Pandora

26 апреля 1999.       — День тридцать восьмой, — женщина преподнесла диктофон поближе к узким губам. — Пациент под номером восемь отказывается принимать назначенные медикаменты, не подпускает к себе медперсонал и никак не хочет идти на контакт.       Молодой парень понуро сидел на жестком кресле, опустив свою голову и рассматривая исхудавшие ноги. Тусклый свет от лампы, что отбрасывал жалкую тень на противоположную стену, иногда моргал, придавая и без того хмурой комнате еще больше дискомфорта. Серые тучи за стеклянной стеной, ведущей прямиком на вид цветущего сада, грозно проплывали по небосводу. Надвигался ураган, как и передавали синоптики сегодня утром по телевизору. Мельком взглянув на улицу, врач мысленно обрадовалась зонту, который успела прихватить перед самым выходом, припоминая прогноз погоды. Обращая свой взор вновь на своего пациента, женщина сняла очки и устало потерла глаза. Ей необходима была чашечка кофе, чтобы продолжить свою работу. Задержав свой взгляд на теле брюнета, она почувствовала, как по ее телу пробежала неприятная дрожь.       — Тэхён, — прочистив горло, женщина нарушила тишину, — ты можешь мне довериться. Я хочу тебе помочь, — не видя никакой реакции, она продолжила. — Однако, чтобы тебе помочь, я должна знать, в чем же именно.       Женщина внимательно следила за сжатой фигурой напротив, пытаясь уловить хоть какое-то движение. Однако, кроме размеренного дыхания, от которого грудь парня слегка приподнималась и тут же опускалась, ничего не видела. Несмотря на молодой возраст своего пациента, женщина не могла не отметить чрезмерную худобу, успевшую развиться на фоне стресса и голодания. Когда-то густые волосы поредели и сейчас выглядели так же болезненно, как и сам хозяин. Кожа приобрела практически фарфоровый оттенок, из-за которой на непозволительно худых руках виднелись вены. Весь внешний вид кричал о помощи, но это понимали все, кроме самого парня.       — Тэхён? — с надеждой переспросила женщина.       Наконец, ресницы парня дрогнули. Женщина немного обрадовалась вниманию, однако, когда Тэхён поднял голову, радость тут же сменилась на сочувствие и даже жалость. На неё смотрели безжизненные глаза, в которых, возможно, когда-то была искра. На миг в женской голове промелькнуло сравнение этого взгляда с тем, что она однажды видела в морге: такой же пустой. Впалые щеки и большие синяки под глазами никак не красили молодого парня, скорее наоборот отталкивали. Тэхён глядел на женщину пустыми и стеклянными глазами, напоминая неживую куклу.       — Какое сегодня число? — голос Тэхёна стал слегка скрипучим, отчего не верилось, что это голос молодого парня.       — Шестое сентября, — женщина глянула на стоящий на столе календарь и положительно закивала.       — А какой год? — Тэхён все так же смотрел на врача, не моргая и не фокусируя взгляда. Он смотрел сквозь нее. В пустоту.       — Что мне сделать для тебя? — не вытерпев, женщина плюнула на все нормы и, обойдя длинный стол, присела перед брюнетом на корточки. — Скажи мне, что сможет тебе облегчить боль и открыться мне?       — Верните мне её, пожалуйста, — прошептал Тэхён, всё также не моргая. На его глазах вновь начала образовываться пелена из слез, но тот даже не думал их смахивать.       — Кого? — ласково спросила врач и аккуратно взяла парня за руки, в надежде вытянуть из него хоть что-то. Однако больше Тэхён ничего не сказал. Он не мог объяснить, кого же ему нужно вернуть.       Тэхён не помнил, как он очутился в своей палате. Все слилось воедино. Он взглянул на настенные часы, стрелки которых уже приближались к полудню. Встав с кровати, он тихо прошел к окну и увидел, как во дворе гуляли больные под присмотром врачей, сидящих поодаль и иногда переговаривающихся между собой. Листва на многочисленных деревьях, что росли на территории больницы, слегка покачивались от прохладного весеннего ветра. Открыв окно, парень зажмурился из-за ударившего в лицо потока свежего воздуха. По светлой комнате прошелся легкий ветерок, приятно лаская голые пятки. Тэхён почувствовал это, но не стал закрывать окно.       