Кукольник.

      Высокий мужчина поправил свою красную бабочку и разгладил жилет. Затем он взял из шкафа сервиз; захватив коробку конфет и коробку с печеньем, Фокусник не спеша дошёл до стола, за которым уселась его гостья. Когда он расставлял тарелки и кружки на стол его движения были элегантны и быстры: прекрасная улыбка украшала лицо, но глаза, похожие на глубокие тёмные озёра, не таили тепла. Девочка смотрела на быстро появившийся сервиз и уже разложенные конфеты и пряники. Этот Волшебник определённо был щедрым! Эмили с восторгом наблюдала как с каждым разом появляется всё больше и больше сладостей, из-за чего её желудок невольно заурчал. ― Ах, мистер Волшебник, я не смогу столько съесть, ― смущённо произнесла Эмили. Мужчина на секунду задумался, но потом заулыбался ещё шире; его глаза были полны нетерпения. Сердце стучало и будто рвалось из груди. Ах, как бы он хотел насладиться этим мгновением чуть подольше… Определённо, он не хотел, чтобы всё заканчивалось так быстро, но он просто не мог больше ждать. ― Пора начать представление! ― воодушевлённо воскликнул Фокусник. Он быстро покинул свою гостью и, поднявшись на сцену, скрылся за кулисами. В этот момент весь кукольный зал внезапно погрузился во тьму. Девочка вздрогнула; её маленькое сердечко, как запертая в банке бабочка, затрепетало от волнения. Маленькими ладошками она сжала подол своего бардового платья и её взор устремился только вперёд.       Прошло около десяти минут и, внезапно, в центре сцены сверху зажегся одинокий фонарь. Он вонзился в пол, как острая игла. Мужчину, появившегося посреди сцены, озарял холодного оттенка свет прожектора, и заставлял его одежду, словно по волшебству, сиять золотыми блёстками. Красивое зрелище, представшее перед девочкой, наполнило её ранее испуганное сердечко восторгом. На лице вновь образовалась улыбка, и глаза уже с интересом наблюдали за происходящим. Ожидание было недолгим, ведь через какую-то минуту голос мужчины раздался так громко, что заполнил весь зал. Голос был чётким и кристально чистым, он будто проникал в само подсознание и между тем глубоко оседал в сердце. Чем больше девочка слушала этот голос, тем больше её тело ощущало невесомость, её конечности цепенели, а чувства и вовсе притуплялись. Наконец, Фокусник произнёс завершающую речь: ― Да начнётся шоу!       Меньше чем через минуту мужчина удалился за кулисы. Представление началось и огромные бордовые шторы лениво начали раздвигаться, открывая чудесную пьесу.       Маленькие, будто живые, куколки повылазили из-за высоких зелёных деревьев. Сначала они собрали цветы и сплели их в венки, а затем, надев их на головы друг друга, встали в кружок и начали вести хоровод, издавая причудливое топанье.       Закончив вести хоровод, куклы разбились на пары: всего их было три. После чего каждый начал вытворять удивительные вещи: одни танцевали, вторые показывали акробатические трюки, ну а третьи достали из неподалёку стоящего сундука: флейту, гитару и скрипку, и начали играть весёлую музыку. Праздник, казалось, будет продолжаться вечно, но внезапно весь лес заполнил серый туман: куклы мгновенно, прекратив все свои игры, встали по струночке. Их фарфоровые тела стояли будто обездвиженные, и постепенно некто, незаметно для них, начал оплетать их руки и ноги серебряной паутиной. Куклы задрожали. Их головы медленно склонились, а глаза были закрыты. Внезапно, глаза распахнулись и их безжизненные очи наполнились светом. Куклы чуть приподняли головы и всё их внимание направилось на зрительный зал, после чего одна из кукол, что была в центре, растянула миловидную улыбку, сощурив глаза в форме полумесяца. ― Один… два… три… четыре… пять, ― нежный голосок последовал от улыбчивой куклы. Позже она замолчала на минуту, и снова продолжила: ― Давай играть, Эмили, ― сказав это, кукла исчезла в тумане.       Эмили в исступлении застыла, и даже не смела дышать. Ей казалось будто её шею что-то сжимает, из-за чего она не могла произнести ни слова.       Это было неожиданно, но она только сейчас почувствовала, как что-то холодное коснулось её плеч. Девочка вздрогнула и ахнула, но не успела она повернуть голову, как это «что-то» сжало её плечи мёртвой хваткой, и прошептало: ― Ти-и-ше-е, я не обижу тебя ~ Эмили ощущала, как холодное дыхание проникает в уши. Её сердце отчего-то начало биться чаще, а дыхание участилось. Девочка собралась с силами и вдохнула поглубже, и дрожащим тоном произнесла: ― Отпусти… мне больно.       Холодная улыбка взыграла на идеальном фарфоровом лице, правда Эмили не могла этого увидеть, после чего руки куклы сжались ещё сильнее, от чего Эмили почувствовала треск своих костей. ― Так не интересно, ― игривым тоном начала златовласая кукла ― игра ведь только началась ~ После минутной тишины, девочка попыталась вырваться, но внезапно в её шею вонзилось что-то острое, и она душераздирающе вскрикнула. ― Очень жаль…, ― с увядающей улыбкой произнесла светловолосая кукла. Как только девочка ощутила боль, перед глазами всё резко поплыло. Её мысли были словно в тумане. Всё что она видела: был темный потолок и медленно угасающий свет.       Чьи-то руки аккуратно подняли беспомощное тело Эмили. Эти руки были тёплые и очень нежные, словно бархат. Осторожно поправив чёлку девочки, мужчина расплылся в довольной улыбке. Его глаза, похожие на чёрный омут, пристально рассматривали уже теряющего сознание ребёнка. ― Очень хорошо, ― произнёс он. ― Скоро, моя милая, ты присоединишься к моим творениям. После недолгого монолога, Кукольник размеренным шагом направился к выходу. Его новая куколка, определённо будет неповторимым произведением искусства. Такие мысли наполняли его давно уже истлевшую душу невероятными эмоциями. Да, определённо ― это станет его величайшим шедевром за последние сотни лет.