Любимый племянник Петуньи Эванс и просто Тролль

─ Вы остаетесь учиться здесь на семь лет. Но некоторые из вас не проживут так долго. Наша школа была основана очень давно, ещё несколько тысяч лет назад во времена Годрика Гриффиндора, Хельги Пуффендуй, Кандиды Когтевран и Салазара Слизерина, — профессор Макгонагалл сделала паузу, посмотрев на первокурсников из-под очков. — И за это время произошла масса случаев, на основании которых все студенты, что бы ни произошло, должны соблюдать правила, которые для всех едины. Нарушение этих правил строго наказуемо. То, о чем говорила Макгонагалл, не понравилось Гарри. Они только второй день прибыли в школу и уже на первом уроке им говорили, что они должны соблюдать какие-то правила. Тогда эта школа ничем не отличается от обычной. ─ Первое, — начала Макгонагалл, загнув длинный палец. — После отбоя мы находимся в своей спальне и не гуляем по школе. Ночью Хогвартс такой же, как и днем, поэтому нам не понятно, почему студенты всё же нарушают это правило из года в год. Второе, запрещается ходить в Темный лес, где вы умрете самой мучительной смертью, и мы не сможем наказать вас за этот проступок.       Ученики переглянулись друг с другом. ─ На самом деле перечень правил очень большой. Но мы не будем тратить на него время урока. Если вдруг что-то нарушите, мы все равно узнаем, и то, что вы об этом не знали, не избавит вас от наказания. Даже самый невинный проступок каждого из вас карается снятием очков с вашего факультета. В конце учебного года факультет, набравший большинство баллов за успехи, награждается кубком школы, а это очень почетно.       Гарри сложил руки на груди. Тетя никогда ему ничего не запрещала. Видимо, Темный лес - это место, в котором действительно стоило побывать. А то, что там возможно опасно… Никто же не просит там умирать. Вот только пойти туда один мальчик не мог. Посетить опасное место - проступок серьезный, вряд ли дело ограничится просто снятием баллов, тут будет личное наказание для нарушителя. Ему нужен человек, готовый взять ответственность на себя. Гарри запрокинул голову назад. Сзади него сидел Рон. Он рыжий, ему никто не поверит. ─ Рооон, — Гарри видел мальчика перевернутым. — Как насчет прогуляться после уроков? Ближе так к вечеру. ─ Что? — Рон спал, подстелив под себя руки. — Куда туда прогуляться?       Гарри еще сильнее запрокинул голову. ─ Погуляем после уроков. Выйдем из замка и немного отдохнем. После расскажу. ─ И все же, я не понял… Куда мы собираемся пойти?       Гарри тяжело вздохнул. Он отклонился сильнее, выгнув шею до предела. ─ В Запретный Лес, — шепнул он тихо и четко.       Рон удивленно округлил рот. ─ Всё, потом, — Гарри, решив, что уговорил его, довольно откинулся обратно и принял обычное человеческое положение головы, шевеля затекшей шеей. Всё-таки он правильно сделал, что в последний момент вступил в спор со шляпой прямо посреди банкета, решив, что не хочет идти в Слизерин. Тогда он и сам толком не знал, чего хочет, но ведь он не мог позволить какой-то шляпе у всех на глазах решать его судьбу.       Рон был не против пойти погулять, но ему вовсе не хотелось идти в Запретный Лес. Он вряд ли бы пошел туда, позови его братья или кто-то из старых знакомых из детства, но его звал знаменитый Гарри Поттер, и Рон никак не мог ему отказать. ─ Поттер, — позвала его Макгонагалл, выглянув через парты. — Можно поинтересоваться, что вы так оживленно обсуждаете с мистером Уизли? ─ Мы говорили, что нам обоим очень нравится этот урок зельеварения, — Гарри улыбнулся самой милой улыбкой. ─ Но сейчас идет урок трансфигурафии. ─ Тогда что бы Вы еще хотели узнать?       Макгонагалл поджала губы. Она была мудра и, в отличии от остальных, понимала, что мальчик, умело скрываясь за милым видом, выстебывает людей. Она продолжила урок, не сводя с него глаз, но Гарри уже сказал что хотел, всем кому надо, и спокойно сидел, сложив на парте ручки.       Последующие два урока прошли без происшествий. На перерывах Гарри специально смешивался с толпой, прячась от Рона, а на уроках проделывал хитрые манёвры, пытаясь сесть так, чтобы не дать рыжему занять место поблизости. Он не хотел говорить с Роном до того момента, пока они не встретятся на улице, чтобы до этого он мог придумать причину, по которой собирался пойти с ним в Запретный Лес, и чтобы никто не смог подслушать их.       Когда профессор отпустил их с левитации, Гарри оказался в потоке хлынувших из дверей учеников и упустил Рона из виду. Добежав до лестницы, он встал напротив идущему потоку учеников, пытаясь высмотреть рыжего. ─ Гарри Поттер! — донеслось до ушей Гарри. — Наша новая знаменитость! ─ И Царь еще, — Гарри обернулся на голос. Его начало раздражать, что незнакомые люди знали его имя и при этом не спешили называть свое.       Перед Гарри стоял блондин. Возможно, он был альбинос, Гарри решил как-нибудь вынести его на солнце, чтобы проверить. Справа и слева от альбиноса стояли два одинаковых с лица пухлячка. ─ Что? — не понял блондин. — Ты на грубость нарываешься?       "Царь "молчал. Ведь челядь наверняка пришла к нему с какой-то дурацкой просьбой, надо выслушать. ─ Я - Малфой. А эта двоица - Крэб И Гойл. Бесполезные, но единственные, кто общается со мной. Ты ведь не думал, что если знаменитый, то смог бы избежать знакомства с нами, Гарри Поттер? ─ К Царю надо обращаться Ваше Величество. Ты ведь не магл, чтобы тебя учить, — Гарри искал глазами Рона, а Малфой мешал ему. ─ Я чистокровный волшебник, — блондин гордо выпрямился, увеличившись в росте даже еще больше, чем мог. — И пришел сказать, что если заведешь тут неправильные знакомства, обязательно плохо кончишь. А я люблю такие концовки и предлагаю познакомиться.       Малфой протянул Гарри ладонь. ─ Хорошо. Тогда скажи мне, кто я? — поинтересовался у него Гарри. ─ Глупый знаменитый Гарри Поттер. ─ Неужто сложно запомнить? Царь. Просто Царь, — Гарри хлопнул себя по лбу. — Ты даже не можешь запомнить кто я, поэтому мы не сможем познакомиться.       Блондин гневно скривил губы. Надо было представиться Царем первым, но теперь уже было поздно. ─ Никогда не пренебрегай мной, — медленно проговорил он. — Первый полезный урок, который ты получишь в этой школе будет от меня. Вызываю тебя на дуэль в бойцовском клубе завтра в полночь. И если ты по глупости своей перепутаешь время, место или день, я проникну в твою спальню, прикинувшись тобой, найду тебя и вздую при всех твоих друзьях. ─ Хорошо, хорошо. Только не проникай ко мне в спальню. А что мне за это будет? ─ Тебе? — задумался Малфой. — Если победишь меня, заберешь себе этих двоих.       Малфой кивнул на Крэба и Гойла. Двоица загоготала, хитро посмотрев друг на друга. Два здоровых дуболома за трупик одного дохленького хорька? Да еще и одинаковых? Гарри это нравилось. ─ Я согласен, — кивнул Гарри. ─ Тогда до скорого, Поттер.       В ответ Гарри сделал жест «ку-ку, я за тобой наблюдаю», показав пальцами на свои глаза, а потом на Малфоя. Блондин ушел под ручку с дуболомами. ─ Гарри, — послышалось со стороны. «Опять кто-то? Второй дуэли я могу и не пережить», — занервничал Гарри. ─ Здорово ты его, — мчался к нему Рон. ─ А, это ты, Рон? ─ Да. Я стоял вон там, — Рон показал на темный уголок под лестницей, — и всё видел. ─ То есть вместо того, чтобы помочь мне, ты стоял и просто наблюдал? Ах ты трус! Пошли в Запретный лес! — последние слова Гарри произнес слишком громко. Несколько школьников обернулось. ─ Но Гарри, — перешёл на шепот Рон, — я так и не знаю зачем это нам. ─ А, точно! По дороге объясню.       Гарри схватил Рона под руку и поволок за собой. Рон упирался ногами, только сейчас поняв, что надо было спрятаться вместо того, чтобы подслушивать, ведь не хотел никуда идти. ─ Но Гарри… ─ Ну что? — Гарри остановился перед выходом из замка. — Осталось не так далеко идти.       На самом деле идти было достаточно для того, чтобы успеть придумать какую-нибудь хитрость и сбежать. И Рон об этом знал. ─ Послушай, ты ведь знаешь, что все запреты, о которых говорила Макгонагалл не обоснованы? - начал Гарри. - В Запретном лесу нет ничего необычного и лучше пойти туда сейчас, в самый первый день учебы, когда от нас этого меньше всего ожидают и мы сможем вернуться незамеченными. ─ С ума сошел? Ты хочешь пойти просто потому, что тебе это взбрело в голову? Там опасно. ─ Ну вот. Теперь ты знаешь мой маленький секрет. Откуда мне знать, что ты не пойдешь и не донесешь на меня? Я не могу отпустить тебя и хотел сказать об этом с самого начала.       Гарри снова схватил Рона под локоть и поволок за собой. Рыжая голова кряхтела и возмущалась под его подмышкой, но это были простые житейские мелочи. Вытащив Рона из замка, Гарри должен был понять, куда им идти. Деревьев вокруг замка было полно, всюду виднелось много опушек. «Так, сзади нас Хогвартс. Деревья есть и справа, и слева. И спереди какой-то домик, за ним тоже деревья. Стало быть, если есть лес, должен быть и домик лесника, значит, это он. Домик рядом с самим лесом», — рассудил Гарри. ─ Пошли, — он снова потащил Рона. Тот был довольно тяжелый для худенького Гарри. ─ Я пойду сам, — вырвался Рон. ─ Смотри же, если убежишь, я скажу Малфою, что ты хочешь участвовать в дуэли вместо меня. А это уже завтра. ─ Не вырвусь, — Рон удивился, как точно Гарри угадывал его желания.       Несколько минут они шли молча по дороге, пока не прошли домик. ─ Чшшш! — Гарри прислонил палец к губам. — Тот, кто в этом домике, может заметить нас и рассказать в школе.       Они подошли к линии деревьев и остановились. Каждый мальчик ожидал от другого, что тот пойдет первым. ─ Ну брось, я же сказал, что ничего страшного там нет, — сдался Гарри и скрылся за деревьями. Рон, помедлив, последовал за ним.       В лесу из-за деревьев было намного темнее. Гарри сразу понял, как Рон глупо поступил, что не взял фонарик. Они начали продвигаться вперед шаг за шагом, пытаясь заметить что-то неизвестное и страшное. Спустя некоторое время они несколько раз свернули, сменив свою траекторию, ведь если они хотят посмотреть лес, нужно зайти дальше в глубь. Где-то ухало что-то похожее на сову. ─ Гарри, деревья смыкаются. ─ Ничего они не смыкаются, просто мы проходим дальше и пока проход все еще не видно. ─ Я сказал, что они смыкаются, дурак. ─ Это ты дурак, не можешь различить. ─ Ну и оставайся, дурак.       Обогнав Гарри, Рон, спотыкаясь о сучки и пригибаясь, побежал в самую глубь леса, хотя так боялся туда заходить. ─ Да что случилось? — Гарри обернулся. Сзади него была плотная стена из деревьев. Краем глаза мальчик увидел, что справа на него целенаправленно угрожающе движется дуб, пытаясь прижать его к стене, в то время, как остальные деревья выстраивались в позицию, чтобы сомкнуть выстроенную ловушку.       Издав приглушенный крик, мальчик дернулся в сторону и кинулся бежать, маневрируя среди летящих в него сучьев. Они хлестали его ветками по удаляющейся спине, но не могли схватить и ринулись следом. ─ Роон, где ты, Роон, — звал мальчик. Не хватало им тут еще разделиться и вернуться в замок по одному. ─ Не беги сюда! Не веди их ко мне, — вопил рыжий. Гарри побежал на звук. ─ Рон, соберись и заколдуй их. Я не могу, они ко мне слишком близко. ─ Тогда уговори их, уговори их! — продолжал вопить Рон.       Гарри ускорил бег и вскоре заметил рыжую макушку мальчика. Рон обернулся и увидел, что Гарри с деревьями уже близко. Его оглушительный вопль снова разразился над лесом. ─ Не кричи! Ты рискуешь привлечь кого-нибудь пострашнее. ─ Кого? Кого еще? Ты говорил, что тут нету страшного! — Рон продолжал оглушительно орать.       Гарри спрыгнул в ров, но деревья, уверенно спикировав вниз, последовали за ним. Рон уже карабкался наверх, пытаясь выбраться из оврага, но весь склон был из мягкой грязи и мальчик съезжал по ней вниз.       Вдруг раздалось ржание. Послышался топот копыт. Гарри ничего не видел, но Рон продолжал громко орать и он думал, как остановить это. Топот стал слишком громким, заложило уши. Гарри упал на землю и закрыл голову руками. Ему показалось, что если сейчас его не затопчут деревья, он просто оглохнет от этого шума. Казалось, что земля сотрясается вокруг и под ним. Когда звук стал особенно громким, все прекратилось. Гарри оставался недвижимым, всё еще боясь поднять голову. Что-то холодное коснулось его шеи, следуя к затылку. Гарри поднял голову и тут же вскочил на ноги, отшатнувшись.       