Глава 15 - "Лишь сон"
Глава 15 Лишь сон - Беги, беги как только можешь. И не бойся. Ничего не бойся, - в голосе женщины била отчаянная холодная дрожь, но в глазах сверкала нежная, трепетная любовь. – Что бы ни случилось – знай, что мы с папой любим тебя. Мы всегда будем с тобой. Всё будет хорошо, моё солнышко, - на её лице проступило то особое сладостно-горькое выражение, когда улыбка смешивается со слезами. Она заботливо коснулась рукой щеки девочки. В последний раз… А ведь нужно бежать, но ноги отказываются. Перед глазами только панический страх. Ужас, который застыл в жилах раз и навсегда. Ужас, который засел глубоко в душе и пожирает изнутри при одном лишь упоминании о том дне… - Наоко, пора, - сквозь кромешную тьму прорезался расплывчатый силуэт мужчины. – Хотару, беги. Девочка бежала. Её дыхание отчаянно сбилось. Куда бежать? Зачем? Страшно. На душе играет тревога, которую не унять, не задушить. Мама и папа остались там. Вернуться. Это не желание, а просто необходимость. Но они же сказали бежать. Значит, так нужно. В Академии их всегда учили послушанию, но что делать сейчас? Нет, нужно бежать. Вдруг крик… «Сон!» - девушка резко поднялась с холодной земли. Её всполошенное сознание бессердечно искажало дыхание. Глаза, казалось, были вылиты из стекла. Она осторожно провела пальцами по щеке, на которой нашла уже высыхающую, одиночную дорожку от слезы. А лучи солнца уже были разбросаны вокруг. На небе спокойным, бездушным потоком плыли облака. Вода покоилась в озере, игриво впитывая в себя всё тепло и радость сегодняшнего дня. Всё вокруг сияло чересчур особой, даже какой-то фальшивой беззаботностью. «Просто сон» - убаюкивающая мысль пронеслась в тщетных попытках утихомирить разбушевавшееся сердцебиение. Оно было настолько сильным, что даже настойчивый шёпот листвы не мог заглушить его. - Как твоя нога? – эта знакомая интонация столь резко ворвалась в её сознание, что шатенка невольно вздрогнула. - Н-нормально, - понурено ответила девушка, специально не поворачиваясь в сторону брюнета. После этого последовали немые шаги. - Ты в порядке? – в этом тоне прослеживалось хладнокровное равнодушие, входившее в острое противоречие с содержанием самого вопроса. - Нормально всё, - весьма сухо ответила Хотару с интонацией подразумевавшей полное погружение в свои мысли. Незаметно для Учихи девушка вытерла щёки, смахнув с себя тяжёлые остатки сегодняшней ночи. - Саске, так мы идём? – послышался женский голос, оттеняющий какой-то резкой, отчасти даже противной интонацией. Когда эта фраза впилась в сознание Хотару, то она тут же воспроизвела у себя в памяти события последних дней. Девушка устало закрыла глаза и провела рукой по лицу в надежде скрыться от этого сумасшедшего вихря событий, что поспешно захлестнул и её. «О, Господи! Совсем забыла о ней», - из-за дерева выглянула высокая стройная девушка с длинными растопыренными волосами яро красного цвета. Её глаза пытливо смотрели на Учиху через узкие очки. - Суйгецу! Предупреди Джуго, чтоб собирался! – она с типично хозяйской манерой упёрлась руками в бока. - Джуго! Тебя Терминатор вызывает... – договорить Хозуки не пришлось, так как в его нос чуть не вписался женский кулак. - Ты можешь хоть ненадолго заткнуться? – её красные волосы, казалось, сейчас вспыхнут подобно пламени. - Вы закончили? – спокойная интонация Саске резко охладила атмосферу. Под его взглядом оба явно присмирели. - Извини, - покорно пробубнили оба в унисон. Послышались негромкие, аккуратные шаги. Из-за густой листвы деревьев прорезалась грузная фигура. Рыжие волосы стояли торчком. В небольших глазах читалось особое уравновешенное спокойствие. - Джуго, ну наконец-то! - Карин раздраженно всплеснула руками и устало закатила глаза. Тот не обратил на нее и капли существенного внимания: - Куда мы направляемся? - весьма миролюбиво