Парень, сидевший на том конце класса

      Сначала мой день начинался лучше некуда, даже Эдд с Мэттом в школу пришли и мне было не так одиноко, как прежде. Но моё настроение ухудшалось, ведь сегодня я не видел его в школе... Как только я зашёл на территорию школы, все мои мысли были заняты Томасом, но его не было. Всё время я смотрел на его пустующую парту, сначала просто ожидал, что он подойдёт к следующему уроку, что просто опаздывает. Но его не было не после первого урока, не после второго, и даже после третьего не было... В голове один вопрос: "что с ним?", а ответа нет. Я уже успел представить его в красных пятнах от болезни, лежащего под одеялом и с градусником, я представлял его в больнице с каким-то переломом, но я понимал, что это может быть чушь. Я просто накручиваю себя, ничего более.       Парк. Только туда он мог пойти, если не в школу. Хотя, я мало чего о нём знаю, поэтому мне остаётся только надеяться, что он будет там. Придётся поторапливать друзей, чтобы они шли быстрее и стараться игнорировать и переводить тему их вопроса: "Куда ты так спешишь?". Выхожу из-за школьных ворот и гляжу на время. Рано. — Океей, предлагаю прогуляться, — чтобы не было скучно, я решил предложить Эдду и Мэтту пройтись вместе. А потом уже ненароком уйти и застать Тома... — Ну, — слегка смущается Эдд, так как рука его парня упала ему на талию, — можно было бы, — Гулд косится на Мэтью, который кивнул на его неозвученный вопрос. А я тихо завидую. — Отлично, — озвучиваю и разворачиваюсь в сторону парка, не спеша идя рядом с Эддом. Назойливые приставания Харгривса было сложно не заметить, но мне приходилось терпеть. А лучше, просто представлять меня и... Его.       Прошло около получаса, как мы гуляем втроём, хотя мне уже начинает казаться, что я сам с собой, а они друг с другом. Эдд и Мэтт не отлипали друг от друга, вечно целовались, а Эдд хихикал, когда Харгривс шептал ему что-то на ухо. Я чувствовал себя лишним в их компании, но мой подсознательный голос говорил, что это вовсе не так, просто они нуждаются друг в друге. Но в один момент мне это просто надоедает. — Ребят, я домой, — медленно приостанавливаясь, обращаюсь я к ним, и те отрываются друг от друга, уставившись на меня. — Оу... Хорошо, тебя проводить? — спрашивает меня Гулд, явно почувствовав себя виноватым. — Не, я сам. — Покеда, — обращается ко мне рыжий, махнув рукой. — Давай, — кивнул шатен, натянув извиняющуюся улыбку, на что я ему кивнул, как бы говоря, что всё в порядке. Оба парня развернулись, а их руки сомкнулись "в замочек", и те пересеклись тёплыми взглядами. Я смотрел на них несколько секунд, как те уходят в даль медленным шагом, никуда не спеша и наслаждаясь компанией друг друга. Хотелось бы и мне такой взаимности.. Встряхнув головой, я развернулся и оглянул всё вокруг себя, улыбаясь себе и понимая, что сейчас на том самом месте он будет играть такую душевную песню, которая захватит моё сердце вновь, заставив прочувствовать его и снова убедиться в том, что он тот, с кем я хочу быть. Конец POV Торд       На улице холодает, с каждым часом температура становится ниже на градус, а то и на несколько. Листья, давно потерявшие жизненный сок, уже не шуршат под ногами как прежде, а издают не всем приятный звук слякоти, ведь круговорот жизни в природе всегда берёт верх. Над головой сгущаются тёмные тучи, а где-то вдалеке слышится гром. Вот-вот начнёт капать дождь, но норвежский подросток всё продолжает сидеть на скамейке и дожидаться предмет своего воздыхания. Хоть Томас и не знает, что к его персоне испытывают такую бурю чувств влюблённости, но Торд верит всем сердцем, что однажды он обратит на него внимание. По телу проходит очередная дрожь, и Ларссон вздыхает. — он ведь придёт, да?.. — с надеждой в голосе шепчет себе под нос Торд. Он редко размышляет вслух, крайне редко, но сейчас думать про себя удавалось с трудом из-за пронзающего холода, ведь норвежец сидит лишь только в лёгкой курточке, а сам он без зонта, ведь не планировал сидеть здесь так долго. На его курносый нос падает капля дождя, из-за чего он вздрагивает и поднимает голову, уставившись в небо. На его лицо начинают падать ещё несколько таких же капель, а всё вокруг намокает, и Ларссон опускает голову, теперь смотря на место под деревом. Зря он на что-то надеялся. Зря спешил в этот чертов парк, зря уходил от Эдда и Мэтта, он всё это делал зря. Влюблённость накатила на него, создала некую иллюзию чего-то хорошего, но развеять её сложно. А крайне сложно перестать надеяться на хорошее будущее.       Торд чувствует, как у него начинает вибрировать в кармане, и тот, не долго думая, достаёт телефон и смотрит на дисплей, где написано "мама". Ларссон колеблится, косясь на время и понимая, что достаточно влетит. Глубокий вдох, и он отвечает на звонок: — да, мам?..

— Господи, Торд! Где ты пропадаешь в такое время? Почему ты не предупредил? Быстро иди домой, а там всё объяснишь!

