4
7 февраля 2018 г., 22:41
Крейг во сне сильно хмурится. Большая складка пролегает между его бровями и он кажется очень злым на весь мир. Крейг всегда засыпает быстро, спит крепко и рано встает.
Твик знает про все его особенности, которые касаются сна. Невозможно не выучить то, зачем ты наблюдаешь, чуть ли не каждую ночь.
Когда очередные таблетки не дают уснуть, остается только искать себе занятие, чтобы хоть как-то скоротать время до утра. Поначалу Твик пытался читать, но все книги в доме были слишком длинными. Он не мог запомнить из-за сильной рассеянности все сюжетные линии с первого раза и приходилось перечитывать главы, которые были прочитаны совсем недавно. Это слишком утомляло.
Твик пересмотрел все видеокассеты сохранившиеся на чердаке. В этой глуши телевизионная антенна не ловила ни один канал, поэтому приходилось смотреть только фильмы на старом видеомагнитофоне, который Крейг непонятно откуда взял. Жемчужиной чердачной картотеки оказались фильмы с Джином Хэкменом. Завернутый в два одеяла Твик пересмотрел «Французского связного» раз семь и ничуть об этом не жалеет. Он бы посмотрел еще столько же, потому что нет ничего лучше, чем полицейские триллеры восьмидесятых. В них детективы ничего не боятся, и бьются с преступниками до смерти. Такая отвага завораживает и восхищает.
Под утро, Твик всегда возвращался в свою комнату и укладывался в кровать. Как маленький ребенок, который не спит ночью и сидит с фонариком под одеялом, Твик боялся, что его застукают и отругают за нарушенные правила. Он терпеливо ждал, когда внизу послышатся шорохи и тогда мог спокойно начинать отсчитывать пятнадцать минут.
А там и Крейг встает, идет сонно на кухню ставит чайник и начинает этим действием новый день для Твика.
Такер не знает, что Твик присматривает за ним по ночам. И никогда не узнает, потому что точно начнет ругаться и говорить, что по ночам надо не глазеть на других людей, а видеть свои сны. Достал бы снотворное и следил бы, чтобы Твик пил его после ужина.
Но как ему объяснить, что от снотворного всё время снятся кошмары, после которых выступает холодный пот, а на утро хочется содрать с себя кожу, только чтобы не вспоминать весь тот красочный, осязаемый ужас. Крейг думает, что Твик врет и это его прихоти. Думает, что он просто не хочет добавлять еще и «это» к своему огромному списку лекарств.
Крейг может понять абсолютно всё на свете, но только не это. Поэтому ночные блуждания останутся маленькой тайной для спящего, хмурого Крейга.
~
Твик лежит, не двигаясь уже около часа, и ему это даже нравится. Ему доставляет удовольствие впитывать в себя каждый вдох Крейга. Младший словно перестал существовать и слился вместе с Такером. Крейг лежит на боку, лицом к Твику. Губы сжаты в тонкую полоску, черные волосы хаотично разбросались по подушке. Он мерно дышит и иногда сжимает в ладони старое одеяло. Если бы Твик не знал Крейга достаточно хорошо, он бы решил, что перед ним лежит самый спокойный человек во всём Южном парке. Но он знает правду, знает, что Крейг Такер пришелец с другой планеты, до которой ни Твику, ни кому-либо еще никогда не дотянуться. Он прилетел сюда, чтобы участвовать в только ему известном эксперименте. И не к счастью, в пару ему достался подпорченный человек, со слишком большими проблемами. Поэтому иногда злость берет вверх над Такером и он превращается в обычного монстра, в человеческой оболочке. Крейг определенно не должен был вообще родиться здесь, где всё время холодно, а люди не хотят меняться. Ему подошел бы большой город с миллионом возможностей. Твик помнит, как старший рассказывал, что уедет куда-нибудь в Сиэтл или Денвер и откроет там магазинчик, маленький, но свой. И это определенно ему подходит. Твику нравилось смотреть на сверкающие глаза, с которыми рассказывалась маленькая мечта, на осуществление которой нужно всего лишь хорошенько