обратился он к Саске. - Потом узнаете, - также сухо и отчужденно бросил он, делая пару шагов вперед. - Ну? Его голос всякий раз отзывался в их головах подобно неукоснительной команде. И это имело свой вполне ясный резон для каждого. В их глазах Саске являлся абсолютным лидером во всех отношениях, поэтому все трое моментально последовали за ним. Разве только Хотару еще не выработала подобной привычки, однако и для нее Учиха сейчас являлся если не главарем их компании, то хотя бы наиважнейшим средством для получения личной цели. Поэтому Юкино также приходилось подчиняться словам Саске. Не сказать, чтобы ей это особо не нравилось, просто она всегда ощущала свое равенство рядом с ним. А выше по статусу он стал исключительно благодаря воле щекотливых случайностей, что, несомненно, могло лишь забавлять девушку. За пару дней их командный состав потерпел существенные изменения в своих немногочисленных рядах. Саске, Суйгецу и Хотару удалось освободить Джуго и Карин. Первый имел свои особые значительные странности. Он приобрел их будучи несчастной жертвой в кровожадных и безжалостных руках Орочимару. Правда, сложно было также утверждать, что изначально он получил их против своего личного желания. Впрочем, его темная, однако уравновешенная в присутствии Саске, личность не столь волновала Юкино. Куда больше внимания захватывала самоуверенная Карин. Она определенно обладала полезными для любой команды способностями и вполне развитым холодным мышлением. Но ее характер являлся некоей колючей субстанцией. Спокойная, однако через секунду резко вспылившая. Неуравновешенная, высокомерная, зацикленная исключительно на себе и на... Учихе-младшем. Да, она, подобно ядовитой змее, пылала неподдельным интересом к брюнету, словно выжидая лучший момент для атаки. И эта её симпатия походила на, своего рода, противную для глаз жеманную помешанность. Подобные люди нередко вызывают скептически настроенное и вполне оправданное раздражение. Волновал ли Хотару в ней этот факт? Безусловно, однако девушка явно пыталась заниматься столь привычным для неё самовнушением. Ведь Учиха теперь в этом плане не должен стоить и грамма её внимания. Он абсолютно свободен, не скован никакими отношениями. Но всё же, всё же, всё же... Они шли сравнительно недолго, пока не наткнулись на нужное Учихе место. Это оказался странный, пропахший сыростью и заброшенностью темный длинный туннель. Он имел схожие черты с убежищем Орочимару. Кое-где на стенах из последних сил держались подставки для факелов - свидетели давно забытой жизни этого места. На холодном голом полу иногда встречались различные, уже вкусившие ржавчину времени ножи и катаны. "Странное ощущение. Словно я уже когда-то видела это помещение. Будто бы была здесь раньше", - тем не менее, на лице Хотару не было и оттенка на какое-либо смущение странными мыслями. - Это оружейный склад моего клана, - спокойно ответил Учиха на вопрос Суйгецу. "Оружейный склад клана Учиха? - следы удивления мягко отразились на лице шатенки. - Значит, он хочет как следует подготовиться к предстоящей битве". Верно, прошло уже больше суток с того момента, как Саске твердо огласил необратимую цель команды - убийство Учихи Итачи. Нет, он все же не отказался от мести. Эта мысль развивалась в нем уже очень долго, подобно опасному вирусу, и, видимо, она со всей жадностью поглотила весь его рассудок, превратившись не просто в цель, а в необходимость, в смысл существования. Каждый из нас заполняет свою жизнь по своему, каждый находит свой ответ на вечный вопрос. И, наверное, никто не в праве нас за это осуждать. Увы, отправляя нас сюда, нам не дали точных и ясных установок, цель и задач. А, может, даже и специально стерли нам память, дабы мы сами наши свой путь, наполнили жизнь своим смыслом. Скитаясь по миру, как вечные странники... - Я ваш