— Извини... Хорошо, я понял... Женщина сбрасывает, а последнее, что слышит Ларссон, это звук, уведомляющий о том, что разговор завершён. Он опускает телефон и поднимается со скамьи, попутно убирая телефон вместе с руками в карманы. Бросив последний взгляд на место Томаса. сероглазый грустно улыбается и направляется домой, уже с капюшоном на голове и смотря себе в ноги.

***

      В комнате царит полная тишина, но это продолжается ровно до того момента, когда Ларссон чихает. Прогулялся под дождём и заплатил здоровьем. В любой другой день до встречи с Томом, Торд был бы просто на седьмом небе от счастья, но не сейчас. Хоть и была суббота, и в любом случае норвежец остался бы дома, но в понедельник ему придётся лежать в постели вместо того, чтобы наслаждаться черноглазым пареньком, который "захватил" сердце сероглазого одной только игрой на гитаре. Торд ни за что не хотел пропускать школу, пусть даже если он не очень хорошо учится, ему всё равно на учителей и других одноклассников, ведь теперь он ходит туда в основном ради Томаса. Может быть позже, когда эта влюблённость пройдёт, он скажет самому себе, что нужно взяться за ум, но не сейчас.       В комнату без стука заходит русоволосая женщина, которая проходит к кровати сына, чтобы проверить, спит тот или нет. Торд, заметив в своём поле зрения родителя, натянуто улыбнулся, но мисс Ларссон просто не могла не заметить покрасневшее лицо сына и усталость на его лице. — доброе утро, милый, — желает та, садясь рядом на кровать и кладя свою женскую ладошку на лоб сына, так проверяя, есть ли у него температура. — я так и знала, — на вздохе говорит она, посмотрев добрым, сочувствующим взглядом на своё чадо. — мам, со мной всё в порядке, — пытается отмахнуться Ларссон, переворачиваясь на бок. — я вижу, — с сарказмом говорит та, поднимаясь и складывая руки на груди. — сейчас градусник принесу. — комментирует свои действия Ларссон, разворачиваясь и направляясь в другую комнату за нужным ей предметом. Вернулась она уже не только с тем, что озвучила ранее, но и с бутылкой воды и несколькими коробочками с таблетками, кладя это всё на тумбу. Торд улыбнулся матери, так благодаря её за заботу и отворачиваясь на другой бок и укрываясь одеялом по самое горло.

***

      Проходит около недели, и выздоравливать Ларссон начал только сейчас, ведь сам не особо заботился о своём здоровье, но одно только его радовало. Том всё равно приходил к нему. Они продолжали доделывать проект, хоть и зачастую в тишине, лишь иногда перекидываясь фразами. Это и правда напрягало сероглазого. Но так же он не хотел заразить Риджуэлла, поэтому старался не забывать надевать маску. Торду не нравилось в присутствии Тома только то, что за всё время Риджуэлл больше сблизился с его сестрой, чем с ним самим. Хотя, скорее всего, она просто не давала этим двоим даже нормально пообщаться, только если по делу, ведь только Торд пытался что-то сказать, Ларссон младшая сразу же его перебивала. Это раздражало норвежца, но из-за своего вечно уставшего состояния он просто напросто не мог заткнуть ей рот.       Наконец, спустя такое долгое время, Торд выздоравливает и возвращается в школу со справкой в руках, которую уже успел помять и повалять на полу. Но какая разница, если на неё взглянут лишь один раз в жизни, а потом просто выкинут? Вот и я о том же. Так вот. Наш старшеклассник возвращается с новыми силами в школу, и даже с неким энтузиазмом, ведь ему кажется, что теперь хоть как-то, но Торд сможет хоть контактировать с Риджуэллом. Это ли не хорошо? Это очень хорошо! Теперь-то он ведь точно сможет заткнуть рот своей несносной сестре, которая пользовалась его состоянием.       Казалось бы, что могло измениться всего за какие-то две недели? А, как оказалось, многое. Например то, что когда Торд зашёл в класс, для него стало удивлением то, что Том общался с Эддом и Мэттом. Причем... Он не просто посылал их, а с искренней улыбкой отвечал им и вёл диалог. Первое, что охватило Торда - ревность. Но почти сразу он утихомирил это в себе, так как всё ещё задавался вопросом: "Какого черта?". Всё-таки, он подошёл к этой троице, и Эдд, заметив друга, сразу кинулся к нему в объятия. — о, Торд! Мы по тебе так соскучились, ты просто не представляешь! — прижимаясь к лучшему другу, говорил тот, а Торд тем временем обнимал Гулда в ответ, а после проговорил, усмехаясь: — Эдд, вы с Мэттом были у меня два дня назад... — каштановолосый отпускает Ларссона и смотрит на него, всё ещё держа руки у того на плечах. — Но это ведь дома, а здесь школа! Кстати, ты ведь знаком с Томом? Он говорил, что вы с ним делали проект по истории, — я переглядываюсь на черноглазого и улыбаюсь ему, неловко приподнимая руку и как бы махая ею, так с ним здороваясь. Как ни странно, тот отвечает мне тем же. — да... Делали. Кстати, Том... Ты ведь его сдал? Мне поставили оценку? — черноглазый на оба вопроса кивает, а уже просто от такой близости не просто из-за дела у Торда внутри словно всё расцветает.