Меланхолия теннисных мальчиков

— Ого, давно же тебя не было, какими судьбами? На работу или так, соскучился? — Да не, Джун, тут совсем другое. Я сам ищу клиента, поможешь? Когда я подошёл, бокал вина он отставил в сторону, подальше. Моё имя часто пересекалось в его понимании со слуховыми галлюцинациями, поездками за границу и всевозможного рода фетишами. Подавив в себе какие бы-то ни было эмоции и расслабив мышцы лица как можно незаметнее, он выдал: — Что-то по настоящему новенькое, — я знаю, что он считает меня сумасшедшим в свете последних событий, я словно один из тех геев, о которых говорят в Майами: пришёл в этот мир, чтобы любить мужчин, у которых СПИД. Считать меня расходным материалом пока даже по справедливости позволительно. — Мне нужен кто-то, ещё не потерявший уверенности в себе, как в личности, так и в конкретно духовном плане, полная противоположность большинству наших клиентов. Я знаю, что такие попадаются редко и почти всегда выбирают что попроще. И я осознаю, что им нужна полнейшая конспирация и, что у таких мужчин стопроцентно есть веский повод, которым они себя обнадеживают, чтобы придти сюда и трахнуть шлюху. Я говорю именно «трахнуть» — им же не представляется другой способ получить удовлетворения, кроме как смазать девице анал кремом, даже если до тебя её переёб целый полк парней, видишь ли, чтобы той было не больно, медленно ей сунуть и на скоро кончить в полотенце или в руку, реже на спину, да и то, потом самому всё вытереть. Картины в глазах Джуна ожили. Мои же глаза горели. Не только говоря обо всех этих приличных мужчинах, мне делалось не по себе. Скорей лишь по причине осознания я так обильно тёк — да, я актёр, который сказал: Я хочу упасть! Красота и уродство, рождение, рост, судьба, — все это часть половых органов. Сексуальные потребности нуждаются в физическом удовлетворении, а не в любви. — То есть, я правильно тебя понял… Мне нужно посмотреть на клиентов, и подходящих под описание перенаправить к тебе? — Слушай… Да-да-да, ты правильно всё понял, ты очень понятливый. Слушай, ты здесь один пока? Я имею ввиду, в праздники никто не сунется? Не будет ни Юки Эйми, ни помощников, даже у уборщика выходной. Так? — Охрана на посту. — Разглядывают камеры? — Да. И я не оставлю тебе место. — Предложить тебе сделку? — Чимин, ты не можешь вот так просто заявиться сюда и принять пост вместо меня, рыться в базе данных и похищать клиентов. Как бы у тебя не свербели дырки, проблемы твои, усёк? Я здесь с самого утра торчу, я устал! — При этом лицо его моментально состарилось лет на 20, — А по тебе даже не ясно выписали тебя вообще? Ты здоров, слышь? — У меня есть кокаина самую малость. Я оплачу тебе такси. — Давай ты мне дашь его не здесь, пошли на улицу выйдем. Сигареты есть? Дай мне одну. — Знаешь на что наедятся все эти вертихвостки, идущие сюда на замену пёздам постарше? — Джун ненавидел женщин, но я не знал, гей ли он, а может и вообще асексуальный. Стоило завести тему о принадлежности к той или иной группе меньшинств, как из этого доходяги становилось не вытянуть даже слова. Не известной мне была и сторона его личности в которой он невзлюбил весь женский пол разом. Тем не менее жесткая критика девок не мешала ему работать в борделе и сидеть на ресепшене. — «Красота устает в течение трех дней» сказала мне одна знакомая девка — это ложь, которая сдерживает уродливых женщин от самоубийства. Все уродины заботятся о своем душевном равновесии, в то время как подорванные общественным мнением красотки страстные и чувственные женщины бегут к женскому монастырю, — Так он обычно и отнекивался, при этом вечно его руки искали занятие. Сейчас он говорит, теребя нос. При чем каждый раз убирая свободную от сигареты руку в карман, чтобы потом достать и почесать ей ноздри снаружи. — А все проститутки — солнечные лучи, — подхватил я его мысль, — В настоящее время корейские женщины начинают замечать, что «нет порядочного человека», за которого бы можно было выйти замуж. Вот симпатичная и опытная женщина, чтобы спасти мужчину превращается в грушу для битья. У всех есть выход