Мы с тобой

— Скука… — протянула Акко, сидя на столе, водя пальцем по окну, за которым лил дождь. Прошла уже неделя с тех пор, как ребята нашли зацепку и вот уже неделю стояло затишье. Ведьмам сказали, что, пока составляются списки возможных подозреваемых, они могут отдыхать. Так и вернулась их обыденность дней, за исключением того, что девушки были в предвкушении дел и великих свершений, но и оно исчезало с каждым часом. Через несколько дней после того, как произошло открытие, уехал Эндрю. Ну, как уехал, его отец приехал и бесцеремонно увез. С тех пор улыбка Акко появлялась редко и Сюси вынесла диагноз: влюблена. Кагари даже не отпиралась, так как «симптомы» были на лицо: мечтательный взгляд в никуда, улыбка рядом с ним и грустный взгляд без него, а еще нелепые сны и мысли. Все это Акко считала признаками влюбленности. Странно, но любовь не тяготила её, как написано в книгах. Она не хотела делать глупые действа, петь и кричать о любви и улыбаться, как дура. Возможно потому, что она была уверена — её любовь не взаимна. Ну какая любовь между ведьмой и человеком, которому с детства втолковывали, что ведьмы — никто и уже прошлый век? Именно тогда Акко поняла, что сказки и жизнь — вещи разные, и жёсткая реальность даже лучше. Она избавляет от надежды, которая не даёт отступить, но и тяготит ожиданием. Так что пусть пока свои чувства она поддержит в секрете, по крайней мере до поимки вора. Казалось, девушка может весь день так просидеть у окна и смотреть на погоду, которая с исчезновением камня становится только хуже. Ещё вчера было просто пасмурно, а сегодня идет ливень. Интересно, завтра снег или град? От размышлений Кагари оторвал стук в дверь. Сюси неслышно, впрочем, как и всегда, лишь обозначила свой приход, но подошла бесшумно. Она единственная, кто знал о её влюбленности, и Акко ценила то, что она не лезла с советами и вопросами. Но, к сожалению, это не означало, что она проникнется жалостью или сочувствием и прекратит свои эксперименты с грибами на ней. — Всё в окно пялишься? — тихо, как и всегда, спросила девушка. — Сюси! — от неожиданности Акко повернулась к подруге и, не удержавшись, грохнулась на пол с подоконника. Охнув, ведьмочка начала вставать. Было больно, но, наверно, она стала привыкать к боли каждый день, ведь столько всего произошло. — Помогла бы встать, что-ли… — Зачем? — пофигистично спросила девушка. — Ты сама справляешься. Действительно, кто бы сомневался, что Акко и не встанет! Отряхнувшись и потерев многострадальную пятую точку, на которую пришёлся основной удар, девушка перенесла свою тушку на стул и облокотилась на спинку грудью. Вздохнула и, осмотрев подругу быстрым взглядом, опять повернулась к окну. Дождь не прекращался, и, казалось, даже усиливался: дорожки из капель бежали по окну все быстрее, как будто хотели быстрее успеть что-то сделать, пока погода не нормализуется. — Ты знаешь, сегодня к нам приезжает гость. — начала внезапно Сюси. — Кто? — резко повернула голову к собеседнице. Акко хотела надеяться, что это Эндрю, но, скорее всего, это не так. Наверное, кто-то из спонсоров академии. Вести о пропаже камня в массы не распространились, но верхушка и лучшие следователи в курсе дел, поэтому можно было даже считать, что знало о воровстве достаточно много людей. Как оказалось, в учебное заведение магии приехал министр образования и главный следователь. Если с намерениями второго, опросами и продвижением дела, было понятно, то, что здесь делает человек из министерства — непонятно. Должна уделить внешности мужчин пару строк. Министр, Черзен Окдон, был, не сказать, что высоким. Так, среднего роста. Немного полноват и выглядел лет под сорок. Лицо его могло показаться кому-то нелепым из-за маленьких глаз и полных губ, вкупе со средненьким носом, но это лицо не было лишено какой-то своей привлекательности. Наоборот, оно было интересным. Следователь же, Мирт Сведш, был его полной противоположностью: высокий, статный, с аристократическими чертами лица, знать как-никак, и выглядел он молодо, лет на двадцать пять. Вот только лицо его, как маска, а глаза небесного цвета точно лёд, застывший много тысячелетий назад. И ещё он был блондином и получалась этакая неприступная снежная королева…кхм…король. Снежный король. Этот человек внушал какую-то