Если...

Уже давно перевалило за полночь. Все спят в своих тёпленьких кроватках. Но только не Чимин. Он уже в который раз поворачивает голову в сторону и смотрит на костюм горничной, который ему выдал давний друг и генеральный директор отеля, в котором сейчас находится Чимин. А дело собственно в том, что он вновь проиграл какой-то там спор! И в наказание теперь должен всю следующую неделю работать горничной в отеле Юнги. Последний вроде умный человек, но когда напьётся, то его внутренний философ уходит и на его место приходит чёртов придурок. Именно так, потому что как ещё можно было до такого додуматься?! Но Чимин рад, что хотя бы одежду ему выдали. И на том, как говорится, спасибо. Снова отвернувшись от костюма и посмотрев на время, Чим удручённо простонал. До начала первого рабочего дня оставалось меньше трёх часов. Но ему надо было встать примерно за полтора часа, так как его обещали замаскировать под тёлочку, ведь мужики-горничные это что-то из ряда вон выходящее. Правда Чимин думал что это вряд ли поможет, ведь его накачанные руки, и далеко не женские ноги вряд ли можно как-то изменить. Также вообще не дамское личико боевым раскрасом из ста слоёв штукатурки не замажешь. Тут его страдания прервал, зашедший Юнги, что с некой издевкой в голосе вещал: — Я нашёл то, что поможет тебе сделать твои ножки более жественными Чиминни~ — и потряс белой упаковкой, затем кинув её в Чима. — Капроновые колготки, черные. — прочитал он на упаковке, — Нет, хён подожди, ты серьёзно?! — Пак взглянул на Юнги с недоумением. — Конечно, спор есть спор. А значит я сделаю всё, чтобы ты выполнил наказание. Также я уже выбрал того, у кого в номере ты будешь убираться всю неделю. — Судя по твоему голосу это кто-то знакомый. Скажи мне что ты не прав, хён. — умолял Чим. — Ну ты почти угадал. Он знаком со мной, а с тобой нет. Поэтому о твоей выполненной или же наоборот работе я буду знать. Если я узнаю что ты слиняешь, то наказание продлится на месяц. Или же я придумаю новое и. — Да понял я, понял. — перебил его недогорничная. — Тогда чего сидишь? Одевайся пока, а я схожу за мастером штукатурки и преобразования. — уже выходя и закрывая за собой дверь, сказал Юнги. Дверь захлопнулась. Чимин всё же собрался и со стоном встав с кровати, начал одеваться. Ни с чем из атрибутов одежды не возникло проблем, чему он был рад. И наконец одевшись и посмотрев на себя в зеркало, Чимин задумался. — В принципе нормально. Вот только парик бы и тогда вообще шикарно. Хотя накраситься тоже надо, надеюсь что его друг не извращенец какой-нибудь. Стоп. А что ещё за мысли? ДА БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ МИН ЮНГИ!!

