Underworld

Открыв глаза, я увидел, что солнце за окном ещё даже не взошло. Зато оно находилось в кровати, лежало прямо под боком. Коичи прижимался ко мне во сне, держа руку на талии, согревая в это холодное утро. Тем не менее, я всё же решил выбраться из-под теплого одеяла и пойти на кухню готовить завтрак. Хотелось порадовать басиста, когда он пробудится. Переместившись в соседнюю комнату, открыл холодильник и усмехнулся. Все полки были забиты синими банками «Ред Булла». Интересно, он вообще хоть чем-нибудь помимо этого напитка питается? С трудом найдя съестные продукты, я включил всю фантазию, пытаясь изобразить достойный завтрак. Видимо, чересчур увлекся, что даже не заметил, как басист вошел в кухню и сел на кожаный диванчик в углу, подкуривая свою любимую сигарету. - Доброе утро, - обернувшись, с улыбкой бросил ему. В ответ тот лишь кивнул головой и прикрыл лицо ладонями. - Я думал, ты уже ушел. Почему еще здесь? Водрузив незамысловатое блюдо на тарелку, я налил стакан холодного сока и поставил всё это перед басистом. - Не хотелось тебя оставлять, - наконец, ответил я. Коичи приоткрыл лицо и вопросительно глянул на меня. - Надеюсь, ты не воспринял всерьез то, что произошло ночью? – сигаретный дым витал над его головой, а губы скривились в ухмылке. Открыться перед ним или нет? Почему-то больше не хотелось скрывать все потаенные чувства. - А это странно, что такие вещи обычно воспринимаются людьми всерьез? – я сел на стул напротив него. – Чего ты еще ожидал? Едва докурив одну сигарету, Коичи тут же принялся за новую. А к завтраку так и не притронулся. - Господи, да я просто был пьян! – парень нервно стряхивал пепел. – И вдруг в голову пришла мысль, что неплохо было бы попробовать секс с мужчиной. В жизни всё нужно успеть, как считаешь? – он с вызовом посмотрел на меня. Хотелось просто оглохнуть, чтобы больше не слышать таких слов от него. Но Коичи решил продолжить. - Да как ты вообще мог подумать, что с моей стороны была хоть капля серьезности? За кого ты меня держишь, за гея? – он рассмеялся с нотками уничижения. – Извини, но я не люблю мужчин. Вот уж никогда не подумал бы, что ты, Тсузуку, такой. Я всегда считал тебя нормальным. Его монолог плавно перетекал в презрительное осуждение меня. Не было никакого смысла находиться здесь дольше. - С тобой просто бесполезно разговаривать, - я схватил кожаную куртку с вешалки и покинул квартиру басиста. - Увидимся на репетиции, - бросил он на прощание, - а, спасибо за завтрак! – и снова недобрый смешок. *** Спешно натянув вещи, принесенные слугами повелителя, я почувствовал себя немного комфортнее. - А теперь следуй за мной, - тут же приказал он, - хочу показать тебе царство. Всё-таки, отныне ты застрял здесь на долгие века, - царь недобро ухмыльнулся, а мне только и оставалось, что плестись вслед. - Как ты уже понял, ты попал в ад. Я до конца не верил в действительность происходящего. Может быть, просто сплю? - Нет, ты не спишь, - я чуть не поперхнулся, - и да, я читаю твои мысли. Поэтому отныне следи за тем, о чем думаешь, - отрезал он. Я попытался выгнать все мысли из головы, но получалось плохо. - Сразу отвечу на все вопросы, которые в данный момент засоряют твой разум. Во-первых, ты можешь называть меня Энма-сама, требовать перечисления всех моих титулов от тебя не стану, уж извини, но выглядишь ты не самым умным человеком, способным запомнить их полностью. Я хотел было возмутиться, но вспомнил, что голову мою сканируют. - А во-вторых, даже не пытайся узнать что-либо о своей жизни и тем более, о смерти. Попытаешься это сделать – отправишься туда, где тебе самое место. Это где же, интересно? - В самом аду, - сразу ответил бог, - ты, как мы успели заметить, предпочитал нетрадиционные связи, за что был бы справедливо наказан. - Я вовсе не помню никаких мужчин и тем более того, что с ними делал. - Мужчина был один, - задумчиво протянул он, - неважно. А я и не хотел вспоминать никакого мужчину, меня интересовало другое. Собственное имя, без которого чувствовал себя безликим призраком. - Я назову тебя «Ичи», - сразу ответил повелитель, - ведь ты первый, кому разрешены такие привилегии. За какие это заслуги, интересно. - Постепенно узнаешь всё. А мы тем временем подошли к первому кругу холодного ада… *** На следующий день была назначена репетиция. Я всегда приходил раньше всех, но сегодня превзошел даже самого себя, явившись за час до начала. Едва открыл дверь в звукоизолированную комнату, как увидел его. Басист разглядывал