Лежа в кровати, брюнет глядел в потолок, всеми силами пытаясь заглушить вновь подступающие голоса, которые казались такими знакомыми, но одновременно и чужими. Казалось, вот-вот ему удастся вспомнить хоть что-то, но в последний момент голоса и расплывчатые лица ускользали прямо из рук, оставляя Тэхёна ни с чем. Какое-то чувство разъедало изнутри, заставляя постоянно крутить в голове одни и те же диалоги, мутные тени, больше походившие на лица и вырванные сцены какого-то фильма, и не вызывало ничего, кроме ужаснейшей головной боли. В такие минуты парню хотелось вскрыть свою черепушку и попытаться ослабить эту боль. Однако Тэхёну казалось, будто от этих воспоминаний, голосов и лиц зависит что-то, от чего может зависеть чья-то жизнь. Но чья? Схватившись за гудящую голову, Тэхен свернулся калачиком и заплакал от беспомощности. Его оставили наедине с такими страшными, по мнению самого парня, воспоминаниями, от которых некуда было деться. Тэхён чувствовал себя загнанным зверем, попавшим в западню.       — Кто же вы такие? — шептал он, сильнее хватаясь за свои волосы. — Оставьте меня, прошу!       Дверь палаты скрипнула, и в комнату вошла миловидная медсестра с подносом, которая до этого весело напевала незамысловатую песню. Заметив забившегося в самый угол кровати Тэхёна, девушка перестала улыбаться. Поставив поднос на стол, она поспешила к парню.       — Тэхён, — ласково позвала она, — может, выпьешь обезболивающее и кое-какие другие таблетки? Они помогут тебе.       — Они не могут остановить все это, — Тэхён всхлипнул, но, собрав все свои силы воедино, принял сидячее положение.       Медсестра протянула горсть разноцветных пилюль брюнету и молча стала наблюдать, как тот глотает их одну за другой. Ей хотелось помочь этому милому парню, впрочем, как и всем, кто знал Тэхёна. Такой тихий и иногда совсем незаметный, будто пугливая тень, он попал к ним всего несколько недель назад. Его привёл какой-то парень в маске, быстро описав все, что произошло с Тэхёном, он быстро скрылся из виду. Среди врачей и медперсонала прошелся слух, что это был его брат, который сбагрил бедняжку. Избавился, так сказать, от балласта. И как бы не расспрашивали многих, как бы не поднимали все архивы, но никакого брата нигде не упоминалось. Немногие, кто когда-то видели Тэхёна, сообщали, что никого рядом не видели, кроме девушки, но и её давненько не было. Поэтому оставалось лишь гадать, что за история приключилась с Тэхёном.       За окном разбушевалась буря. Сильный и непрекращающийся ливень звонко отстукивали по крыше погрузившейся в темноту больницы. Из-за сильной бури были повсюду слышны завывания ветра. Весь медперсонал, оставшийся на ночное дежурство, закрылся в одной комнатушке и наслаждался часами покоя, пока пациенты мирно спали в своих палатах. Иногда парочка медсестёр выходили на обход, но спустя минут двадцать тут же возвращались обратно, удостоверившись в полном порядке. Но в эту ночь не только на улице бушевал ураган. Хмурясь во сне, Тэхён постоянно ворочался из стороны в сторону, вновь переживая такой реалистичный сон.       — Я должен, — шептал парень как в бреду. — Я должен!       Ступая босыми ногами по холодному асфальту, Тэхён двигался практически вслепую, ведь вокруг не было никакого освещения. Как бы он ни звал на помощь, никто не откликался на его голос. Двигаясь практически в темноте, брюнет пытался увидеть хоть что-то. Порядком, выбившись из сил, Тэхён рухнул на колени и взревел не своим голосом.       — Ты должен был остановить ее, — послышался голос из ниоткуда.       Тэхён поднял заплаканные глаза и немного притих, вновь вслушиваясь в гулкую тишину.       — Ты должен был остановить ее!       Голос становился всё ближе, пока словно гром не прогремел над трясущимся брюнетом. Испугавшись, Тэхен уткнулся лицом в колени и обхватил голову, пряча свои слёзы и дрожа от страха перед кем-то или чем-то.       — Кого я должен был остановить? — всхлипывал он, чувствуя, как голос вновь раздаётся где-то вдалеке. Вскочив на ноги, Тэхён побежал вперёд, в самое сердце темноты. Подальше от повторяющего одну и ту же фразу голоса. Слёзы мешали видеть, но страх вновь услышать его не давал Тэхёну остановиться. Он не знал, сколько уже бежал и куда, но, остановившись на секунду, стал прислушиваться. Вокруг всё снова было тихо. Приводя свое дыхание в порядок, Тэхён принялся осматриваться, но его, как и прежде, окружала пустота. И, казалось бы, всё прошло, но вновь раздавшийся голос позади сковал тело парня непередаваемым страхом. Не успев осознать всё происходящее, Тэхён услышал, как голос начал приближаться с такой быстротой, сравнимой разве что со скоростью света, и уже через секунду вновь прогремел громом над бедным парнем, заставляя его упасть на колени и вновь зарыдать с новой силой. Кто-то или что-то сломало его, заставило сломаться и упасть на колени, будто вымаливая прощение за совершенный грех. «Нечто» одержало победу в неравной войне.       