаяся слеза одиноко стекла по щеке. Виктору это не нравилось, а интуиция вовсю вопила о том, что случилось нечто ужасное, раз его друг плачет, и при этом в трезвом-то состоянии! — Что случилось, Юр? Рассказывай. Ты что-то увидел? — Он сегодня был не один… Он был с женщиной. С женщиной, Вик! Если он натурал, то у меня вообще нулевые шансы даже попытаться сблизиться к ним! Возможно он во мне видит только друга и даже ни намёка на большее. «В этой ситуации ему бы помог не я, а Дима. Черт, ведь у нас была подобная ситуация. Но Диму это не огорчило, а Юрка вот-вот опустит руки» — Слушай, скорее всего твой возлюбленный бисексуал. Но это не значит, что ты ему не придешься по вкусу. Ты же милашка. Если бы не мой Димка, то я сам за тобой приударил. Бережной чувствовал, как друг пытался подбодрить его и мысленно благодарил, но его затягивало в водоворот собственных ощущений и мыслей, которые так и вопили что следует прекратить посягательство на друга. На смену этих мыслей пришел панический страх. А вдруг он все испортит? Вдруг он своими действиями от его оттолкнет, а потерять друга в лице Александра он не хотел. «К чему у меня такие мысли? Я ведь и так скоро его потеряю. Он ведь мой…заказ» — Я не думаю, что у меня вообще есть шансы. В общем не важно все. Сейчас я хочу лишь одного — напиться. И плевать на то, что проснусь от похмелья и буду долго проклинать это решение. Виктор согласно кивнул. В другой ситуации он бы не допустил пьянки лучшего друга, но сейчас ему нужно как раз напиться и хоть на время позабыть об том, что видел. По словам своего парня, он знал какую боль сейчас переживает снайпер и алкоголь в данной ситуации был подобен обезболивающему. «Что же ты творишь, Саша? Что творит Юра? Блин, им хоть в Санта-Барбаре сниматься» Мужчина уставился на пододвинутый к нему бокал, и взяв за короткую ножку, опрокинул порцию алкоголя в себя, делая первый глоток. Пусть тот сегодня напьется, а он, Виктор, доставит его домой.