Жизнь за кулисами. Обмануть всех

Вызов Повелителя застал директора Снейпа по дороге в Большой зал. Резко развернувшись на месте, он направился к своему кабинету, по пути к нему молча присоединились брат и сестра Керроу, открыто державшиеся за левые предплечья, где каждого огнем жгла темная метка. Возле директорского кабинета их ожидал Драко. Проходя мимо горгульи, предупредительно отскочившей в сторону, Северус услышал, как Амикус недовольно проворчал: – Как начался месяц, так и пройдет. Вот попомните мое слово. Действительно, на календаре значилось первое мая – начало месяца. Но Темному Лорду было абсолютно все равно, какой на дворе год, месяц, число, какой день недели и какое время года. Он собирал своих последователей, чтобы обсудить с ними невероятное событие, которое просто не могло произойти. Такого не было никогда. Совсем никогда. Большой зал Малфой-мэнора постепенно заполнился Пожирателями Смерти. Ближний круг был без традиционных белых масок – такова воля Повелителя. Все потихоньку перешептывались между собой, пытаясь выяснить, что послужило причиной сегодняшнего сбора. Перед выходными днями волшебникам хотелось какой-то определенности, чтобы прикинуть, насколько придется им менять свои планы на субботу и воскресенье. Северус вошел в зал вместе с Люциусом, Драко и Беллатрисой. Официальный приказ Снейпу заняться лечением Малфоев после пыток, отданный Лордом, позволил теперь им общаться при свидетелях, не вызывая недоумения и ненужных вопросов. Остановившись недалеко от троноподобного кресла, они прислушались к разговорам вокруг. Первой среагировала на новость леди Лестрейндж. Она побледнела и, схватившись за рукав Люциуса, быстро зашептала ему на ухо: – Они говорят, что кто-то проник в Гринготтс? Я правильно поняла? – получив в ответ кивок и холодный взгляд, указывавший на измятый рукав, она перестала цепляться за мантию, но не прекратила вертеть головой и прислушиваться, одновременно спрашивая: – А кого ограбили, ты не разобрал? – Нет. За твоей болтовней я ничего не слышу, – прошипел сквозь зубы Малфой. В это время в зал вошел Темный Лорд. Разговоры стихли в один миг, словно кто-то выключил звук или наложил на всех Силенцио. Только шорох мантии Повелителя, волочившейся по полу, нарушал резко возникшую тишину в тускло освещенном зале, заставляя вздрагивать от пробегавших по спине неприятных мурашек предчувствия. Пожиратели Смерти ближнего круга выстроились возле кресла своего лидера, ожидая, пока Лорд пройдет сквозь толпу своих последователей по стихийно образовавшемуся проходу. – Трэверс, – Темный Лорд уселся на свой мраморный трон и, поглаживая рукой змей, вырезанных на подлокотниках, пробежался глазами по лицам своих сподвижников, стоявших в первом ряду. Наткнувшись взглядом на высокого остроносого мужчину с гривой седых волос, он поманил того пальцем. Трэверс вышел из строя, приблизившись к Повелителю, он встал на колено и поцеловал край мантии того, выражая свою преданность и покорность. – Поднимись, Трэверс, и расскажи нам, что произошло в Гринготтсе сегодня. Что-то я не совсем понял твой доклад час назад. Надеюсь, ты пришел в себя и больше не будешь заикаться и блеять, как овца, – полный презрения голос Повелителя было отлично слышно во всех уголках зала, полного замерших людей. – Да, мой Лорд. Я вполне отошел от заклинания Империо, наложенного на меня в банке, – Трэверс частил, оправдываясь и опасаясь гнева Повелителя. – По порядку. Все расскажи по порядку, – глаза Лорда злобно полыхнули алым. – Сегодня утром мне понадобилось сходить в Гринготтс за деньгами. Как понимаете, там больше нечего делать, как только брать деньги. По дороге в Косом переулке я встретил Беллатрису с каким-то Драгомиром из Трансильвании. Они тоже направлялись в банк. Мы все вместе прошли проверку детекторами лжи на входе – это новая мера предосторожности. Ее ввели для распознавания любых маскирующих заклинаний и скрытых магических предметов, чтобы иметь возможность не допустить в Гринготтс прячущихся под оборотным зельем, которые воруют волшебные палочки, – Трэверс имел в виду полукровок и магглорожденных, лишенных палочек после разбирательства Министерства, проводимого согласно новому закону. – Мы знаем о проверке детекторами лжи. Потому что это мы поставили на вход в банк своих людей, чтобы поймать этого мальчишку Поттера, когда он придет за своими денежками. Он же должен