Змеиная Паутина

      — Рон, что ты там копаешься? — раздраженно спросила Гермиона, стоявшая у входной двери в элегантном вечернем платье из чёрного шелка. — Дафна специально просила не опаздывать.       — Ну прости, дорогая, но это чертово плечо мне даже рубашку надеть спокойно не даёт, — ответил Рон, натягивая на себя фрак. — Выглядишь замечательно, — улыбнулся он, посмотрев на свою жену. Женщина покачала головой и посмотрела на своё запястье, где в этот раз в силу этикета не было часов.       — Мы такими темпами опоздаем, — ответила Гермиона.       — Готов я, готов, — Рон подошёл к Гермиона и взял ее под руку. В левом плече неприятно кольнуло, но мужчина смог сдержаться и не дрогнул от боли.       — Не надо было соглашаться, — обеспокоенно сказала Гермиона, уловившая даже подавленный жест. — Ты ещё не поправился до конца.       — Ничего страшного, — как ни в чем не бывало ответил Рон. — Маленькая рана не испортит нам вечер. К тому же мы давно договорились об этом с Малфоями и Дафной.       — Хорошо, — согласилась Гермиона с интонацией человека, поставленного перед фактом, — тогда пойдём. Рон кивнул, и оба трансгрессировали в центр Лондона.       Появилась пара волшебников недалёко от Альберт-холла, где они и договорились встретиться с другими семьями. Уже в фойе Гермиона без Труда разглядела белые волосы Драко, рядом с которым стояла его жена Астория Гринграсс.       Честно говоря, Рон не знал, почему Астория не приняла фамилию мужа после свадьбы, но Драко не возражал. Пресса подняла много шума по этому поводу, но влияние семьи Малфой остановило всякое обсуждение личной жизни наследника в прессе. Сейчас к паре относились как к эксцентричным молодым людям, которые немного погуляют, а потом возьмутся за голову, и все будет, как у порядочных волшебников. Как рассказала ему Гермиона, знакомая с парой через свою коллегу Дафну Гринграсс, все эти слухи были пустыми: ни Драко, ни Астория не собирались ничего менять даже несмотря на беременность последней. Рон очень сильно удивился, когда узнал о беременности — почему же кадет до сих пор не ушла в отпуск?       — Добрый вечер, Драко, — поздоровался Рон, когда Малфои подошли ближе.       — Добрый вечер, — так же вежливо ответил Драко. — Гермиона.       — Драко, — Гермиона протянула руку, которую блондин легко поцеловал.       — Рон, позволь представить мою жену Асторию Гринграсс, — сказал Драко. — Я слышал вы пару раз пересекались в департаменте.       — Мисс Гринграсс, — Рон так же поцеловал протянутую ему руку.Разумеется, Рон знал Асторию, но лично они ни разу не встречались, и поэтому «правила приличия», о которых постоянно твердит Малфой, требовали соблюдения всех формальностей.       — Мистер Уизли, — ответила Астория.       — Можно просто Рон, — улыбнулся мужчина.       — Что ж, тогда зовите меня Астория, — вежливо ответила младшая из сестёр Гринграсс.       — Так чем же занимается моя жена в департаменте правопорядка? — поинтересовался Драко, глядя на Рона. — Астория упорно не желает делиться со мной этим. Учитывая ранение, с которым ты пришёл ко мне пару дней назад... Мне стоит волноваться за здоровье своей супруги?       — Драко, — измученно вздохнула Астория. — Пройдемте в ложу, Дафна уже ждёт нас там. — Рону оставалось лишь изумиться легкости, с которой Астория перевела тему. Честно говоря, он был даже благодарен ей: деталями расследования нельзя было делиться ни с кем, кроме авроров.       Тем временем четверо волшебников добрались до забронированной ложи. Дверь открылась, обнажив ряд из шести сидений. Одним взмахом палочки Драко наложил на помещение чары незаметности, а затем с легкостью, которой Рон всегда завидовал, превратил театральные сиденья в круглый стол с пятью комфортными стульями вокруг него.       — Прошу, — блондин отвесил театральный поклон.       — Ты уверен, что тебе не надо на сцену, Драко? — спросил Рон.       — Разумеется надо, — невозмутимо ответил Драко, — но я не могу с чистой совестью украсть все внимание у актеров. Это было бы невежливо, — закончил блондин со всей важностью наследника древнего и благородного рода волшебников. Девушки совсем не по светски рассмеялись.       — А где Дафна? — неожиданно спросила Гермиона, как только перестала смеяться.       — Я здесь, Грейнджер, — ответил всем знакомый привычно-холодный голос. Дафна Гринграсс в платье из темно-пурпурного бархата вошла в ложу.       

