Трепет надежды

      Снежок со смачным шлепком ударил Стайлза. Зашипев, тот развернулся, стирая снег со щеки рукавом куртки, слишком тонкой как на такую погоду:       — Эй! Кто там?! Что за на...?! Э-э-эй!       Противник не отвечал. Стайлз, прищурившись, всматривался в лес, ловя малейшее движение. Кругом стояла безмятежная тишь, только снег крупными хлопьями падал на землю и не собирался таять. Хотя Стилински был категорически против изменений климата, настоящий снег в Калифорнии в Рождество — довольно круто. Нет, вычеркнуть, — это просто потрясно!       Нагнувшись, Стайлз быстро слепил из снега комок. Он никогда раньше этого не делал, но столько раз смотрел "Эльфа", что считал себя профи (теоретически). Теперь нужно в кого-нибудь им кинуть:       — Давай! Не будь трусом!       Хрустнула ветка. Стайлз повернулся на звук, замахиваясь снежком. Никого. Было уже далеко за полдень, скоро начнёт смеркаться, и резвиться одному в лесу казалось не самой лучшей идеей, что подтвердил и сжавшийся желудок. Особенно когда где-то поблизости наверняка рыскает стая, невидимая и грозная. К счастью, пока ничего не происходило, но кто знает, на сколько хватит у волков терпения просто таиться в засаде?       Снова треснула ветка, сердце у Стайлза ёкнуло. Он прочистил горло и выдавил:       — Аллё?!       Из кустов, как ракета, вылетел ещё один снежок, и Стайлз едва успел отвернуться и пригнуться, получив удар в спину, а не в лицо. Но на этот раз он засёк бросавшего и успел взять его на прицел.       Стилински метнул снежок. Конечно, Дерек легко увернулся, а потом сделал самую странную вещь, какую Стайлзу доводилось видеть в его исполнении (а конкурс на это звание был жёстким).       Он улыбнулся.       Не нахмурился, не поморщился и даже не оскалил зубы в грёбаной волчьей ухмылке — а по-настоящему улыбнулся. Затем нырнул за деревья — и погоня началась.       Стайлз ломанулся в лес, не теряя Дерека из виду, тормозя время от времени, чтобы нагнуться за новым снежком или увернуться от хэйловского. Ясное дело, оборотень, если бы захотел, мог скрыться в мгновение ока, но из-за какой-то странной причуды ему явно хотелось подурачиться и затеять эпическую снежную битву. Возможно, во всём была виновата магия рождества. Или Дереку было так же тоскливо и одиноко, как Стайлзу.       Не вина Скотта, что они с мамой уехали на праздники к её родителям. И как бы Стайлзу ни хотелось думать, что в отношениях с Лидией и Джексоном достигнут значительный прогресс, они никогда не собирались вместе без всей остальной компании. Без всей стаи. Да ну их. С Эллисон всё было странно и непонятно. А отцу, конечно же, пришлось идти на работу.       С папой они провели прекрасное утро с подарками, вредной жирной едой на завтрак (единственный день в году, когда Стилински-старшему разрешалось съесть яичницу с беконом) и фильмом «Один дома». Но к трём часам отцу нужно было на дежурство, чтобы его помощники могли отметить праздник с семьями. Стайлз не винил его за это. Сам он обычно уходил к Макколам, но они уехали на всю неделю и вернутся только после Нового года.       Айзек в принципе нормальный пацан, когда не психует, но он тоже у бабушки. Эрика и Бойд куда-то исчезли, да они и не относились к тем, кому Стайлз мог запросто позвонить и сказать "привет." Поэтому хоть они с Хейлом и не были корешами не разлей вода — и даже не особо дружили, — Стилински это устраивало. Кто знает, может сегодня с Дереком будет весело.       Стайлз резко пригнулся, уклоняясь от очередного снаряда, и плюхнулся на снег, ударившись коленкой о корень. Ерунда, ничего страшного, главное, что Хейл промахнулся. Когда они добрались до прогалины, стало темнее, хотя было ещё достаточно светло, чтобы Стилински увидел, как Дерека на бегу занесло и он замахал руками, едва удерживая равновесие. Это была, без сомнения, самая офигительная вещь, которую Стайлзу довелось видеть в жизни. Его накрыл такой ржач, что пришлось остановиться и упереться руками в колени. Хейл, стоя на полянке метрах в шести, наградил его убийственным взглядом, но тот продолжал хохотать.       