Омут

POV Чонгук Выйдя из комнаты, я не знал куда себя деть, и просто стоял, прислонившись спиной к двери. Хоть время уже далеко не детское, спать совершенно не хотелось, только не сейчас, когда ты находится так близко. Стоит только открыть дверь и я снова могу увидеть эти большие карие глаза, что смотрят прямо мне в душу, пытаясь разглядеть самые тёмные её уголки. Ты совсем не изменился, твой взгляд, глупые шуточки в самый неподходящий момент, удивление, единственное, что поменялось - в твоей жизни больше нет меня. Так горько, неужели мне не с кем разделить те воспоминания, что когда-то нас связывали? Боже, я ведь и вправду думал, что тебя больше нет. За это время я успел смириться и отпустить тебя, старался пресекать на корню любые попытки предаться воспоминаниям, и тут снова появляешься ты. Почему? Это можно назвать не иначе как судьбой. Вот значит как, для меня судьба имеет твое лицо, правда, Тэ? Тихо шаркая ногами об пол, я медленно побрел на кухню, ведь даже после такого незначительного и недолгого разговора в горле совсем пересохло. Свет в помещении оказался включенным, что могло значить только одно... — Юнги, почему ты ещё не спишь? — словно не своим голосом произнес я, проходя мимо, даже не смотря на парня, сидящего за столом, продолжая свой путь. — Неужели Чон Чонгук может думать о ком-то другом в то время, как предмет его вожделения и влажных мечтаний, в данный момент находится в зоне его досягаемости? — смотря на меня снизу вверх, ответил вопросом на вопрос Юнги. Холодная струя воды лилась из-под крана и я с жадностью начал пить воду, получая, наконец, живительную влагу. Напившись, я развернулся лицом к парню и вытер капли на губах тыльной стороной ладони. — Чего ты хочешь этим добиться? Хочешь заставить меня выбирать? Тогда, мне кажется, ты знаешь в чью пользу будет этот выбор. Хочешь заставить меня сожалеть? Я и так сожалею о многом. Так чего? Скажи мне, — облокачиваясь на раковину, произнес я. — Я просто хочу, чтобы всё было как раньше, чтобы ты был свободен от этих паршивых мыслей о нём, чтобы ты больше не жил прошлым, которого никогда не вернуть, мечтами, которые никогда не исполнятся - вот чего я хочу... Чтобы ты, наконец, раскрыл глаза и посмотрел на небо, не омрачённое его тучами, смог вздохнуть полной грудью чистым воздухом, не отравленным его запахом, чтобы ты, наконец, понял, кому на тебя плевать, а кому до тебя есть дело каждый миг его жизни, — Юнги поднялся со стула, подходя ближе, но, больше не предпринимая никаких действий, просто остановился в считанных сантиметрах от меня, так близко, что я мог почувствовать его парфюм, нежный с нотками мяты, — Ну, что ты скажешь? — я чувствую его тёплое дыхание на своей шее, вижу его чистые, словно капля росы, глаза. Хочется просто его обнять и огородить от всех невзгод мира. Пусть я и сказал, что ответ в выборе очевиден, но я не могу выбирать между ними двумя. Каждый из них мне по-своему дорог, но мне приходилось каждый раз отворачиваться от Юнги, чтобы не причинить ему ещё большей боли в будущем. Так было до того, как не стало Тэхена. Я словно сорвался с цепи, дал Юнги зелёный свет, не думая о последствиях. — Мин, ты же знаешь, что теперь это стало невозможно. Когда его не стало, ты помогал мне, старался успокоить, был ближе, чем кто-либо другой, и я бесконечно благодарен тебе за это. Но теперь, когда я знаю, что он жив, что с ним все хорошо, он дышит тем же воздухом, что и я, греется под тем же солнцем, я просто не могу быть с кем-то другим, понимаешь? — я вижу, как в его взгляде что-то меняется, я словно добил его, как охотник, уже и так умирающего от его выстрела, зверя. — Уходи, — лишь короткое слово доносится из его уст, и мне не остаётся ничего другого, кроме как оставить его в клетке, прутья которой скованы из мыслей и одиночества. В такие моменты просто хочется перестать существовать, чтобы не приносить никому боли, но, поняв, что некоторым ты принесешь ещё больше боли своим отсутствием, не остаётся ничего другого, как смотря вперёд двинутся дальше по дорогам жизни. POV Юнги — Уходи, — неужели я сказал это вслух? Чонгуку? Так хочется повернуться к нему и, схватившись за края его свитера, умолять остаться, но так низко падать не в моем стиле. Тэхен, ну почему ты постоянно все портишь? Стоит лишь тебе появиться, и Гук уже готов преподнести тебе на блюдечки весь мир, попутно целуя тебе руки. Ненавижу. Эти полгода были просто