себя в огромное зеркало на стене и фотографировался на телефон. Какой же он всё-таки глупый. Хотя каждый участник группы успел в свое время запечатлеть себя в это зеркало, только Коичи переходил все рамки, крутясь перед ним на каждой репетиции. - Сколько же в тебе самолюбования, - бросил ему и прошел в маленькое подсобное помещение на поиски микрофона. - Да ладно, я же всегда шикарно выгляжу, так почему бы не запечатлеть, - розоволосый нарцисс всё-таки оторвался от своего занятия и приблизился ко мне. Я чувствовал это спиной. – А ты не злись. Я развернул голову в пол-оборота. - Почему я должен на тебя злиться? – с полнейшим спокойствием на лице изрек я. - Ну.. может быть потому, что я тебе отказал и не принял твоих чувств. Я прыснул. Вернуть бы его с небес на землю и пусть больно ударится. - Не выдумывай. Ничего подобного вчера не было сказано, - наконец, нашел микрофон и вернулся в большую комнату. Басист ходил за мной хвостом. – Да, мне тоже было интересно переспать с тобой, не больше. А утром из вежливости решил дождаться, когда ты проснешься, и в знак благодарности приготовить завтрак. Всё-таки не каждый день лишаешь чей-то зад невинности, не хотелось показаться грубияном. Его лицо стало одного оттенка с волосами. Я видел, как злость окутывала басиста полностью, казалось, что он сейчас взорвется. Тем не менее, я решил добить его окончательно, чтобы тот больше никогда не смел так нелестно отзываться о моих чувствах. - Но признаюсь откровенно, - отрезал я, - это был не самый лучший секс в моей жизни. Если вдруг наберешься опыта, то сообщи. Возможно, позволю тебе изменить мое мнение. Коичи уже открыл рот, чтобы выпалить какую-то наверняка гневную тираду, как в комнату вошли Миа и Мето. Ему оставалось лишь проглотить свою обиду и злобно посмотреть на меня уничтожающим взглядом. Репетиция началась… *** Мы приблизились к темной промерзшей долине, окруженной холодными горами. Над долиной стояла метель, подхватывая огромные хлопья снега, сметая всё на своем пути. - Почему я не чувствую холода? - Я отключил все твои чувства, - ответил Энма-сама. Ветер выл и стонал, словно голодный волк. - Это ад волдырей, - пояснил бог, - жители этого ада одиноки, а от бесконечного холода их тела покрываются волдырями. Я пригляделся и действительно увидел обнаженных людей, с ног до головы покрытых водянистыми пузырями. Они шатались из стороны в сторону, не замечая друг друга, лишь обреченно вскидывая руки к небу. Тела, обезумевшие от холода. На небо нельзя было взглянуть: оттуда летел острый, как стекло, град. Но люди всё равно настойчиво тянулись вверх, получая осколки в глаза. - Тебе уже не по себе? – поинтересовался повелитель, собственноручно отправивший всех этих несчастных сюда. - Нет. Метель меня не пугает, - задумчиво ответил я, - становится жутко лишь от массового безумия и обреченности. - Это самое безобидное место в аду. Сюда попадают за незначительные проступки. А время пребывания в этом кругу столько, сколько займёт опустошить бочку зёрен кунжута, если раз в сто лет брать по одному зерну, - пояснил он. Я нервно сглотнул. - Что ж, на сегодня с тебя хватит, Ичи, - на этих словах царь подхватил меня под руки и в одну секунду переместил в свой дворец, который мы еще совсем недавно покинули… *** На протяжении всей репетиции басист недобро поглядывал в мою сторону, меня же этот факт только забавлял. Складывалось настойчивое ощущение, будто я обидел маленького ребенка, отобрав у него конфету или игрушку. Кстати, Коичи всегда напоминал мне именно ребенка, причем, женского пола, а не взрослого парня. Все сказанные слова были лишь необходимостью. В следующий раз он тщательно подумает, прежде чем просто подойти ко мне. Так будет лучше. До этого момента мне жилось комфортно, привычно и даже приятно с чувствами к нему. Они стали неотъемлемой частью меня, находились где-то глубоко внутри, похороненные под маской уверенного в себе властного мужчины. Я создал себе отличный образ, за которым было очень легко всё прятать. Откровенно говоря, просто обожал это статичное состояние меланхолии, упивался легкой грустью и тоской по тому, кто никогда не ответит мне взаимностью. Такие настроения давали почву для творчества. Я даже убедил себя в том, что так надо. Наша встреча несколько лет назад не была случайной, Коичи являлся для меня неким испытанием, посланным свыше. Поэтому сейчас я не хотел никаких новых душевных потрясений, желал вернуться к прежнему состоянию, но события вчерашнего дня перевернули