***

Теперь Чимин ненавидит Юнги. И пожалуй число 69. Так как именно в этом номере ему пришлось быть горничной. Юнги не ответил ему, приехал незнакомец или нет, поэтому он уже несколько минут стоял около двери и не решался постучать. Но услышав голоса в конце коридора, Пак быстро скользнул за дверь, не задумываясь. Уж очень не радовала его перспектива быть осмеянным кем-то кроме Юнги, ну и того, у кого он должен прибираться. Также Пак был рад, что Юнги не заставил его пройтись и убраться по всем номерам. А он мог. В номере никого не оказалось, на радость Чимина, за что он был благодарен. Он начал прибираться, следуя инструкциям «начальства». Открыл окно, затем убрал мусор и начал потихоньку протирать пыль. Дальше по списку надо было подмести и помыть пол. Затем ванная. Почти закончив с основной комнатой, Чимин вновь обрадовался. Оказывается это не так и утомляет, как он подумал сначала. Да и времени не так много занимает, как ожидалось. Однако перейти к ванной ему помешала маленькая деталь. Вернее пластиковый стаканчик, что он поставил на тумбочку рядом с кроватью и случайно столкнул его рукой, да так, что стаканчик улетел под кровать, практически в самый угол. Чимину пришлось нагнуться и встать на колени, чтобы достать его. «Если бы сейчас кто-нибудь зашёл, то ему бы открылся прекрасный вид» — подумал он, почти дотянувшись до стаканчика. И тут, будто услышав его мысли, дверь заскрипела, отчего Чимин дернулся и лишь пихнул этот злосчастный стакан ещё дальше, тут же удрученно простонав. — Ooh fuck.. — произнёс зашедший с придыханием и захлопнул дверь. Чимин лишь вновь простонал, проклиная всех и вся, былая радость сошла на нет. Он прекрасно понимал зашедшего. Вид действительно прекрасный: накачанные бёдра, обтянутые чёрной тканью, задранная кверху юбка с белыми рюшами по краю, что открывала вид на подтянутую задницу, и немного выше изящный прогиб спины, затянутый корсетом. Покрасневший Чимин поспешил встать и одёрнуть юбку, тут же извиняясь, из-за этого ещё сильнее заливаясь краской и опуская голову вниз. — Да ничего страшного. Ты я так понимаю Чимин, — незнакомец подошёл ближе, а Чимин поднял голову на своё имя. — Да, а вы я так понимаю знакомый Юнги? — следовал вопрос. — Верно, он рассказывал о тебе, — тут он ухмыльнулся, — Меня зовут Хосок, но можешь звать меня Хоби-хён, ведь я не намного старше тебя. — он улыбнулся. Улыбнулся. Именно так, с большой буквы, потому что эта улыбка в форме сердечка прекрасна. — Хорошо, Хосок-хён. И что там Юнги обо мне рассказывал? — Да так, ничего такого, — вновь ухмылка, — Я так понимаю, что помешал тебе? «Опять тему перевёл засранец. Не нравится он мне» — пронеслась в голове Чима мысль, но сразу же испарилась, когда он снова увидел обворожительную улыбку. — Нет, не помешал. Я уже скоро закончу, поэтому можешь заселяться. — Окей.

***

Шёл четвёртый день, когда Чимин работал в отеле. Хосок уже не казался странным типом, Чимин даже как-то привык к нему за эти дни, и на его радость хён вроде бы не был извращенцем (хотя кто знает). Также Пак узнал, что тот модель, и вернулся из Америки на родину, так как съёмки закончились. Но вернулся не в Сеул, а в Пусан, так как тут была назначена ещё одна съёмка и он здесь пробудет чуть больше недели. На это Чимин призадумался. Не слишком ли много чести? Модель, а тут такое. Ещё была мысль, а что если Хосок наговорит Юнги, что Чим плохо работает, и тот продлит наказание? Но вряд ли такое случится, потому что как понял Чимчим, Хосоку его хоть капельку, но жаль. Они даже договорились, что горничная иногда будет приходить без формы, когда Юнги нет. На что Чимин снова обрадовался. В очередной раз зайдя в комнату, на этот раз, чтобы занести ужин, он удивился. В комнате, как и в первый раз никого не оказалось, хотя Хосок в такое время обычно спал или же был ещё на съёмках. Но горничной это было только на руку. Однако тут послышался щелчок двери в ванной и Чим невольно повернул голову на звук. Оттуда вышел Чон, взъерошенный и в белом махровом халате. Это выглядело так мило, что Чим невольно издал писк, а затем зашёлся истерическим смехом, потому что Чон на писк Чимина отреагировал нахмуренными бровями и надутыми щеками. — Оох хён, ты оказывается такой милашка, — всё ещё посмеиваясь и разворачиваясь к двери, проговорил Чим. На это он не услышал никакой реакции, поэтому уже открывая дверь, он развернулся, чтобы попрощаться, но услышал хлопок, и тут же оказался прижатым Хосоком к этой самой двери. Казалось, что между ними не осталось свободного пространства, даже для вдоха, настолько тесно они находились друг к другу. Хосок лишь опустил голову к шее младшего и провел язычком по ней, оставив мокрый след. Чимин вздрогнул от таких действий и шумно выдохнул, мелко задрожав. Почувствовав это, Хосок лишь хищно улыбнулся и продолжил манипуляции с шеей, чуть прикусывая и засасывая кожу. — Х-хен. Нет! — воскликнул Чимин, вырываясь, что у него не получилось, у Хосока крепкая хватка. На это последний томно прошептал ему на ушко: — Чиминни, не бойся меня, я не сделаю ничего плохого… Чимину хотелось зареветь. Вот прям как баба. Его зажимал какой-то, толком незнакомый парень, у которого всяко была вторая половинка. О чем говорили засосы на основании шеи, которые разглядел Чимин в первую встречу. Но главное было то, что Чимин во всех смыслах этого слова был невиннен и представлял свое будущее с милой миниатюрной девушкой, но никак не с горячим парнем. Вообще нет. Хотя и были мысли, но нет. — Ну и кто из нас тут ещё. — отстраняясь от шеи и заглядывая в глаза Чимину, сказал Хосок. Но увидев, как по щеке младшего стекает слеза, он растерялся. — Чим.. Ты что плачешь? О Боже прости меня, — отходя на шаг назад и тут же приобнимая, извинялся старший. — Прости, я не подумал, всего лишь пошутить хотел. — Дурак.. — прошептал Пак в ответ и легонько ударил его в плечо, сразу же убегая из номера.

