Драбблы по Сумеркам

      — Рози, а, Рози?       Так насмешливо звучит его голос. А больше всего раздражает, что на него невозможно по настоящему злиться. И тот факт, что он это не только знает, но и чувствует, только подливает масла в огонь.       Огонь       Так много в этом слове. Пламя, с которого все начинаем, сгорая на костре боли обращения, и погребальный костёр, конец вечной жизни.       Так иногда хочется оторвать блондинистую голову названного брата и чиркнуть над ней спичкой.       Розали лениво поворачивает голову направо, где облокотившись на дверной косяк стоит старший Хейл. Нет, это она Хейл. А он пусть будет Каллен или Уитлок и не позорит фамилию.       — Что ты хочешь, а?       — Неправильно ты вопрос задаёшь, Рози. — растягивает он её имя, словно пьяный немного. Только они вампиры и не пьянеют уже давно. — Чего хочешь ты?       — Уйди — шипит Розали, зарываясь лицом в подушку. Как бы хорошо она не прятала свои эмоции, рано или поздно они вылезут наружу и в это время Джасперу лучше рядом не быть.       Джаспер хмурится и внезапно чувствует волну тех эмоций, вызванных непрошенными воспоминаниями прошлого.       — Ты глухой? Уйди. — голос Хейл сорвался бы, если это вообще было-бы возможным.       Она могла сетовать на личное пространство и на то, что всё в порядке, но Уитлока таким не проведешь уже давно. И он прекрасно знал, что творилось в голове у сестры. Знал что она чувствует, так отчаянно цепляясь за подушку. Вот-вот и лопнет.       — Ты хочешь, что-бы я ушел?       — Нет.       И в это время она рада, что никого больше дома нет. Даже Эммета. Даже Элис или Эдварда, она даже рада, что этих двоих носит около Канадской границы.       Кровать прогибается под весом еще одного вампира, что вдруг заменяет изрядно потрёпанную подушку. Он твёрже, но лучше, ведь никто так не поймёт, даже муж, даже сестра.       И по прошествии нескольких минут Розали наконец успокаивается и на смену приходят воспоминания о их первой встрече.       — Когда ты только пришел, — начинает блондинка, кладя голову брату на плече.       — Ты испугалась. — заканчивает он, ведь порой знает лучше других, что они чувствуют. — Это нормальная реакция.       — Ты напомнил мне Ройса. — вдруг признаётся Роуз и в комнате повисает непривычная и какая-то слишком громкая тишина. — Извини.       Джаспер непонимающе смотрит на сестру. За что ей извиняться? Сегодня она была предельно откровенна с ним, это не могло не радовать.       — Ты не Ройс. — объясняет девушка, прикрывая глаза и медленно качая головой. — Ни ты, ни Эдвард, ни Карлайл, ни Эммет…       — Розали, — зовёт Джас, слишком серьёзно. — никогда больше не думай о том, что кто-то поступит с тобой так-же, как этот подонок.       Где-то за домом шумит лес и семейство скоро начнёт наполнять жизнью тихий коттедж. Хейл еще раз обнимает сестру и уходит, бросая напоследок короткое «я люблю тебя».       — Я тоже, Джаспер. Я тоже…       Хейл. Джаспер Хейл. Её брат и её опора.