Перед ним стоял получеловек-полуконь с занесенным копытом. Может, Гарри и боялся деревьев, но не боялся лошадей. ─ Ты еще кто такой? — очень смело начал Гарри. ─ Не нужно бояться, мистер Поттер, — заговорил получеловек. Его голос был спокойным и мироутворенным. Гарри даже решил, что-то, что с ним до этого произошло в лесу, ему просто показалось. ─ Я тебя спрашиваю, кто ты? — Гарри буквально дрожал от спокойствия. ─ Я - кентавр. Всего лишь житель Запретного леса. Здесь очень, очень опасно, странно, что вам не объяснили об этом в первый же день. Вот в былые времена учеников встречали у замка и не впускали внутрь до тех пор, пока не назовут все опасности этого места и вытекающие из этого причины, почему вам нельзя находиться здесь. Так что же двое первокурсников делают здесь ночью?       Гарри посмотрел на небо. Пока они играли в бешеные догонялки, уже действительно довольно стемнело. Рон, приподнявшись на локтях, сел на склоне и слушал их разговор. ─ Здесь нет ничего страшного. Ты, наверное, не знаешь, но я победил самого сильного из колдунов и я только что прогнал армию злых деревьев. А ты говоришь про опасности. ─ Ну-ну-ну-ну-ну, — протараторил кентавр, — может, я и живу в глуши, но даже здесь все знают твое имя и твою историю, поэтому хотят убить тебя еще сильнее. И деревья прогнал я, тебя не будут бояться, пока ты хотя бы не научишься использовать против врага свою палочку, а не ноги. ─ Ты спас меня? ─ Ну уж точно не рыжего.       До Рона не сразу дошло, что рыжий здесь он. ─ Ну ладно. Он всё равно живой. Тогда зачем ты это сделал? ─ Ты знаешь, — начал кентавр. — Тот темный маг, который убил твоих родителей, тот, Чье Имя Нельзя Называть… ─ Может, назовешь его имя? ─ Волан-де-Морт. ─ Волан-де-Морт? ─ Чш! Так вот, он приходил сюда, убивал и пил кровь единорогов. Ты знаешь, кровь единорогов дает выпившему его бессмертие, взамен за проклятие. Этот человек обречен на вечную жизнь взамен за нескончаемые мучения. Я очень хотел найти и преподать ему отменный урок, потому, что что может быть хуже, чем убивать этих несчастных прекрасных животных? То, что происходило, вызывало у меня одно только возмущение, до тех пор, пока одним из этих единорогов не оказался мой друг. Я обнаружил его лежащим, из живота у него текла серебряная кровь. Я долго не мог подойти к нему, но, уговорив себя, что того ещё можно спасти, сделал это. Его глаза были закрыты, он был спокоен и не дышал. После этого я жил обещая, что когда он придет сюда за очередной порцией, я поймаю его и убью, не так, как он убивал своих жертв, а быстро, ведь мне не хотелось иметь с ним никакого дела. Но мне стало известно, что ты прогнал его от себя, и с тех пор его никто не видел. Даже до Запретного леса доходят новости. ─ Так он умер? ─ Не думаю. Скорее, у него просто закончилась энергия и он отлёживается где-то, накапливая силы. Вот только когда он их восстановит, сил у него будет достаточно для того, чтобы не питаться больше кровью. Я не смогу его убить, но вот ты, — он слегка коснулся копытом груди Гарри. Гарри согнулся от боли, — сможешь. Поэтому я и спас тебя. Когда деревья нападали на кого-то, я бежал на крик и, видя что это не ты, уходил обратно. Но ты, раз смог однажды, теперь обязан проворачивать это пожизненно потому, что никто не устанет верить в тебя.       Гарри кивнул. Ему нравилось, что кентавр всё еще разговаривал с ним вместо того, чтобы сразу убить. ─ Это всё, что ты хотел сказать мне? ─ Да. Можете идти, только передавай от меня привет Дамблдору, Хагриду, Магконагалл и всем, кто меня знает, ведь ты непременно будешь трепаться о нашем разговоре в школе. А вот Северусу передавай пинка. Старый проказник. ─ Возьмёшь себе Рона?       Кентавр обернулся. К сожалению, Рон не был девочкой. ─ Не, он рыжий. ─ Но он такой же не человек, как и ты. ─ Вам пора идти, Гарри. И мне тоже. ─ Тогда до скорого.       Гарри развернулся и пошел прочь. ─ Не оставляй меня с ним, Гарри, — Рон ожил и догнал мальчика, оглядываясь на кентавра по пути. — Поверить не могу, что ты хотел отдать меня ему. ─ А ты как всегда сидел в сторонке, пока я разбирался. ─ Он был прекрасен и ничего бы не сделал. ─ Не сделал? Он хотел убить меня. Правда хотел. Ну ты же видел, что я прогнал его. ─ Ну и что? Твоё желание погулять в лесу стоило того, чтобы чуть не лишиться жизни?       Гарри не любил, когда его идеи не находят превосходными. Он пихнул Рона локтем. Тот чуть не упал обратно в овраг. Некоторое время мальчики продвигались молча. Оба жалели, что пошли в лес, и Гарри думал, что в этом виноват Рон. ─ Гарри, мы идем мимо деревьев. Вдруг они снова захотят схватить нас? Кентавр не спасет нас второй раз за день, такого просто не бывает. ─ А где ты предлагаешь идти? Тут везде деревья. ─ Тогда иди молча. Хватит уже болтать.       Гарри не любил, когда ему перечат. Он гневно блеснул на Рона линзами очков. ─ Если боишься, иди впереди меня. Так ты сможешь сразу заметить опасность, — Гарри схватил Рона и установил перед собой. — Меня не видно?       Мальчики начали бороться, не переставая продвигаться вперед. Вскоре показался выход из леса. Они ускорили шаг, но не теряли бдительность, смотря по сторонам. Не выдержав, Рон побежал и в пять широких шагов вышел из чащи. Гарри побежал за ним. ─ Вышли, мы вышли, фуух, — мальчики тяжело вздохнули. — Я убью тебя, если ты скажешь хоть что-то.       Предупредив друг друга, они, всё равно взявшись за руки и согнувшись от усталости и холода, пошли к замку, дружелюбно светившему им издалека. ─ Гарри, почему в Хогвартсе горит свет? Замок уже давно должен спать.       Луч света в нижнем окне дернулся и погас. Какая-то тень ушла в сторону. ─ Рон, это фонарь. Кто-то выслеживает нас и не спит ночью.       На лице Рона появилась пугливая гримаса. ─ Быстрее в спальни, Гарри, быстрее.       Страх Рона был заразным. Мальчики забежали в замок и, цепляясь за перила, взмывали вверх. Но тут их шатнуло в сторону и они чуть не упали, с трудом удержавшись. Платформа со ступеньками, отцепившись от основной лестницы, понесла их совсем в другую сторону, в другом направлении от того, какое им требовалось. ─ Ооуу! — вскрикнули ребята. Вчера старосты проводили их до комнат сами, и у Гарри совсем не было времени, чтобы изучить их траекторию. Теперь они не знали, как разобраться с этой проблемой в темноте.       Пробежав вправо, они вышли на очередную лестницу ─ Ооуу! — снова вскрикнули они, забыв ухватиться за перила. ─ Да тише ты, Гарри, — обратился к мальчику Рон. — Представь лицо старухи Макгонагалл, если она узнает, что мы гуляем и примчится прямо сейчас.       Гарри невольно засмеялся. Платформа стукнула и снова остановилась. Гарри провел рукой вверх по перилам. ─ Рон, тут что-то мягкое. Это кошка. Тут на перилах какая-то кошка. ─ Это наверняка миссис Норрис. Сбрось. Сбрось ее вниз.       Кошка, встав на передние лапы, изогнулась и выпрямилась, быстро увеличиваясь в длине. Шерсть вросла в ее кожу, уши пропали с головы, а лицо стало более серьезным. Спустя несколько переходных этапов перед ними, балансируя на перилах, стояла миссис Макгонагалл, поправляя на переносице появившиеся очки. ─ Отлично трансфигурируете, миссис, — ошеломленно похвалил её Рон. Он оглянулся, думая, может ли сейчас сбежать, но лестница слишком высоко унесла их вверх и спрыгивать ему не хотелось. ─ Но что вы делаете ночью в костюме и размерах кошки? — не понял Гарри. ─ Узнав, что двое моих учеников гуляют ночью, да еще и в Запретном лесу, — профессор сделала акцент на последних словах, — я тут же поспешила, чтобы перехватить их ещё на месте. А мчаться ночью по коридорам в теле кошки гораздо легче, чем в теле старухи, не так ли, мистер Уизли?       Рон выдавил вымученную улыбку. ─ За мной, — Макгонагалл спрыгнула с перил и, не оборачиваясь, чтобы проверить, не сбежали ли ученики, повела их вглубь замка, развевая на ходу свою длинную мантию. Мальчики плохо ориентировались во всех этих проходах и поворотах, поэтому не могли понять, как далеко они уходят от спален и как им потом вернуться.       Толкнув одну из дверей, они вошли в большой кабинет, освещенный настольными фонарями и казавшийся от этого синим. Синие столы, парты и стены, и такое же синее лицо блондина, стоявшего справа от стола Макгонагалл. ─ Малфой! — произнес Гарри, вспоминая, как же его зовут.       Блондин, с той же ухмылкой на лице, как и сегодня утром, когда вызывал Гарри на дуэль, несколько раз кивнул. Пройдя за стол, профессор, отбросив иронию, с которой общалась с мальчиками на лестнице, сурово глянула на них из-под очков: ─ Ничто. Повторяю: ничто не должно заставить вас нарушить школьные правила, особенно, если с того момента, как мы про них сказали, не прошло ни дня.       Гарри и Рон переглянулись. Они поняли, что блондин и был той тенью, видевшей их возвращающихся в замок. Конечно, он не смог бы не донести на них, особенно после того, что произошло между ним и Гарри утром. ─ Может, вам есть что сказать мне на это? Плохо, очень плохо, когда вы ставите свои желания выше своей семьи. Мистер Малфой, — обратилась профессор к блондинчику, — встаньте вместе с ребятами, повернитесь так, чтобы я вас видела. Так вот, тяжёлые проступки у нас караются серьезными наказаниями, мы ведем учеников на отработку в Запретный лес… Но, смотрю, вы там уже были, поэтому я снимаю по пятьдесят очков от вашего факультета с каждого, и вы идете мыть полы с мистером Филчем. ─ Пятьдесят очков, — ахнули Гарри и Рон. ─ Но миссис Макгонагалл, может, снимете хотя бы по десять очков, иначе нас задушат подушками сегодня же ночью.       Профессор проигнорировала его просьбу. ─ Миссис Макгонагалл, — кротко позвал её блондин. — Мне послышалось или вы сказали с каждого? ─ Вы тоже получаете наказание, мистер Малфой, поскольку тоже были не в постели, какими благими бы не были ваши намерения. А теперь мы прямо сейчас идем на поиски мистера Филча, и пускай он даст вам самые старые тряпки.       Выйдя из кабинета, Гарри и Рон снова оказались в темноте. Фонарь был у Малфоя, но он свернул в свое крыло и мальчики, около часа шаря руками в воздухе, не вспомнили наутро, как все-таки смогли добраться до комнат       Макгонагалл снова вывела мальчиков из кабинета, сказав им следовать за нею. Малфой освещал им дорогу фонарем. Сначала мальчикам показалось, что она ведет их к комнатам, но они свернули в какое-то крыло и они снова не могли запомнить длинную дорогу, по которой она их вела. Гарри услышал шуршание. Луч фонаря скользнул по залу. Мальчик успел увидеть, как какой-то старичок, согнувшись над полом, полоскал тряпку в ведре. Малфой, тоже заметив это, вновь направил на него свет. Старичок злобно улыбнулся, показав им на тряпку. Видимо, он уже знал, зачем учеников могли привести к нему ночью. ─ Вот, мистер Филч. Трое первокурсников не спят ночью. ─ Очень, очень жаль, что я не перехватил вас первым, — злобно произнес Филч. ─ Пускай моют полы. И смотрите, чтобы не пользовались магией. ─ Не волнуйтесь, профессор. Я дам им старые тряпки, которые специально не выкидываю для учеников, и вонючую воду, которую не выливаю для них же.       Макгонагалл кивнула и удалилась. Гарри посмотрел на Филча. Из-за широкой одежды, походившей на тряпки, которые с ехидством сунул им в нос, он походил на мешок с возвышающейся головой. Открыв маленькую каморку, он, обернувшись из-за плеча и не переставая улыбаться, вытащил три наполненных до самого края ведра. Мальчики чуть не заметались по замку, до боли зажав нос. Казалось, запах проникает прямо им в голову, просачиваясь через кожу. Какой будет толк, если они натрут полы Хогвартса этой вонью? Точно ли вода была в этом ведре? ─ Можете приступать к мытью полов. У вас же вся ночь впереди, ─ Филч тоже зажал нос и поспешил уйти. ─ Даже не думайте, что я буду работать вместе с вами, — Малфой, взяв своё ведро и швабру, ушел в другой зал. ─ Даже не думай, что я буду работать с тобой, Гарри. Это ты во всем виноват, хорошее начало нашей жизни в Хогвартсе, — Рон, взяв свое ведро и швабру, ушел в другой зал. ─ Тогда не надейтесь, я тоже не останусь тут, — Гарри, пройдя по коридору, пошёл на поиски другой комнаты. Вода, выплескиваясь из переполненного ведра, обливала ему ноги, противно охлаждая.       