***

В голове пустота. Чимин стоит около зеркала и разглядывает покрасневшую метку, что оставил Хосок. После принятого успокоительного, он действительно успокоился и пообещал себе помириться с хеном. Ну потому что как дети, ей-Богу! Вот только кто из них повел себя как ребенок? То ли хен, у которого крыша поехала, раз так шутить стал, то ли Чим, потому что, ну что за реакция? Да, шея чувствительное место, но мог ведь и не дрожать как девственница перед первым разом. Да еще и разревелся, за что было стыдно. Толком то ничего такого не произошло. Ну да, а то, что Чимину было приятно это ничего, бывает, так сказать. Наконец успокоившись, он лег спать, совсем не предвкушая следующий день. Потому что Хосок. Потому что надо будет прийти и помириться. Потому что Хосок найдет, если не прийти. Он упертый. — Так, все хватит. Надо спать. — с такими словами Чимин перевернулся на бок и уснул.

***

Ночь. Луна озаряет высокое дерево, посреди опушки, под которым сидит Чимин. Он чувствовал легкий ветерок и нежные касания травы до кистей рук… Пак смотрел на звезды и одновременно удивлялся — «С каких это пор мои сны стали такими реалистичными? А, да и неважно». Забив на эту мысль, он прикрыл глаза и растянулся на сухой зелёной траве, наслаждаясь невесомым чувством реальности-нереальности. Но услышав странный шорох, он чуть приоткрыл глаза, сразу же распахивая их, так как увидел Хосока, который бежал к нему. На что Чимин вскочил на ноги и побежал. Бежал он недолго, пока не проснулся. Поднявшись на кровати и тяжело дыша, как после кошмара, он шептал, будто в бреду: — Нет, такого не может быть. Как так? Такого не бывает. Да за что, в конце-то концов?!! Мы не можем. Быть. Предназначенными. Мне просто показалось. — убеждал себя он, но услышав топот за дверью, притих и засунув голову под одеяло, прикинулся спящим. Дверь открылась и в комнату кто-то вошёл, а Чимин старался дышать ровно, чтобы не выдать себя, но: — Можешь не прикидываться, я знаю что ты не спишь. — тихий шепот раздался в тишине, а у Чимина круговорот мыслей в голове, — «Хосок. Что делать? Зачем он пришёл, нельзя было подождать до завтра? Зачеем? Так. Хватит ныть.» Его самокопания прервал Чон, что присел на краешек кровати и неловко начал: — Чиминни, послушай, пожалуйста. Прости что обидел сегодня. Я правда хотел лишь пошутить. — Хреновые у тебя шуточки, хён, — послышалось недовольное ворчание из-под одеяла. — И нафига вообще так шутить, — всё ещё ворча и побаиваясь (?), но уже высовывая голову из-под одеяла, проговорил Чимин. — Ну понимаешь, — пожалуй Чим впервые видел хёна таким, стесняшкой (?), — Пошутил я потому, что ты мне понравился, вот я и подумал, что мы столько раз уже виделись, а не снились друг другу, значит терять уже нечего.. И.. — Нет подожди, ты что, серьёзно? — Чимин уже как-то забыл о своей обиде и начал смеяться над хёном (да кому я вру, орёт он там во всю). — Ну если честно, то нет. Я захотел тебя ещё с нашей первой встречи. — Ooh fuck..? — передразнил младший Хосока, всё ещё посмеиваясь. — Именно. — Хён, тебя посадят. — В смысле? — Я несовершеннолетний. — Упс. Ну хоть целовать-то тебя можно будет, — Хоби многозначительно посмотрел на младшенького и поиграл бровями, на что последний заалел и отвернулся, а Чон продолжил, — Да и кстати я уверен, что ты достиг возраста согласия, поэтому... — Хён! — недовольно воскликнул Чимин, на что Хосок рассмеялся и повалил Чима на кровать, обнимая. Последний даже не стал сопротивляться. На-до-ело. Пускай всё идёт своим чередом..