и они знают какой, только пока не поздно они могут решиться. Пока они ещё не подавились самостоятельно или не были подавлены тиранией мужа, которому с детства внушали такой образ мыслей, у этих девок есть шанс на удовольствия, хорошую жизнь и свободу, если и не шик! Да у всех в мире женщин, будь то кореянки, американки или француженки, есть специальное время побыть деспотами, королевами — многие упускают это время. Романист с нетерпением ждет женщин-белых-воротничков, учителя истории хотят смотреть на выпускниц, заткнув уши — всем им не хватает ума, чтобы руководить процессом игры «хищник-жертва». Таких женщин я считаю одноразовым товаром. В то время, как отличные профессиональные женщины не нуждаются в мудрости. — Ты мне лучше вот что скажи. Зачем тебе сдался приличный мужчина? Пытаешься вклинить мудрость жизни в эпоху пенсий? — Честно говоря, моя просьба весьма личная. — Ты сомневаешься? — Мужское преступление и искусство выступает как плод для подавления эрекции. Если мужчина может видеть через пять лет, женщины будут чувствовать себя легко, но скоро будет скучно, а затем, разочарованы ли будем мы? Проституция процветает и имела успех до сих пор, лишь потому, что человек несчастен внутри себя и внутри общества. Лучи солнца… Я ушёл из «спасателей», но не растерял сноровки, моё мировоззрение не пошатнулось в сторону пустой добродетели, оно утвердительно стоит на месте. И мне необходимо сделать то самое, что ни на есть конкретное действие, торможение после финиша. Отвечая на твой вопрос, хочется вспомнить одну школьную историю: когда-то мы тайно встречались с одной отличницей и, уж не помню из-за чего, вскоре расстались. Я её бросил. Она спросила меня, что делать, и я ответил, что быть счастливым — это победа. Не знаю, поняла ли она для себя, что я хотел этим сказать? — Тебя и сейчас сложно понять, ты перебрал? — Не говори, что я перебрал! Мы не можем лечить женщин, как туристов, что посещают страну из-за медицины и культа молодости. Проститутки не такие подавленные, как бизнес леди или те же домохозяйки, но все они страшатся вопроса: Ваш любовник поговорит с вами о детских воспоминаниях? В наши дни Венеру в мехах заботит лишь твой счёт в банке и её собственные нужды. Вот с такими ещё можно быть счастливыми. — Я бы поспорил, но меня уже продуло, пошли внутрь, вызовем такси. — Так ты согласен? — Согласен, я устал. Особенно от твоей болтовни устал. Расскажешь мне потом, о своем замысле, только давай без кокаина, а то ни хера не понятно. Я остался шерстить в клиентской базе. Меня не интересовал ни возраст, ни внешность, ни раса, я обращал внимание на содержание анкеты. Это заведение приличное и прежде чем получить товар, сам получатель должен зарегистрироваться, — так что своих знают в лицо. Всё до мелочей просчитано, и сама система сколотила целое состояние людям с верхов. Простой бизнес, только продуктом продаж является не недвижимость, не газ и не нефть, а секс — вечный ходовой товар, спрос на который не становится меньше. «Pink lemonade» есть, что предложить — все бабочки ухоженные, разнообразные, при этом не глупые с широким кругозором и, как водится, спектром услуг. Я один из них, но никогда не чувствовал себя на том месте, находясь под крышей борделя. Проституция не могла мне предоставить возможность полностью реализовать свою энергию. Когда я изучил каждого, кто мне встретился в списке, вспомнил многих, с кем знаком был лично, и большинство из них указали скромную информацию о себе, которой, казалось, полностью соответствовали. Но никого, кто бы меня привлёк или хоть малость заинтересовал, я не нашёл. До конца дежурства целая ночь, а настроение было испорчено окончательно. Сидя на крутящемся стуле я втянул немного кокаина, думая о реакции охранников, что следили за мной через камеру. Когда я попытался представить себе их лица, то испытал странное и неудобное чувство. Наверняка люди с такой должностью потеряны для общества, в котором я привык находится. Наши миры никогда не соприкоснуться, они как магниты, что могут находиться рядом, совсем близко, но никак не соединятся.