Вскочив с постели, Тэхён жадно глотал воздух и озирался по сторонам, не до конца понимая, где он. Когда сон прошёл, а разум начал проясняться, брюнет взглянул в окно, где до сих пор бушевал ураган. Яркий свет озарил всю палату и вслед послышался громкий раскат грома. Поёжившись, Тэхён накрылся одеялом, но не спешил закрывать глаза. Ему до сих пор было страшно. Кому принадлежал тот голос, который преследовал его? Кого он должен был спасти? В голове было много вопросов, но, несмотря на это, спустя полчаса парню всё же удалось заснуть. Усталость сыграла свою роль, и в этот раз парню удалось избежать очередного кошмара.       В стенах больницы было довольно тихо, однако, всё же веселые голоса доносились из открытых окон палат. Все больные радовались прохладному от недавней бури, но всё же солнечному дню. Женщина, проходя мимо многочисленных палат, замедлила шаг, пока совсем не остановилась у входа одной из них. Руки врача покоились в небольших карманах белого халата, и она не пыталась поменять их положение и просто замерла на месте, чувствуя, как порывы прохладного ветра, гуляющего сквозь проход, приятно охлаждали её.       — Туда не стоит идти, — послышалось ласковое обращение одной из медсестёр, что обращалась к кому-то из пациентов.       — Почему? — совсем наивно, словно малое дитя спросил мужчина, который искренне не понимал, почему его остановили.       — Там вы можете пораниться, — в голосе девушки проскользнула паника и тревога.       Врач, слушая обрывок их диалога, не смогла сдержать улыбку, однако, взглянув в направлении своей двери, находившейся в самом конце кабинета, вновь приобрела серьёзное лицо. Поборов сиюминутную нерешительность, она вновь возобновила шаг, не отводя взгляда от белой двери. Сколько же пациентов посетило эти стены, подумала женщина, и скольким мы сумели помочь. Эти мысли вселяли надежду, что и в данный момент сидящий там парень не станет исключением.       Приблизившись к именной двери, врач вновь испытала нерешительность, и её рука застыла перед ручкой. Взглянув на неё, женщина увидела, как слегка потная ладонь поблескивала на свету. Закусив губу, она разглядела темный силуэт сквозь полупрозрачные стеклянные вставки на двери. Фигура не двигалась, и, казалось, будто на стуле сидел не живой человек, а манекен.       — Какое удачное сравнение, — прошептала она себе под нос, с грустью подтверждая свои же мысли, и дернула за ручку.       Тэхён, уставившись в одну точку перед собой, никак не реагировал на стандартные вопросы. Женщина готова была продать душу дьяволу, лишь бы узнать, что же творится у него в голове, прочесть его мысли и просто понять, что же он чувствует. Отложив ручку, очки и диктофон, она устало вздохнула и поднялась со своего кресла. Парень все также сидел, не шелохнувшись. Выглянув в окно, врач материнской улыбкой одарила всех, кто сейчас совершал прогулку. Краем глаза, женщина заметила работающих санитаров, что расчищали небольшую территорию, где вчера ветром оторвало небольшое дерево.       — Вчера был настоящий ураган, — озвучила она свои мысли.       Голос врача, точнее сказанное ею, ворвалось в голову Тэхёна, и брюнет резко выпрямился, вспоминая свой сон во всех деталях, будто вновь пережил это за доли секунды. Необъяснимая паника вновь дала о себе знать. Тэхёну казалось, что он должен куда-то бежать, но только куда? Брюнет стал осматривать кабинет, бегая глазами от одного угла к другому, удивляясь тому, как он попал сюда. Ему не сиделось на месте.       — А где я? — голос Тэхёна был твёрд, чем удивил не замечавшую его поведения женщину.       Врач повернулась и посмотрела на Тэхёна, который совсем отличался от себя самого буквально две минуты назад. Она была растеряна таким неожиданным поведением, однако все же ответила спокойным голосом:       — Всё там же.       — Мне нужно идти, — не унимался брюнет, а глаза выдавали его волнение, которое с каждой секундой передавалось и врачу.       — Куда?       — К ней, — выдохнул Тэхен.       Женщина спешными движениями включила диктофон, схватила ручку и приготовилась что-то записывать.       — К кому именно? — её голос стал на октаву выше, ладони слегка вспотели. Неужели появился хоть какой-то шанс?       Женщина видела, как эмоции на лице Тэхёна сменялись, а сам парень пребывал в необъяснимом возбуждении. Он начинал вспоминать.       — Я… — брюнет нахмурился, пытаясь вспомнить что-то, но, когда ничего не получилось, сдался. — Я не знаю.       — Тэхён, — ласково позвала врач, — постарайся вспомнить хотя бы имя. К кому ты спешишь?       Внутри парня творилось чёрти что. Уже который день, неделю или месяц — он сам не знал, — с ним творилось ужасное. Тэхёна мучила совесть, чувство утраты и пронзающая боль, которую он сам-то не мог объяснить. Будто причину происходящего стёрли из памяти, вырвали с корнем из головы. И как бы брюнет не старался вспомнить, он не мог. Тэхён изводил себя, но изо всех сил пытался понять, что же с ним происходит. И даже сейчас, когда появился шанс, что что-то появилось, оно ускользнуло. Однако Тэхён ясно запомнил то чувство, тот трепет и волнение, которое он испытал. Оно показалось ему таким родным. Это было именно то, к чему парню нужно было идти. В непроглядной тьме появился луч надежды на выход.       — Я не помню, — глухо отозвался Тэхён, снова облокотился о спинку кресла.       Женщина выдержала секундную паузу и обречённо вздохнула. Она упустила момент, но, взглянув на вновь поникшего парня, поняла, что не только она разочарована. Врач впервые видела Тэхёна таким живым.       — Думаю, тебе стоит отдохнуть, — выдавив из себя какое-то подобие улыбки, предложила врач.       Не дожидаясь санитар, Тэхён послушно встал и направился к двери. Весь его вид источал дикое разочарование и отчаяние — это можно было заметить даже неопытному интерну. Шаркающие шаги, что были присуще обычно пожилым людям, никак не походили такому молодому парню. Как только дверь закрылась, женщина выдохнула. Лишь сейчас она почувствовала накатившую усталость. За каких-то пять минут врач испытала практический весь спектр эмоций и сейчас чувствовала себя, как выжатый лимон. Но, несмотря на это, она знала кому сейчас в десятки раз хуже, чем ей, и была абсолютна права в своих догадках. Тэхён так же был истощен эмоционально. Сидя на кровати, брюнет сильно сгорбился, чувствуя невидимую тяжесть на своих плечах.       Медленно открыв глаза, Тэхён увидел белый потолок. Он не спешил встать с кровати, ощущая накатившую усталость. Сегодня ночью брюнет бежал от голоса в пустоту. Снова. Тэхён уже бросил попытки пересчитать, какой по счёту это был кошмар. Ложась перед сном, он уже заранее знал о том, что сегодня ночью ему предстоит бороться с чем-то или кем-то настойчивым и до мурашек пугающим. Каждое утро после таких «побегов» Тэхён чувствовал себя раздавленным, уставшим и растерянным. Каждое утро он часами томился в муках в попытке понять, кто же это и в чём его вина.       Как-то раз Тэхён обмолвился об этих снах одному парню, совершенно случайно. Он сам подсел к брюнету и завел незамысловатый разговор, повествуя о какой-то чепухе, которую Тэхён игнорировал.       — И каково это — знать, что каждую ночь тебя ждёт ад? — после непродолжительного молчания спросил тот.       — Я этого заслуживаю, — бросил Тэхен, уже жалея о сказанном.       — Говорят, — не унимался незнакомец, — пройдя через это, человек никогда не становится прежним. Тэхён бросил взгляд в сторону стола, на котором уже с раннего утра лежали листок с ручкой. Сегодня по плану была групповая терапия. Снова. Брюнет проглотил подступившую слюну, чтобы немного уменьшить боль в горле. Он не знал, что ему писать. Во время этих часов Тэхён тихонечко сидел на своем месте, пока остальные пациенты по часовой стрелке читали то, что сумели написать на листках. Каждый делился своей историей, своими переживаниями и мыслями. Тэхён ненавидел эти минуты, тянувшиеся бесконечно долго. Когда наступал его черед делиться, он молчал, а все терпеливо ждали его, иногда подбадривая, чем раздражали еще сильнее. Тэхён пытался написать, правда! Но стоило ему вывести корявым почерком его имя, рука отказывалась писать дальше. Его взгляд впивался в «Ким Тэхён». Кто этот парень? Какая у него история? Почему он здесь? Брюнет сам не знал ответа, поэтому и не мог поделиться своими мыслями. Сегодняшнее занятие было таким же, как и множество предыдущих. У каждого был этот чёртов лист с писаниной. Опять. Тэхён молчал, когда назвали его имя. Опять. Какой-то добросердечный мужчина положил свою тяжелую руку на плечо брюнета и ободряюще похлопал. Опять.  — Что тебе сегодня приснилось? — вдруг спросила сидящая напротив девушка.  — Поражение в неравной войне, — глухо отозвался Тэхен. — Опять. Все присутствующие с нескрываемым сожалением смотрели на парня и не решались что-либо сказать. Повисла тишина, но неожиданный стук в дверь разбавил ее и даже немного напугал некоторых.  — Я прошу прощения, — послышалось со стороны. В комнату вошел опоздавший, чьё место до этого пустовало. Мужчина был в хорошем настроении; его сдавала широкая улыбка на лице, отчего у глаз выступили морщины.  — Это вам, — протянул он несколько веточек медсестре, которые до этого момента прятал у себя за спиной. — Это магнолия. Сейчас период цветения этих замечательных деревьев.  — Какая красота, — заохали все, подхватывая воодушевленный настрой мужчины.  — А вы знаете легенду этого прекрасного дерева? — поинтересовался опоздавший, благополучно вручив «букет» и сев на свое место. — Магнолия является символом вечности. Говорят, чтобы выразить … — … свою любовь к избраннице, молодые люди приводили своих дам к этому дереву в период цветения. Это было потрясающее зрелище! — восторженно шептали бледно-розовые губы, словно боялись выдать этот секрет кому-то еще. — Люди раскрывали свои истинные чувства, доверяли свои судьбы друг другу, а большие ветви, усыпанные благоухающими цветами магнолии, скрывали это таинство ото всех. Тэхён замер и затаил дыхание. Все окружающие его звуки исчезли, и в голове звучал только этот голос. Будто кто-то поставил телевизор на беззвучный режим — картинка идет, а чужой голос озвучивает ту же фразу, что и главный герой на экране. Брюнет словно в замедленной съемке следил за губами мужчины, но позже перед ним появилось нечто. Это больше походило на обрывок какого-то воспоминания из чьей-то жизни. Из жизни того Тэхёна. По коже прошлась приятная дрожь от ласковых прикосновений рук и приятного шепота. В воздухе витал цветочный аромат, исходящий от цветов, весенний ветер игрался с непослушными прядями парня, а девушка вновь аккуратно приглаживала их, словно заботливая мать. Слегка прохладные пальцы прикоснулись к щекам, заставляя брюнета улыбнуться.  — Тэхён, — позвала она, — открой глаза.  — Зачем?  — Посмотри на меня. Тэхён слегка повернул голову и невесомо прикоснулся губами к чужой ладони, а затем приоткрыл глаза, но из-за яркого солнца увидел лишь темные очертания женской фигуры.  — Посмотри на меня, — вновь повторила девушка. Все пропало также быстро, как и появилось. Тэхён наполнил свои лёгкие воздухом и ещё пару секунд приходил в себя. Голоса вокруг стали громче, а вскоре и вовсе всё вернулось на свои места. Брюнет принялся озираться по сторонам, но все были увлечены рассказом мужчины, поэтому смена в поведении парня осталась никем не замеченной.  — Что это было? Кто была эта девушка? — размышлял Тэхён уже после возвращения в свою палату. Произошедшее с ним сегодня немного напугало парня, но вскоре это придало Тэхёну немного уверенности. Возможно, думал он, она как-то связана с его прошлым, ведь неспроста звала его по имени. За минутами размышления Тэхён не заметил, как наступил вечер. Слегка удивившись духоте в палате, которая до этого никак не мешала парню, брюнет подошел к окну. Вечерняя свежесть начала заполнять комнату. Тэхён взглянул вдаль. Солнце уже заходило за горизонт и окрашивало небо в яркие краски. Сегодня он решил сделать первый шаг в войне.  — Я попробую, — прошептал Тэхён. Очнувшись в непроглядной тьме, брюнет судорожно вздохнул, вспоминая тот голос. Каждую ночь на протяжении продолжительного времени он преследует парня, медленно сжирая его и убивая внутри. Тэхён снова оказался в самом центре ада — его персонального ада. Тело уже на автомате хочет убежать, но Тэхён помнит, что сегодня его очередь наступать. Застыв в нерешительности, парень делает глубокий вдох.  — Я не знаю, кто ты и что от меня хочешь, — начал нерешительно брюнет, обращаясь куда-то в пустоту. — Но раз ты приходишь ко мне, значит, мне не стоит убегать. Ты являешься малой частью меня самого, которая изо всех сил пытается что-то донести. Только вот, — запнулся он, — я не понимаю, что именно. Сегодня я что-то видел и даже смог почувствовать на какой-то миг прикосновение, но и это тоже мне никак не помогло. Тэхен начал озираться по сторонам в попытке увидеть, но все было напрасно.  — Это её я должен был остановить? — попытался крикнуть брюнет и дожидался ответа. — Кто эта девушка? Но ни через минуту, ни через пять ничего не произошло. Тэхён был так уверен, что это «что-то» ответит ему, ведь оно появлялось каждую ночь! Чувство разочарования от собственной беспомощности разъедало внутри, давая злости вновь взять вверх.  — Ну и где ты? — разъярённо крикнул Тэхён. — Чего же ты заткнулся? Испугался? Тэхён словно сумасшедший озирался по сторонам. Горячие капли слёз вырисовывали мокрые дорожки по его щекам, а сам он был почти на грани.  — К чёрту! — вновь выкрикнул брюнет и упал на колени. — Пошло все к чёрту. Я устал. Слышишь? Устал. Тэхён знал — он был жалок. Особенно сейчас, стоя на четвереньках и рыдая, как не в себе. Ему показалось, будто появился шанс вспомнить всё, но это «всё» рухнуло, так и не дав надежды. Нет. Сегодня он потерпел поражение. Снова. С той самой ночи прошло две недели. Тэхён вновь замкнулся в себе. Дни проходили как один: подъём, принятие лекарства, завтрак, терапия, обед, прогулка, терапия, ужин, отбой. Иногда Тэхён соглашался присоединиться к какой-нибудь вечерней группе, чтобы послушать чужие истории, посмотреть, как выглядят неподдельные эмоции. Сам он, казалось, разучился чувствовать. «Полное эмоциональное выгорание», — звучал вердикт врачей. Даже злость на самого себя, которая иногда проявляла себя в виде агрессии к окружающим, впоследствии тоже прошла, и Тэхён стал абсолютно равнодушен ко всему. Он не понимал, почему он просыпался, зачем сидел с этими плачущими людьми, с какой целью пьёт все эти лекарства.  — Зачем всё это? — спросил Тэхен, указывая на помещение. Врача приятно удивило добровольное желание парня начать диалог, пусть и с таким негативным настроем.  — Возможно, за тем, чтобы помочь.  — Кому?  — Тебе, — женщина внимательно следила за парнем.  — Скажите, — брюнет потянулся к близлежащей фигурке и покрутил ее в своих руках, — почему ваши старания так ни к чему не привели?  — Потому что мы не в силах полностью помочь человеку победить во внутренней войне, — честно призналась врач. Тэхён слегка улыбнулся, давая понять, что он полностью согласен с ней.  — Внутренняя война страшна тем, — продолжила врач, — что кроме тебя самого в ней никто не принимает участие. Но что еще страшнее — никто не видит её. Никто не способен почувствовать ту агонию внутри, когда кажется, будто ты сходишь с ума. Но в этом есть и свои преимущества.  — И какие же?  — Ты сам решаешь: убивать или помогать самому себе. Тэхён вспомнил, как сделал шаг навстречу своему страху, но это дорогого стоило. После той ночи голос больше не преследовал парня. Он исчез, словно его и не было. Но даже это не помогло брюнету. Тэхён до сих пор бродил в темноте каждую ночь, но уже в полной тишине. Он просто шел куда-то без какой-либо цели. Тэхён сдался.  — Что ты выбрал, Тэхён? — спросила врач, выдёргивая брюнета из своих дум. Тэхён не стал отвечать на очевидный вопрос; женщина сама видела. Погрузившись в темноту, Тэхён вновь побрел, как ему казалось, вперед. Хотя, черт его знает, куда он шёл. Единственное, что парень знал наверняка — эта дорога никуда не ведёт. Тэхён медленно шел, засунув руки в карманы брюк и смотря под ноги. Никаких звуков и никакого света. Иногда брюнету казалось, будто и сам он словно привидение. Вот, кажется, будто он делает шаг, а на самом деле он находится в невесомости. В какой-то момент Тэхен поймал себя на мысли, что здесь ему даже нравится больше, чем там, в мире больничных стен, пропитанных медикаментами, и огромном мире, который пугал до чёртиков. Хотя, думал Тэхён, он и не помнил его толком. Лишь изредка мог видеть его через свое окно, когда на территорию больницы привозили новеньких. Или когда родные этих больных приходили к ним, чтобы вместе провести время. Брюнет задумался. Почему к нему за всё это время никто так и не пришёл? Неужели, у прежнего Тэхёна не было ни семьи, ни друзей, ни девушки или жены? Может, прежний Тэхён был плохим человеком, от которого все отказались и вычеркнули из своих жизней? Тэхён остановился и постарался расслабить напряженные плечи. Сейчас он был спокоен. Прикрыв глаза, брюнет постарался глубоко вздохнуть, и на секунду ему показалось, что он почувствовал искреннее сожаление.  — - Я хочу вспомнить, — прошептал Тэхён, грустно улыбаясь вновь появившемуся чувству. — Я готов всё вспомнить. Пройдя еще несколько минут, брюнет заметил тусклое свечение, которое с каждой секундой приближалось всё ближе и ближе. Тэхён напрягся и даже приготовился бежать. Но, как только он увидел, что к нему приближалось, парень оцепенел. К нему приближался он сам — Ким Тэхён. Не веря в происходящее, брюнет, поборов нерешительность, сделал шаг вперед, и фигура остановилась в пару метрах от парня.  — Как это понимать? — от волнения голос парня дрожал.  — Скажи мне сам.  — Откуда мне знать? — нахмурился Тэхён, искренне не понимая происходящего.  — Ты спрашивал, чей это голос, что преследовал тебя и потихоньку убивал каждую ночь, — спокойно объясняла фигура. — Это твой голос, Тэхён. Каждую ночь ты убегал от самого себя.  — Что за чёрт?  — Ты винил себя за её смерть, — продолжал тот, игнорируя реакцию парня. — Проиграл ли ты или выиграл в этой войне — решать тебе. Сейчас пришло время. Фигура приблизилась к Тэхёну. Протянув руки к лицу, он коснулся губами чужого лба и Тэхён увидел яркую вспышку, а после наступила привычная темнота.  — Какого хрена? — выругался напуганный Тэхён. Брюнет сделал шаг вперед, чтобы возобновить свой бег, но замер. В голове парня кадр за кадром начали появляться картины его жизни. Память возвращалась, а с ней и все чувства. Задыхаясь, Тэхён за жалкие секунды испытывал счастье, радость, обиды, боль. Да, именно эта боль, от которой сводит все мышцы, а на глазах появляются слезы. Та боль, от которой хочется взреветь, чтобы хоть как-то унять ее, вырвать из своей груди вместе со всем содержащим. Боль, которая впиталась в каждую клеточку организма, напоминая обо всем произошедшем.  — Проиграл ли ты или выиграл в этой войне — решать тебе, — громом пронёсся голос из ниоткуда, пока Тэхён, схватившись за голову, рычал от чувства боли и вины.       — Алло, — пробормотала женщина, так и не открыв своих глаз.       Голос звонящего дрожал от возбуждения. Это было понятно и по отрывистому дыханию, и по несвязной речи. Однако спустя минуту после поднятия телефона, женщина вмиг соскочила с теплой постели и закричала в трубку:       — В кабинет, живо!       В голове перемешались все мысли и резко нахлынувший поток воспоминаний завладел всем вниманием. Женщина, как можно сильнее надавила на педаль газа, проезжая красный свет светофора. Благо, подумала она, сейчас никого нет на дорогах. Сейчас ей это было на руку.       — Он внутри, — оповестила только что прибывшую медсестра, что до этого внимательно сторожила дверь.       Женщина благодарно кивнула и уверенно двинулась вперед. Ночная прохлада неприятно соприкасалась с кожей врача, и она, взглянув на себя, удивилась своему виду. Когда ей сообщили, что кто-то из медсестер нашёл плачущего Тэхёна, она накинула лёгкое пальто прямо на свою ночную рубашку и побежала в сторону гаража. Он вспомнил. Сколько дней она отчаянно боролась за него в попытке помочь, и вот сейчас, когда появилась возможность, она не упустит её второй раз.       Резко распахнув дверь, врач обнаружила сидящего на своем месте брюнета. В комнате горела одна лампа, но этого было достаточно. Подойдя к своему рабочему месту, женщина села и взглянула на Тэхёна. Глаза парня были опухшими, подтверждая слова медсестры, которая говорила, что не могла его успокоить. Чуть приоткрытые губы были сухими и потрескавшимися, волосы слишком растрепанными. Мужские руки крепко вцепились в ручки кресла и сжимали с такой силой, что казалось, будто он цепляется за него, как за спасательный круг, дабы не упасть.       — Тэхён, — мягко позвала врач, дожидаясь ответной реакции.       — Я вспомнил, — на удивление женщины твердым голосом ответил брюнет. — Включайте диктофон.       Она сделала так, как и сказал парень, хотя и чувствовала тревогу внутри.       — Когда я проснулся, волна отвращения к самому себе и боль утраты захлестнули с головой. Я в миг почувствовал предательство, ощущая отвратительное послевкусие в виде ненужности. Я чувствовал, как громкий рев так и рвался наружу, но при выходе он исчезал, потому что никто бы не смог мне ответить. — Тэхён сделал паузу, набрал воздуха в легкие, чтобы вновь пережить горе. — Одиночество разъедало всё внутри меня, порождая жалость к самому себе. Да, мне было себя жалко, — он взглянул прямо в глаза врача. — Сидя в крохотной комнатушке с единственным окном и дверью, я зажимал себе рот, чтобы помочь себе физически справиться с накатившим отчаянием. Помню, как горячие слёзы раздражали меня, но я не в силах был их остановить. Я начал судорожно вспоминать всех, кому можно было сейчас довериться и рассказать об этом сумасшествии творившемся со мной. Имена всплывали в моей голове одни за другими, но я понял, что никто не сможет понять меня. Никто не сможет разделить моего одиночество. Это моя учесть — нести все это на себе. Нет, возможно, рассказав кому-то, кто-то и мог бы посочувствовать, но это совсем не то. И с этим трудно поспорить.       