Изая, Шизуо и ... Фанфики.

      Прошло несколько дней, и лютая злость, которая, казалось, вросла корнями в сердце и никогда не выгниет оттуда, исчезла, заросла, как и раны на теле монстра, оставленные таким же монстром. А вот обида… А, нет, обида тоже поутихла, сдала позиции перед отходчивостью и доброй душой, кто бы что не говорил. И Шизуо как-то облегчённо вздохнул. Блондин успокоился и тщательно всё обдумал, проведя за этим делом несколько бессонных ночей.       Он признался себе, что этот поцелуй, как оказалось, с Изаей, вызвал в нём чёртову бурю эмоций и поднял со дна давно захороненный и намертво запаянный сундук со своими истинными эмоциями. В старшей школе Хейваджима вообще не делал различий, и в его постели были как девушки, так и парни. А тут уж, что ни говори, но природное обаяние высшей пробы у Орихары Изаи трудно не заметить, плюс, информатор был единственным, кто мог противостоять такому сильному врагу и выплёвывать колкости, не заикаясь от страха. Но каждый грёбаный раз блондин одёргивал себя и отгонял навязчивую мысль. Природное чувство справедливости просто вопило о том, что Изая — зло, так оно и оказалось, в принципе. Они оказались по разные стороны баррикад, они и были там с самого начала, как представители тёмной и светлой стороны, Инь и Янь. Потому Шизуо просто всё это вычеркнул и забил на проявление чувств к любому полу вообще, объявив информатора врагом, на что тут же получил счастливую взаимность и безлимитный абонемент на каждодневный разгром Икебукуро. Намного удобнее стало всех ненавидеть и пытаться убить. И прогнать блоху, скорее, с глаз долой, чтобы, не дай Боже, не закралась мысль о том, что Орихара всё так же чертовски красив…       А сейчас получается, что блоха тоже что-то там себе думал и чувствовал, изо дня в день вспарывая врагу загорелую кожу своими ножами. Ещё и фанфики эти… И так понравившаяся блондину девушка, автор, при встрече с которой Шизуо окончательно потерял голову, оказалась проклятым насекомым! Но если то, что Изая пишет о себе, и о своём отношении к блондину в фанфиках, правда, то им есть о чём поговорить.       Настойчивый звонок в дверь отвлёк вышибалу от размышлений. На пороге стоял промокший до нитки Орихара, держа в руках крышку от мусорного бака на манер щита.       — По голове не бить! — выпалил информатор и так смешно вытаращил глаза, что Шизуо не выдержал и расхохотался. Напряжению, собравшемуся и маринующемуся столько дней, нужен был выход, и он нашёлся в этом маленьком истеричном припадке.       — Что тебе надо, клоун? — отсмеявшись, Шизуо устало облокотился на дверь.       — Можно с тобой поговорить? Дай мне пять минут, а потом можешь дубасить меня, сколько влезет, я не сдвинусь с места, – брюнет выглядел необычайно серьёзным.       Сделка показалась Шизуо выгодной, и он, ещё немного пораздумав, впустил Информатора в квартиру. Парни молча уселись на кожаный диван и уставились друг на друга. Со стороны сейчас могло бы показаться, что эти двое просто приятели, встретившиеся за чашкой чая.       Блондину на секунду показалось, что глаза врага стали влажными, а Изая, наконец, заговорил:       — Прости меня, Шизуо. Прости, я заигрался. Я хотел позлить тебя, как и всегда, но никак не обидеть. Мы — верные друг другу враги. Даже у нас есть кодекс. А я поступил подло. Хотел подшутить, затеял очередную интригу, а потом осознал, что эта тема слишком серьёзна для меня. Наша вражда священна, и никто, в том числе и я сам, и ты, не смеем осквернять её такими поступками. Искренне прошу прощения. Сейчас я уберусь из Икебукуро и больше никогда не попадусь тебе на глаза. Игры тут закончены.       — Почему ты так описываешь меня? Ты действительно так обо мне думаешь, «Чёрный кардинал»? — резко задал вопрос Шизуо, не давая понять, услышал ли он монолог информатора. Он всё простил и уже давно.       — Потому что я знаю тебя, знаю как никто другой. Я чувствую тебя, я ведь тоже чудовище. Чувствую. И искренне ненавижу, — Изая смотрел прямо на собеседника, а его глаза, вопреки яркому дневному свету, становились всё темнее. — О, дождь закончился… Даже подобие солнца вылезло.       — Не такое уж ты и страшное чудовище, я ведь тоже тебя знаю, знаю, как никто другой. А если то, что ты пишешь о своих чувствах — правда, то я вообще твой фанат, — Хейваджима, сам от себя не ожидая, подмигнул офигевшему информатору.       Слишком гнетущей казалась атмосфера. А видеть всегда оптимистичного, радостно подпрыгивающего информатора таким побитым, на данный момент в переносном смысле, оказалось слишком трудным. Почему бы и не ляпнуть что-нибудь эдакое?       — Правда, — на полном серьёзе, явно не оценив шутку, проговорил брюнет. — Но разве я в этом кому-нибудь признаюсь? А ещё я двуличен, и ты об этом знаешь. Я не мог позволить кому-то прочесть себя… И только ты вычленил в каждом тексте то, что я спрятал именно для тебя.       Почему-то Шизуо после этих слов стало очень легко. Ему захотелось поверить Изае, и он не отказал себе. А информатор просил прощения. Искренне. И впервые. Он не извинялся, когда ранил его раз за разом, не извинялся, когда насылал на Икебукуро множество нехороших личностей, не извинился, когда подставил Хейваджиму, а сейчас…       Изая ещё что-то говорил, смотрел в глаза и нервно сжимал край кофейного столика, но Шизуо уже ничего не слышал, он резко встал, подошел к опешившему брюнету и, намертво вцепившись в изящные плечи парня, притянул к себе и впился в его губы поцелуем. И вышибале сразу ответили, обвив массивную шею аккуратными бледными руками.       Сквозь поцелуй Изая всё ещё продолжал свой монолог:       — Я писал это не просто так. Я давно хотел попробовать. Я не гей, но тебя я хочу просто зверски. А вся эта канитель просто разожгла до пика и без того неплохо тлевшие угли.       — Заткнись уже. Я всё понял. И тогда у меня есть предложение, — Шизуо шептал это всё за ушко информатору, и кожа того покрывалась мурашками, а по телу полилась сладкая истома. А Хейваджима сквозь поцелуй процитировал:       «Подхватив информатора на руки, Шизуо, выцеловывая и покусывая каждый сантиметр обнажённой шеи, понёс Изаю в спальню.»       — Эй, я могу и в суд подать за посягательство на авторские права, — рассмеялся счастливый брюнет и уткнулся носом действительно подхватившему его на руки вышибале в шею.       — Это всё потом, — и блондин направился в сторону спальни.       Бережно опустив информатора на кровать, Шизуо отодвинул край чёрной футболки и едва ощутимыми мазками губ принялся целовать каждый сантиметр бархатной кожи, прямо поверх одежды дойдя до шеи, поглаживая бёдра и торс брюнета, больно прикусил место где-то на плече, и Изая выгнулся от наслаждения. Орихара плавился под умелыми ласками и, пробравшись руками под расстёгнутые джинсы своего любовника, сжал ягодицы, с силой прижимая к себе Хейваджиму. Они столкнулись пахами и потёрлись друг о друга, задыхаясь от сладостных ощущений. Изая прошелся пальцами по каждому позвонку, зарылся в светлые волосы и попытался поймать губы всё ещё кусающего и выцеловывающего его бармена. Тот охотно ответил, очерчивая стройное и сильное тело своего врага, а Изая просто изнывал под грубоватыми ладонями, дрожал от осознания силы этих, таких нежных сейчас ладоней. На пол полетела разорванная футболка и куда-то за кровать — рубашка. И не было больше враждующих вышибалы и информатора, были лишь два страстных любовника, не зная истории которых, смело можно представить, насколько сильна их любовь, была раскалённая лава воздуха по потолком, смятые, сбившиеся простыни и два идеальных тела, в жгучей агонии жмущиеся друг к другу.       Шизуо, не разрывая поцелуя, стянул с Изаи джинсы, а брюнет, помогая себе ногами, спихнул брюки с Хейваджимы. Послышался треск и недовольный рык вышибалы. Блондин, крепко обняв информатора, перевернулся на спину, и Орихара оказался сверху. Не долго думая, Изая дорожкой поцелуев спустился к животу, куснул за выступающую бедренную кость, зубами схватился за край боксёров и рывком потянул их вниз. И у Шизуо снесло крышу. Он готов был кончить только от наблюдения того, как Изая вылизывает внутреннюю сторону его бедра и языком обводит по кругу сочащуюся смазкой головку. На грани реальности блондин прохрипел:       — Стоп, ты же не собираешься?       — Я хочу этого.       