постараться. В Крейге вообще есть этот свет, который иногда выскальзывает из него. Правда это случается не часто и в большинстве случаев, это свечение остается незамеченным. Невнимательные люди не могут заметить, как иногда всё меняется внутри у Крейга. Он переливается и этим самым манит Твика, как никто другой. Тонкие пальцы тянутся к приоткрытому рту и дотрагиваются до нижней губе. Твик чувствует теплое дыхание и ему щекотно от этого. Он трогает губы Крейга еле касаясь, боясь того разбудить. Робкие движения и под пальцами еле ощущается трещинка с капелькой застывшей крови. Меньше всего на свете ему хочется, чтобы чужие глаза устало распахнулись. Крейг уже давно не высыпается и такие редкие, хрупкие моменты надо беречь. Но не трогать Такера, Твик не может. Ему становится чисто физически плохо, когда рядом находится этот человек, а прикасаться к нему нельзя. — Если бы я был котом, я бы сейчас замурлыкал, — внезапно Крейг подает свой, хрипящий ото сна голос. Вопреки всем ожиданиям, он не злится, а лишь растягивает губы в улыбке, не открывая глаз, — мне, почему-то, сейчас так хорошо, как не было давно, — его ладонь притягивает к себе за талию Твика, а нос утыкается в место, где чужая шея переходит в плечо. — Ты просто поспал сегодня больше четырех часов, а не как обычно — Твик смеется и пытается увернуться от чужого холодного носа, — и на нормальной кровати. — Возможно, отрицать не буду. Если еще и завтрак сам приготовится, я буду вообще на седьмом небе от счастья. Твик затих на пару секунд. Он хотел сделать вид, что не слышал слов Крейга, но это было бы глупо. Они лежат в паре сантиметров друг от друга и в таком положение даже самый тихий шепот можно запросто расслышать. — Крейг, я бы приготовил. Ты же знаешь, мне не сложно. Просто… — Да-да, порежешь себя, сожжешь кухню, кинешься на меня с кухонным топориком и всё в этом духе, — Крейг прервал Твика своим перечислением и открыл глаза, рассматривая перед собой созвездия родинок на бледной шее. — Ты думаешь, я совсем беспомощный псих? — Нет, ты просто не умеешь готовить. Вот и всё, — Крейг снова уткнулся в шею Твика, — как не умел, так и не научился. — Это не правда, я умею готовить оладьи. — Ну может только их. — Нет, — Твик яростно запыхтел возмущаясь. — Да, мелкий, не отрицай очевидное. Что ты хочешь, чтобы я приготовил? — Ничего не хочу, тем более от тебя. Я могу и хлопьями позавтракать, от этого пока ещё никто не умер. — В твоем предложение главное слово «пока». Прекращай дуться и говори, пока я добрый, — Крейг незаметно дотронулся до впалого живота Твика, который оголился из-за задравшейся майки, — Как насчет яичницы с беконом? — Отстань, — Твик убрал чужую руку, которая поползла вверх ощупывая ребра, — у тебя хорошее утро, у меня плохое. На этом и закончим. — Какой грозный, — Крейг придвинулся к изголовью кровати, чтобы встретиться взглядами с Твиком, — это утро должно быть у всех хорошим. Плевать я хотел на все остальные раздражающие факторы. Оно будет добрым, даже у такого маленького злыдня, как ты. — Да пошел ты, — Твик показательно отвернулся в другую сторону. — Ох как с тобой всегда сложно-то, — Крейг встал с кровати и с легкостью поднял тощее тельце Твика на руки, закидывая его к себе на плечо, — Вечно всё надо делать самому, никогда не идешь ко мне на встречу. — А вот это тоже неправда! — младший брыкнулся, пытаясь освободиться от захвата, — Ходить я тоже сам умею. — Нет, принцесса, не умеешь, но я помогу, — Крейг откровенно начал веселиться из-за фырканья и пыхтения доносившихся от Твика, — Расслабься и никто не пострадает. — Я так не думаю. Только ты поставишь меня на пол, ты у меня получишь. А за «принцессу» отдельно, — не успев закончить свою гневную тираду, Твик почувствовал под своими ногами деревянные половицы. Крейг его опустил вниз очень быстро, но при этом очень аккуратно, — Ты