должник, Никоба, - Учиха учтиво сел на колен и склонил голову перед старухой. Она была весьма плотного телосложения, со странным приплюснутым лицом, чем-то походившим на кошачье. Собственно, это было неудивительно, потому что убежище было похоже на настоящую гостиницу для этих мурлыкающих созданий. Они зашли в одну из комнат, дверь от которой вела в тот холодный туннель. По своей атмосфере оно существенно отличалось от того ужасно неуютного коридора. Жилище скромной старухи, имеющей обыкновенные для её возраста странности. Учиха весьма спокойно выслушивал какие-то слова старухи. Это совсем не было похоже на нравоучения или же на причитания. Нет, скорее, напоминало печальную, с примесью какой-то безнадежности констатацию фактов. Суйгецу и Карин с примесью особого интереса рассматривали несчетное множество кошек. Внучка старухи же пыталась подобрать хоть что-нибудь, во что бы могло поместиться грузное тело Джуго. Хотару же упаковывала все, что ей так любезно предоставляли слуги старухи: мази, клинки, лекарства и кунаи. Особенное внимание она уделяла различным лекарственным препаратам, так как их важность переоценить, наверное, невозможно. Когда Юкино укладывала последние принадлежности в сумку, то вечно вопящие Суйгецу и Карин ушли в другое помещение. В комнате стало значительно спокойнее, и до Хотару начали долетать целые фразы со стороны старухи и Учихи-младшего: - ...Я вас с пеленок знаю. И Тебя, и Итачи, - этот голос словно задел тот особый комочек в памяти, который обыкновенно указывает нам на что-то чертовски знакомое и в то же время недоступное для точного воспоминания. - Удивительно, из Учих вас осталось всего двое, и вы собираетесь биться насмерть? - вряд ли это являлось вопросом, скорее, весьма ясным утверждением. Саске же красноречиво промолчал, наполняя тишину глухим скрежетом кунаев. - Что ж, спасибо вам за все, Никоба, - брюнет еще раз склонил голову и поднялся с земли. Вдруг взгляд старухи едва заметно проскользнул по Хотару. Затем вернулся к ней, рассматривая более подробно и настырно. Девушка же воспользовалась моментом и также начала внимательно вглядываться в эти едкие глаза. Ощущение, будто уже когда-то давно она их видела, словно уже здесь была... - Хотару? - сердце у шатенки явно ёкнуло. Старуха только что назвала её имя. - Юкино Хотару?.. - в её голосе также прослеживалась некая неуверенность, может, даже неопределённость. Девушка сделала пару шагов вперед, словно проверяя, её ли позвали или же нет: - Вы знаете меня? - Конечно! Помню тебя, как и Саске, с пеленок. И родителей твоих знала раньше хорошо. Ведь ваши семьи были весьма близки. Столько лет уже прошло, не ожидала увидеть вас вместе, - старуха внимательно перекидывала взгляд с Хотару на Саске и обратно. - Неужели ты тоже собираешься мстить за своих родителей? Юкино застыла в раздумьях, и ощутила на себе внимательный взгляд брюнета: - Нет, не собираюсь, - слова давались с трудом. - Вот как. То есть воля ваших родителей все же сбылась? - Никоба с какой-то весьма довольной искрой посмотрела на обоих. - Что за воля? - Юкино с глубоким вопросом на лице взглянула на Учиху, однако гармонию беседы тут же сорвались ввалившиеся Карин и Суйгецу. Диалог пришлось моментально остановить, все учтиво поблагодарили хозяйку за столь радушный приём и двинулись в путь. На дороге их ждала засада в лице нескольких человек. Вероятно, шпионов Кабуто. Однако, одолеть их особого труда не составило. - Думаете, это всё-таки тот очкарик во всём виноват? – спросил Суйгецу с едкой ухмылкой всматриваясь в лица жертв. - Что ты имеешь против людей в очках?! – Карин уже приготовила кулак специально для Хозуки, однако внезапно из густой листвы пролетело несколько кунаев, а вслед за ними последовали двое шиноби. Оба имели весьма подлое преимущество в форме неожиданности и нападения со