Выбрав один из не очень больших залов, Гарри подумал, не сделать ли ему сухую уборку, не пользуясь водой. Вряд ли кто-то будет проверять, как чисто они справились с работой, скорее целью наказания было, чтобы они почувствовали себя ужасно. Решив этот вариант верным, Гарри вылил содержимое ведра из окна и, нацепив тряпку на швабру, начал елозить ею по полу, взметая с паркета пыль. Сухая тряпка скользила лучше мокрой и раскидывалась по всему полу. До утра оставалось не так много времени и все вокруг уже было различимо в синем свете. Мальчик направил швабру под маленькую тумбочку, начав протирать пол там. Тряпка с шелестом коснулась чего-то тонкого. Гарри сделал ещё несколько движений шваброй. Шелест стал более настойчивым.       Оставив свое орудие труда у стены, мальчик опустился на колени и, низко опустив голову, стараясь рассмотреть что-то под тумбочкой, запустил под неё руки, сразу набрав ими пыли больше, чем тряпкой. Запустив руки повторно, он шарил ими, пока не нашел источник шелеста и не достал его. Поднявшись с пола, он подошёл с находкой, оказавшейся каким-то листом, к окну, поворачивая его к свету. Лист осветился синим. Сначала Гарри показалось, что это была страница из старого журнала, но, чуть опустив очки вниз по переносице ближе к листу, он разглядел построенные очертания каких-то маршрутов, как на карте. Гарри еще сильнее вгляделся в очертания линий. Будто прочитав мысли Гарри, желающего узнать что это, на карте начали появляться слова «замышляю только шалость и тебе будут указаны все ходы». «Какие ещё ходы?» ─ не понял Гарри. Достав из кармана мантии перо и чернильницу, которыми он работал сегодня на уроке, он, положив карту на подоконник, начал выводить корявым почерком: «Сей пергамент принадлежит отныне Его Величеству Гарри Поттеру Неубиваемому». Всё-таки ходы - вещь полезная, и на тот случай, если он потеряет этот листок когда-то, так будет больше вероятности, что он получит его назад снова.       Гарри обернулся на полы, оглядывая их. Они были такими же, как и до его прихода, и его работа за то время, что он здесь находился, всё еще не дала никакой производительности. Но он же не хотел оставаться тут, пока совсем не рассветёт. Было бы лучше найти Рона и уйти с ним, чтобы потом рыжий не заблудился в поисках спальни, но наверняка тот всё ещё натирает полы, а это его дело. Поставив швабру рядом с пустым ведром, Гарри свернул листок и, сунув его под мантию, решил не думать над его предназначением, пока не поспит.       Наутро Гарри чувствовал себя неважно, но отчетливо помнил всё, что произошло с ним накануне. Сначала они с Роном пошли погулять, а потом их наказали за это. Да, всё так и было. Мальчик посмотрел на соседнюю кровать. Рона на ней не было. Причин этому могло быть много: рыжий мог проснуться раньше и уйти, мог до сих пор искать дорогу в комнату или всё ещё мыть полы.       Он посмотрел на часы. Времени уже было довольно много, он опоздал на первый урок, карма не простит ему этого. Ему повезло, что вчера он настолько выдохся, что завалился спать в мантии, не в силах надеть пижаму. Быстро найдя нужные ему сегодня учебники и сунув их под подмышку, он побежал на поиски кабинета, где проходили занятия по защите от темных искусств.       Мальчик бежал по незнакомому коридору. В этот момент он понял, что лучше бы они вчера провинились, исследуя ночью замок, а не Запретный лес. Так он сегодня хотя бы знал дорогу. Пробегая мимо одного из кабинетов, он увидел в нём человека, того самого, в тюбетейке, которого он встретил в банке Гринготтс. Он аккуратно заглянул в класс, узнав несколько ребят со своего факультета. ─ Здравствуйте, мистер! — позвал Гарри, находясь около двери. — Я немного опоздал сегодня. Просто когда проснулся, никого уже не было… ─ Пп-Поттер! М-мистер Поттер! П-прошу, — профессор жестом пригласил Гарри войти. ─ Нет, вы перебили. Для заикающегося вы совсем невежливый. Так вот, я проснулся и испугался, конечно, ведь никого вокруг не было, а потом я пошёл на урок, но не знал к какому учителю. Оказалось к вам, а с вами мы уже виделись, представляете? Может, вы не помните, но я — мистер Поттер, но это только заикающийся профессор может называть меня так, для остальных я Царь, — последние слова Гарри относились к сокурсникам. Мальчик шёл к своему месту и продолжал болтать, а когда обернулся, увидел Рона, пришедшего раньше него. ─ П-профессор К-квирелл, — представился ему профессор. Он попытался улыбнуться, но его улыбка дернулась, как буквы в его словах и оборвалась. — Я в-веду защиту от т-темных искусств. ─ А она нам не нужна, — заявил Гарри. — Прогнать деревья или кентавра можно, не посетив ни одного вашего урока с-сэр. ─ Н-но есть вещи пострашнее к-кентавров и деревьев, П-Поттер. ─ Я даже верю, что вы видели их. И наверняка спрятали под тюбетейкой, например.       Квирелл принял слова Гарри за шутку и снова дёргано улыбнулся. Гарри не знал, что нашло на него. На самом деле причина нападка на профессора была боль. С тех пор, как он зашел в класс, боль прожгла его шрам. Такое бывало и раньше, когда ему угрожала опасность.       Больше он не разговаривал с профессором. Иногда он поглядывал на Рона. Гарри помнил, что сегодня вечером у него назначена дуэль, победив в которой он забирал себе Крэба и Гойла. Гарри нужен был кто-то, кто поможет ему оттащить их к себе и спрятать, но вот вряд ли Рон ввяжется ещё в какое-то дело с ним, тем более когда он узнал, какие от этого бывают последствия. С другой стороны, Гарри всё ещё был знаменитым и это могло склонить рыжего в его пользу.       После урока он догнал Рона. ─ Что ещё, Гарри? — рыжий направлялся к кабинету зельеварения. ─ Постой, Рон. Ты же знаешь, что у меня дуэль сегодня вечером. Ты это подслушал. Мне нужен секундант. ─ Ты справишься и без секунданта. ─ Тогда это не будет дуэль. ─ Что же это будет такое?       Гарри задумался, но Рон согласился раньше, прежде чем он снова смог что-нибудь придумать. ─ Хорошо, во сколько тогда? ─ В одиннадцать вечера. ─ Опять ночью? — ахнул Рон. ─ Где твоё умение учиться на ошибках? Потерял вместе со зрением? ─ Но, но, но, — предупредил его Гарри. — Или я натравлю на тебя толстяков, когда Малфой мне их проиграет.       Рон ускорился. Он спешил на зельеварение. ─ Хорошо, — бросил он через плечо, удаляясь.       Довольный Гарри зашел за ним в кабинет. Профессор, одетый во все чёрное, стоял, сложив руки на груди и спрятав кисти в рукава. Казалось, он вороном возвышался над учеником. Его колючий взгляд коснулся Гарри, исследуя от головы до самых ног. Казалось, профессор держит взгляд дольше, чем того требовали правила приличия. Что такое? Гарри обернулся. Профессор все ещё смотрел. Что случилось? Гарри осмотрел себя. Он выглядел прекрасно. Наверное, всё-таки дело было в этом.       Гарри проследовал на своё место, скрывшись за спиной впереди сидящего. Быстро продвигаясь, профессор подошёл к нему почти вплотную, что он даже автоматически вытянул руку, чтобы тот не врезался животом ему в лицо. Ветер, от развевающейся мантии Снегга, обдул его. Казалось, нет причин такой навязчивости профессора. Его мышцы будто закаменели, морщины застыли на лице. ─ Гарри Поттер! — вдруг сказал Снегг. — Наша новая знаменитость.       Гарри открыл было рот, чтобы отвадить Северуса от себя, но его легкие наполнились чем-то едким и знакомым. От Снегга противно пахло, наверно, каким-то ингредиентом для зелья, Гарри не знал, но очень хотел сказать этому профессору всё, что о нём думает, стараясь не потерять сознание в процессе говорения. ─ Может, скажете мне, что будет, если я смешаю корень полыни с корнем ежевестника?       Гарри не ответил. Зато девочка, сидевшая сзади, так лихо подпрыгнула на стуле, что чуть не снесла его. ─ Может, я превращу вас в предмет интерьера для своего кабинета, всё равно вы не говорите, — круто развернувшись, профессор последовал обратно к своему месту.       Ну уж нет. Этот человек воспользовался беспомощностью Царя, сказал ему слишком много и задал неподобающие вопросы. Гарри этого так не оставит. Как только воздух стал более чистым и в нём даже появился кислород, Гарри собрал свои силы и схватил удаляющегося профессора за длинные полы развевающейся мантии. ─ Что ещё, Поттер? — голос Снегга был таким же холодным. Казалось, произошедшее не удивило, не разозлило его. Вообще не вызвало никаких эмоций. ─ Вы виляете бедрами как девочка, меня это раздражает. ─ Вот как. Тогда вам придется смириться, потому что это мой единственный способ держать себя в тонусе при сидячем образе жизни.       Взявшись за мантию, Снегг так резко выхватил полы у Гарри из рук, что тот чуть не слетел со стула, всё-таки успев удержаться за края стола.       Всё оставшееся время до конца урока Гарри даже и думать не мог ни о чем, кроме как о профессоре Снегге. Этот бледнокожий явно нарывался и, как ни обидно было признавать, не поддался на чары очарования Гарри, и это было ужасно. Тётя всегда говорила ему, что он слишком очарователен и может приводить этот аргумент во всех спорах и жизненных вопросах, и Гарри не хотел делать Северусу исключения. Он не слышал, как тот рассказывал о свойствах и полезностях корней и листьев, и не только ингредиенты в стопке вместе со всеми, очнувшись только тогда, когда увидел, как ребята собираются и уходят из кабинета. Не желая выходить одним из последних и оставаться с профессором практически наедине, он быстро смел всё со стола и вышел. В коридоре, в толпе голов он практически сразу узнал рыжие волосы Рона и, схватив его за макушку, вытащил из общего потока. ─ Ты чего, Гарри? — спросил Рон. ─ «Ты чего, Гарри?» — передразнил его мальчик. — Ты знаешь, что все те деньги, которые я имею, я собирал по монете, которые получал по одной за каждый этот твой вопрос? ─ Но я в первый раз говорю три этих слова вместе. ─ Да что же ты? Упертый, как баран. Рон, ты видел этого профессора? Этого ненормального профессора? Он холодный, белолицый, твёрдый и бестолковый. Он - вампир, не иначе. ─ Ты имеешь ввиду Снегга? Я знаю, что он как заноза в заднице, постоянно сует нос не в свои дела и цепляется к ученикам. Но к тебе он проявил какой-то повышенный интерес.       Гарри нравилось, что Рон высказал о Снегге своё мнение, схожее с мнением его самого, а не просто пожал плечами. Раньше они с тётей постоянно делали это, плохо отзывались о тех, кто ему не нравился, но что-то показалось ему в словах Рона странным. ─ И откуда тебе столько известно про занозу, задницу и прочие вещи? Только второй день в Хогвартсе и уже такие познания. Может, ты тоже вампир? ─ У меня уже давно учатся здесь старшие братья, и я всё от них знаю. И причем тут вампиры? ─ Ладно. Тогда ты помнишь, что у нас дуэль сегодня вечером? Ты не можешь бросить меня, особенно, когда я пережил несколько уроков магии и теперь кое-что умею, — Гарри задумался. Еще в мире маглов он думал, что варка зельев станет его любимым занятием в магии и он преуспеет в этом деле. Но с таким учителем, как Снегг, теперь это вряд ли было возможным. Теперь ему не нужен был его отличный закопченный котел. Нет, Гарри этого так ему не оставит. Вот только разберётся с Малфоем. ─ Хорошо, во сколько? ─ В одиннадцать, в дуэльном холле. ─ В одиннадцать? Это опять ночью. Гарри, ты хотя бы немного учишься на своих ошибках?       В общем, мальчики делали в Хогвартсе всё, что угодно, только не учились, хотя Гарри и читал весь вечер справочник заклинаний, пытаясь тренироваться, но скорее для того, чтобы дать отпор блондину, а не чтобы блеснуть знаниями завтра на уроке. ─ Хорошо, — задался вопросом Гарри, — почему запрещённые смертоносные заклинания помещены в школьный учебник? В учебник для первокурсников. ─ Для того, чтобы когда мы услышали их, точно знали, что все кончено, — пискнул тот мальчик в поезде, который искал жабу. Он жил с ним и Роном в одной комнате, но Гарри всё ещё было неинтересно, как того зовут.       Гарри продолжил чтение. Он запомнил несколько базовый заклинаний, но не мог потренировать их, не желая провоцировать подозрение соседей по комнате. Их лишние вопросы могли отвлечь его от дела, и мальчик, понимая это, нервно похлопывал палочкой себя по ребрам.       