сегодня до отвратительного нежный, знаешь об этом?! — Твик поднял свои глаза на лохматого парня перед собой и в его груди зашевелилась теплая лавина невнятных чувств, — Мне это не нравится. Верни мне моего Крейга, пришелец недоделанный. Эй, пьяный мудак с вечными синяками и кровавыми подтеками внутри этого педика с романтическими замашками, если ты меня слышишь, моргни три раза. Я хотя бы буду знать, что ты живой и здоровый. И что этот чудик тебя не убил внутри себя. — Твик, — Крейг почему-то стоял и улыбался, — если ты сейчас так пытаешься шутить, то у тебя слишком хуевое чувство юмора. — Какое есть и я не шучу. Тебя, кажется, заменили ночью. Обновили старую версию, на новую «два точка ноль». — Как это могло случиться, если ты за мной следил всю дорогу? — Хитрый прищур голубых глаз очень не понравился Твику, потому что его рассекретили. — Я вообще-то спал, зачем мне смотреть на тебя. Это очень стремно, наблюдать за кем-то, когда тот спит. Если ты так делаешь, это не значит, что другие тоже этим промышляют. Так делают только маньяки в фильмах — у Твика покраснели кончики ушей, — и вообще отстань от меня. — Я хотел тебе завтрак приготовить, — Крейг подтолкнул младшего в сторону лестницы ведущей на первый этаж. — Да готовь ты что хочешь, совсем превратился в моих родителей, — только Твик захотел повернуться в сторону Такера, чтобы продолжить спор, как получил мимолетный поцелуй в щеку и ехидное: «Будешь называть меня папочкой?» — Твою же мать, меня сейчас стошнит! Ты совсем идиот? Крейг Такер, я убью тебя. Несмотря на свои слова, лицо Твика покраснело теперь полностью, а его глаза предательски заблестели. И если бы его напрямую сейчас спросили, то он честно ответил бы, что Крейгу всё-таки удалось сделать это утро непохожим на десятки остальных, которые они провели в этом доме. Даже погода пошла на встречу Такеру и среди пасмурных туч проскользнуло солнце, напоминающее, что в принципе не всё так плохо, как кажется на первый взгляд.~
Обещанная яичница была украшена ломтиками бекона и на Твика с его тарелки глядела, до омерзения позитивная, улыбающаяся рожица. Младший конечно понял за это утро, что Такер, по всей вероятности, двинулся головой в этой глуши, ну или что ему нельзя было позволять смотреть в десятый раз «Когда Гарри встретил Салли». — Можно я ему выколю глаза? — Крейг оторвался от своей еды и равнодушно пожал плечами, тем самым развязывая чужие руки в действиях, — Всё же ты меня пугаешь сегодня? — Почему? — Такер жевал тост с джемом и внимательно смотрел, как желток растекается по тарелке младшего. — Да просто ты какой-то сегодня, — Твик запнулся, — не совсем могу подобрать правильное определение своим ощущениям. Но, как-будто ты вернулся из дальней поездки и ведешь себя, будто соскучился по мне ужасно, — застеснявшись Твик добавил, — забудь короче, что я сказал. Ты не дал мне утренние лекарства, — он попытался переключить атмосферу между ними на более привычную. — Сегодня без них обойдемся, — Крейг перебросил в тарелку Твика свой кусочек бекона, — Надо тебя откормить в конец концов, ходишь, как скелет. Давай после завтрака чем-нибудь займемся. Может вместе посмотрим комедию или пойдем гулять? Твик недоверчиво покосился на старшего. — Такое ощущение, что меня сейчас на свидание приглашают. — А если и так, то что? Какой будет твой ответ? — Да черт с тобой. Я соглашусь, потому что опасаюсь, что тебе еще в голову придет, если я откажусь. Только давай не будем выходить сегодня на улицу. Я голосую за первый Мортал Комбат, давно его не смотрел. — Отличная комедия, знаток кинематографа. — Кто бы говорил? И да, ты меня всё еще пугаешь. — Заткнись мелкий и расслабься. Сегодня у нас с тобой будет определенно хороший, ленивый день и нам ничто его не испортит. — Сделаем вид, что мы никуда не уезжали из Южного парка и сидим у тебя в гостинной? — Именно.
