Читающий мальчик

– ... и смотрят, смотрят, смотрят... Такими глазами, что аж выть хочется! Молодой император начал расстёгивать пуговицы рубашки. Никто не смел даже глядеть на то, как император раздевается, не говоря уже о том, чтобы помогать. Мужчина сам следил за своей одеждой, чтобы кто-нибудь посторонний не имел возможности отравить ткань или приколоть к ней ядовитую булавку. На императоре лежала слишком большая ответственность, чтобы пренебрегать своей безопасностью. – Хамы! Твари! Очеловеченные звери! – возмущался он. Аккуратно стянул рубашку, начал рассматривать её на солнце. – Все хотят чего-то, всем подавай богатство и признательность, всем обеспечивай высокие должности... Как будто они что-то смыслят в этом! Другое дело ты... Удовлетворённый осмотром, император убрал рубашку в гардероб. Начал пристально рассматривать штаны, так и этак вертясь у зеркала. – Всем бы такой глубокий и осмысленный взгляд. Цены бы людям не было. Император посмотрел на отражение своего собеседника в зеркале. Фарфоровая статуэтка стояла на полке над камином. Это молодой кудрявый юноша. Он сидит на резном стуле и читает книгу. Брови немного сдвинуты к переносице, взгляд задумчивый. Губы чуть сжаты. Юноша сутулится, склонившись над книгой, раскрытой где-то на середине. Он словно бы читает, но ловит каждое слово императора. – Да, согласен, – вздохнул мужчина у зеркала и начал медленно снимать штаны. – Тогда мир был бы слишком идеален... Император молча снял штаны и снова осмотрел их на солнце. – Да, ты прав, – сказал он, немного погодя. – Такие люди тоже нужны. Просто нужно смириться. Разговор прервал стук в дверь. Император, не терпевший отрываться от дел, закончил осмотр штанов и убрал их в гардероб, прежде чем спросил, что случилось. – Ваше величество! – ответили почтительно за дверью. – Ваш полуторагодовалый сын умер. Доктор подозревает, что он был отравлен. – Ну что ж такое-то... – досадно протянул мужчина. – И не осталось ни одной беременной? – Нет, ваше величество. – Хорошо, я займусь этим. И после того, как придворный удалился, император (предварительно проверив) накинул на себя шёлковый халат, осторожно взял статуэтку с камина и подошёл к окну. Читающего мальчика он поставил на подоконник, лицом к окну, а сам уселся в кресло рядом. Сперва они сидели молча, каждый погружённый в свои думы. Наконец император вздохнул и сказал: – Да, очень жаль... Славный малыш был... "А ты его знал?" – как бы спросил читающий мальчик. – Видел как-то раз. Надо же, скоты... Всех наследников достают, никто не живёт больше трёх лет. "Не понимаю, неужели нельзя взять какого-нибудь ребёнка с улицы? Обязательно все эти сложности с чистой кровью..." – Такие обычаи, что поделать... – протянул император. – Я тебе, словно маленькому ребёнку, объясняю очевидные истины... Словно ребёнку... – бездумно пробормотал мужчина, а потом усмехнулся. – Ох, вот бы у меня был такой сын, как ты. Как бы тогда было просто! "Ну уж спасибо... Я не привык жить, как ты. Я же вижу, как ты каждый день проверяешь свои вещи. Перед тем как надеть, потом перед тем как снять, перед тем как причесаться... Как ты только не устал!" – Привычка, – усмехнулся император. "Разумеется, ведь ты даже кресло своё осмотрел, прежде чем сесть в него". – Такова моя доля, что поделать, – улыбнулся повелитель. – Если даже родные меня пытались убить. Я уже никому, кроме себя, не могу доверять. Вот тебе действительно куда как проще. Сидишь вечно на одном и том же стуле. В одной и той же одежде. И никто не хочет тебя сжить со свету... "Это точно..." На какое-то время комната погрузилась в молчание. Император глядел на открывающийся вид и заново прокручивал разговор, мысленно возвращаясь к одной и той же фразе. Если бы был такой сын... Как же было бы легче жить. Они бы вместе обедали, вместе ходили на балы, читали бы и разговаривали о прочитанном. А так... Как полоумному приходится разговаривать с игрушкой. Порой мысли о разговоре с фарфоровым мальчиком угнетали его. Заставляли стыдиться самого себя. Взрослый человек, разговаривающий с игрушкой. А если бы кто-то его увидел? Что бы подумали люди? Легче было не думать об этом. Каждый раз, когда подобные мысли всплывали в голове, император гнал их прочь, заставляя себя думать о чём-то другом. Он убеждал себя, что это просто привычка. Ему так легче. Обсуждаешь с ним какие-то вещи, а на самом деле говоришь сам с собой. Заставляешь себя думать. Этакая разминка для мозгов. Если представить ситуацию с такого ракурса, всё было не так уж и плохо.