меня изнутри, поставив всё с ног на голову. Репетиция закончилась, и я поспешил уйти первым, чтобы избежать любых разговоров с басистом. Благополучно доехал до дома и поднялся на последний этаж. Мой дом не был высотным, но квартиру именно здесь я купил по одной причине. Она продавалась вместе с доступом ко всей крыше. Теплыми вечерами обожал сидеть там и смотреть на город, разглядывать прохожих внизу и небо вверху. Что и сказать, а крышу я обустроил по полному разряду, сделав там шикарный приют под открытым небом. Вот и сейчас, едва зайдя в квартиру, я быстро плеснул себе в стакан из первой попавшейся бутылки и по маленькой лестнице поднялся вверх. Не знаю, сколько я там просидел, но уже стемнело и стало прохладно. Звонок в дверь я услышал только с третьего раза. Нехотя спустился вниз и проследовал по коридору. Я, почему-то, заранее знал, кто стоит по ту сторону двери. Приоткрыв железную преграду, я увидел, как Коичи всё еще трезвонит, не отрывая пальца от кнопки. Через пару секунд он, наконец, понял, что звонить уже не требуется, и одарил меня пьяным взглядом. Я никогда ранее не видел его в подобном состоянии. - Кажется, тебе пора проверить слух, - заикаясь, произнес он, притесняя меня в сторону, чтобы пройти в мою же квартиру. - Ааа, да ты снова сидел на крыше, романтик хренов, - с трудом стянув с себя обувь, басист, шатаясь, прошел в гостиную и приземлился на диван. - Зачем ты так напился? – раздраженно спросил я. Не слишком-то хотелось видеть его сейчас. – И почему пришел ко мне? Парень, с трудом сфокусировав взгляд, ответил: - Я обдумал твое предложение, - даже не знаю, о чем это он. – В общем, давай учи меня, как нужно правильно это делать. Мои глаза начали округляться. Он что, настолько серьезно воспринял мои слова? Стало даже смешно и немного жалко его. А потом я вспомнил, что Коичи действительно обожает всегда и во всем быть первым и лучшим. Упрекнув его в неумении что-либо делать, я сам подписал себе приговор. Теперь же не отстанет, пока не услышит опровержение. Черт, и надо же было так облажаться. - Коичи, тебе лучше поехать домой и лечь спать, - я присел рядом. – Завтра проснешься и пожалеешь о том, что так себя повел. Он отрицательно помотал головой и поджал губы, совсем как ребенок. - Никуда я не пойду, сам предложил – сам и отвечай за свои слова теперь. Мне оставалось лишь тяжело вздохнуть, подхватить его и, перекинув через плечо, доставить в ванную. Там я быстро стянул с него вещи и, стараясь не смотреть, дабы не возбудиться, усадил в ванну. Басист кричал, словно его режут, когда я решил устроить ему контрастный душ, чередуя холодную и горячую воду. Затем оставил только теплую и вышел за полотенцем. - Возвращайся, - пробормотал он вслед уже трезвеющим голосом. Но я проигнорировал эту просьбу и, оставив полотенце и белый халат, снова ушел. Через пару минут парень вернулся в гостиную и извинился за свое сегодняшнее поведение. - Можно я всё-таки останусь у тебя сегодня? – тихо спросил розоволосый. Я кивнул и отправил его в собственную спальню, а сам лег на диван в соседней комнате. *** Едва мы вернулись во владения царя, как загремели рога, призывая к обеду. Хотя, было всё-таки неясно, какое сейчас время суток и нужна ли мне теперь пища вообще. В аду всё точно по-другому. - Мои слуги переоденут тебя, - сказал повелитель, - а затем приведут в нужную палату. Ах, прости, - он щелкнул пальцами, и вмиг ко мне вернулись все чувства: усталость, замученность, голод. Два уже хорошо знакомых прислужника подхватили меня под руки и отвели в какую-то комнату. Там они принялись наряжать меня в классический черный костюм. - Зачем всё это? – спросил я. - Если повелитель требует – просто подчиняйся, - ответил блондин в маске. - Кажется, ты ему нравишься, - усмехнулся второй парень, завязывая галстук. - А как вас зовут? – вдруг поинтересовался я. Они переглянулись, а блондин ответил: - Нам, в отличии от тебя, Энма-сама имен не давал, - брюнет в подтверждение его слов кивнул. - Но вы всё равно особенные. Другие его слуги выглядят одинаково. Они снова переглянулись. - Когда я попал сюда, повелитель сказал, что оставит меня в качестве главного слуги. И при этом добавил, что красота здесь не имеет никакого значения, и почему-то надел на меня маску, - поведал светловолосый прислужник. - А мне лишь сказал, что здесь мне самое место, и оставил, - закончил темноволосый без глаза. На этом приготовления были закончены, и слуги отвели меня в огненные палаты, где уже был накрыт