Вскоре ему надоело это однообразное провождение времени. Гарри, сидя на кровати, начал медленно съезжать вниз. Рука с открытой кровати свесилась, а голова упала ему на плечо. Он очнулся. Надо же, походу он еле справлялся с собой, чтобы не заснуть. Посмотрев на соседнюю кровать, он увидел, как Рон, отвернувшись от него и согнувшись, мирно сопит, забыв о своих обязанностях, зато тот парень и еще один, их четвертый сосед, шушукаются, чтобы не разбудить. Гарри посмотрел на часы. Пол десятого. Времени как раз в срок, чтобы они успели несколько раз ошибиться, отыскивая дуэльный холл, и в итоге найти его. Он не хотел, чтобы их соседи знали, что они нарушали правила и палились, теряя заработанные другими ребятами баллы, откупаясь за свои проступки. Так можно было вскоре оказаться на дуэли с Перси, их старостой факультета и жутким зудилой. Рон говорил, что этот староста был его брат, но Гарри не слушал его слова, ведь он не доверял рыжим. Мальчики всё ещё шушукались. Их кровати стояли напротив, и Гарри видел лица. Время, к сожалению, не могло ждать, пока парни наговорятся о ерунде, поэтому мальчик поудобней устроился на кровати и, направив на них волшебную палочку, оторвал взгляд от книги: ─ Импедимента! — уверенно произнес он. Пухлый мальчик откинулся на кровати и, несмотря, что со стуком ударился о грядушку, мирно засопел. ─ Ты чего это? — возмутился его товарищ. Быстро среагировав, он схватил свою палочку, лежащую на тумбе, но Гарри уже навел на неё свою. ─ Импедимента, вот что, — ответил он. Товарищ послушно закрыл глазки, обняв подушку.       Рон, подскочив от шума, ошарашенно заморгал: ─ Ты чего это, Гарри? ─ Импедимента, — Гарри навел на него свой указательный палец, изобразив пистолет, но этого не было видно в темноте, — да шучу я, шучу. Ты мне еще нужен.       Спрыгнув с кровати, Гарри схватил Рона за руку, пытаясь приподнять с кровати. ─ Да не смотри ты на меня так. Это обездвиживающее заклинание. Не хочу подавать им плохой пример, что мы не спим по ночам. Ты ведь знаешь, что все мне подражают и без ума от меня?       Рон подошел, заглянуЛ в раскрытый учебник, где были написаны заклинания обездвиживания, обезвреживания и прочее, чтобы заставить человека чувствовать себя бесполезным. ─ Гарри, учеба плохо влияет на тебя.       Усмехнувшись, Гарри схватил волшебную палочку и фонарь и, завернувшись в мантию по дороге, вышел из спальни. ─ Что это за «хех»? Я серьезно, ты так странно пользуешься магией.       Гарри не обратил внимания. ─ Куда нам идти? Ты знаешь, ведь твои братья учились здесь, — спросил он у Рона. ─ Конечно знаю.       Впрочем, Рон заставил их помотаться. Меняя решение и водя их влево-вправо, вперед и назад, снова и снова, он, казалось, не совсем хорошо ориентируется в коридорах. У Гарри запотели очки от бесконечной ходьбы. ─ Рон, может, я сражусь с тобой? Кажется, ты уже бесишь меня не меньше. ─ Нам сюда, — Рон сделал еще несколько поворотов. На этот раз верных.       Мальчики зашли в холл и зажгли там свет. Вряд ли Филч или ещё кто-то из проныр увидят здесь свет; холл был расположен в отдельном закоулке, только если бы сюда бы не зашли проверить намеренно. Ни Малфоя, ни двойки ещё не было. ─ Нет, нет, нет, — выругался Гарри. — Как так получилось, что мы пришли раньше? Как вышло, что я теперь жду его? ─ Как ты злостно ругаешься, — заметил Рон. ─ Ааа, Рон, я же говорил: не торопиться. Я просил не торопиться. Я говорил или не просил? ─ Говорил, говорил… Точнее, нет, не говорил. Черт, как у тебя получается так манипулировать людьми? ─ Чш! Кто-то идет.       Послышались шаги. В холл вошли Малфой и двойка. ─ Вы всё-таки пришли. Вам самим не стыдно быть такими предсказуемыми? — поприветствовал их Гарри. ─ А тебе будет не стыдно бежать и звать мамочку, Поттер, когда я преподам тебе урок? — разозлился Малфой. ─ Нет. Но если тебе не будет стыдно, когда я буду драть тебе зад, то даже не знаю, что сказать. ─ Да заткнитесь. Вы орете слишком громко, и у вас дурацкие голоса, — вмешался Рон. ─ Ладно, — Малфой понизил тон и перешел к деловому разговору. — Начнем. Нам надо разойтись на двадцать шагов друг от друга, Поттер. ─ Я - Царь. И я не сделаю ни шага, раз ты так просишь об этом. Тем более это место мне очень даже нравится. ─ Отлично. Тогда я буду стрелять в тебя в упор, — Малфой сделал свои двадцать шагов назад, а потом резко обернулся. — Риктусемпра!       Большой белый шар пролетел у Гарри между ног, ничего не задев. ─ Риктусемпра! ─ Ээ… Окей, окей, — проговорил Гарри с чистым американским акцентом и вспомнил, — импидемента! ─ Риктусемпра! ─ Импидимента!       Как ни странно, противники совсем не целились, а пытались напугать друг друга силой голоса. ─ Риктусемпра, ты, маленький шустрый ублюдок. ─ Импидимента, импидимента, импидимента, — повторял Гарри, упрямо, как баран. «Серьезно? Эти два придурка выучили только по одному заклинанию, собираясь встретиться друг с другом в смертельной драке? Как скучно», — подумал Рон.       Послышались мягкие шаги. Будто кто-то ступал в тапочках. В холл вошла кошка и села на пороге. ─ Это Поттер. Он вызвал пушистого дьявола, — завопили толстячки. ─ Мяу! — пушистый дьявол лупил на них свои глаза.       Снова послышались шаги, уже более твердые. ─ Что такое, миссис Норрис? Кто-то не спит ночью?       Гарри и Рон сразу узнали скрипучий голос Филча. Да и до остальных дошло, что дела идут не хорошо. Они потушили свет и скучковались. ─ Не прижимайтесь ко мне. Держите дистанцию. Не обнимайте меня, — возмущался Гарри, когда его кто-то касался. ─ Замолчи, Поттер, иначе в том, что нас спалит Филч, будет твоё спасение.       Они замолчали, прислушиваясь к тишине. ─ Мяу! ─ Ну ладно, миссис Норрис, если ты просишь, я иду, — скрипел Филч.       Гарри приготовил палочку. Он знал одно заклинание, которое могло спасти их. ─ Ты серьезно, Поттер? Эта твоя игрушечная магия не действует, эффективней просто затыкать его палочкой между глаз. ─ Тогда бежим, — пожал плечами Гарри.       Эти два слова, сказанных им так спокойно, вызвали ненормальную панику среди ребят. Они, отталкиваясь друг от друга, выбежали из холла. Луч фонаря Филча скользнул по ним, но сам он ещё не вышел из-за угла, и мальчики успели скрыться раньше. Малфой, Крэбб и Гойл, словно мысля одинаково, не сговариваясь побежали в одном направлении, а Рон и Гарри, понимая только то, что это больше отдалит их от спальни, в другую. Понимая, что Филч, не найдя их в дуэльном холле, всё ещё может последовать за ними, Гарри и Рон, дернув старую дверь за ручку-кольцо, спрятались, закрыв её за собой. ─ Ты видел, как побежали эти толстяки, Гарри? Быстрее нас, а это не так легко, передвигать такие большие ноги. ─ Мне было больше интересней бежать самому. Я итак не разбирал дороги.       Мальчики подняли голову. Они увидели перед собой что-то большое, быстро увеличивающееся в размерах. Раздался скулёж и звук челюстей, щёлкающих в широко раскрывающемся зевающем рте, затем последовало грохочущее рычание, исходящее, казалось, из трех мест сразу, и Гарри с Роном увидели, что оно исходит из трехглавого существа, от его трёх пёсьих голов. Совсем как трёхглавый дракон. Только пёс. ─ Импи… ─ Не поможет. Сразу против трёх не поможет. И ты даже не достал палочку, — Рон выволок Гарри из комнаты, пытаясь захлопнуть дверь, через которую лезли упрямые, продолжающие огрызаться и лаять, головы. В конце концов Гарри, перестав думать о высоком, тоже навалился на дверь, и они вместе закрыли дверь.       Дальше до спален они добрались без приключений.       Разбитые, но всё же достаточно сильные духом для того, чтобы подняться утром и прийти на завтрак, Гарри и Рон лениво копались в тарелках, думая только о свежих событиях, произошедших накануне. Их соседи, очнувшееся от заклятия Гарри, проснулись раньше и их не было с ними в комнате, когда мальчики проснулись, значит, проделка с их потерей сознания прошла успешно. ─ Почта! — проорал кто-то из слизеринцев.       В тот же миг в зал влетело множество белоснежных и серых сов, держащих в клюве по конверту или свёртку с небольшой посылкой. Весь потолок Хогвартса окрасился в цвет их перьев, будто сотню подушек разрезали и выпотрошили вверх. Гарри даже залюбовался, так это было красиво. ─ А мне? Мне? Есть здесь хоть что-нибудь мне? Хотя бы в этот раз? — Рон, наблюдая за тем, как совы сбрасывают вниз свои приношения их владельцам, надеялся, что что-то принесли и ему. Но его сова опустилась на его плечо ни с чем и радостно открыла рот, поражая своей милостью. ─ Глупое создание. Зачем тогда надо было вообще улетать?       Вдруг Рону в тарелку упала газета. Вытащив ее и стряхнув с листов зёрна, он постелил её у себя на коленях и стал водить по строкам глазами. ─ Слушай, Гарри. «На днях из банка Гринготтс был украден философский камень. Камень представлял особую ценность, он делал своего владельца бессмертным, именно таким было его предназначение. До этого предмет надежно охранялся и был обречен никогда не использоваться по предназначению. Никто до сих пор не может понять, как такое могло произойти, ведь Гринготтс - самое надежное место в мире волшебников.» И это только примечание. Дальше идет статья на три листа, — он развернул ее, показывая Гарри. ─ Мм, интересно, — ответил Гарри, потягивая сок.       Стоило мальчикам выйти с завтрака, как Гарри прижал Рона, поставив на стену руки, чтобы тот не мог уйти. ─ Послушай, Рон. Очень хорошо, что ты прочитал мне эту статью во время еды, когда я питал свой мозг и хорошо воспринимал информацию. Как думаешь, кто и зачем мог выкрасть философский камень? ─ Да не знаю я. ─ Тому, кто своровал камень, нужно будет спрятать его, не в руке же он будет носить. Да только куда ни прячь, эта новость вызовет у других повод настоящей охоты за этим предметом, ведь украсть его у вора в свою очередь гораздо легче, чем из охраняемого банка. Только Хогвартс надежней любого хранилища, — мальчик несколько раз ударил ладонями по стене.       Слова Гарри показались Рону убедительными. По крайней мере, тот так говорил об этом, будто знал наверняка. Гарри потащил Рона за собой в их комнату, он знал, что пока их соседей там нет, им можно будет свободно говорить, не используя магию снова. Привыкнув к тому, что рыжий был свидетелем всех его действий в школе, Гарри уже не требовалась причина, чтобы впутывать его в свои дела дальше. ─ Философский камень… будет спрятан в Хогвартсе? — спросил Рон. ─ Если уже не спрятан. Гринготтс хранит драгоценности, а Хогвартс — секреты, поэтому это единственное место, куда его можно принести. ─ Но почему ты так обеспокоился этим? ─ Потому, что у нас есть возможность понять, кто похититель. В отличии от остальных, мы уже знаем, что камень находится в школе, а не где-то еще в этом мире. ─ Что это за желание сунуть нос в чужие дела? Никогда не страдал этим.       Гарри зажал губы. Что ни говори, но впутываться в это дело без Рона он не хотел. Кроме тёти, Рон был единственный, кого Гарри не просто подпустил к себе, оттолкнув после, но наоборот, сам удерживал возле себя. Гарри всё ещё считал, что тот слишком прост для того, чтобы записать его в свои друзья, но им в этой школе так долго учиться, поэтому они могли стать помощниками друг другу. Тем более было не заметно, что Рон ещё с кем-то сошелся здесь, главным образом потому, что Гарри таскал его за собой следом. ─ Хорошо, — вздохнул Гарри. — Меня напрягает эта новость. Ты знаешь, что я был прекрасным волшебником ещё в детстве, раз прогнал Волан-де-Морта. Но ты слышал, что сказал кентавр в лесу? Волан-де-Морт пил кровь единорогов за бессмертие и вечные мучения взамен. А камень дает только жизнь. Никаких побочных эффектов и ничего не забирает. Может, колдун умер, может пропал, но камень смог бы решить его проблемы. Я бы мог прогнать его снова, но я не буду бессмертен как он, никто не сможет победить его в эру наших внуков. Даже мои внуки, — Гарри сказал правду. Если Рон откажется помочь ему, он не станет его заставлять. ─ Гарри, я не думаю, что он смог попасть в замок так, чтобы даже Дамблдор не смог узнать об этом. ─ Я не думаю, что он обязательно проник сюда сам. Нас учит куча странных учителей, знающих темную магию. Почему бы кому-то не взяться помогать ему?       