***

      Рон наконец-то расслабился. Впервые за несколько недель он мог просто присесть поудобнее и насладиться спокойствием. Неделю назад он был ранен во время атаки неизвестных волшебников на дом Дурслей. Там остались до боли знакомые метки на парселскрипте. Слава Мерлину, удалось спасти одного свидетеля: соседку пострадавших. На неё теперь была вся надежда.       Впрочем, была и ложка дёгтя в бочке мёда. Аврорам удалось спасти свидетеля, но заметать следы преступлений, чтобы магглы ничего не заподозрили о магии, становилось все сложнее и сложнее. Учитывая, что третий случай подряд жертвами были исключительно магглы...       Все это, однако, могло подождать. Рон положил руку на нежную мягкую ладонь Гермионы. На сцене разворачивалось действо, а зал наполнялся замечательным пением. «Лорелея» была замечательным произведением.       — В Конфедерации дела стали хуже, — тихо сказала Дафна в перерыве. На комнату были наложены заглушающие звук заклинания, но старая слизеринская привычка у неё так и не исчезла.       — Что у них опять случилось? — утомленно вздохнув, спросил Малфой.       — Преступления, похожие на те, что расследуют Уизли и Астория, — ответила Дафна, — они происходят по всему миру. Число магглов среди жертв возрастает. Лидеры мира магглов начинают задавать неудобные вопросы.       Это было плохо. Эдвард Гринграсс был представителем Великобритании в Международной Конфедерации Волшебников. Он передавал самые полные, не развращенные слухами новости Дафне. Если она говорила, что все плохо — значит так оно и было. Что это значило для мира волшебников? Впервые с четвёртого курса волна необъяснимого, сдавившего горло, страха прокатилась по телу мужчины.       — Мы раскроем эти преступления, — твердо заявил Рон. — У нас есть свидетель. Я как раз допрашиваю ее завтра.       — Удачи тебе, Уизли, — ответил Малфой. — Если накосячить, будешь сам себя лечить.       Рон лишь покачал головой. Этот наглый блондин всегда умел пошутить в самый неподходящий момент.       

***

      — Итак, миссис Полкинс, — терпеливо сказал Рон. Ради душевного спокойствия женщины и хотя бы формального соблюдения Статута Секретности ее допрашивали в палате больницы Святого Мунго. Ради такого случая Рона даже нарядили в форму маггловского полицейского. Но Мерлинова Борода! Если эта женщина не заткнется, аврор наплюет и на статуты, и на психику этой старушки и просто достанет нужные ему воспоминания из ее головы! — Опишите, пожалуйста, снова, что произошло в тот вечер.       — Я... — запнулась пожилая домохозяйка. — Я готовила ужин. Наш сын Пирс должен был прийти со своей женой. Мы пригласили Дурслей: их замечательный сынок Дадли был таким верным другом моему Пирсу, — она всхлипнула. — В округе стало так хорошо после ухода этого племянничка-преступника Дурслей. Этот мальчишка Поттер, одни проблемы были от этого хулигана. Я уверена, это он устроил взрыв. Почему вы его ещё не ищите?! — потребовала женщина, в ее глазах разгоралось пламя гнева. Вот только этого Рону ещё не хватало. — Он убил моего Пирса, а вы сидите и прохлаждаетесь тут!       — Мадам, пожалуйста, успокойтесь, — аккуратно ответил Рон. — Мы не можем начать поиски, пока вы не расскажете нам обо всем, что произошло тем вечером.       Миссис Полкинс достала носовой платок и вытерла слезы. Она высморкалась в него и продолжила дрожащим голосом.       — Сын с семьей пришли незадолго до Дурслей, — рассказала она. — Мы спокойно ужинали, как вполне приличные люди, а потом... Стало так темно, кто-то ударил меня чем-то тяжёлым по голове... — миссис Полкинс остановилась. — Когда я очнулась, то поняла, что связана по рукам и ногам. Я подумала, домушники ворвались, когда услышала какие-то бредни про магию и жертвоприношения. Наркоманы, точно наркоманы...       — Вы не могли бы поподробнее описать услышанное вами, — перебил женщину Рон. Это было грубо, но ещё одной тирады его нервы не перенесли бы.       — Какой-то культ... Не помню чего, — вспомнила миссис Полкинс. — Они сказали, что пишут заклинания вокруг нас... Хотели кого-то вызволить откуда-то...       — Они не сказали, откуда? — спросил Рон.       — Я что, по-вашему, разбираюсь в этих наркоманских припадочных фантазиях?! — взорвалась миссис Полкинс. — Я не знаю, они не сказали, — ответила она через полминуты. — Помню, сказали что-то про войну, какое-то Министерство... Потом поднялся какой-то чудовищный шум из-за этих оглушительных хлопков. Какие-то клоуны в красном ворвались в мой дом, а наркоманы сбежали... Я только потом узнала, что Дурслей, моего мужа и Пирса они уже убили к тому моменту, — слезы потекли ручьём из глаз миссис Полкинс. Рон даже стало немного жаль женщину. Он встал со стула и сочувственно улыбнулся ей.       — Не переживайте, мадам, — решительно кивнул он, — с вашей информацией мы найдём их.       — Это все мальчишка Поттер, — бормотала женщина, плача и периодически высмаркиваясь в свой носовой платок. Рон хотел было ещё что-то сказать, но в конце концов просто удалился.       За дверью уже стоял Невилл. Рон посмотрел на своего друга и напарника и вздохнул.       — Пусть переводят ее в маггловский госпиталь, — сказал он. — Нам она больше не нужна.       Невилл молчаливо кивнул.       