что-то есть, а для покупки еды нужны деньги. Вот для чего там стоят эти маги с детекторами лжи. Не нужно нам повторять то, что всем известно, – Темный Лорд злился все сильнее. Палочка в его руках подрагивала в предвкушении жертвы. – Да, мой Лорд. Потом мы вошли, и Белла… – Трэверс оглянулся на леди Лестрейндж, которая еле себя удерживала от желания запустить в него чем-нибудь поболезненнее за откровенную клевету, – она сказала гоблину, что хочет попасть в свое хранилище. Ее заставили предъявить палочку для подтверждения личности. Белла еще на улице показывала мне ее и опровергла те слухи, дошедшие до меня, о том, что ее палочка украдена. А потом случилось что-то странное – гоблин сказал, что палочка у Беллы новая. И только я хотел отметить, что он ошибается, как у меня в голове все спуталось, словно фестралья грива. Ничего не мог понять – что делаю, куда иду, о чем говорю. Зачем-то отправился следом за гоблином, Беллой и ее Драгомиром к входу в банковские тоннели с сейфами. Помню только, что с Беллой рядом вдруг оказался какой-то парень в очках, похожий на Поттера. Потом они уехали с гоблином на вагонетке, а я постоял немного в какой-то нише, из которой за ними наблюдал – даже не знаю, как там оказался – и пошел в центральный зал Гринготтса. Про деньги, за которыми туда направлялся с утра, я уже и не помнил. На выходе меня остановили маги, охраняющие вход. Что они там углядели во мне, не знаю, но они засуетились, палочками на меня замахали, я и среагировать не успел. Оказалось на мне обнаружили след непростительного заклинания – Империо. Сразу, как мне помогли немного прийти в себя, я все понял, и только хотел было предупредить гоблинов, как тут-то все и началось… – Все началось, когда ты, Трэверс, зная, что Белле запрещено покидать Малфой-мэнор, спокойно разговаривал с кем-то в Косом переулке и даже не постарался пошевелить своей единственной извилиной. Вместо того чтобы задержать самозванку, ты провел ее в Гринготтс. Под твоим прикрытием кто-то проник в банк. А ты теперь прикидываешься жертвой, попавшей под Империо. Белла не выходила из поместья. Я это уже выяснил после твоего лепета час назад, – Темный Лорд шипел и плевался словами, словно они были материальными комочками грязи, замешанной на навозе. – Так поведай же нам, что там такое началось, что ты не успел задержать преступников. – Сначала взвыла сирена. Как я понял из криков гоблинов, сработала какая-то защита в подземельях. «Гибель воров», – кричали они. То ли защита так называется, то ли это просто клич у них такой, ведь все эти длиннопалые сразу ринулись в тоннели банка. Двери Гринготтса закрылись, никого не впуская и не выпуская. Через какое-то время – минут через пять или десять, из-под земли послышался гул и грохот, словно там все рушится. Здание потряхивало, и казалось, что сейчас оно развалится на куски. И вдруг в мраморный зал банка из тоннелей вывалился дракон. Все, кто еще оставался там, кинулись к стенам, а это чудище расправило крылья и бросилось своей рогатой головой прямо на двери, ведущие в Косой переулок. Металлические створки слетели с петель как ветром сдутые. Когда я выскочил на улицу – дракон уже казался не крупнее кната, так далеко успел улететь за те пару минут, что мне пришлось добираться до выхода через обломки дверей. Вот и все. Потом я сразу аппарировал сюда, чтобы все рассказать вам, мой Лорд, – Трэверс поклонился Повелителю, да так и стоял с наклоненной головой, ожидая решения Лорда. – Кто был с той самозванкой, которая выглядела, как Белла? – Не знаю. Она назвала его Драгомиром Дес…чего-то-там, я не запомнил. Сказала, что он сочувствующий вашим целям, Повелитель, и приехал из Трансильвании посмотреть на режим, установленный в Британии. Но раз Белла была не настоящая, то и этот вряд ли настоящий Драгомир. Так ведь? – Трэверс, отвечая на вопрос, поднял глаза от пола и теперь старался определить по виду Лорда, что ему грозит за халатность и невнимательность. – А Поттер? Ты точно его видел? – волшебная палочка мерно ударяла плашмя по ладони с длинными пальцами, увенчанными черными ногтями, больше похожими на когти животного. – Не могу ручаться. Я был под заклинанием. Может, это специально мне внушили, чтобы я считал, что видел Поттера, и отвести от себя подозрение. Вдруг, это Белла… Тишину разорвал крик боли. Трэверс упал возле ног Повелителя и начал корчиться под Круцио, сорвавшемся