спины. Они тут же двинулись на Карин и Хотару, видимо, посчитав их самыми слабыми звеньями. Первая не успела вовремя среагировать, закричала и могла бы серьёзно за это поплатиться, если бы не подоспевший Учиха, защитивший её. Юкино сумела отбиться, однако от резкой нагрузки на ногу, в районе голени вновь неприятно заныло. Старая рана отнюдь не собиралась сбрасывать себя со счетов. Боль усиливалась, однако всё было терпимо. Необходимым являлась лишь вторичная обработка пореза. Однако всю дорогу до ближайшего ночного привала Карин причитала о том, как ей больно, и, судя по всему, получала непередаваемое удовольствие от того, что её нёс на руках сам Учиха-младший. «Здесь больше наигранной трагедии, чем боли. Почему он всё это терпит? Зачем нести её на руках, когда она сама спокойно может идти? А, собственно, плевать. Пусть делает то, что хочет!» - сейчас сознание Хотару затуманилось лишь одной-единственной коварной искушающей, даже чертовской вещью – ревностью. Пусть она сама не хотела отдавать себе в этом отчёт, но истинные эмоции они всегда выше нашего мнимого поверхностного самовнушения. Они глубже. Говорят, что ревность – это признак недоверия, собственничества. Не всегда. Когда два сердца признались друг другу во взаимной склонности, то ревность – штука явно излишняя неправильная и коварная. Однако, когда оба тянуться друг к другу, но вопреки своим характерам или же обстоятельствам не могут быть вместе, то что может быть более побуждающим к решительным действиям, как не ревность? Конечно же, в разумных дозах. Команда «Хэби» совершала свой последний привал перед началом поиска Учихи Итачи. Местом ночлега являлся тот самый берег небольшого озера, окружённый лесными просторами. После того, как Карин пришла в себя, они поужинали и затушили остатки костра. Затем условились на раннем утреннем подъёме и все легли, пытаясь предаться царству Морфея, чтобы хотя бы там найти блаженный покой, которого они лишены в жизни. Дежурной на первые два часа ночи была назначена Хотару, поэтому она немного отдалилась от общей группы и весьма кстати захватила с собой мазь. Девушка села рядом с берегом под дерево, слегка оперлась о него спиной и начала заново обрабатывать рану. Через пять минут всё было закончено. «Как и думала, что ничего серьёзного», - а тем временем ветер напевал своё неспешную колыбель, заставляя забыть о всех заботах. Он нежно гладил зеркальную поверхность озера, временами создавая игривую рябь. Ночь… Она уже дежурила под тёмным и бесконечным небосклоном, открывая глазу всё новые и новые звёзды. Хотару легла на траву и закрыла глаза. Земля всё ещё дышала дневным теплом. Так хочется провалиться в безмятежность, в бесконечность, в ночь… - Может, тебе ещё подушку принести? – столь знакомая насмешка в голосе не заставила её даже открыть глаза. Она без этого знала, кто сейчас приближается к ней. - Не откажусь, - весьма спокойно ответила девушка, всё также не открывая глаз. - Хоть привстала бы ради приличия, - судя по шагам и звукам, брюнет сел рядом с ней. Девушка недовольно выдохнула, но открыла глаза и села, едва не встретившись лбом с Учихой. - Что тебе от меня нужно? – она вскинула на него свои усталые глаза. - Боюсь, ты не сможешь удовлетворить все мои запросы, - в его взгляде читалась немая ухмылка, оттеняющая вызывающей наглостью. К её щекам подступил столь знакомый ему румянец, в глазах мелькнула блестящая искра, брови резко приподнялись. Она замахнулась на него рукой, однако он сумел вовремя сдержать натиск и схватил её за запястье. Ловко, но аккуратно, без сильного нажима. - Боишься, что не смогу дать тебе в глаз? – в её взгляде читался явный вызов. - В этом я не сомневаюсь, - с его губ слетел подавленный смешок. Их диалог вдруг перехватило молчание. Красноречивое, спокойное. Его рука всё ещё удерживала её за запястье. Их