***

~~~Спустя какое-то время~~~ Наконец-таки разобравшись со своими отношениями и со спором, Чимин радовался наставшим спокойным денькам. На-ко-нец-то! Его счастью не было предела. Но всё же иногда закрадывалось подозрение о том, что не может быть всё так просто и без Чиминовых неудач. Но засунув эту мысль подальше, он продолжал весело проводить свои деньки с Хосоком, так как тот взял небольшой отпуск и остался в Пусане. Правда иногда к ним заглядывал Юнги. Но от этого становилось ничуть не хуже, а даже наоборот. Пока он не застал парочку в интересном положении. Нет, они ничего такого не делали, просто как обычно дурачились на кровати. Но случилось так, что Хоби в попытке перевернуться, упал на Чимина и со стороны по словам Юнги, который зашёл именно в этот момент (ни раньше ни позже блин), это смотрелось довольно интересно. Вообще, порой Чима настораживало поведение Хосока. Вроде бы ничего такого, но хищный взгляд и дьявольская улыбка говорили об обратном. Пак конечно понимал, что хён хочет его, но это и пугало. Особенно когда они оставались наедине. Правда, вся эта боязнь рассеивалась, когда Чимин видел обратную той улыбке, лыбу, которая была тёплой, как весеннее солнышко. Однако хён молчал на счёт его желаний, конечно иногда намекал на поцелуи. Но Пак не мог, его это слишком смущало. Ведь, когда все твои мечты рушатся одна за другой, и ты понимаешь, что один (!) человек перевернул как твоё настоящее, так и будущее, то приходит мысль, о том, что не слишком ли быстро всё? Видимо нет, раз Чон напирал с каждым днём и ночью всё сильнее и сильнее, но только напирал. Действительно серьёзных действий с его стороны пока что не было. Пока что. В очередной раз, пребывая во сне, голубки (?) ворковали о будущем. Что их ожидает? Вот они и решали этот вопрос. Ну как решали, думали. Сидя под тем самым деревом в обнимку, и смотря на одну из веток дерева, на которой неописуемо красивая птица пыталась расклевать шишку. — Надо же. Так здорово находиться здесь, прямо как будто нашёл свой рай. — тихонько шептал Чимин, прижимаясь ближе к Хосоку. — Согласен, — пауза, — Чимин. Когда ты позволишь себя поцеловать? Я конечно понимаю, что тебе непривычно, и так далее, но всё же. Тебе не пять лет. Что тебя останавливает? — Ну. Просто для меня всё это впервые и мне нужно время. — Я уже слышал это от тебя и не один раз. Я жду. Не думаешь, что затягиваешь? — Хосок опять нацепил недобрую улыбку и хитро смотрел на Чима. — Ну. Я не знаю. Можем попробовать в принципе, но. — он не успел договорить, так как оказался под Хосоком. А тот, услышав разрешение, тут же воспользовался моментом и опрокинул Чима на землю, нависая над ним сверху. — Хён, ну. — Пак отвернулся от него, на что Хосок прижался к нему всем телом и повернул его лицом к себе. — Минни, мы только попробуем. — прошептал Хоупи и накрыл его губы своими легонько чмокая, но затем сразу потянулся обратно за новым, уже действительно поцелуем. Он сминал пухлые губы младшего, пока что не углубляя и давая привыкнуть к такому. Чимин же не отстранялся, и даже пытался отвечать, что пока выходило неловко и как-то смазанно. «Слишком невинное дитя.» — пронеслась мысль в голове Хосока. «И почему я раньше не разрешил ему?..» — на секунду задумался Чим. «Но сейчас мне в кайф» — пронеслось в голове обоих и они разорвали их первый поцелуй, смотря друг другу в глаза и радуясь, что вообще встретились.

~~~End~~~