с палочки Лорда. – Я тебе сказал, что Белла не выходила из Малфой-мэнора. Кстати, Малфой. Люциус, ты давно ничем не был мне полезен, кроме денег. Так сходи в Гринготтс к своим друзьям – гоблинам и приведи ко мне управляющего банком. Мне все равно, как ты его заставишь сюда явиться, хоть под Империо. Быстро! – палочка Повелителя дернулась в сторону Малфоя, но тот, живо поклонившись, умчался из зала с такой скоростью, что у некоторых даже вызвал невольную улыбку, тщательно спрятанную от Лорда. Помучив немного Трэверса, Темный Лорд оставил того в покое со словами, намекавшими на провал в доме Лавгуда: – Чего можно ожидать от тупого создания, которое в прошлый раз даже не догадалось, что на второй этаж можно подняться не только по лестнице, но и на метле. В ожидании управляющего Гринготтсом, Повелитель подзывал к себе по очереди своих сподвижников и беседовал с каждым в отдельности за пологом тишины, чтобы тема обсуждения не стала достоянием всех остальных. Ждать пришлось долго. Прошло не меньше трех часов до того, когда на пороге зала появился гоблин в сопровождении лорда Малфоя. Люциус провел управляющего к креслу Темного Лорда, а сам предупредительно остановился, не доходя до него, в надежде избежать наказания за долгое отсутствие. Но Повелитель не оправдал его надежд. – Люциус, ты пешком ходил в Лондонское отделение Гринготтса? Только не говори, что ты не смог аппарировать из-за слабого здоровья. Я не терплю вранья. К тому же в Косом переулке масса каминов, через которые можно туда добраться. Почему ты не поспешил выполнить мой приказ так же быстро, как удалился из зала, только заслышав его? Ты потерял свою сноровку. Расслабился, сидя дома? Круцио! – ответ Лорда не интересовал. Весь его только что произнесенный спич был чисто риторическим. Гоблин поспешно отскочил в сторону, когда скорченное спазмом боли тело лорда Малфоя стало заваливаться прямо на него. Темный Лорд с такой жадностью смотрел на бьющегося в судорогах и кричащего до срыва голоса Люциуса, что было понятно – он получает удовольствие от чужих мучений. Палочка Повелителя сделала резкое движение, словно разорвала нить пыточного заклинания. Обратив свой красный взор на дрожащего и перепуганного гоблина, Лорд спросил: – Что там у вас произошло в Гринготтсе? Вы всегда хвастались, что проникнуть в ваш банк невозможно. И что мы имеем? Я слушаю. – Сегодня в банк, несмотря на все заслоны для обманщиков, проникли воры. Они смогли пройти неопознанными детекторами лжи и попали в сейф Лестрейнджей, – управляющий банком со страхом смотрел на подрагивающий кончик волшебной палочки, зажатой в руке Темного Лорда. – Что?! – яростный крик эхом прокатился под сводами зала. – Что ты сказал, гоблин? Вскочивший было Повелитель, плюхнулся назад в свое кресло и схватился за голову, что-то усиленно обдумывая, глаза его меняли свое выражение с большой скоростью – гнев, страх, злость, сомнение и ярость. – Повтори, – прошептал он почти на серпентарго. – Повтори, что ты сказал! Гоблин у его ног затрясся, не в силах посмотреть в багровые глаза. – Мой Лорд, мы старались остановить обманщиков, но они успели ограбить сейф Лестрейнджей. Сейф находится очень глубоко. Это старинный род. Их сейфы расположены на нижнем и самом надежном уровне. Пока мы добрались до обманщиков… Они украли дракона, охранявшего сейфы, и сбежали на нем. – Обманщики? Какие обманщики? Я полагал, что в Гринготтсе могут разоблачить любой обман! Кто это был? – Это был Гарри Поттер… и его сообщники… двое. Еще с ними был гоблин-отступник, – голос управляющего Гринготтсом гоблина дрожал и срывался при виде взбешенного Темного Лорда. – Что они взяли из сейфа? Говори! – пронзительный крик Повелителя был полон ярости и, как ни удивительно, страха. – Маленькую золотую чашу. Больше ничего. – Нет! – неверие и ужас Темного Лорда переплавились в чистую и незамутненную ярость, которая зеленой струей Авада Кедавры полилась из бузинной палочки. Гоблин повалился на бок – мертвый. А палочка продолжала хлестать воздух, неся с собой смерть всем, кто попадал под изрыгаемые ею проклятия. Волшебники в страхе кинулись, кто куда. Снейп, схватив за шиворот Драко, проталкивал его к выходу, расшвыривая всех со своего пути и прикрывая того собой. Следом пробивался к дверям Люциус. А за их спинами бузинная палочка Альбуса Дамблдора снова и снова взлетала в воздухе, убивая всех вокруг.