Мальчики замолчали. Оба перебирали в голове, не выделились ли чем-то примечательным учителя в последнее время. ─ Вот что, вместо того, чтобы думать об этом, мы сейчас пойдем к одному великану. Он знает Хогвартс и людей в нём больше нас. ─ К какому еще великану? С чего это ему вдруг рассказывать нам? ─ Он довольно болтливый. А если захочет что-то утаить, то я всем расскажу, что он позволил мне провести магла в волшебный мир. ─ Ты провел магла в волшебный мир? — Рон не переставал удивляться. ─ Да. Я не хотел идти с ним и сказал, что никуда не пойду без тёти. Ему пришлось уступить мне, так что идем прямо сейчас. ─ Но Гарри, мы опоздаем на первый урок. Снова. ─ Ничего. Это поважнее.       Гарри поднялся и направился из комнаты. Рон поспешил следом. ─ Так ты истратишь весь свой лимит везучести за несколько дней. И мой тоже.       Мальчики съезжали по платформам вниз по направлению к главной лестнице. ─ Ты знаешь, где живет великан? ─ Вообще, он не говорил мне. Но когда он пришел напомнить, что мне поступили приглашения в школу, он сказал, что он « Хагрид, хранитель ключей и лесник в Хогвартсе». Я думаю, что он и живет в той хижине, которую мы видели по пути в Запретный лес. В таких и живут лесники. Может, ты видел его, он был у нас в школе в первый день, на пиру в честь начала нового учебного года.       Гарри и Рон сбежали по лестнице и, открыв дверь, вышли на улицу. Не смотря на то, что ещё был перерыв, они старались двигаться быстро и не привлекать особого внимания. Всё-таки их неявку на урок могли и не заметить, если повезет. Было довольно прохладно и мальчики, кутаясь в мантии, бежали к ветхой хижине, которая уже была видна издалека. Людей, в частности учеников, было довольно много, как это обычно и было в будний день в Хогвартсе.       Подбежав к хижине, они заколотили в дверь. Дверь была старая, из трухлявого, старого дерева, и их удары о неё звучали глухо. ─ Я не буду ничего покупать, уходите, — прогремел изнутри Хагрид. ─ Хагрид, это мы, — откликнулись мальчики.       Дверь открылась. ─ А, это вы, — казалось, Хагрид ничем не удивился. Похоже, ученики, заинтересованные его домиком, частенько заглядывали к нему. — Соскучился, не видя мне два дня, Гарри? ─ Даже не надейся, — Гарри ввалился в дом. Вскарабкавшись на слишком высокий для него стул, он развернул на столе газету на страницах с заинтересовавшей их статьей. — Мы хотели поговорить с тобой. На днях из Гринготтса был похищен философский камень. Мы думаем, что он был спрятан вором в Хогвартсе.       Рон кивнул. ─ Вот как, ребята, — Хагрид сложил руки на груди. — Хогвартс - действительно очень надежное место, даже надежней этого банка, никто никогда не был во всех потаённых комнатах и залах, их просто бесчисленное множество, поэтому, если вы надеетесь поискать и найти этот камень, вряд ли это возможно. ─ Дело в том, Хагрид, что Волан-де-Морт очень хотел бессмертия и даже пил кровь единорогов, очень плохо, что ты этого не знаешь. А после того, как я победил его ребенком, камень - его уникальная возможность восстановить свои силы. И угадай, кого он захочет разыскать первым, как только придет в себя? ─ Так. Раз уж вы решили заняться этим делом так серьезно, чтобы не наделать ошибок, помните, что Дамблдор всегда на шаг впереди вас к раскрытию этой тайны. На шаг впереди всех. По сравнению с Дамблдором вы - ничто, — увлекся Хагрид. ─ Но Дамблдор никогда не будет подозревать своих. А мы считаем, что кто-то из учителей вполне может работать на лорда Волан-де-Морта, раз уж он не может пожаловать в замок сам, — вмешался Рон. ─ Вот как, — Хагрид забавлялся ситуацией. — И кого же из учителей вы подозреваете?       Гарри задумался. Он думал о стратегии вора, но пока не думал, кто этот вор конкретно. Хотя, конечно, был один, кого его не только хотелось подозревать, но и обвинить, и сразу заставить предстать перед судом. ─ Малютка Снегги, — сказал Гарри. ─ О, конечно, Снегг, — хохотнул Хагрид. — Конечно, всегда все винят именно его. Этот человек просто сам себе на уме, когда уже все от него отстанут? Ну ничего, к третьему курсу вы к нему привыкнете.       Гарри замолчал. Ему правда хотелось, чтобы виновным оказался Снегг, он бы с удовольствием разоблачил его. Иначе, Гарри надо было придумывать другой способ поставить его на место. Мальчик всё ещё помнил, как тот приблизился к нему в кабинете, обезоружив его дикой вонью.       Хагрид разлил чай из старого алюминиевого кипятильника и поставил перед глазами в огромных глиняных чашках, в одну из которых Гарри мог бы запросто опустить свое лицо. Чай не понравился мальчикам, вероятно потому, что великан заваривал в него их травы, растущей перед домой. ─ Точно же, — Гарри хлопнул себя по лбу, впечатав в переносицу очки. — Как я сразу не догадался. Очевидно как то, что рядом со мной сидит рыжий. ─ Что такое, Гарри? — спросил Рон. ─ На уроке зельеварения вчера. Ты видел, Снегг приблизился ко мне вплотную. От него воняло, дико. Как из тех вёдер, из которых мы мыли полы накануне, когда были пойманы гуляющими ночью. Тогда я не стал ничего мыть, а вылил ведро из окна, не посмотрев, есть ли кто внизу. Этот запах я узнаю из тысячи. Но тогда почему-то не узнал. ─ Так, хватит, — вмешался в расследование Хагрид. — Снегг всего лишь учитель, но это не значит, что теперь его надо постоянно обвинять и подозревать до конца его дней. Говорю же, Дамблдор всё равно узнает правду. Верьте Дамблдору. И чем это вы занимаетесь, гуляете ночью в школе и обливаете людей? Гарри, я не для того повел тебя в Косой переулок, да еще и с маглом… Зря я это сказал, очень даже зря.       Великан зыркнул на Рона. Он ещё не знал, что тому известна правда о сборе Гарри в школу. ─ Хищение произошло три дня назад. Должен был понадобиться день, чтобы вернуться назад, а воду я как раз вылил ночью позавчера, и Снегг бы не успел прийти вчера на урок свеженьким, даже если бы мылся до утра. И, в любом случае, что он делал на улице ночью, в то время, как все нормальные учителя шарахаются по замку в поисках гуляющих учеников? ─ Получается для того, чтобы мы могли брать Снегга с поличным, осталось выяснить только одно… — начало доходить до Рона. ─ Отлучался ли Снегг куда-нибудь накануне и зачем, — хором договорили они и, сорвавшись с места, бросились из хижины. Они узнали всё, что им надо было, и не хотели услышать от Хагрида что-то очевидное и противоречивое.       Не сбавлять скорость бега до самого замка оказалось довольно трудно для двух неспортивных мальчиков, но они справились с собой. Теперь Гарри было известно многое, для того, чтобы вывести Снегга на чистую воду. Осталось совсем не много. ─ Ну что, Рон, осталось только узнать, где был Снегг три дня назад? ─ Но Гарри, три дня назад в Хогвартсе не было больше половины учителей и это неудивительно. Ведь учебный год тогда ещё не начался, так что если он тоже отсутствовал, этим мы ничего не докажем. ─ А он наверняка отсутствовал. Он не столько значим, чтобы в замке требовалось его постоянно присутствие.       Мальчики зашли в комнату. Там уже сидели Симус и Невилл. Гарри и Рон прошли к своим кроватям. ─ Послушай, что у меня есть… — начал Гарри. ─ Послушай, Гарри, — перебил его Симус. — Ты, видимо, считаешь, что не должен отчитываться, но и вести себя так, как будто ничего не произошло, я тебе не позволю. Что ты, блин, вчера с нами сделал?       Гарри недоуменно уставился на Симуса. Сначала ему показалось, что он видит его впервые, правда показалось хотя бы потому, что раньше тот никогда не заговаривал с ним и он искренне думал, что такое не произойдет за эти семь лет. ─ Что такое? ─ Ты чего нас оглушил? ─ Я не оглушал вас. Это была небольшая клиническая смерть. ─ И ты так легко говоришь об этом? — вскричал Симус.       Рон и Невилл решили не вмешиваться. ─ Лучше ты легко скажи, как так получилось, что вы понимаете, что произошло? ─Да мы не только понимали, но слышали и видели, пока вы были в поле зрения. Ты нас просто заморозил. Только мы так и не поняли, зачем это надо было? ─ Я не хотел вас замораживать, правда. Я хотел, чтобы вы ничего не поняли и никогда не узнали об этом. Нам нужно было покинуть комнату без лишних расспросов, — Гарри понял, что не так понял заклинание, но всё равно продолжал потешаться. ─ И ты так спокойно об этом говоришь?! — вскипал Симус.       Невилл аккуратно дёргал за локоть вспыльчивого гриффиндорца, призывая успокоиться. ─ Давай так, разбирайтесь со своими делами, не впутывая в них нас, потому, что не знаю, как насчет остального, но вопросы насчет нас мы точно задавать будем. С чего вы вообще взяли, что мы бы стали расспрашивать вас? Мои родители с детства прожужжали мне уши про тебя, Гарри, я знаю твою историю детства, а свою то нет, — Симус развел руками. — А теперь нас ещё и поселили в одной комнате на семь лет. Родители просто счастливы, но мне итак надоело слушать про тебя, чтобы ещё что-то узнавать самому. ─ А жаль, я просто душка. ─ И не вздумай искать настоящее заклинание клинической смерти, чтобы исправить свою ошибку!       Надо же. Как он вовремя предупредил, Гарри только подумал об этом. ─ Послушай, что у меня есть… — Гарри снова вернулся к разговору с Роном. Он почувствовал у себя в подмышках шуршание и вспомнил кое о чём. Слазив к себе под мантию, он достал тот самый завёрнутый лист, найденный под тумбочкой в ночь их уборки. ─ Это какая-то карта. Какая-то карта Хогвартса, вроде, древняя.       Мальчик сдернул с листа резинку и расстелил у себя на кровати. Любопытный Рон пересел к Гарри на кровать, любуясь тем, что он нашёл и, опустив изучающий взгляд, в удивлении открыл рот. ─ Я знаю что это! Это карта моих братьев. Но мы не вернём её. ─ Не вернём её, — согласился Гарри. ─ Что ты написал здесь? «Гарри Поттеру Не убиваемому»? Гарри, да ты хоть знаешь, что это карта Мародёров? ─ Так не твоих братьев? ─ Бродяга, Лунатик, Сохатый и Пит. Четверо Мародёров, не знаю, кем ещё они были помимо этого, но они знали этот замок лучше, чем кто-либо, потому что пользовались ей. Она показывает ходы и выходы, тайные комнаты Хогвартса. ─ Но я не понимаю в ней ничего.       Рон вытащил палочку: ─ Торжественно клянусь, что замышляю только шалость! — из его палочки взвился золотой дым. На карте быстро начали вырисовываться очертания каких-то проходов. — Надо немного подождать, пока не станет яснее, и ты не станешь узнавать здесь коридоры замка.       Гарри оглянулся на своих соседей. Надо же, походу, Симус сказал правду, что его совершенно не интересуют их дела. Казалось, он даже не слышал их. По Невиллу тоже было непохоже, чтобы тот что-то понимал, значит, можно было продолжать разговаривать во весь голос. И всё-таки…       Гарри свернул карту и кивнул Рону. Выйдя в гостиную, они сели в широкое кресло у камина, вытянув ноги к огню и расстелив карту у камина. ─ Смотри, а вот горгулья, у которой всегда пасется Филч. Ты узнаешь это место? ─ Тут так много комнат, Рон. Камень может быть спрятан где угодно. Мы можем никогда не найти его, даже если будем очень внимательны. ─ Мы никогда и не найдем его, если будем просто искать. Нужно понять, какая комната та, единственная.       Гарри плохо разбирался в картах, но он попробовал сосредоточиться. ─ Может, попросим Брюса и Стива помочь нам? ─ Кого? ─ Твоих братьев. ─ Фреда и Джорджа? ─ Точно. Они же пользовались картой до нас. ─ Сомневаюсь. Они привыкли только дурить и используют карту для своих дурацких проделок. Хотя она для этого и предназначена, между прочим.       Гарри снова уткнулся в карту. ─ Надо же, тут даже помечены ноги, и куда они идут. Должно быть, это те, кто сейчас находится в замке. А вот это, походу, комната, где мы убирали, а вот это непонятное пятно - ты, а вот это женский туалет. В нём много ног.       Он снова посмотрел на Симуса и Невилла. Надо же, им совсем неинтересно. ─ Да, всё верно, только я не размазанное пятно. Почему это все - ноги, а я - пятно? ─ Ладно, — Гарри свернул карту. — Пока я правда не знаю с чего начинать поиски. Комнат слишком много, но нам придется думать. Хоть и звучит как миф, но я правда верю, что Волан может вылечиться камнем и вернуться ко мне.