***

      — Вы полагаете, национальная безопасность под угрозой? — мрачно спросила директор Тонкс. Рон так же мрачно кивнул. — Это очень плохо... Что-нибудь про природу этих «заклинаний» узнали?       — Нет, — покачал головой Рон, — свидетель заявила, что они нужны, чтобы кого-то освободить. Мы предполагаем, что они являются частью какого-то темного ритуала. Убитые стали жертвами.       — Зачем тогда грабить дома?       — Мы не знаем, — ответил Рон, — предположений много, но подтвердить или опровергнуть их мы пока не можем.       — Уизли, — острый взгляд ледяных светло-синих глаз сверлил мужчину, — вы должны раскрыть эти преступления. Ни министру, ни мне не нравится темп вашей работы, не говоря уже о ваших успехах или отсутствии таковых.       — Мы делаем все, что можем, директор, — возразил Рон. — Я не могу рождать зацепки из ниоткуда.       — Уизли, если дело не будет раскрыто в течение этой недели, я разжалую вас до третьего класса. Будете у меня всю жизнь с кадетами возиться. Конфедерация и так давит на министра и Министерство, не говоря уже о магглах. Вы раскроете это дело, или я найду того, кто это сделает.       — Да, директор, — отстранённо ответил Рон.       — Свободны, — холодно сказала Тонкс.       — Одну минуту, — в кабинет зашла министр Боунс. Женщина была уже старой, ее волосы белоснежной волной спускались до плеч, а покрытое морщинами лицо было сухим, словно деревянный каркас. — Аврор Уизли, — сказала женщина, — ваш свидетель упомянул культ, намеревающийся свергнуть Министерство?       — Да, мадам министр, — кивнул Рон, — но это всего лишь показания магглы. Они даже не понимают, о чем говорят. Она ведь авроров назвала клоунами.       — Это не вам решать, аврор, — строго ответила Боунс. — Разведка подтвердила эти данные. Речь идёт о культе Ёрмунганда — змея-отравителя неба. Я рассматриваю возможность объявления мобилизации.       — Но министр!       — Аврор Уизли, — отрезала Боунс, — не вам решать, что будет делать Министерство, а мне и главам департаментов. Я была бы вам благодарна, если бы вы проявили уважение к закону и помалкивали. Вы свободны, аврор.       Рон направился к выходу, но его остановил голос министра.       — Постойте, Уизли, — сказала Боунс, — вы упомянули, что эти волшебники пытаются кого-то освободить?       — Да, министр.       — Директор Тонкс удвойте охрану Гарри Поттера, — приказала министр. — Я уверена, что речь идёт о нём. Парселтанг просто так никто использовать бы не стал.       — Будет сделано, министр, — ответила Тонкс.       — Хорошо, тогда все свободны.       

***

      Остаток дня пролетел, словно пыль на ветру. Ноги сами донесли уставшего мужчину до дома, где его встретила не менее уставшая Гермиона.       — Проблемы? — спросил Рон.       — А разве они сейчас не у всех? — устало ответила Гермиона.       — Это верно, — кивнул мужчина и взмахом палочки накрыл на стол. Ещё одно заклинание, и горячий ужин занял своё место.       — Как дела с расследованием? — спросила Гермиона.       — Я не могу тебе этого сказать, — покачал головой Рон, — строго запрещено. Впрочем, — он задумался, — я думал, что ключ был у нас в руках... Стало только больше вопросов. Потом пришла министр Боунс — это был сущий ад. А в Отделе Тайн?       Гермиона лишь посмотрела на мужа взглядом, так и кричавшим «Хорошая попытка!» В конце концов она устало положила вилку на тарелку и тяжело вздохнула.       — Плохо, — ответила женщина. — Все, что я могу сказать. Никаких результатов по вашим предполагаемым заклинаниям на парселскрипте. Да и как мы можем получить эти результаты, если этими заклинаниями может пользоваться только змееуст! — раздраженно воскликнула Гермиона.