* * *

Двери Малфой-мэнора распахнулись настежь, выпуская бегущих испуганных гневом Повелителя Пожирателей Смерти. Не совсем понимая, чем провинились, они все же не стали ждать объяснений, а просто помчались к краю антиаппарационного барьера, чтобы побыстрее унести ноги, а там – будь что будет. Более вхожие в дом Малфоя члены ближнего круга устремились к камину, исчезая в его зеленых, как Авада, вспышках по двое и по трое, направляясь подальше от этого дома и от смертельных проклятий Лорда. Северус увидел, что Беллатриса, выбежав из зала следом за ним, скрылась в коридоре, ведущем к ее комнате в Малфой-мэноре. Снейп, все так же не отпуская перепуганного Драко, а другой рукой уже схватив за предплечье Люциуса, не сбавляя скорости, понесся к хозяйским покоям. Стоило им перейти ту невидимую черту, которая была охранным контуром этого жилого крыла, он остановился и подтолкнул Драко, давая понять, чтобы дальше тот следовал сам, махнув рукой в сторону будуара Нарциссы. К счастью та, не являясь Пожирателем Смерти, не присутствовала на сборе. Хотя на собрания ближнего круга Темный Лорд зачастую приглашал и ее – хозяйку поместья. – Люц, подключай свою родовую защиту! Пошел он к Мордреду со своим гневом! Сейчас кончатся жертвы – начнет по поместью искать себе забаву, – Северус уже давно знал о наличии особых охранных чар Малфой-мэнора, которые могли защитить своих хозяев от нападения. – И зови домовиков, а то пострадают ни за что. Люциус ограничился кивком, соглашаясь с другом. Его палочка тут же вырисовала в воздухе сложный узор родовых заклинаний, а левой рукой он прищелкнул пальцами, сзывая своих эльфов под родовую защиту. Несколько минут, пока Малфой скреплял кровью свои заклинания, Северус стоял рядом, готовый защищать занятого важным делом партнера от любой угрозы его жизни. Домовики тесной группкой устроились в стороне, не задавая вопросов вызвавшему их хозяину. Наблюдая за активированными плетениями родовой магии, они и так все поняли и теперь с обожанием смотрели своими огромными глазищами на Люциуса, не бросившего их без защиты. Малфой произнес последние слова заклинания и тяжело привалился к обнявшему его другу. Люциуса еще потряхивало. – Долго эти щиты не продержатся, если Повелитель задастся целью их взломать, но пару часов они нам дадут. – Нам больше и не надо. Думаю, к тому времени он успокоится. Пойдем, – Снейп потянул Люциуса в комнату Нарциссы. Маленькое совещание им сейчас не помешает. В комнате окна были занавешены плотными шторами, на столиках горели свечи в бронзовых канделябрах. Нарцисса с сыном сидели на диванчике, обнявшись. Люциус со Снейпом, не сговариваясь, устроились прямо на полу, у их ног, расположившись на пушистом ковре. Они сели плечом к плечу, словно боялись потерять контакт друг с другом. – Драко мне уже в двух словах рассказал, что случилось. Только он не понял, почему Лорд стал всех убивать. – Рассердился. Он испугался, а потом рассердился, – Люциус взглянул на друга и, получив угрюмый кивок, продолжил: – У Беллы в сейфе хранилась очень ценная вещь, принадлежащая Повелителю. – Чаша, которую украли. Гоблин сказал, – вмешался Драко. – Да, та чаша, которую украли Поттер и его друзья. И какой-то гоблин, – Люциус хмыкнул. – У Темного Лорда было несколько таких ценных вещей. Одна из них хранилась у меня, и я ее не сберег, за что в свое время был наказан Повелителем. Теперь для него потеряна и вещь, отданная на хранение Белле. Эти вещи способны помочь ему выжить, даже если его тело умрет. Они держат Лорда и не дают уйти за грань, – еще раз взглянув на Северуса и опять получив уверенный кивок, дающий согласие на рассказ, Люциус сказал: – Насколько мы знаем, осталось еще две вещи – это диадема Рейвенкло и Нагайна, хоть она и живая, она все равно как бы вещь. Объяснять нет времени, просто поверьте. Поттер будет охотиться за ними. И очень нужно, чтобы они ему достались. Это все, что вы должны знать. Около часа все сидели молча, обдумывая ситуацию и просто пережидая гнев Повелителя. – Скоро все закончится. Я это чувствую, – Нарцисса, вздохнув, провела рукой по волосам сына. – Скоро. Ключ-сигналы должны все время быть с вами, – Люциус отвернул борт мантии и показал всем приколотую с внутренней стороны зачарованную булавку. – И зелья, те, что я приготовил. Флаконы не разобьются в кармане. Они могут спасти вам жизнь. Там самое необходимое. Вы прекрасно знаете эти зелья и не спутаете, – напомнил Северус. – Все знаем, кроме маленького флакончика с желтой переливающейся жидкостью, – подала голос Нарцисса. Она уже изучила своеобразную походную аптечку, приготовленную для каждого из них Северусом. – Универсальный антидот. Лучше безоара на несколько порядков. Пригоден для спасения от отравления большинством сложных составных ядов. Действует и при укусе ядовитых животных и насекомых. Даже яд Нагайны нейтрализует. Я не стал пока патентовать, хотя изобрел его еще тогда, когда Уизли, укушенный змеей Повелителя, попал в больницу. Я подумал, что у нас, как у Артура, может не оказаться недели в запасе для того, чтобы кто-то сварил нам спасительное зелье. Конечно, это снадобье не панацея, но обещаю – оно неплохо справится с подавляющим большинством известных ядов. Пора проверить, как там Лорд. Малфой позвал эльфа и попросил осторожно посмотреть, где Повелитель и чем он занят. – Только не попадайся ему на глаза, если тебе дорога жизнь. Эльф вернулся через несколько минут. – Вашего Лорда нет в поместье. Там в зале много мертвых волшебников, – эльф понурился и принялся дергать себя за уши. – Поможете мне переправить их через камин к родственникам, – сказал эльфу Люциус и решительно поднялся. – Я знаю большинство тех, кто пришел на сбор. Нужно пойти опознать их и сообщить родным. – Только быстро, пока Повелитель не вернулся. Неизвестно, куда он направился и в каком настроении вернется, Люц. Постарайтесь не попадаться ему на глаза, пока он в гневе. Драко, нам пора в Хогвартс. Пойдем. Чем дальше от Темного Лорда, тем спокойней. Особенно для тебя. В школе дам тебе обезболивающую мазь для метки. На следующий вызов не отзывайся. Будешь сидеть в Хогвартсе. Если что, спрячешься в моих апартаментах. Не дергайся, Драко. И не перечь мне. Я специально при родителях начал этот разговор, – Снейп был предельно серьезен. – Сын, Северус прав. Твоя жизнь важнее любой из наших. Ты – наследник великого и древнего рода. Он не должен прерваться, – Люциус похлопал Драко по плечу. – Я не могу прятаться, когда вы рискуете жизнью. – Мы будем осторожны. И обещаю тебе, Драко, что в гущу событий по своей воле никто из нас не полезет. Слушайся Северуса, – Нарцисса обняла сына. – Вам пора. Снейп поцеловал Нарциссу в висок и коротко прижал к себе со словами: «Держись, осталось немного», затем развернулся к Люциусу и, пока решал, как будет уместно попрощаться с партнером, тот, не мучаясь подобными вопросами, заключил его в кольцо своих рук и поцеловал в скулу. Кивнув Драко на дверь, Снейп решительно покинул будуар Нарциссы. Хогвартс полдня оставался без директора. Нужно было возвращаться и проверить, как себя вели его заместители Керроу. После стресса на сборе они могли натворить глупостей. Но в любом случае Северус считал, что поступил правильно, поддержав Малфоев, вместо того чтобы сразу мчаться в школу. Семья всегда важнее остального.