Стайлз уже собрался прокомментировать удивительную грацию, с какой Дерек изображал ветряную мельницу, как по морозному воздуху эхом разнёсся громкий треск. Их взгляды встретились, и прежде, чем Стилински глазом успел моргнуть, оборотень как сквозь землю провалился.       — Дерек! — Стайлз рванул вперёд, его резиновые подошвы заскользили по льду. Естественно, они попали на маленький пруд недалеко от обрыва, и, конечно, лёд оказался недостаточно толстым, чтобы выдержать оборотня — всё-таки это Калифорния, выпал снег или нет. Стилински исполнил собственный пируэт ветряка и шлёпнулся на задницу.       От ужаса у него перехватило дыхание, но лёд не треснул. Вспомнив, что где-то читал о таком, Стайлз перевернулся на живот, распределяя вес по как можно большей площади, и заскользил вперёд. Сердце бешено неслось вскачь.       — Дерек!       Наконец из воды показалась голова с на редкость мрачным выражением на лице. При виде ползущего парня глаза Хейла расширились:       — Ты что творишь, чёрт подери?! Убирайся со льда!       — Я тебя спасаю!       — Вернись на берег! Я сам спасусь, идиот! Я оборотень! Мне не так холодно, как человеку.       — Прекрасно! Так и сделаю, — Стайлз обиделся. — Знаешь, как подумаю...       Процесс мышления был прерван новым треском, и парень очутился под водой. Всё тело сжало, дыхание спёрло; его охватила паника, а сердце чуть не разорвалось. Из-за невыносимого холода Стайлз не мог пошевелиться и хотя мысленно кричал себе "двигайся!", начал тонуть. Он пытался дёргать конечностями, но ничего не получалось. Господи, он сейчас погибнет.       Подхваченный сильными руками, Стилински взмыл к пролому во льду и, достигнув поверхности, широко раскрыл рот, хватая воздух замёрзшими лёгкими. Теперь он был в безопасности, и паника пошла на убыль.       — Дыши! — громкий голос оглушил прямо в ухо.       Они медленно двинулись к берегу. До Стайлза дошло, что окружавший их непонятный звук — это треск льда, который Дерек крушил, как ледокол в Арктике. Наконец они достигли твёрдой земли.       Лёжа на спине в снегу, Стайлз сосредоточился на дыхании. Хейл, сдвинув брови, наклонился, капая на него ледяными каплями. Парень хотел сказать, что с ним всё в порядке, но говорить не мог, а уже в следующее мгновение взлетел в воздух и уставился в землю с высоты плеча оборотня.       Дерек мчался через лес, крепко сжимая Стайлза за бёдра. Того хоть и подбрасывало временами на кочках, но он был уверен, что его не уронят.       Через считанные минуты они очутились в каком-то помещении. Стилински пытался определить, где они, но всё, что смог рассмотреть, вися вниз головой, — это что они находятся на территории Хейла. Только они в тёплой комнате, освещённой яркими цветными огоньками, — и никакого пожарища, грязи и развалин.       Дерек опустился на колени и уложил Стайлза на ковёр. Парень дрожал, что было уже хорошим знаком.       — Г-д-е...? — язык едва ворочался. Хейл взял его ладони в свои.       — Это мой дом.       Стайлз обвёл взглядом уютную гостиную. За спиной оборотня, похоже, находилась кухня.       — Точнее, пока только его часть. Питер и Айзек помогают с ремонтом, успели мы немного, но пока места хватает.       Стайлз пытался вернуть дар речи, чтобы спросить о новогодних гирляндах, развешанных по потолку (это не шутка? Дерек Хейл украсил дом к празднику?), когда до него дошло, что оборотень сдирает с него промокшую одежду. Он хотел возразить, но смог только тяжело вздохнуть и наблюдать, как Дерек раздевается сам.       Не успел Стайлз подумать, что не сто́ит на это глазеть, как обнажённый Дерек перенёс его на большой мягкий диван. Парень закрыл глаза и съёжился на тёплых подушках. Толстое одеяло накрыло сверху, а ещё через минуту Стилински почувствовал под боком что-то большое, мохнатое и горячее. Он уютно прижался к нему, обхватив руками.