шикарными, не приходилось каждый день слушать о том, какой же ты замечательный. Даже когда вы ещё не были вместе, я не испытывал к тебе тёплых чувств. Почему? Ты - тот человек, которым мне никогда не стать, как бы я ни старался. Ты - единственный светлый лучик в жизни Чонгука, который мне никогда не заменить. И всё же... Я из последних сил старался это сделать, в каком-то смысле пытался быть на тебя хоть каплю похожим, но увы... Все мы разные и чего-то мы изменить не можем в силу нашей природы. Достав из внутреннего кармана пиджака пачку тонкого Winston, я встал напротив окна, поднёс сигарету к губам и втянул в себя ночной воздух, а после медленно выдыхая в город едкий дым. Ради чего всё это? Ведь у каждого должна быть цель в жизни. Какая она у меня, если единственным её смыслом является всего один человек, которому на меня плевать? Пусть это и так, пусть мне горько и это съедает меня изнутри, но я не могу изменить того, что чувствую к нему. Ненавижу это чувство беспомощности, когда хочешь что-то изменить, но не в силах сделать абсолютно ничего, и от этого не испытываешь ничего, кроме ненависти к себе, чувствуешь себя ничтожеством, не способным абсолютно ни на что стоящее. Хочется просто кричать, просить о помощи, но зачем всё это? Ведь всё равно никто не услышит твоей мольбы, и не протянет руку. Как же всё могло рухнуть в секунду с появлением всего одного человека? POV Чонгук Непонятные громыхания заставили раскрыть, уже успевшие налиться тяжестью сна, веки и подняться с кровати в поисках источника шума, который доносился из соседней комнаты, в которой я на эту ночь поместил Тэхена. Выбежав из комнаты и дернув за ручку двери, передо мной предстала картина маслом: Тэ сидит на полу, потирая ушибленную голову, а горшок с цветами, что стоял на тумбочке рядом с кроватью, разбитый покоится на полу, вся земля с него благополучно лежит, разбросанная мелкими комками на паласе, прикрытая белым одеялом. Как я мог забыть? Ты постоянно спал либо окруженный огромным количеством подушек, либо с какой-нибудь несоизмеримо большой игрушкой плюшевого зайца, когда меня нет рядом и ты не мог закинуть мне ногу на живот, обхватив при этом грудь свободной рукой. В моей же кровати, кроме меня, обхватить было нечего, поэтому ему приходилось довольствоваться тем, что есть, поэтому, когда я допоздна задерживался, приходилось выслушивать, что я виноват в том, что он снова шмякнулся. Каждый раз это вызывало у меня смех, на что он надувал губы, обижаясь, как ребенок, но быстро отходил. Вот и в этот раз мне трудно сдержать улыбку на губах. — Тэхен, все хорошо? — стараясь не наступить на разбитый цветочный горшок, я начал медленно подходить. Стоило ему заметить меня, как его глаза расширились от удивления, будто он и не ожидал увидеть меня в моей же квартире. — Относительно, — всё ещё потирая ушиб, ответил Тэ, — Что смешного? Чтоб ты знал, мне вообще-то больно, — обиженно продолжил тот, как всегда надувая губы. Что-то меняется, ну, а ты как всегда. — Нет, нет, ничего, просто... Ты, вроде, взрослый парень, а грохнулся, как ребёнок, — подойдя к нему, я присел на корточки напротив, стараясь подавить смешки от сложившейся ситуации, закрывая губы тыльной стороной ладони. — У падений с кровати нет возраста. Что за стереотип? — все так же сидя попой на полу, тихо произносит парень, — Лучше бы помог встать пострадавшему, — и тянет мне руку. — Да, прости, ты просто напомнил мне кое-кого, — выпрямившись и хватая того за руку, ответил я, помогая Тэ, наконец, встать с пола, — Пойдем на кухню, посмотрим, не смертельны ли твои ранения на поле боя с полом, только смотри, аккуратнее, твоими стараниями здесь все кишмя кишит минами в виде разбитого горшка, — всё же не сдержавшись смеясь выпалил я, ибо здесь и сейчас я пытался поймать момент, представив, что те полгода, которые пролетели будто через огонь самого ада, даже не существовали. — А вообще, это ты виноват, — медленно перешагивая осколки, и, всё ещё держась за мою руку, чтобы не потерять равновесие, тихо бубнит себе под нос Тэхен, глядя под ноги. — Хах, ну, возможно, ты и прав в каком-то смысле, кровать-то моя, — незамедлительно отвечаю я, отчего его непонимающий взгляд устремляется прямо на меня. Медленно дойдя до кухни и включив свет, я усадил Тэ на диван мягкого кремового цвета подстать всей кухне в таких тонах, и тот залез на него, укладывая ноги, как в позе лотоса, после чего я