Считайте звезды

      Они с братом жили на краю города. Тихо там было, не было лишних глаз. Дом достался им от отца, недавно погибшего в бою.       Жили они спокойно. Никого не трогали, зла не делали, просто жили и радовались. Данте возил на ярмарку яблоки и абрикосы, молоко. Николь пачкала брови углем из камина, волосы прятала под цветастой косынкой. У их стола часто толпился народ — девушка торговать умела. Бойкая, веселая Ника собирала вокруг себя народ и часто уже к полудню они с братом возвращались домой.       Никто и не думал, что в старом овине на заднем дворе уже больше года, склоняясь во тьме, при робких свечах они узнавали в новых речах, все больше и больше пленяясь идеей создать, найти, описать камень волшебный, странный, чудной — алхимии тайны большой. Философ и алхимик долго размышляли, экспериментировали, смешивали, писали, проверяли, ошибались и снова думали, смешивали, размышляли… год они были поглощены, одержимы тайной Философского камня. И все бы было хорошо, да соседи, редкие и тихие, что-то заподозрили.       И все бы было хорошо, если бы Николь не была красивой.       И все бы было хорошо, если бы она ходила в косынке всегда, но…       Её вели со связанными руками. Николь шла тихо, спокойно, устало опустив голову. По плечам рассыпались нежные, шелковистые рыжие волосы. Её босые ноги, большие и бледные, несли её к страшному, темному зданию.       А следом, крича, бежал Данте. Его, правда, никто уже не слушал.       Николь не пытали. Лишь спросили — она сразу созналась. Хоть в её рыжей голове не было ничего злого, а люди удивленно смотрели ей вслед, не понимая, что сотворила их хорошая знакомая. Николь и не делала ничего плохого. Просто ей не повезло.       Камера была маленькой, темной и жутко холодной. Плохо сколоченная скамья и крохотное окошечко, через которое кое-как проникал свет — настолько оно было маленькое.       У двери был посажен молодой серый страж. Молчаливый, точный, внимательный. Ему ничего не было интересно до той встречи.