***

      Это была первая ночь в Хогвартсе, когда Рон спал крепко. Он даже лег пораньше, в четыре часа, перед этим пообедав и тут же поужинав, забыв о домашнем задании. Поэтому, когда луч фонаря упрямо освещал его лицо, его сознание не сразу дало ему очнуться, блокируя происходящее и принимая его как сон. ─ Вставай, — гаркнул Гарри. — Не заставляй меня лезть к тебе в кровать, чтобы привести тебя в чувство.       Гарри потыкал Рона палочкой между глаз. Рон поочередно открыл глаза. В темноте Гарри не было видно. ─ Что такое, Гарри? ─ Смотри, — мальчик расстелил карту прямо у Рона на животе. — Смотри, это ведь комната трехглавого пса, не так ли? Смотри, там кто-то есть.       Рон уставился на карту. Он не понимал как Гарри, не могущий ничего узнать на карте, вдруг был уверен, что эта та самая комната трехглавого пса. Потом,у что Рон до сих пор не мог разобрать, что это она. ─ Ты уверен? Как ты это понял? ─ Да почему всё понятно всегда только мне? Смотри, вот же дуэльный холл. Мы так бежали от Филча и свернули к двери, — Гарри поводил пальцем по карте, показывая маршрут. Рон все равно ничего не помнил, но если бы не кивнул, получил картой по голове.       Быстро завернувшись в мантии и вооружившись фонарями и волшебными палочками, они собрались выяснить, кто находился в комнате с псом. ─ Гарри, ты не думал, что то, что к псу заходят время от времени, это обычное дело? Его же надо кормить время от времени. ─ Но не ночью, — Гарри вышел в гостиную ─ Да пусть даже и ночью, это ведь тайна, ученики не должны знать, что в школе держат монстра. ─ Это мы и проверим.       Освечивая путь фонарями, они вышли из гостиной, вглядываясь в карту. ─ Вы никуда не пойдете, — раздался голос из кресла.       Мальчики вздрогнули. Им показалось, что их поймали, как преступников.       Медленно поднявшись из кресла, на свет фонарей вышла девочка, та самая, что искала жабу Невилла и разговаривала с Роном и Гарри в поезде. ─ Я же говорил. Она не оставляет попыток познакомиться с нами, — узнал её Рон. ─ Она пыталась с умничать в кабинете Снегга, когда я не смог ответить на вопрос, — узнал её и Гарри. ─ Да, и мне известно, что вы двое не спите по ночам, нарушаете правила и откупаете свои проступки баллами, которые мы честно зарабатываем для своего факультета своими успехами. Известно ли вам, что за два дня я принесла Гриффиндору семьдесят баллов за одни только знания в учебе, Джи Эрриксон принесла еще десять, а вы двое, сняли с нас своим походом в Запретный лес сразу сорок. Мы все трудимся для своей школьной семьи и должны получить школьный кубок в конце года, а Слизерин обгоняет нас на десять очков. Вы знаете, что те двадцать баллов, отнятые у Малфоя в ту ночь, были успешно возвращены ему Снеггом? ─ Опять Снегг? Сколько можно? — возмутились мальчики. ─ Ну вот, заработаешь столько же, а нам пора идти, — попрощался Гарри. ─ Нет, — девочка преградила им дорогу. — Я не дам вам красть у нас баллы. ─ Оставь нас в покое, — огрызнулся Рон. Девочка напомнила ему его мать, а он всегда боялся властных женщин.       Гарри незаметно сунул руку под мантию в поисках волшебной палочки. «Импидименто!» — проговорил он у себя в голове, вспоминая заученное заклинание.       Увидев шевеление мантии, девочка разгадала его намерения, но совсем не испугалась, сложив пустые руки на груди, даже не собираясь доставать свою палочку. ─ Даже не думай, Гарри. Не надо превращать гостиную в место ночного побоища, тем более я намного сильнее тебя в колдовстве, даже не сомневайся.       Её спокойствие убедило Гарри. Он перестал шарить в поисках и достал ладонь, показав девочке пустую руку. Как так получилось что он, победивший самого темного колдуна, сейчас испугался простой первокурсницы? ─ Если ты сильнее в магии, нам придется воспользоваться рукопашкой, — разозлился Гарри. Они теряли время, тот человек в комнате мог уже уйти. ─ Это плохая идея, потому что я буду использовать магию, в любом случае.       Рон начинал вскипать. Ему не нравилось, когда ему пыталась указывать женщина, пусть даже и похожая на его мать. Гарри же не нравилось, когда ему указывал вообще кто-либо. ─ Но нам нужно пройти. Иначе пойдем и скажем, что ты не спишь и лазаешь по гостиной ночью. ─ Мы пройдём, даже если ты заколдуешь нас, — вступился Рон. — Пошли, Гарри.       Мальчики тараном направились к двери, миновав изумлённую девочку. «Неужто мне всё-таки придется колдовать?» подумала девочка. Но она не знала, почему именно парни так хотят пойти. Неужели этому действительно была причина? ─ Хорошо. Но только при условии, что я пойду с вами, — заявила девочка. — Я смогу провести вас так, чтобы вы не попались вновь.       Предложение девочки показалось им глупым. Теперь им просто надо было поглядывать на карту, чтобы увидеть приближается ли к ним кто-то. Но все-таки, как она не боялась попасться вместе с ними? Она же была примерной ученицей и не смогла бы пережить, если бы с неё сняли баллы. ─ Скажи правду: у тебя нет друзей, и мы - последние, кто еще не прогонял тебя? — возмутился Рон. ─ Да, скажи это, — попросил Гарри. Окажись правду, и он мог бы подкалывать её по этому поводу столько, сколько захотел. Хотя у него и самого не было друзей, но у него хотя бы был Рон. ─ Это моё последнее условие, — девочка поджала губы. ─ Ладно, некогда спорить, ─ Гарри махнул рукой и посмотрел в карту. Впрочем, можно было и поспорить, следов в комнате пса уже не было, значит, человек ушел. Он поднял рассерженный взгляд, пытаясь не наброситься на девочку. — Идем, Рон, хотя там уже никого нет.       Наконец они вышли из гостиной. ─ Кстати, забыл, как тебя зовут? — спросил Рон. ─ Гарри. ─ Гермиона.       Они замолчали. ─ Может, вы скажете, куда идете? Если у вас какое-то дело, я могла бы помочь вам, ведь я умнее вас. Скажите мне, — высокомерный тон Гермионы сменился на более понимающий и дружеский. ─ Даже не надейся, — обломал её Гарри. Зато Рон светился от радости, он ещё никогда не ходил с девочкой ночью по коридорам. ─ Я читала историю Хогвартса и изучала замок по учебникам. Я знаю многие секреты и могла бы подойти к решению вашего вопроса дедуктивным методом на основе имеющихся знаний, — Гермиона чувствовала себя старше и уговаривала их, словно детей. ─ Окей, мы хотим найти философский камень, — выпалил Рон. Он не смог отказать в ответе, когда просила женщина. ─ Что ты там невнятно шамкаешь? Он хотел сказать Форкский кремень, — разозлился Гарри. ─ Философский камень, — зачарованно произнесла Гермиона. Ее глаза расширились. — Будешь жить вместе, если станешь жить вечно. ─ И не надейся, что мы дадим тебе от него хотя бы кусочек. ─ Ну перестань, Гарри. Разве ты не видишь, что Гермиона та, кто может помочь нам? — заступился за неё Рон. ─ Да ты просто повелся на девку. ─ В общем. Гарри думает, что тот злой колдун, истребивший множество великих волшебников десять лет назад, может искать этот камень, чтобы вернуться к жизни и продолжить своё дело снова. Конечно, он продолжит, первым делом убив Гарри. Он и раньше был бессмертным, только пил кровь единорогов, но Гарри что-то сделал с этим… Или я не уверен. ─ Надо же, — тихо произнесла девочка, не задавая лишних вопросов. Остальное она могла сама правильно домыслить.       Так за разговорами ребята, хоть и шумели, но не думали о проблемах и смогли добраться до двери комнаты без них. ─ Это здесь, да? ─ Да, — Гарри придержал Рона. Пусть девочка зайдет первая, раз такая умная.       Отважная Гермиона потянула дверь и заглянула в комнату, освечивая всё фонарем. Мальчики зашли следом. Ничего не замечая, девочка прошла дальше и, споткнувшись, упала на что-то большое и мягкое. Повозив под собой руками, она с криком шарахнулась назад. Гарри и Рон видели, как большое тело под тремя лучами синего света быстро растет, разгибая лапы. Рот сразу трёх голов растягивался, собираясь разразиться одновременным рыком. ─ Ну и что мы сюда пришли? ─ Оноре илла! — Гермиона наконец собралась и снова включила в себе колдунью.       Из её палочки вылетели три синие искры, но погасли, не долетев до пола. Головы, удивленно переглянувшись друг с другом, закрыли глаза, после чего собака покачнулась и медленно, но стремительно набирая скорость, полетела вниз, с грохотом упала и, растянувшись во всю длину комнаты, уперлась головами в дверь, заблокировав вход и лишая возможности зайти в комнату ещё кому-то любопытному. ─ Заклинание клинической смерти, — пояснила девочка, нарушив тишину. — Можете начинать поиски камня, сейчас самое время. Я тоже думаю, что Хогвартс - лучшее место, где он может быть спрятан.       Троица разделилась. Комната была пуста, не было ни полок, ни шкафов, ни люстры. Ничего такого, в чём можно было что-нибудь спрятать. Все углы были пустыми и видны как на ладони; Гермиона шарила по ним светом. ─ Ай! — снова послышался звук падающего тела. Гарри и Гермиона обернулись и увидели, как Рон потирает колено, со злостью пиная пол. — Тут какое-то кольцо, я о него споткнулся.       Они собрались возле кольца и начали интуитивно постукивать по полу ладонями, исследуя его. По углам звук был гулким, а в центре глухим, в углах и доски были словно прочнее. Немного полазив по полу, они также обнаружили щели, словно выделяющие прямоугольный центр. ─ Ладно, походу, можно открыть пол. Давайте отодвинем пса и проверим, — распорядился Гарри.       Рон и Гермиона тут же уперлись ладонями собаке в спину, начав толкать. ─ Правей, правей. Так мы его не развернем, — командовал Гарри. — Приложите ещё немного усилий.       Пес очень медленно отъезжал. Это оказалось настоящим трудом. ─ Поднажмите ещё. Смотрите, вы почти молодцы. ─ Гермиона, погляди, он даже не думает помогать нам. Просто командует, маленький ублюдок. ─ А ты не выставляй меня перед девушкой в дурном свете. ─ Мог хотя бы сделать вид. Прижать руки, например. ─ Прижать руки? Да кто я ему такой?       Впрочем, пока Гарри и Рон вели перепалку, Гермиона дотолкала и сама. Взявшись за кольцо, она потянула на себя. Центр пола откинулся легко, как крышка, должно быть, он даже и не был заперт, да и зачем, если на нем круглосуточно сидел пес. Ребята опустились у его края, вглядываясь вниз в слепую темноту. ─ Я думаю, что это погреб. Конечно, погреб. Нужно же где-то хранить соленья в таком большом замке, — предположил Гарри. ─ Я думаю, что это туалет. Туалет большого пса. Он сам откидывает крышку, когда ему нужно сделать пи-пи, — поспорил Рон. ─ Это и может быть местом, где хранится камень, — ответила им Гермиона.       Щеки Рона коснулось что-то мягкое. Это напомнило ему, как дома его будил кот по утрам. Он пошарил рукой и, нащупав шерсть, задумчиво погладил. ─ Что это? Кто меня тронул? ─ возмутился Гарри. Что-то пушистое коснулось его спины. ─ Надо же, похоже, пёс уже очнулся. Не пугайтесь и не машите руками, собаки чувствуют страх. ─ Аааааа! — завопили Гарри и Рон.       Собаки придвинули к каждому из ребят по одной из своих голов и грозно зарычали. - ─ Делать нечего, прыгайте, — девочка свесила ноги и бросилась вниз. Гарри и Рон отправились за ней. Пёс клацнул зубами им вслед в темноту, пытаясь их поймать.       С криком и руганью мальчики растянулись на полу, очень больно ударив колени. Гермиона уже стояла, оглядываясь по сторонам. ─ Непохоже на чердак. Давайте пройдем дальше, тут есть ещё комнаты, — предложила она.       Гарри и Рон пошли следом, опасаясь, что пёс может последовать за ними. Они оказались в следующей комнате и отшатнулись. Рон восхищенно ахнул. Весь пол представлял собой шахматную доску на которой, готовые к игре, были расставлены шахматные фигуры. Фигуры были в три раза выше каждого из ребят и, хоть они и были мастерски выполнены до деталей, но вместо лиц у них было белое полотно. Следом за ними был ещё один проход. Походу, это было целое подземелье. ─ Пойдём, — Гарри устремился вперед. Сзади него раздался звук, будто кто-то двигал мебель, превозмогая её силу сопротивления. ─ Они не пускают нас, — послышался испуганный голос Рона.       Обернувшись, Гарри увидел, как чёрные слон и ферзь пододвинулись друг к другу, преградив им дорогу. ─ Неужели. Но меня же пропустили, — мальчик попытался пройти назад, но они отодвинулись только тогда, когда Гермиона и Рон отошли чуть поодаль. — Не то, чтобы мне этого хотелось… Мне бы этого не хотелось, но давайте возьмемся за руки. Вдруг это загадка типа «Пройти можно только дружно и весело».       