Рассвет над Байонной-2

«Хотели меня провести! Меня! Я уже давно заприметил этого служку в белом: и на празднике, и во дворце. Как он стоял за твоим плечом, Ингвар, пораженный танцем Яснила! Единственный, кто так пылко пожирал раба своим взглядом из всех твоих байоннцев! А не то, что твоя сушеная рыба, которую ты выдал за младшего соправителя. И почему Эдвин сам не взял этого парня в супруги? Не захотел, чтобы рядом был равный по силе? Тебя подсунул, чтобы ты им управлял?». — Ты привёл достаточно вескую причину продолжить наш разговор, — наконец произнёс Бейсил. — Но Яснил… Он всё-таки мне слишком дорог… как сын. — Сомера и Амори тоже насилует дворцовая стража? — не задумываясь над смыслом произнёс Ингвар и спохватился, ошарашенно обернулся, встречаясь глазами с Альваро. — Разве так можно говорить с Бейсилом? — еле прошептал, пытаясь урезонить младшего мужа, во взгляде которого полыхали молнии. — Можно! — на коэйне ответил этар Арио. — Ингвар! — вмешался в их разговор с высоты своего трона Бейсил. — Возможно твой советник сам выступит с речью. Уверен, у него хватит слов, чтобы не привести наши мирные переговоры к ссоре между соседними государствами. Герцог Байонны опять повернулся к правителю Арнауты, желая спасти положение: — К сожалению, Ваше величество, мой советник не обладает возможностью высказаться напрямую, точно, как и ваши советники. — Ладно, — согласился Бейсил, — предлагаю продолжить переговоры в более свободной форме. Например, — он сделал паузу, — в банях. Прихватите с собой Яснила, я разрешаю. Насколько я понимаю, он скоро станет свободным. Хотелось бы его ещё раз увидеть… перед расставанием. — Я с ним в купальню не пойду! — прошептал Альваро прямо в ухо мужа. — Мне хватило Эдвина. Теперь-то я понимаю, откуда взялась такая традиция. Но ты скажи, что мы согласны. Завтра вечером. Раз уж Бейсил так явно показал нам на дверь. Но… библиотеку может собирать уже сейчас — она моя! «Сдалась она тебе! Вон, как Бейсил за неё зацепился!» — Ингвар не решился высказать свои мысли в слух сейчас, но решил, что непременно обсудит это по возвращению в покои. — И всё же, Ингвар, — ответил правитель Арнауты, — у тебя замечательный советник. Я хотел бы рассмотреть его поближе. Прикажи ему откинуть капюшон. Не откажи мне в настолько малой просьбе! Альваро распрямился, понимая, что маски сброшены. Он уже много раз пожалел, что не подобрал себе этара в качестве двойника посметливее: — Этар Арио, — промолвил он, представляясь и снимая капюшон с головы. Все взгляды присутствующих сейчас обратились прямо на него — удивляясь, оценивая, проникая мыслями под кожу. — Какой талантливый! — медленно произнёс Бейсил, подаваясь вперёд. Его пальцы цепко ухватились за подлокотники кресла. Правитель Арнауты сейчас был похож на хищного зверя, подготовившегося к прыжку. «Молодой, красивый». — И как давно вы узнали о ценности библиотеки Офра? Ночью, когда Гаррет привёл раба по имени Яснил, или вчера, когда продал? — Бейсил нутром чувствовал, что кто-то сплёл заговор, но хотел понять, кто именно. — Желаете знать, насколько Яснил оказался вами обижен? Рассказать о подробностях осмотра лекарем? — Если раб сильно испорчен, то я готов предложить вместо него двух отборнейших юношей! — ухватился за мысль Альваро правитель Арнауты. — Нас больше интересует библиотека. — Но мой вопрос так и остался без ответа! Яснил? Сам себя предложил? — казалось Бейсил уже прекрасно знает ответ на вопрос, и Альваро мог и не хранить красноречивое молчание. «Нужно было не соблазняться прелестями тела, а придушить это отродье, пока он был мой! А то — такой безропотный, податливый. Мне всё было приятно представлять, как он стонал под Оленёнком. Глаза закатывал, губы закусывал, но послушно подставлял свой зад. Зря я не обратил внимания, что он после байоннцев взбрыкнул, словно норовистый конь, сам нарвался на наказание — лечь под стражников. Я-то думал, это раба охолодит, так нет — он уже обо всём договорился