взгляды пытливо вцепились друг в друга. Вот они, эти случайные пару секунд смешного прикосновения. Но именно в этот, казалось, глупый момент она поняла, наверное, самое важное. Она осознала, что не хочет, чтобы он отпускал её руку. Эта мысль словно стрелой промчалась по всему телу, нагло игнорируя разум. Но вдруг он мягко разорвал эту цепь, совершенно не представляя, что тем самым натворил. Брюнет бросил свой тёмный взгляд в чуть более светлое озеро. На его бледном лице отразилась особенная скрытая задумчивость. Его чёрные волосы едва поддавались тёплому ночному ветру, который и сам уже неспешно засыпал. - Тогда, - в интонации его голоса свершилась небольшая перемена к серьёзному настроению, - ты сказала, что не собираешься мстить за родителей. Тогда зачем тебе ключ от архива? Моментального ответа не последовало. Задумчивое молчание застало девушку врасплох: - Правда. Мне необходимо знать хотя бы имя, - она также отпустила свой взгляд в ночную тьму. - Не поверю, что ты не чувствуешь того же, что и я, - весьма спокойно обрубил брюнет, не переводя на неё взгляд. - Не верь, - девушка подтянула к себе колени, обняла их руками и спрятала голову. В её голосе плавал тонкий слезливый оттенок. – Сегодня ночью я видела сон… - Их смерть? - Да, - он понимал. Мог прочувствовать её мысли, но никому про них не рассказать. – И опять был этот крик, от которого я проснулась, слова матери, расплывчатый силуэт отца. Всё в точности, как я помню. Меня уже давно не мучал этот кошмар. И когда я вновь увидела всё это, увидела их… - последовал тяжёлый выдох. – Я… Я не знаю… - беспомощные слова потерявшегося ребёнка. – Ты не откажешься от этого, так ведь? – девушка повернула голову в его сторону. - Нет, - холодно, но вполне спокойно ответил он. - Саске, прости, но я пойду против тебя, - в такой же тональности ответила она, изучая его печально-безмятежным взглядом. - Я знаю, - брюнет перевёл взгляд на неё. – Но ты ведь понимаешь, что я ни перед чем не остановлюсь? – под этими словами крылся гораздо более тяжёлый подтекст. Слишком тяжёлый для их возраста, для их ситуации. - Я знаю… Последовала красноречивая тишина, подразумевавшая гораздо более, чем они могли бы сейчас сказать. - Как твоя нога? – отведя взгляд от неё, спросил он. - Пф, у своей Карин спроси! – из Юкино это элементарно вырвалось. Этот поток эмоций, что тихо протекал внутри. На этой фразе девушка вновь легла на тёплую землю. - Ревнуешь? – невероятное, но сдержанное довольство в голосе. Хотару изобразила наигранный смешок: - О, да! Безумно! Просто сгораю от… - И это видно, - внезапно он навис над ней, с холодным интересом наблюдая за тем, как румянец покрывает её щёки. - Эй! Слезь с меня, Мистер №1! – Хотару начала легонько колотить по его груди в надежде таким образом скинуть его верхнюю часть с себя. - То есть ты уже без боя признаёшь моё превосходство, Мисс №2? – с самодовольной усмешкой спросил он, всё также внимательно подлавливая её блуждающий взгляд. - Размечтался! – она вновь занесла кулак, но Учиха снова вовремя перехватил её за запястье и впился тёмным взглядом ей в глаза. - Завтра я отдам тебе ключ, - уже значительно тише сказал он. Его рука при этом отпустила запястье девушки, но начала перебирать её пальцы. – Ты сможешь уйти куда захочешь, - он всё также неотрывно преследовал её глаза. Пальцы сплелись в замок. Юкино ощущала его размеренное дыхание, чувствовала его взгляд на себе. В этих чёрных глазах сейчас блуждало что-то совершенно особое, как и в тех, что были напротив. - Учиха… - здравый рассудок как всегда противился желаниям. И почему мы созданы из одних лишь противоречий? Сон, месть, образ Наруто, Итачи, Коноха, «Хэби», их вечное соперничество… Всё начало теряться в этих глазах. *** Поцелуй, один, два. Прикосновения, это «люблю», что прошептали прямо в губы… Нет, лишь сон…