смутную тревогу и заставлял сердце ускорить бег, и самому бежать подальше от такого мужчины. Всех девочек собрали в приемном зале. — Здравствуйте, ученицы и профессора, — начал свою речь министр. Обернувшись на друзей, Акко уже заметила зевающих. — Я сожалею вашему несчастью и должен сказать, что наши власти сделают все возможное для содействия и решения проблемы. Камня на данный момент нет, поэтому я хочу озвучить решение, принятое советом министров: пока ведьмы лишены магии, учёба в академии прекращается и они едут по домам. Что?! Глаза Кагари увеличились, наверно, вдвое. Домой было нельзя, кровь закипала от жажды деятельности. Да и как так можно? Это же фактически закрытие академии, которое прикрывают «отпуском» или «каникулами»! Нельзя с этим мириться! Примерно с такими мыслями — цензура многое не позволяет — Ацуко уже хотела направится к этому напыщенному министру и все ему высказать, но неожиданно её планы нарушил следователь. — Знаменитая Кагари Ацуко. Девушка, которая спасла мир, — перед девушкой неожиданно появился блондин и слегка поклонился. — Меня зовут Мирт Сведш и я хотел бы задать вам несколько вопросов. Акко этот парень не понравился с первого взгляда. Красивый и все такое, но он выглядел скрытно и вызывал чувство лёгкой паники. По глазам или движениям ничего нельзя было прочитать и это немного нервировало, потому что Ацуко не знала, что от него ожидать и как себя с ним вести. — Я была не одна, мне помогали друзья, — девушка хотела оставаться в этой ситуации твердой и решительной. Наверное, она познакомилась с представителем такого типа людей, которые увидев слабость оппонента, будут её всячески использовать. — Я отвечу на все ваши вопросы. Обернувшись к сцене, на которой шёл ярый спор, Мирт попросил девушку показать более спокойную обстановку, и они направились в один из пустовавших кабинетов рядом. Как только за парой закрылась дверь, Акко поняла, что сделала ошибку, потому что чувство тревоги усилилось, а дискомфорт ощущался явно, как никогда до этого. — Итак, — мужчина присел на краешек ближайшей парты и достал блокнот с ручкой. — Именно вы обнаружили первую улику, значительно продвигающую дело, и я хотел бы спросить: есть ли у вас подозреваемый? Человек, на которого вы думаете сами? — Ну, как мне сказала Диана, порошок дорогой и позволить себе его может лишь знать, — переведя взгляд на окно, Акко окунуться в размышления. — Но не у каждого есть доступ ко входу, да и родители ведьм или сами они этого не сделали бы, нет значимых мотивов и смысла. Возможно, кому-то необходимо подорвать укрепляющийся авторитет магии или что-то типа того. Думаю, это может быть человек, у которого есть доступ, нет здесь родственников и который не раз здесь был и знает место расположения камня, — выдохнула Акко. Это было сложно, но, как ей показалось, она смогла чётко и логично объяснить свои выводы. Смотря в окно, девушка не заметила серьёзного взгляда следователя. Мирт думал, что ему попалась легкомысленная дурочка, которая только начала изучать магию и по чистой случайности завоевала признание миллионов людей, а здесь такой сюрприз. Кагари Ацуко, или хорошая актриса, или умеет быстро подстраиваться под обстоятельства. Скорее всего второе, потому что игру он бы отличил, опыт у него большой, несмотря на молодой возраст (тридцать лет). Возможно, из этой девушки и выйдет толк, а ему хочется быть рядом. Понаблюдать и выжать из этого максимум пользы для себя. Да, неплохой план. — Это хорошие и действительно полезные размышления, мисс Кагари, — мужчина спрыгнул со стола, заставив Акко перевести на него взгляд, и подошёл к ней. — У вас есть кто-то конкретный на примете? — Нет, нету, — девушку все больше нервировали эти две глыбы льда, смотрящие на нее, как на добычу. Пришлось немного отодвинуться и маленькими шажками идти вдоль стены к двери. — Жалость-то какая, — уголки губ Сведша опустились, но он не выглядел расстроенным. Наоборот, такое чувство, что усмехался и загонял мышку в ловушку. Она уже нащупала рукой дверную ручку, осталось лишь повернуть и выскочить. Делов-то, пять секунд — и на свободе, подальше от этого жуткого следователя. Черт, шестое чувство внутри уже верещало во всю глотку и мешало сосредоточиться на желаемом. Быстро открыв дверь, Акко уже наполовину