с байоннцами. Сыграл на глупости и жадности Гаррета». — Можешь не отвечать. Мне всё ясно. Значит, теперь мне предлагается сделать выбор — библиотека или открытые порты? Этар Арио улыбнулся, слегка сощурив глаза, как бы оценивая равенство предлагаемой сделки: — Возможность провести корабль через пролив лишь малость, согласитесь. А вот отмена пошлин за торговлю нашими товарами будет существеннее. — Мои арнаутские купцы взбунтуются! — с улыбкой ответил Бейсил. — Байонна тоже будет брать с них пошлины. И плавание к вам связано с риском попасть к пиратам. — Согласен. Но с наших купцов в Арнауте берут двойные пошлины за право торговать, деньги за право зайти в порт, за право поставить корабль у пристани, двойную плату за разгрузку, за осмотр судна и выдачу разрешения на пребывание в Арнауте, и еще предписывают обязательное перемещение товара из трюма корабля на платный склад. Если Байонна введет те же пошлины, то торговля остановится. Поэтому пока в море выгодна торговля только выходцам из Арнауты. Ваш купец, прибывая в Байонну оплачивает только приобретённый товар и место в порту. А с нашего дерут втридорога. Риску быть ограбленным пиратами подвержены все, но пока был жив Нера, суда из Арнауты никто не трогал. Бейсил только улыбнулся уголками губ. Арнаута — правит всем миром, а теперь какая-то ее колония пытается гавкнуть «подвинься»? Так ли ценна библиотека Оленёнка, чтобы ради неё жертвовать трудами всей жизни? — Мы понимаем границы, — продолжил Альваро, — где пролегают интересы ваши личные и государственные. Возможно, ваши сыновья не столь ревностно относятся к книгам умершего поэта и учёного. Им было бы важно главенствующее положение Арнауты, а не чужие манускрипты. Поэтому просим отдать библиотеку и считать наш приезд дружеским визитом. — А в свой следующий вы привезёте с собой армию, не так ли? — Бейсил выгнул бровь, стремясь прочесть мысли Альваро. — Раз уж вы приехали, то давайте подпишем мирный договор, и в знак признательности я отдам вам библиотеку Офра. Я со своей стороны могу обещать, что другого Ханну Нера, который решит воспользоваться силой наёмников и деньгами арнаутских купцов у меня не будет. Однако установленные правила торговли в своих землях я менять не намерен. — Вы предлагаете мирный договор, но прекрасно осознаёте, что в Южном море становится тесно. — Альваро не собирался соглашаться на предложенный неравноправный вариант. — Разногласия останутся. Скреплённое печатями на бумаге ненадолго удержит интересы наших государств в узде. Недовольство будет только нарастать. Мы так же, как и вы не хотим ссориться с соседями, но хотим заявить и о наших интересах. Лаокоония и Байонна сейчас вместе приобретают силу. И уступки в малом сейчас не приведут к войне в будущем. У Арнауты с нами есть общие дела, которые мы можем решить совместно, например, очистить море от пиратов. — Разумно! — подхватил Бейсил, сразу представив, куда можно приложить силу армии Байонны. — Но, если Арнаута не будет вовлечена в общее дело, то все пираты соберутся в ее портах, — продолжил мысль Альваро. Бейсил кивнул, соглашаясь. — Захотят ли арнаутцы сосуществовать с теми, кто их грабил? А это отребье тоже может заявить о своих правах. Или по проливу пройти в другое море и там остановить торговлю. Мы не угрожаем, мы упреждаем о последствиях. Это случится, как только Байонна и Лаокоония начнут совместные действия. Бейсил встал со своего трона и в раздумьях прошел к открытому балкону, под которым Арлеута лежала как на ладони. Постоял и резко повернулся к своим гостям, так, что его длинный алый плащ метнулся в воздухе: — И что мешает мне сейчас предпринять действия против такого союза Байонны и Лаокоонии? — насмешливо воскликнул он. В воздухе тёмной тучей повисла угроза. — Оба правителя Байонны у меня во дворце, невооруженные, с горсткой солдат, неугодный раб в покоях за хлипкими дверями, библиотека Офра надёжно заперта в шкафах, а Эдвин никогда не решится действовать