принялся искать в шкафу мешочек для льда. Всё это время я чувствовал его пристальный взгляд на себе, но вида не подавал, будто не замечаю этого. Наконец, нащупав его на самой верхней полке, я подошёл к холодильнику и открыл морозилку, доставая формочки со льдом, чтобы в следующее мгновение положить несколько кусочков в мешочек и, затянув его потуже, дать Тэхену, смирно сидящему на диване и внимательно наблюдая за моими действиями. — Прости, — еле слышно произнес Тэ, как только я дал ему лёд, на что я непонимающе уставился на него, — Ну, за то, что в комнате произошло, это полностью моя вина, ты мне помог, а я, вместо того, чтобы благодарить, начал винить тебя в том, к чему ты непричастен, — тихо продолжил тот. — Знаешь, мне в каком-то смысле было даже приятно, когда ты винил меня, не пойми неправильно, это навевает приятные воспоминания, — на этих словах Тэ прижал холодный компресс ко лбу. — Видимо, ты очень скучаешь по нему... Ну, по своему "кое-кому", ты за эти несколько минут его два раза упомянул, — неуверенно произнес Тэхен, будто боясь меня спугнуть. — Ты даже не представляешь насколько. Вы с ним так похожи, — стараясь унять дрожь в голосе, я присел рядом с Тэ, поворачиваясь к нему полубоком, — Дай посмотреть, что у тебя тут, — убирая со лба мокрые прядки волос челки, я принялся осматривать покраснение, поворачивая его голову то в одну, то в другую сторону, чтобы убедиться, что удар был несильный и в скором времени не вскочит шишка. — Так в чём проблема? Позвони ему, пригласи в гости или сам в конце концов поезжай к нему, посидите, поиграете в приставку, или что вы там богатенькие обычно делаете? — Тэ положил руки на колени, то сжимая их в кулаки, то снова расслабляя их, видимо, немного нервничая. — Проблема в том, что этого человека больше нет, — как ни в чем не бывало, всё ещё не отрываясь от своего занятия ответил я, рассматривая уже не столько ушиб, сколько самого Тэ, черты его лица, что я и так прекрасно помнил, на что Тэхен начал сопротивляться и больше не поворачивал голову из стороны в сторону, повинуясь движению моих рук. — Соболезную. Давно? — его голос стал от чего-то более уверенным. — Чуть больше, чем полгода, — отвечаю, понимая, что человека, что был мне когда-то дороже жизни, больше нет, и от этого больно щимит в районе груди. Это все иллюзия, на которую я купился, ведь ты выглядишь как он, но им ты не являешься, у тебя его голос, его манеры, его привычки, и из-за этого всё кажется таким реальным. Я просто не могу оторвать взгляда от его глаз, что смотрят на меня с сожалением, будто и вправду в чём-то виноват, а он, в свою очередь, и не думал отводить свой. Тишина отдавалась писком в ушах, но ни Тэхен, ни я не осмеливаемся нарушить её такими ненужными сейчас словами. Сидя к нему настолько близко, я могу даже почувствовать запах его ванильного шампуня, он действительно не изменился, но вместе с этим изменился колоссально, находясь так близко, он остаётся для меня таким далёким, что сама мысль об этом буквально сводит сума. О чём ты сейчас думаешь? В моём деле я всегда хотя бы предполагаю, если не знаю наверняка, о чём думает сейчас человек, но твои мысли для меня всегда оставались недосягаемыми. В чём твой секрет? — Ну почему ты такой? — не сдержавшись, все же озвучиваю я свои мысли, а ты будто понимаешь о чём я, но всё равно молчишь, смотря как я мучаюсь. — Мне всегда казалось, что незаменимых нет, но, кажется, это не тот случай, — ответ последовал практически незамедлительно и я почувствовал нежное касание твоей руки о моё плечо. Это странное ощущение окутало с головой, казалось, что всё по-старому, если мне плохо, то ты всегда найдёшь нужные слова, но в то же время, голос разума протестовал, стараясь убедить меня, что это невозможно. Мне тяжело, так тяжело осознавать всё это, что я готов просто здесь и сейчас умереть от того переизбытка чувств, что я испытываю в данный момент. — Не думаю, что это подходящая тема для разговора, — не желая больше продолжать это, тихо произнёс я. Как же мне хочется сейчас всё ему рассказать, но это явно не лучшая затея. У Тэхена теперь своя жизнь, и, как бы досадно это не было, без меня, так будет лучше для нас обоих. — Прости, я не хотел сыпать соль на рану, — тепло, что ты дарил своей ладонью ушло, стоило тебе опустить руку. Да, рана, огромная, кровоточащая дыра посреди груди, именно это я ощущаю сейчас. Почему всегда всё так сложно? Ты