высунулась из аудитории, но не тут-то было. Годы работы научили Мирта быстрой реакции и ловкости, так что девушку молниеносно втянули назад и припечатали к двери. — Мы ещё не закончили, мисс Кагари. — улыбка расползлась по лицу в предвкушающем оскале. Возможно, это и выглядело бы сексуально, но не когда глаза оставались как стекла. — Я не хочу больше говорить. Отпустите меня! — паника накрыла её с головой. А если он с ней что-то сделает? Черт, да ведьмы не сдаются! Хрен ему, а не она. С этим решительным мотивом, Акко врезала мужчине по коленке. Не ожидавший подлянки следователь ослабил хватку, позволившую Акко вырваться и открыть дверь. — Помо… — девушка уже хотела закричать, как перед ней появилось неожиданное препятствие в виде мужской груди. Эндрю наконец-то смог доделать свои дела и уехать из поместья. Он так неожиданно вырвал парня из обстановки, что Хамбридж не успел даже попрощаться с Акко. И сейчас, идя по коридору академии, в которой он уже может хорошо ориентироваться, парень направлялся к комнате ведьмочки. Неожиданно дверь через несколько метров от него открылась и из неё высунулась знакомая макушка с хвостиком на затылке. Он уже хотел окликнуть ее, но следом за девушкой показалась рука, явно мужская — ладонь широкая, и утянула Акко назад. Эндрю нахмурился. — Не понял, — подойдя к той самой двери, из которой появилась подруга, парень уже хотел открыть её, как внезапно она открылась сама. — Помо… — в первую секунду Ацуко не заметила преграды, но потом подняла взгляд и в её глазах сразу появилось облегчение. — Эндрю! За ней стоял весьма знакомый ему мужчина. Эти глаза он помнит и через десять лет и вряд ли когда-нибудь забудет. — Мистер Сведш, — зашёл в кабинет парень и закрыл собой Акко. — Какими судьбами к нам, и что происходит? Вот же черт, мелкий Хамбридж. И что он тут забыл? Мирт нацепил на лицо лучшую улыбку, которая хоть немного смягчала лёд в глазах. Ничего, он справится и не отдаст такой эксклюзивный цветочек. — Я назначен следователем в пропаже камня, Эндрю. И опрашиваю ведьм, приближенных к делу. — мужчина сделал шаг вперед, сокращая дистанцию между ними до одного метра. — Как ты здесь очутился? — По делам. Вы закончили? — спросил Хамбридж-младший Акко, даже не повернувшись к ней. Услышав тихое «да», уже увереннее продолжил, пристально смотря на Мирта. — Тогда попрошу вас заняться опросом других и не тратить ваше драгоценное время на мою…подругу. — О, так мисс Кагари ваша девушка! Что же, не буду мешать влюбленным, — с иронией в голосе мужчина обошёл пару и вышел из класса. А вот это немного усложняет дело. Наверняка Эндрю теперь будет все время ошиваться рядом и нарушит его планы. Когда Акко и Эндрю остались вдвоём, парень развернулся и обнял девушку, прижав к себе. Опешившая Ацуко не знала, как себя вести. Вот он, возлюбленный, защитил и теперь ещё и обнимает, но слишком неожиданно и странно это. С чего бы ему.? — Эндрю… — Старайся не находится с ним рядом, поняла? Акко, он страшный человек и явно затеял что-то на твой счёт. Поэтому, прошу, даже не ходи никуда одна, — глухо проговорил парень и поднял её лицо за подбородок, — хорошо? Девушке ничего не оставалось, как только кивнуть. Забота была приятна и теплом расплывалась в груди, заставляя улыбнуться, но грустно. Возможно, потому, что он делал это в знак дружбы, они же друзья. Наверное, он просто переживает за друга и помогает лишь поэтому. Именно в этом причина её печали, но она этого не покажет. Не хочется огорчить дорогого сердцу человека, поэтому она промолчит. Им не нужны лишние проблемы с чувствами, когда на кону магия мира. — Надо было сказать, что я не твоя девушка, — отвела взгляд. — Ничего страшного, все хорошо. Даже лучше, он будет на чеку и навряд ли подойдёт в ближайшее время. Так что, — парень улыбнулся, — притворимся, что мы пара. Ты ведь не против? Конечно, она не против, но все же неприятно. Притворяться любимыми, когда один любит, а другой нет казалось ей немного подлым и неправильным. Но все же Акко девочка умная и понимает перспективы такой защиты, так что оставалось только кивнуть. — Вот и славно, — Эндрю был счастлив, что она согласилась. Возможно, именно так ему удастся донести до нее, что он хочет не просто притворяться, то, что он не хочет быть просто другом.