Эта ночь была схожа со множеством предыдущих. Веселая компания друзей задорно смеялись где-то за углом, покуривая где-то в стороне. Две девушки, идя рука об руку, бурно обсуждали последние новости после своей смены. Только в одном кабинете на первом этаже горел совсем слабый свет, где Тэхен рассказывал свою историю. Все это время женщина внимательно слушала брюнета и даже не пыталась скрыть своих слез. Его история была печальной и, возможно, поучительной для кого-то.       Когда все было рассказано, они еще долго сидели в тишине. Врач, закусив губу, смогла прочувствовать ту боль, с которой жил все это время парень, а Тэхён сидел совсем опустошенный.       — Я пытался все вспомнить, — прошептал он перед уходом, — но сейчас я жалею, что вообще открыл эту дверь в ад.       Трясясь в своей машине по дороге домой, женщина все еще ощущала влагу на своих щеках. Она послала к черту свой многолетний опыт и профессионализм, и пронесла сквозь себя чужое горе. Остановив машину на обочине, врач уткнулась в свои ладони и заревела в голос. А в угловой комнатушке за закрытыми жалюзи, съежившись на кровати, от постоянных всхлипываний тряслась исхудавшая фигура, которая переживала внутреннюю ломку. На миг задумавшись, Тэхён осознал, что не сможет жить как прежде.       В детстве он никогда не понимал действия, а главное — мотивы всех злодеев из сказок. Он их люто презирал, восхищаясь геройскими поступками тех, кто был на стороне добра. Однако сейчас он не осознал, а почувствовал это на себе. За каждой историей злодея стоит переломный момент, который изменил их. Он, наконец-то, понял главную причину ненависти — люди. Они сами уничтожают тебя, даже когда ты отчаянно стоишь на коленях и молишь о помощи, но они слишком слепы. Обществу нужно кого-то ненавидеть. По-другому никак нельзя. Они делают злодеем сломленного человека, забивая того камнями, словно дворнягу. И когда не остается сил на сопротивление, человек сдается, люди воспринимают это, как признание придуманных ими же грехов. И если он выживает, ярко выраженная ярость заволакивает весь разум и становится одним целым. Со временем причина забывается, стирается за ненадобность. Человек упивается сполна отмщением и тем, кем его сделали люди. А люди, в свою очередь, бегут, вопят и проклинают того, кого создали мыслями, словами и поступками.       Сегодня ночью где-то во Вселенной были открыты пути. Они слишком сложны для людского понимания. А сложны они были своей простотой. Некое противоречие, которому нет объяснения. Но стоит ли это вообще объяснять, если всё происходит, возможно, само по-себе? Или кто-то этим всем управляет?       Чей-то звонкий смех ворвался в сон, тем самым раздражая Тэхена. Повернувшись на бок, брюнет, пребывая в полудреме, отругал медсестер и весь персонал за жесткие кровати. Обхватив голову руками, Тэхен нахмурился, а после, понимая, что не удастся поспать, и вовсе открыл глаза. На голубом небосводе медленно ползли пушистые облака. Сочная зелень на верхушках деревьев качалась на ветру, отчего на земле играли тени. Тэхен наслаждался секундами единения с природой, пока звонкий хохот вновь не ворвался в его покой. Сознание приходило постепенно. Когда голова более или менее начала соображать, брюнет вскочил на ноги. Вокруг был парня был густой лес, а сам он, как оказалось, спал на голой земле.       — Какого хрена? — только и смог вымолвить он.       Следуя за эхом голосов, Тэхён медленно шел в сторону, откуда они доносились. Когда лесная полоса подходила к концу, парень притаился в кустах. Интуиция и память подсказывали ему, но он отказывался верить своим глазам. Тэхён подумал, что это чья-то глупая шутка и врач специально, хоть и неизвестным ему методом, решила воссоздать обстановку, чтобы облегчить его страдания. Но, прокрутив их разговор, парень обнаружил неприятную вещь — он и словом не обмолвился об этом месте. Да и как всего за каких-то пару часов они могли вернуть его за тысячи километров? Это просто не укладывалось у него в голове.       Пока Тэхен перебирал все возможные и невозможные варианты происходящего, в нескольких метрах от его «убежища» остановилась группа людей во главе с женщиной. Она красноречиво что-то им рассказывала, пока те послушно кивали и незаметно перешептывались. Когда они все устремили свои взгляды куда-то в сторону, Тэхен проследил за ними и впал в ступор от увиденного. — Лия?