стараешься не смотреть на меня и твой взгляд падает на чайник, стоящий на электроплите. — Чай, кофе? — встаю и направляюсь прямиком к висячему шкафчику с кружками. Дверца с лёгкостью открывается и я достаю обычную синюю кружку и, отодвинув в сторону другие из самого угла, белую с мордочкой панды. Сразу в воспоминаниях всплывает тот день, когда ты просил её купить, говоря, что она создана для тебя, и если эта кружка останется в магазине, то и ты тоже. — Чай, если можно, зелёный и без сахара, — произносишь ты, провожая меня взглядом. Ставлю чайник и достаю пакетированный чай зелёный с полки для Тэ, а себе чёрный с бергамотом, и кладу пакетики по кружкам, стоящим на столе. — Странно, этот дом такой большой, но никого, кроме тебя, я здесь не видел, вокруг обеденного стола всего два стула, и то, второй скорее так, чтобы общий вид не портить. Ты живёшь здесь один? — с наблюдательностью у тебя никогда не было проблем. Почему-то этот вопрос сбил меня с толку, но я всё же решил ответить. — Помимо меня, на этом этаже живёт ещё один человек, Юнги, ты с ним уже виделся в кафе, парень с белыми волосами. Прислуге, что живёт этажом ниже, сюда можно входить только с нашего разрешения, а на первом охрана. На счёт стульев, ты прав, мы с Юнги обычно находимся дома в разное время, поэтому занимаем всегда один и тот же стул, с которого открывается лучший обзор на телевизор. — А родители? — будто понимая, что не следовало задавать этот вопрос, твои глаза начинают бегать из стороны в сторону. — Они погибли в автокатастрофе около четырех лет назад, — на этих словах до ушей донеся звук свистка, оповещающий о том, что вода закипела. Выключив электропечь, я аккуратно взялся за ручку чайника и начал разливать по кружкам горячую жидкость, заставляя появляться в воде замысловатые узоры от заварки, и пригласил Тэхена за стол. Опустив босые ноги на пол, парень медленно начал шагать в сторону стола, и, отодвинув стул со скрипом ножек о плитку, сел на него. Твои руки тянутся к кружке, и, поднося её к губам, ты сразу делаешь небольшой глоток. Меня всегда поражало то, как ты можешь пить только что наведённый горячий напиток, так и сейчас, поморщившись, представляя не самые приятные ощущения от кипятка, обжигающего горло, взяв фильтр для воды, я разбавил свой чай, на что получил твой удивленный взгляд. — Как можно разбавлять чай холодной водой? — с искренним непониманием произнес ты, делая ещё глоток. — Как видишь, очень просто, — гордо подняв голову, ответил я. — Эуф, кошмар, это же портит всю его прелесть, — всё не унимался Тэ. — Это, во всяком случае, лучше, чем потом весь день ходить с обожжённым горлом и языком и не чувствовать вообще никаких вкусов, — стараюсь доказать свою правоту, на что получаю лишь недовольный вздох, видимо, не убедил. — Пить нужно не так, будто ты только что марафон пробежал, а аккуратно, маленькими глоточками, пробуя чай на вкус, — ты всё не унимаешься, но меня это даже не раздражает, скорее напротив. — Поверь, я так пробовал, не ты первый, кто говорит, что пить нужно по глоточку, но в последний раз, когда я послушал этот совет, я обжог язык так, что потом несколько дней не мог понять вкуса пищи, видимо, мне не дано, — эх, кажется я сдаю позиции, и Тэ, явно чувствуя это, победно улыбается. — Ладно, пей как тебе нравится, — закинув ногу на ногу, делая последние глотки проговаривает Тэхен и отставляет кружку, благодаря за чай. — Пойдём, я покажу тебе комнату, в которой ты проведешь остаток ночи, и, надеюсь, в этот раз обойдётся без полётов, — усмехнувшись, я тихо толкаю дверь, ведущую в коридор. — Если бы это ещё от меня как-то зависело, уж во сне я себя контролировать не могу, так что ничего не обещаю, — тихо шлёпая ногами о паркет в коридоре, проговаривает Тэ. — Я дам тебе ещё две подушки, помимо той, что уже лежит на кровати, так что ты уж постарайся, — подходя к одной из дверей, я дёрнул за ручку, пропуская парня в полностью белую, начиная от штор и заканчивая часами на прикроватной тумбочке, комнату, а сам тем временем захожу в соседнюю и хватаю подушки, лежащие на диване, и быстро возвращаюсь обратно. — Вот, как и обещал, — аккуратно кладу их на кровать рядом с тобой, — Ну, располагайся. Спокойной ночи, — отворачиваясь к двери, почти шёпотом проговариваю я. — Да, надеюсь, в этот раз действительно спокойной, — по голосу слышно, что ты улыбаешься, от чего и на моих губах сама собой появляется улыбка.