Троица сцепила руки и сделала несколько шагов вперед. Фигуры снова подъехали, и, остановившись напротив Рона и Гермионы, направили на них свои копья. - ─ Походу, они хотят, чтобы прошёл только я. Оно и неудивительно, — похоже, Гарри искренне удивился. Он мог себе это позволить, раз дальше ему всё равно придется идти одному. — Наверно, есть какая-то причина, раз эти изваяния, не двигающиеся даже для того, чтобы почесать себе зад, вдруг ожили. Наверно, они не хотят, чтобы вы знали что в следующей комнате, не хотят, чтобы вы нашли камень. Признавайтесь, зачем он вам? ─ Перестань, Гарри. Мы можем пройти, это ведь шахматные фигуры. Они хотят, чтобы мы сыграли в шахматы. ─ Нет, Рон, — Гермиона схватила его за плечо. — Это запрограммированные шахматы. Они здесь, чтобы охранять. В них заложена только функция побеждать. Стоит тебе начать игру, и они не дадут тебе её закончить, партию придется заканчивать и с каждым ходом ты будешь ближе к смерти. ─ Но это единственный способ пройти. ─ Нет, — повторила Гермиона. — Игра в шахматы создает иллюзию возможности победы, в то время, как она невозможна. Фигуры противника знают, кому из них следует идти после первого твоего шага, потом после второго. Это же волшебство, а ты хочешь противостоять ему таким магловским способом.       Рон отстранился. Это было похоже на правду, магию можно было победить магией, но они все равно не знали как. Гарри не стал спрашивать, останутся ли они ждать его. Похоже, дальше это была только его миссия. Он прошёл дальше. Снова стало темно. Мальчик пожалел, что не отнял фонарик у Рона, в то время, как свой он оставил наверху, не схватив, когда спасался от пса. Он сделал пятьдесят шагов, тихих, прощупывая пол под собой, пока не увидел вдалеке свет, горевший к следующей комнате. Гарри побежал к свету, как ни обдуманно это было. Подбежав, он увидел длинную широкую лестницу, ведущую вниз, устланную почти до краев красным ковром. ─ Прекрасная красная дорожка для меня, — сказал Гарри сам себе, спускаясь вниз. Над его головой горели маленькие круглые люминесцентные лампы.       Чем дальше он спускался вниз, тем сильнее ему всё казалось странным. Почему люк так легко открылся? Обычные старые крышки от чердаков и кладовых, которые не открывались несколько месяцев, было не так легко оторвать от пола или хотя бы не вымазаться о неё в пыли. И почему тут горел свет? Даже если это и магия, кому он тут был нужен? Гарри продолжал спускаться. Вдруг он дёрнулся от боли, схватившись пальцами за шрам. Вряд ли у него по какой-либо причине заболел лоб, тем более такой маленький участок кожи, именно тот, где находился шрам. Гарри никогда не слышал, чтобы старые десятилетние шрамы болели, его никогда не тревожило это, но он чувствовал, как боль разрастается, чётко ощущая, как она пульсирует по молниеобразному очертанию.       Вдруг он увидел внизу что-то блестящее. Он не мог разглядеть что это, но продолжая спускаться, увидел там… себя? Большое зеркало стояло внизу в комнате, отражая спускающегося вниз Гарри во весь рост. Кто-то стоял возле него, Гарри была знакома эта мантия. Неужели Снегг, как Гарри и думал? ─ Эу, — позвал мальчик. — Тебе известно, что нельзя лазить ночью по Хогвартсу, маленький ученик? ─ Кто это тут маленький ученик? — прогрохотал человек, обернувшись. Гарри увидел фиолетовый тюрбан. «А, это Квирелл. Ну и что он здесь делает?» — не понял мальчик. ─ Ты разговариваешь ужасно. Где твое заикание? — спросил Гарри, вместо того, чтобы спросить, что он здесь делает. ─ Аа, точно. Вы же все привыкли к з-заикающемуся б-бедному мистеру Квиреллу, — передразнил профессор сам себя. «Да у него и голос другой. Может, лучше убить его, чем задаваться всеми этими вопросами» — подумал Гарри. - ─ Убить, убить. Он хочет убить, — послышался таинственный мужской голос. Он будто раздавался из глухих колонок, и Гарри понял, что будь тут кто-то третий, только они с профессором смогли бы услышать его. ─ Нет, — взвизгнул профессор на высокой ноте. Он нервно заходил по комнате. — Ты тут никого не убьешь, мальчишка. ─ Что ты тут делаешь, док? ─ Я… Я ждал тебя, — разулыбался Квирелл. ─ Ну хватит заигрывать. Ты ведь понимаешь, что моё присутствие излечило тебя? Говори, если не хочешь начать заикаться снова. ─ Конечно, я ждал тебя. Только ты мог зайти сюда. Я ждал ещё вчера, но ты догадался прийти на день позже. Но вчера вместо тебя пришел Снегг. ─ Что ты там буробишь? Я не привык к твоей внятной речи и теперь не понимаю её. Может, снова будешь выговаривать слово со второго раза, чтобы я не беспокоился, всё ли с тобой в порядке. ─ Знаешь, что за вода была в том ведре, в которое ты окунал тряпку для мытья полов, отбывая наказание за ночные прогулки? Там было разбавлено зелье. Ты окунал туда руки и хоть прошло два дня, но шахматные фигуры учуяли запах и приняли тебя за своего. Они слепые, у них нет глаз, ты заметил? Это придумал Николас Фламель, в своё время он был единственным, кто обнаружил это подземелье и использовал его как тайную лабораторию, а на тот случай, если кто-то случайно попадет в подземелье, он поставил охранять шахматные фигуры, а чтобы их нельзя было подкупить, не приделал им глаз. Он постоянно мазался этим вонючим зельем для наружного применения, только по нюху они могли распознать Фламеля и пропустить его, остальным был ход запрещен. Фламель по жизни был прекрасным зельеваром и работал над созданием эликсира жизни, а создал философский камень. Представляешь? ─ То есть, Гермиона была права. Выиграть у них партию невозможно, они знали, что их хозяин никогда не стал бы с ними играть. ─ О, так с тобой был ещё кто-то? Значит, фигуры до сих пор прекрасно справляются со своим задачей, — ухмылялся Квирелл. — Может, и можно, но вряд ли таким магловским способом. Хороший волшебник мог бы разгадать секрет, но ведь Фламель не дурак. Если бы дальше прошёл человек, не защищенный зельем, дальше бы его ждали дьявольские силки и комната с острыми, как нож, ключами, метящими прямо тебе в живот. ─ А как ты подлил мне зелье в ведро? Тебя не было с нами в ту ночь, я мог бы не запомнить тебя, но твой уродливый тюрбан точно. ─ С помощью этого, — Квирелл снял с плеч какое-то прозрачное покрывало, переливающееся на свету и накинул на зеркало. Покрывало было похоже на воду, перетекающую прямо в воздухе. — Это мантия-невидимка. Легко потерять, но если надеть, она исчезнет полностью вместе с тобой. Последнее время я не сплю по ночам, а когда увидел, как ты несёшь ведро понял, что это мой шанс подлить тебе это зелье. ─ Но что в это время делал под окном Снегги? — Гарри думал, что они заодно. ─ «Что делал Снегг, что делал Снегг» — передразнил Квирелл. — Да откуда я знаю, что он там делал? Он же не школьник и может лазить когда и где хочет. Но если ты хочешь знать его историю, то он просто человек, которому когда-нибудь оторвут его длинный нос. Он взял в библиотеке книгу про Николаса Фламеля, в запретной секции, кстати, что даже учителям не положено туда заходить, и всё там про него прочитал. Также рассудив, что его камень мог быть снова спрятан в его лаборатории, он вчера приперся это проверить. А так как ты вылил на него это зелье, он прошел мимо всех препятствий без труда. Я думал, что это ты, но когда увидел, как эта уродина спускается по лестнице, быстро погасил свет и скрылся. Но, думаю, он все равно что-то заподозрил, в спешке я оставил кое-какие свои вещи и сегодня он целый день ходил по пятам, задавая тупые наводящие вопросы.       На самом деле, Снегг сразу понял, что в этом деле замешан Квирелл и припечатал его к стене, требуя ответа и тряся за плечи. Но профессор решил, что Гарри лучше знать другую версию. ─ Ты нерешителен. Убей его наконец, пока я не убил тебя, — таинственный голос снова раздался из ниоткуда. ─ Ладно, давай так. Камень Николя у тебя? Если так, отдай его, я верну его обратно в банк, не за просто так, конечно же.       Квирелл покачал головой, изобразив на лице грусть. ─ Как это нетушки? Если ты хотел его использовать, надо было шевелиться ещё лет восемь назад. Зачем тебе вечная жизнь? У тебя на лбу уже есть первые морщины которые… ─ Убей его! Я знаю, что ты мешкаешь, убей! ─ …тебе не убрать кремами, даже если тебе потребовалась вечность для этого. Так вот… ─ Замолчи! — взвизгул профессор. ─ …для чего ты носишь тот стрёмный тюрбан. А я думал… ─ Убей! ─ …ты играешь в восточную невесту.       Казалось, ситуация накалилась до предела. ─ Посмотри в зеркало. Что ты видишь? — заорал Квирелл.       Гарри посмотрел в зеркало. Зачем оно здесь стояло? Этот вопрос волновал его больше, чем то, что его должны были убить. Он посмотрел на себя. Обычный худой мальчонка. ─ Очки, свитер. Сам безумно красивый, — ему было всё равно, но он ответил Квиреллу. Его отражение расплылось у него перед глазами. ─ Освободи меня, — попросил голос.       Квирелл начал медленно разматывать тюрбан, состоящий из каких-то бинтов. Он взялся руками за виски и отвернулся. Сзади у профессора было второе лицо, будто слепленное из дурного песка. ─ Мать моя, второе лицо. А у собаки три головы, — пошутил Гарри, схватившись за шрам. Он опять почувствовал прожигающую боль. ─ Что такое? Шрам узнает своего папочку? — засмеялось лицо.       Что это значило? Гарри прекрасно знал, кто оставил эту отметину у него на лбу. ─ Волан-де-Морт! Так вот ты кто, — Гарри хлопнул себя по коленям, догадавшись. ─ Утютю! И не боишься произносить вслух? Моё имя приносит страдания обладателю рта, с которого оно слетело, — ответило лицо. Так вот, откуда доносился тот таинственный голос. ─ И сколько раз его произнес бедняга Квир, что ты завладел его головой?       Волнение покидало Гарри, а вместе с ним и боль. Мальчик был готов, что в эту историю замешан Волан-де-Морт, а раз он представляет из-себя только лицо, вживленное в тело профессора, значит, он ещё слишком слаб, чтобы вернуться к жизни в своём теле. ─ Посмотри в зеркало ещё раз. Ты прекрасно знаешь, что я убил твоих родителей и убил бы тебя, без проблем. Сейчас мне нужна только одна вещь, чтобы я продолжил убивать. Это камень. А ты хочешь камень? Хотел бы снова лишить меня возможности убить тебя? Ведь это я и сделаю, когда получу камень. А ещё убью твоих друзей и многих в Хогвартсе. ─ О каких моих друзьях ты толкуешь? Может, познакомишь меня с ними, тупица? У меня их нет. ─ Я убью Дамблдора и прочих. Просто буду убивать без разбора. Ну так что, хотел бы камень? Смотри в зеркало, когда будешь отвечать. ─ Убей себя вилкой в нос, — да, Гарри хотел этот камень, очень хотел. Он бы уничтожил его и надежды Волан-де-Морта вместе с ним. ─ Думаю, камень уже у него, — раздался голос Квирелла.       Гарри почувствовал, как его карман потяжелел. Как будто в него что-то вложили. Он ещё раз взглянул в зеркало и неосторожно ахнул. Слева и справа от себя он увидел родителей, своих, он видел их на фотографиях и был уверен, что это они. Мама кротко улыбалась ему, она была милой, и Гарри всегда представлял её именно такой. Папа положил руку ему на плечо. Гарри пощупал рукой, но на его плече ничего не было, в то время, как в зеркале папа всё ещё не убрал руку. ─ У тебя есть камень. А у меня твои родители, — колдун уже понял, что мальчик видит их. — Я убил их, я их тебе и верну. Всё с помощью камня. А что с его помощью сможешь сделать ты?       Гарри опустил руку в карман и достал камень, горячий, как уголек. Он будто был весь в трещинках, внутри которых горели искры. Он был готов отдать этот камень за родителей. Пусть даже Волан-де-Морт убьёт всех в этом замке, ему наплевать, он бы тут же отдал его за родителей. Но Гарри было очень горько. Как бы ему не хотелось верить, но он понимал, что слова колдуна такая же иллюзия, как и отражение родителей в этом зеркале. ─ Кури бамбук, плосконосый, — Гарри бросился вверх по лестнице. В тот же момент верхние ступени заполыхали огнем и мальчику пришлось остановиться. — Я не отдам его, даже если мне придется стянуть лишнее лицо с твоей головы. Ну, или натянуть ещё парочку таких же, с глазами, как у мертвой рыбы. ─ Тогда я убью тебя, — колдун поднялся в воздух и, стремительно пролетев над полом, схватил Гарри за горло, опрокинувшись вместе с ним. ─ Ого. Так ты умеешь не только говорить, — с сарказмом сказал мальчик, но тут его дыхание перекрыло. Волан-де-Морт сжимал его трахею ледяными пальцами. Наверно, Квиреллу по ту стороны головы было бы интересно знать что происходит.       Гарри выхватил волшебную палочку. Он не умел колдовать и начал бить колдуна ею между глаз, но этого было недостаточно. Мальчик задыхался, но из вредности он всё равно не должен был позволить ему захватить камень. Он бросил его из кармана, но колдун придавил его, поэтому камень отлетел совсем недалеко. Гарри не знал что делать. Он вцепился руками Волану в лицо, пытаясь использовать боевой прием и проткнуть ему пальцами нос, но у него не было носа.       Вдруг колдун вскрикнул и отшатнулся. Его лицо плавилось, будто его облили кислотой. Мальчик не понимал что происходит, но накинулся, продолжая бить его. Лицо продолжало осыпаться, падая вниз песочными кусками. Волан-де-Морт попятился и упал. Взметнулось облако пыли. Гарри закрылся руками, но песок уже попал ему в глаза, ослепив. Мальчик зажмурился, он боялся, что его атакуют снова, когда он так легко доступен. С трудом убрав руки, он подошел к месту, где упал колдун.       На этом месте лежали мантия и какие-то белые и синие ткани от одежды Квирелла. Ни от Волан-де-Морта, ни от профессора больше не осталось ничего.       Гарри услышал громкий гул, пролетевший будто ему через голову. Что-то пронеслось, сбив его с ног, и мальчик потерял сознание.