против меня в одиночку! Что скажете, граф де Энсина? — Бейсил уже напрямую обратился к Альваро. Ингвар было хотел подскочить с места, но крепко сжатая рука младшего мужа на плече удержала его: — Возможно король Эдвин и не выступил бы против вас… в прошлом. Но вы сейчас напомнили мне Ханну Нера, который так же возрадовался посреди руин дома главы города в Аринале, когда в его руках оказались правители Лаокоонии и Байонны. Он тоже решил, что забрался на вершину и теперь может грозить пальцем даже Бейсилу Арнаутскому, чьи статуи он приказал разбить. Тем, кто пережил плен и был готов умереть, уже не страшны угрозы. Убьёте нас — и будете противостоять Эдвину с объединённым королевством, флотом, двумя сильными армиями и Дорсеей за спиной. Возможно, вам еще удастся с ним сразиться, но вашим сыновьям и внукам — уже нет, — Альваро не сводил напряженного взгляда с лица Бейсила, которое мрачнело с каждым произнесённым словом. Тишина воцарилась в зале приёмов. Взгляды всех были устремлены в сторону правителя Арнауты. Что он скажет? Война или мирные переговоры? Решалось будущее мира, и от слова Бейсила зависело то, что сейчас может произойти в этом замкнутом со всех сторон пространстве, выходившем единственным светлым пятном на золоченные и охваченные солнечным светом шпили башен столицы. Бейсил лишь зловеще усмехнулся. Он ненавидел принимать скоропалительные решения, заранее не обдумав все дальнейшие шаги. А на их подготовку требовалось время. — Ингвар… — медленно протянул тихим голосом правитель Арнауты, отворачивая лицо к окну, — герцог Байонны и старший муж, я полагаю, что продажные женщины Арлеуты уже вас заждались, да и вы не выглядите особо счастливым без женской ласки. Гаррет плохо исполнял свои обязанности, предлагая мужчин, мои дворцовые рабыни также весьма искусны в науке любви. Что касается вас, граф де Энсина и младший муж, пребывание в покоях с таким пылким наложником как Яснил, пойдёт вам только на пользу. Если он не испугался дворцовой стражи, то этого жеребца можно пользовать и день и ночь. Что касается ваших этаров и охраны, то пусть они поживут в городе, я предоставлю им комнаты в гостинице, в моём дворце достаточно слуг. — Вы нас разделяете? — Альваро насупился и скрестил руки на груди. — Нисколько, — Бейсил опять повернулся к байоннцам. — Я лишь хочу еще больше скрасить ваше пребывание здесь. Я же не собираюсь заключать вас в мрачное узилище моего дворца! — Я не оставлю моего младшего мужа! — прорычал Ингвар, вставая с места. — Вы, герцог, не ограничены ни в желаниях, ни в передвижениях, — пожал плечами Бейсил. — Хотите делить любовь на троих — ваше право! Все женщины — ваши! Хоть на четверых, хоть на пятерых… Я предложение правителей Байонны услышал, но для принятия своего решения мне потребуется время. О гостях же в моей стране принято тщательно заботиться. Не воспринимайте мое гостеприимство как угрозу вашей свободе или здоровью! — он повернулся к своим советникам. — Позаботьтесь о точном выполнении моих указаний. Где Микал, управляющий дворцом? Будет отвечать головой. Микал вышел из тени колонны и склонился в низком поклоне перед своим повелителем. Ингвар схватил Альваро за запястье, привлекая к себе: — Обо всём поговорим наедине! — резко бросил на коэйне. — Я тебя не оставлю! — Если что — вспомни про Ариналь! — глаза Альваро пытливо упёрлись в него. Младший муж был переполнен решимостью идти до конца. Байоннцы, сопровождаемые стражей, в молчании покинули зал приёмов, оставив Бейсила, окруженного своими советниками, продумывать дальнейшие шаги. Как и распорядился правитель Арнауты, из дворца были удалены только стражники и этары. Ингвар лично сопроводил своих людей в город, удостоверившись, что их разместили в странноприимном доме рядом с центральной площадью. Обратно, уже в сумерках, он вернулся во дворец, гадая по пути, пропустят ли его через ворота, но Бейсил не изменил своего решения, предоставляя старшему мужу Байонны полную свободу.