И информатор решительно захватил губами колом стоящий член. Было не привычно, но Изая быстро приспособился. Вкусный. Брюнет то водил языком до издевательства медленно, едва касаясь, то плотно сжимал губы, вбирая в рот весь орган до основания, языком выписывая вдоль ствола узоры, и Хейваждима уже не стеснялся собственных стонов, сжимая до синяков острые бледные плечи. Орихара снова захватил всю длину и сделал несколько глотательных движений, отчего у бармена в глазах потемнело, всё тело свело судорогой, казалось, ещё чуть-чуть, но Изая отстранился, поцеловав головку, и с удовольствием расслышал разочарованный стон. А после зверский рык. Шизуо схватил парня за шею, с разворота впечатал в матрас, одной рукой продолжая придавливать, а вторую запустил между ног информатора.       Орихара сам был на пике возбуждения, потому, вглядываясь в затянутые пеленой страсти медовые глаза, лишь сипло попросил:       — Ну же…       Блондин поднёс руку к губам Орихары, и тот поцеловал на ней каждый палец, после чего один обильно смочил слюной, и вышибала, вылизывая партнёра за ушком, надавил на колечко мышц. Изая зашипел, но не отдёрнулся, сам насаживаясь на палец, и Хейваджима задвигал рукой, плотно прижимаясь к любовнику. Второй и третий пальцы бармен смочил сам и резко ввёл, целуя стиснувшего зубы Изаю в висок, в щёку, в шею, за ухом, куда только мог дотянуться…       Отстранившись, Шизуо раздвинул стройные ноги шире и приставил болезненно ноющий от сильнейшего возбуждения член к анусу брюнета. Немного продвинулся, прижимая Орихару к себе, так крепко как мог, не двигаясь дальше, давая привыкнуть. Информатор закусил губу и сам резко подался вперёд, обняв блондина и буквально повиснув на нём, кусая за шею. Шизуо, поняв его желание, полностью вошёл в податливое тело. Изая почувствовал резкую режущую боль, от которой искры, казалось, посыплются из глаз, а ещё почувствовал легкий успокаивающий поцелуй в шею и мягкое дуновение в ушко, от которого по телу прошла приятная дрожь, заглушая болевые ощущения. Шизуо начал двигаться, постоянно меняя угол проникновения, и когда наконец нашёл заветную точку, Орихара выгнулся дугой и схватил блондина за волосы. А дальше были пошлые шлепки, стоны, переплетение пальцев, глаза окутанные мороком страсти и полной неадекватности и ниточка слюны, мелькавшая между поцелуями. Хейваджима двигался, то замедляясь, то врываясь в хлюпающую дырочку на всей скорости, с силой вдалбливая чуть ли не кричащего информатора в кровать. Руки гладили спины, сжимали бёдра, ногти царапали кожу. Они целовались, кусались, ласкали друг друга и сжимали до хруста, переплетая ноги и руки, покрытые испариной и оттого сияющие серебром. Сейчас не существовало мира для двух тел, страстно извивающихся на кровати, существовало лишь бесконечное вязкое нечто, наполнившее пространство комнаты сладким тягучим воздухом и мягким горячим туманом, сквозь который слышались пошлые вздохи.       Оргазм накрыл обоих с неимоверной силой. Никогда и ни с кем им не было так хорошо. Выйдя из Орихары, Шизуо прижался к нему вспотевшим лбом и облизал пересохшие губы.       Несколько минут в комнате стояла тишина, нарушаемая лишь сбитым дыханием.       — Ты помнишь, чем закончился тот фанфик, который ты цитировал? — Изая, не удосужившись даже прикрыться, усмехнулся и вопросительно посмотрел на блондина.       Хейваджима повернулся к любовнику, словил несколько маленьких чертят, что плясали в гранатовых глазах и, заговорщицки улыбнувшись, потёрся носом о нос Изаи, сладко зажмурившись.       — Как ты всё детально знаешь, — информатор тоже не сдержал улыбки.       — Там было ещё кое-что, но не знаю, смогу ли сейчас сказать это вслух…       — Не нужно. Это лишнее. Может, когда-нибудь потом…       Изая, погладив по щеке уснувшего Хейваджиму, поднялся с постели, пару раз проклял вышеупомянутого, чувствуя боль в заднем проходе, укутался в простынь, что сбилась куда-то в ноги накануне, и, прихватив пачку чужих сигарет, вышел на балкон.       Крепко затянувшись никотиновой палочкой, брюнет набрал неизвестный номер.       Утром того дня все фанфики по Шизае были удалены, а доступы к сайтам заблокированы.