***

      Проснулся Гарри в большой светлой комнате. Он не понял, где он и не очень старался понять. Он поплотнее накинул одеяло на ноги и сел в кровати. ─ А, Гарри, — Дамблдор направлялся к нему. — Уже пришел в себя?       Это был первый раз, когда Гарри удалось так близко увидеть Дамблдора. Это был пожилой мужчина, старичком его не назовешь. У него была длинная белая борода до самого живота и усы, скрывавшие почти полностью его маленькое лицо, на котором виднелись смеющиеся умные глаза и нос.       Гарри даже не захотелось троллить его. Но он не всегда следовал своим желаниям. ─ Подождите, я в трусах, — буркнул он. ─ Я знаю, — сказал Дамблдор, улыбаясь себе в усы. — А что если я скажу, что это я и раздел тебя, чтобы твоё тело отдохнуло на чистом постельном белье? ─ Вы раздели меня? ─ И профессор Снегг ещё.       Гарри лишился дара речи. Он поймал воздух ртом, будто его снова кто-то душил, и откинулся на кровать, инициировав обморок. ─ Ну я же не мог тащить тебя из подземелья один. ─ Точно, — Гарри снова поднялся. — Что случилось? В том подземелье был Волан-де-Морт. ─ Я знаю, — Дамблдор подсел к нему на кровать. — И нам очень жаль, что так получилось. Но думаю, он бы всё равно не успокоился, пока не встретился с тобой, может, и к лучшему, что это случилось сразу. ─ Так что всё-таки произошло? ─ Ему нужен был камень. Нужна была эта жизнь. ─ Так я победил? Снова победил его? ─ Думаю, да. Он бы не ушёл, пока не закончил бой. ─ А что случилось с профессором Квиреллом? ─ Он мёртв, полагаю. Но об этом не стоит беспокоиться, — Дамблдор сам по себе был выражением того, как не надо беспокоиться. Даже когда говорил о смерти. ─ Но он не был виноват? Он был как одержим или в этом роде? ─ Понимаешь, Гарри, Волан-де-Морт не мог вселиться в тело того, кого хочет, иначе он выбрал бы тебя. Это было разумное решение профессора Квирелла, в первую очередь. Волан-де-Морт тоже не стал бы вселяться в тело кого попало, ему нужен был верный подопечный. Думаю, они оба давно вынашивали эту идею, и мне жаль, что я не смог рассмотреть в Квирелле предателя.   — А Вас ещё считают умным, — заметил Гарри. ─ Ну, видишь ли, Гарри, добро и зло, ум и глупость, правда и ложь - это лишь точки зрения. ─ Так всё-таки зачем камень был нужен Снеггу? ─ Снегг хотел выяснить, зачем и кому это надо. Знаешь, почему этот камень в итоге оказался у тебя? Этот камень оказывается у того, кто не хочет использовать его в корыстных целях. Другими словами, никогда не использует по применению. Ты ещё не понял? Волан-де-Морт не воровал из Гринготтса камень, он забрал только зеркало, а камень исчез вместе с ним, для того, чтобы оказаться в кармане того, кого посчитает нужным, — Дамблдор ткнул пальцем прямо в грудь. — Но в прессе конечно было сказано по другому. Все итак знали, что за камнем может начаться охота. ─ То есть, Снегг просто хотел сунуть свой аристократический нос? Как всегда. ─ Все всегда расценивают поступки Снегга именно так. Но он же хотел оказать помощь школе и потом, он же тоже понимал, что в случае чего ты станешь первой жертвой.       Гарри задумался. ─ Поверь, все первокурсники относятся к нему настороже, но Хогвартс для него такой же дом и он, хоть и остался ворчливой скрягой, но много раз доказывал поступками, что заслуживает нашего доверия. Доказал и в это раз. ─ Доказал и в этот раз, — повторил Гарри, как клятву.       Мальчик огляделся. Он понял, что находится в больничном крыле. Должно быть, с ним всё было хорошо, раз рядом с ним не суетилась медсестра. ─ Кстати, как вы поняли, что я в подземелье? Как нашли и успели вытащить меня? Повсюду был огонь, у вас было не так много времени. ─ А, — вспомнил Дамблдор. — Твои друзья. После, они так рьяно рвались в палату, не слушая нас. Такое поведение не подходит им, особенно девочке, как образцу нашим ученикам. Мы не пустили к тебе этих друзей, чтобы они не забили тебе голову прежде, чем я всё расскажу тебе. Но они насобирали тебе вкусностей, сбежав в Хогсмид. Конечно, мы сняли за это с каждого по тридцать гриффиндорских баллов. ─ Друзей? — не понял Гарри. — Кто это таковыми назвался? ─ А те, кто был с тобой в подземелье. ─ Рон и Гермиона, — вспомнил мальчик. Он всё ещё считал, что эти ребята слишком простые для того, чтобы дружить с ним, но, возможно, именно так их теперь будут называть, раз уж они повсюду ходят вместе. ─ Да. Особенно девочка, она такая умная. Она совершенно точна поняла особенность этих шахмат. Если бы Рон начал играть, пути назад не было бы, даже если он и отличный шахматист. Она поняла, что в том, что они пропустили тебя одного, было что-то нечисто. Как будто шахматы знали, кого надо пускать. ─ Что они сделали, всё поняв? ─ Поднялись наверх и прибежали ко мне в комнату. Я уже, между прочим, был в постели, — Дамблдор покраснел. — Скинули с меня одеяло, а я лежу весь завернутый в бороде, как какой-то Мерлин. Мы уже сняли за это баллы.       Гарри засмеялся. Жаль, что он был не с ними в этот момент. ─ Кстати, есть ещё кое-что важное, — волшебник запустил руку в свой глубокий карман, напоминающий мешок Санты-Клауса. — В подземелье Квиреллом были оставлены очень ценные вещи. Сами по себе они не представляют опасности и мы подумали, что будет честно отдать их тебе.       Дамблдор снова полез в свой большой карман и достал оттуда всего один предмет, который Гарри конечно же узнал. ─ Но это вещь, а не вещи, шарлатан.       Он увидел на руках директора прозрачно-серебристую ткань. Мантия-невидимка, с помощью которой Гарри в ведро подлили зелье. Так просто? С ней Гарри мог не бояться быть пойманным по ночам. ─ Накинь мне её на ноги, мне холодно, — Гарри снова лег. Он ещё ни разу нормально не поспал в этом замке и сейчас собирался наверстать это упущение за три дня, а то, что он полдня был без сознания, это совсем другое.       Дамблдор выполнил его просьбу, но Гарри не ощутил этого, мантия была слишком легкой. Мальчик решил, что нечаянно её потерять будет совсем легко. ─ О, Берти Боттс. Отличные бобы со вкусом всего на свете, были ещё при моей молодости. Так я перепробовал все вкусы. Да, все.       Гарри открыл глаза. Нахальный старик с задумчивым взглядом Мерлина вскрыл его пачку бобов и жадно поедал их. ─ Эй, — возмутился мальчик. — Это моё. Мои друз… Мои знакомые принесли их мне.       Но Дамблдор только ускорился в поедании. ─ Со вкусом лука? Жареного лука? Моя мама добавила его и сюда? — говорил волшебник сам себе. ─ Эй ты, слышишь? Я вижу, что ты реагируешь на звук, не пытайся обмануть. ─ Со вкусом апельсиновой цедры, шпината, коз… — Дамлдор замер и уставился на пачку. — Обожаю их, мда.       Замешательство Дамблдора показалось Гарри подозрительным. ─ Ладно, можешь доедать их. Но если возьмёшь ещё что-то из еды, я натравлю на тебя Малфоя, — Гарри снова откинулся на подушки.

***

      Гарри медленно спускался вниз по лестнице. Он съел всю еду в палате и вдоволь накомандовался миссис Помфри, дальше в больничном крыле ему стало скучно и он снова проголодался, поэтому решил выйти на ужин. Конечно, вся школа уже знала о похождениях знаменитого Гарри Поттера, но мальчика ничуть не смущало это. Пускай восхищаются им сколько хотят, только не подходят с вопросами, нарушая его личное пространство.       Спускаясь, Гарри начал замечать, что что-то было не так. В зале было слишком много слизеринцев, они ходили целыми группами и вообще вели себя активней, чем обычно. Сойдя с лестницы, он увидел висевшие на потолке зелёные полотна с эмблемой Слизерина, змеёй на зеленом фоне.       Гарри сел за стол. Он хотел приступить к еде, но пришлось ждать минут пятнадцать, пока слизеринцы не находятся и не сядут наконец за стол, и Макгонагалл не позвенит ложкой по бокалу, призывая к тишине. ─ Гарри, — мальчик услышал восторженный знакомый голос. Рон и Гермиона, подбежав с другой стороны стола, заняли места напротив, одни из немногих свободных мест. — Как ты себя чувствуешь? Всё хорошо? Тебе разрешили выйти?       Мальчик не знал, разрешили ли ему выйти. ─ А что здесь происходит? — он кивнул головой на раскачивающиеся без ветра полотна Слизерина. Змеи дразнили их своими языками. ─ Конец учебного года, — шепнул ему Рон. — Слизерин набрал большее количество баллов и должен получить кубок факультета. А Гриффиндор ответит за все свои грехи. В частности, за наши. ─ Нет, — возразила Гермиона. — Для Слизерина это не победа, а простая демонстрация власти. С таким человеком, как Снегг, они могут себе это позволить, он всё делает для этого. ─ Успокойся, мне от этого не легче. Мы уже можем есть? ─ Тихо.       Ребята замолчали и прислушались к происходящему, так как в этот момент речь толкал Снегг, и он был краток. ─ Ну, не буду томить вас тем, кто был лучшим этот год, набрал большее количество баллов и победил. Это Слизерин. Внести кубок, большой и красивый!       Филч вкатил на тележке большой кубок, больше похожий на самовар, и поставил его на стол перед директором. Похоже, чей бы факультет не заслужил кубок, его всё равно бы забрал Дамблдор, чтобы вновь выкатить его в следующем году. Дамблдор будто очнулся от сна и несколько раз моргнул. ─ Подождите, кто победил? Кто смел подсчитать баллы, когда я сплю? ─ Можете проверить, Дамблдор, всё честно. ─ Да? Тогда… Я хотел сказать, что трое наших ребят показали себя героями в своей семье. Все знают, что вчера юный мистер Поттер с друзьями отважно сражался в подземелье и победил волшебника. Помимо этой мелочи, они совершали действительно важные вещи, которые заслуживают нашего внимания. Я был там, в подземелье, с ними лично, и сам лично был свидетелем их великих дел. Мистер Рон, например, предложил мне руку, когда мы спускались вниз… Тридцать баллов! А мисс Гермиона назвала милым старикашкой. Тридцать баллов! Мистер Гарри Поттер тоже проявил себя. Он дал мне поесть бобов сегодня. Тоже тридцать баллов! Всё! Заменить полотна Слизерина на Гриффиндор. ─ Но профессор, — не унимался Снегг. — Даже если так, у вас всё равно недостаточно баллов, чтобы занять первенство. Наш факультет ведёт на три очка. ─ Ну ладно, тогда ещё восемь баллов Гарри за отважную схватку с Воланом, что я, зверь что ли. ─ Но у нас тоже есть ребята… ─ Какой прекрасный закат, самое время чтобы закончить состязание факультетов… ─ Эй, вы слышите, мистер? Я тоже хочу сказать ещё кое-что. ─ … и закончится состязание, да не будь я директор. ─ Вы правда не слышите? Я вижу, что вы реагируете на звук.       Дамблдор махнул рукой и зелёные полотна окрасились в красный, а змеи на них сменились изображением львов. Гриффиндорцы радостно вскочили и разразились оглушительным рёвом, это была их эмблема. Гарри тоже вскочил вместе со всеми и выронил куриную ножку. Он уже ел втихую.       Сейчас Гарри был совершенно счастлив. И он был дома. А скоро увидит каникулы и он увидит тётю. Он посмотрел на Дамблдора и встретился с ним взглядом. Директор школы подмигнул мальчику и, налив кипятка из самовара, поднял кубок с чаем за его здравие.       То есть, это всё-таки был самовар? А где тогда обещанный кубок? Этот Дамблдор, он просто старый шарлатан.