Like Tears Are Falling

— Ты вконец оборзел?.. — А поздороваться? — Перебьешься. Гори в аду. — Ащщ. Какая прелесть. Неужели я тебя, наконец, вывел?.. Что, развод? Ну, ну скажи! Да? — Иди в ж..! — Я и так уже там. — Вот там и оставайся. Если мозгов нет. — Значит, нет?.. Тогда не жалуйся. Расслабься и получай удовольствие. — Расслабься?! Ты хотел знать, что такое палево? Так вот это и есть палево, самое настоящее! — Параноик. Если наглость переходит пределы воображения, то это не палево — всего лишь плохая шутка. — Почему бы тебе сразу не подписать: «Как много девушек хороших, а я зоофил и педераст. Обломитесь»? — Не преувеличивай. — Это я, стало быть, преувеличиваю? Смешно. Кто тебя вообще надоумил на такое?! Ума не приложу! — Ты и твои голубые бабочки. До сих пор забыть не могу. Давно хотел повторить, но ссал немного. — Какие бабочки? Ты чего несешь? Пьяный, что ли? — Трезвый я бы даже разговаривать с тобой не стал. А так, между сном и явью — чего бы не потрещать?.. Если бы только бабочки, но ты же их к тексту такому присобачил — про корабль, который поплывет на край света. А после Джи Ху меня только ленивый не пнул еще с этими парусами и краем света. — Но я же не так в лоб, как ты! И с бабочками я не нарочно, само как-то вышло. Я даже не думал ничего такого. — И в «Сладкой парочке» не думал? Ты, похоже, вообще редко думаешь. Заладил там "щеночек, щеночек...". Тьфу! — Там я тоже не виноват. Режиссер решил, что так будет смешнее. Кто я такой, чтобы с ним спорить? Стиснул зубы и сказал. Или ты бы предпочел, чтобы я с ним объяснялся, почему такие шутки неуместны? — Но ведь прокатило. И с Каппучино тоже прокатит, вот увидишь. Как ты там пел? «Неважно, если мы все потеряем. Почувствуй вкус лихорадки»… — Это не я пел. Это пел Ромео. Две большие разницы. — Это ты будешь своему психиатру объяснять. Нечего своего «ромео» на голодном пайке держать, надо ему и мясца подкинуть, пока он тебя самого не сожрал. Или ты только языком молоть можешь? Хотелось острых ощущений? Вот тебе острые ощущения. Наслаждайтесь. Оба. И вообще, это был вполне себе естественный дружеский порыв. Тебе лишний промоушен не помешает. Все, кроме тебя, так и расценят. Не у всех же рыльце в пушку. — Я убью тебя, Хён Джун! — Не затягивай. А то мне тут пообещали, что я с пятнадцатиметровой вышки прыгну. Наверное, все же лучше от твоей руки, чем перед камерами облажаться. — Пятнадцать метров? Ты шутишь? — Если бы. Ты бы видел нашего тренера! Я тащусь от нее! Железная тетка. Вот бы тебе такую менеджером или директором. Нервы очень успокаивает. Тихо мне так: ты сможешь. Я думать не думал, что прыгну, а тут кровь прям за секунду вскипела. — Неужели прыгнешь? — А куда я денусь? Камеры работают — The show must go on!