стол. Король восседал на дальнем его конце. - Присаживайся, - приказал Энма-сама, и я тут же послушался. Вокруг стола стояло множество стражников с лошадиными головами. В их руках расположились кувшины с водой, а на шеи были накинуты полотенца. Аромат стоял неописуемый, поэтому я сразу принялся поглощать всё, что стояло в ближайшем радиусе от меня. - Вижу, ты проголодался, - усмехнулся повелитель, - считай этот обед неким приветствием от меня. Я лишь кивнул и продолжил трапезу. Когда с едой было покончено, царь приказал мне следовать за ним, а два прислужника, с которыми я уже успел познакомиться, одновременно изобразили жест, мол «крепись». Я ничего не мог понять, но всё равно зашел следом за царем в его спальные палаты. - Сегодня мы с тобой познакомимся немного ближе, - с порога заявил Энма-сама. - Что? – поразившись, вскинул голову я. - Подумай сам. Что ты еще можешь предложить в качестве благодарности за мое милосердие? Такой вопрос возмутил меня до глубины души, я хотел было высказать ему всё, и пусть даже отправит после этого в ад, но неожиданно глаза повелителя загробного мира загорелись огнем и закружились в вихре, тем самым гипнотизируя меня. - Хорошо, - зачарованным голосом ответил я и на дрожащих ногах подошел вплотную. - Теперь ты принадлежишь только мне, - он обхватил меня за талию и с быстрой скоростью переместил к черной плетеной кровати. - Верно, - произнес я, не отрываясь взглядом от желтых глаз. Проведя рукой, он убрал с моего лица прядь волос и страстно впился в губы. Я не успел ничего сказать, только чувствовал, как во рту двигается горячий язык дьявола, как он, прижавшись ко мне, разрывает одежду по швам. Мысленно он отдавал мне приказы, которые приходилось сразу же выполнять. С легким, едва заметным вздохом я встал перед ним на колени и стянул с него штаны. Энма-сама переступил через них и отшвырнул в сторону. Теперь он предстал передо мной во всей инфернальной красоте. Заметив мой испуганный взгляд, царь даже усмехнулся. - Не волнуйся. Сначала просто ротиком. Его слова совсем не успокоили меня. Но я всё равно положил на член свою руку. О черт, какой твердый и огромный. Сглотнув слюну, всё-таки потянулся губами к его члену. Сперва начал покрывать головку легкими поцелуями. Немного отстранившись, я зачарованно смотрел, как на кончике члена выступают несколько блестящих капель. Слизнув их, почувствовал странный вкус, не похожий ни на что. Набравшись храбрости, поместил в рот всю головку и начал легко ее посасывать. Я чувствовал, как собственное возбуждение нарастает внизу и уже не мог так просто сдерживать его. Руками потянулся к своему органу и начал откровенно трогать его. Повелитель, заметив, что я немного отвлекся, схватил мою голову руками и начал самостоятельно двигаться в моем рту, упираясь членом в щеку. Я почувствовал себя ужасно, катастрофически не хватало воздуха, а ведь его член входил в рот всего лишь наполовину. - Ты так легко не отделаешься, - недобрый огонь горел в его глазах. Снова используя свою способность ускоренно передвигаться, Энма-сама оказался сзади, уткнувшись членом прямо в меня. - Нет, постойте, у вас слишком… - закончить даже не успел. Резким движением король вошел в меня больше чем на половину члена. Я всхлипнул от раздирающей боли, а член его продолжил расширять узкие стенки и проталкиваться все дальше и дальше. Наконец, войдя до конца, он остановил движение. Всего лишь давал время привыкнуть. - Больно, - снова мой всхлип. Через пару секунд повелитель продолжил движения. Он выходил почти полностью, а потом резко вонзал свой орган до самого конца. Мне казалось, будто пронзают меня раскаленным колом. Но постепенно я вошел в какой-то транс, наверняка внушенный мне царем, и начал даже получать удовольствие от этой адской боли. А потом ушла и боль, оставив только наслаждение. Энма-сама не снижал темпа, и уже через несколько секунд тело мое разразилось оргазмом, затрагивающим каждую клеточку моего существа. Я превратился в безвольную куклу в его руках, а он, перевернув меня и поставив раком, снова вошел сзади. На этот раз я не издал ни звука, лишь с силой вцепившись в черную простынь, а царь всё наращивал и наращивал темп. Вдруг, он укусил меня за плечо и вошел настолько глубоко, что мои глаза чуть не полезли на лоб от такого ощущения. Казалось, будто мой зад разлетается в клочья. С силой сжав меня в последний раз, повелитель кончил, обдавая мои внутренние органы кипятком. «Наконец-то…» - подумал я где-то на грани сознания…