Перчинка для демона

Коул откупорил бутылку виски и, не чинясь, залпом ополовинил её прямо из горла. Хоть бы хны! Сознание ясное, как погода в июльский полдень. И эта ясность убивает, режет острее любого ножа. Он дорого бы заплатил за хмельное забвение, которое позволило бы ему хоть на миг выкинуть из головы тот факт, что его Пайпер, его милая перчинка, через пару часов станет миссис Уайатт. Мрачно усмехнулся, вспомнив, что она собиралась оставить свою девичью фамилию. Что это по сути меняет?! Так или иначе, скоро она поклянётся Лео в вечной любви и верности у алтаря. Коул встал, медленно, словно бы боясь обжечься, взял в руки фотографию, на которой озорно смеялась «повелительница времени» и, нежно проведя пальцами по ее глянцевой щеке, выдохнул сквозь стиснутые зубы, словно бы решаясь на что-то: — Это безумие… — он медленно коснулся подушечками пальцев своих губ, на которых, казалось, всё ещё горел вчерашний, полный любви и грусти, поцелуй ведьмы, встреча с которой навсегда изменила его жизнь, и, сверкнув глазами, прошептал: — Но я должен её увидеть! *** Стук в дверь заставил Пайпер, любующуюся гладкой матовой поверхностью фамильных жемчужных сережек в форме капелек, вздрогнуть.  — Лео? Ты? — осторожно спросила она, не поворачивая головы.  — Это я, Крис! Пайпер облегчённо выдохнула и, не отрывая взгляда от туалетного столика, улыбнулась: — Входи, мой хороший.       Крис зашёл в комнату и крепко обнял её со спины, чмокнув в щёку.  — Вы прекрасны, как никогда, тётушка, — шутливо произнес он. Пайпер поморщилась: не любила она, когда этот нахал из будущего, двадцати пяти лет от роду с льдисто-синими, как у Прю, глазами, звал её тётушкой.  — Да ладно тебе, Пайп, — примирительно улыбнулся он. — Я серьезно — отпадно выглядишь!  — Спасибо, — она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла больше похожей на гримасу.  — Не нервничай, всё будет хорошо!— Крис явно по-своему понял эту кислую мину. «Куда уж лучше», — обречённо вздохнула про себя Пайпер. — «Лео же красив, добр, умен, мастеровит, да ещё и ангел в придачу! Вот только… Люблю я голубоглазого раздолбая демонического „пошива“! Но кого это волнует?!»  — Пайпер, ты готова? — в комнату заглянули Прю и Фиби, одетые в одинаковые нежно-розовые платья подружек невесты.  — Почти, — резко выдохнула, словно готовясь нырнуть в омут с головой.  — Всё будет хорошо, милая, — тепло улыбнулась Прю.  — Вот и я ей так же говорю, мам! — вставил свои «пять копеек» Крис. Она забавно сморщила нос и насмешливо посмотрела на сына, в сотый раз подумав о том, как же её мальчик похож на своего отца, — темноволосого красавца Энди.  — Милая, до церемонии осталось полчаса, — Фиби, единственная кто знал её тайну, сочувственно посмотрела в глаза сестры. «Еще не поздно передумать» — прочла Пайпер в этом взгляде, и еле заметно покачала головой, чуть слышно сказав: — Идите к гостям, сейчас спущусь. Сёстры и Крис покорно пошли к выходу, но в паре дюймов от входной двери, не сговариваясь, разом кинулись к невесте и крепко обняли её, взяв в кольцо.  — Поверить не могу, что моя малышка выходит замуж, — умилённо сказала Прю. «А малышка не может поверить, что выходит не за того», — с болью подумала Пайпер и, чтоб не расплакаться, сказала, стараясь казаться весёлой: — Так, всё! Все марш вниз! Оставшись одна, она, сама не зная зачем, заперла комнату на ключ, и ничком рухнула на кровать. «Плевать на макияж! Размажется — и чёрт с ним! Пойду к алтарю „страшно красивая“!» — зло подумала Пайпер и хотела уже заплакать, как вдруг ощутила нежное касание таких родных и теплых пальцев к своей щеке.  — Пусть это не будет лишь моей фантазией! — умоляюще прошептала она и резко села на кровати, сразу попав в кольцо его рук.  — Коул… — порывисто обняла любовника, уткнувшись носом в широкую грудь и жадно, до головокружения, вдыхая такой родной цитрусовый аромат его парфюма с мускатными нотками. — Зачем ты здесь?  — Умоляю, идем со мной… — в этой фразе было столько нежности, столько затаённой надежды, что Пайпер вздрогнула, словно её хлестнули кнутом наотмашь.  — Не могу, — прошептала она, избегая смотреть в печальные озёра небесно-голубых глаз Тёрнера.  — Да почему, чёрт тебя дери?! — взвыл тот и, взяв лицо возлюбленной в свои ладони, силком заставив её посмотреть ему в глаза.  — Коул… — она почувствовала, как сами собой закапали слёзы и сердце болезненно сжалось от бесконечной, безумной боли, таившейся в столь любимых ею очах. – Зачем ты меня мучаешь?!  — Зачем т ы мучаешь н а с о б о и х? — с горечью спросил демон.  — Лео хороший парень, он не заслужил подобного, — судорожный всхлип, исторгшийся из облаченной в тугой корсет груди, перешёл в сдавленные безутешные рыдания, словно бы речь шла не о свадьбе, а о похоронах.  — А я, значит, заслужил… — глухо произнес Коул, мрачно улыбнувшись. — Что ж… Ты меня спасла, ты же и погубила.  — Коул! — Пайпер схватила его за руку.— Не исчезай! Не помня себя, она обняла его за шею и жадно, страстно поцеловала, словно бы желая навсегда запомнить тепло его губ и сладостно–горький вкус этого порывистого поцелуя, в котором боль души смешалась с нежностью, надежда — с прощанием, страсть — с обречённостью.  — Пайпер, пора! — Фиби настойчиво постучала в дверь. Коул посмотрел на любимую долгим печальным взором, словно бы желая запомнить каждую чёрточку её кукольного лица с большими чёрными глазами и, тихо шепнув: «Я люблю тебя», испарился.  — Я тоже тебя люблю... — одними губами сказала Пайпер и, вытерев слёзы, гордо прошествовала к двери:  — Иду!