Муж на вечность.

      Ворота Конохи открылись.             Еще только начало апреля, а, хоть утренний воздух очень холоден, ветра уже стали совсем теплыми. Я ненадолго подняла голову, чтобы посмотреть на звезды, которых уже почти не было видно. Резко меня посетило ощущение собственной ничтожности. — И что теперь? — обреченно прошептала я, пытаясь посильней укутать свою дочь, не желающую лежать спокойно. — Тебе всего четыре дня, а ты уже такая беспокойная. Вроде и спишь мало, а сил хоть отбавляй. — Сакура-чан? — не поверил своим глазам Рок Ли. — Привет, — я слегка улыбнулась и как можно тише спросила: — Что ты делаешь на улице в такую рань? — Тренируюсь, — так же тихо ответил он, заметив спящего ребенка. — Это... — Да, наша с Саске дочь — Сарада.       Понимая, что достаточно сильно устала, я наконец направилась к своему дому. Вот мама с папой будут рады так неожиданно стать дедушкой и бабушкой. Сколько меня дома не было? Одиннадцать месяцев... И тут я, никого заранее не оповестив, заявляюсь ни свет ни заря с ребенком на руках и без ее отца. — А почему Саске не вернулся? — не унимался Ли, идя вровень со мной. — Задание еще не выполнено... — я ненадолго замолчала. — Еще не выполнено даже наполовину. — Ты одна добралась до Конохи? Это же опасно, тем более с ребенком на руках. — Карин проводила меня до ворот деревни. — Хорошо, — немного успокоился мой друг. — А где она сейчас? — Ушла помогать Саске.       Остановившись напротив своего дома, я немного помедлила. Он почему-то показался мне чужим, словно я никогда не жила здесь. Завтра родители завалят меня кучей вопросов. И что я скажу? Что рожала в одном из тайных убежищ Орочимару под пристальным наблюдением одной лишь Карин? Что весь период беременности переносила немыслимые нагрузки и была все время в опасности? — Сакура-чан? — вывел меня из размышлений Ли. — Не переживай о том, что будет завтра. Доверься родителям: они с радостью примут твоего ребенка. А вот если пойдут какие-либо плохие слухи, то я быстро с ними разберусь.       Я и не ожидала ничего другого от Ли. — Ты прав, — я достала ключ и открыла дверь. — До встречи. — До встречи, Сакура-чан!       Дома, как и всегда, оказалось очень уютно. Идеально прибранная прихожая так и кричала о том, что ее полируют каждый день, не зная, чем заняться, пока сердце беспокоится за свою дочь.       Послышались быстрые и громкие шаги, по лестнице со второго этажа спустились мама с папой. Их взгляд сразу остановился на шевелящемся свертке в моих руках. Они были настолько удивлены, что их лица застыли, не успев выразить никакой эмоции, а губы судорожно подрагивали в попытке что-то сказать. — Мам, пап. Я вернулась.       Сарада открыла глаза и, потянувшись, громко заплакала, единовременно приведя всех в чувство.

***

— Вам назначен строгий постельный режим, поэтому Вам нельзя не только вставать, но и садиться. Обо всех Ваших потребностях позаботится медсестра, — я попыталась вразумить особо активного пациента, попавшего в западню деревни голоса и получившего слишком серьезные ранения. — И еще, пожалуйста, не отказывайтесь от прописанных Вам таблеток: без них наше лечение будет как минимум малоэффективно. — Вы хотите отравить меня! — закричал мой пациент. — Держите меня в плену сколько хотите, я все равно ничего не расскажу! — Понятно.       Я отошла от пациента. Опять наступил его приступ, и помочь ему сейчас я ничем не могу. Никто не сможет вразумить его в том, что он сейчас находится в госпитале, а не во вражеском плену. Ровно через 25 минут его приступ пройдет сам собой и можно будет продолжить лечение. — Кацура, присмотри за ним. — Да.       Кацура — очень хорошая медсестра. Ну, по крайней мере, очень терпеливая. — Ох уж эта деревня Голоса! — по привычке вслух выругалась я. — И откуда она только взялась? У нас и без нее было много работы!       Эта деревня появилась полгода назад на нейтральной территории. Раньше там была земля воды, но из-за многочисленных извержений мини-вулканов эта земля стала непригодна для жизни. Сколько лет она пустовала? Точнее, сколько десятков лет? И вот, откуда ни возьмись, появилась деревня Голоса, их Кусэкагэ (так они называют главу деревни) может своим голосом останавливать извержение вулканов. Честно говоря, я даже не представляю, как он это делает! Да и не важно! Мы бы заключили мир с этой деревней, но им нужен какой-то камень, который находится в Конохе. Точнее, это они думают, что этот камень находится там. Я не знаю, есть ли у нас этот камень, но это и не мое дело. Мое дело — лечить. — Сакура-сама, — позвала меня новенькая медсестра, — Великая Хокаге просила Вас зайти к ней. — Хорошо.       "Великая Хокаге"? Интересно, что такого сказала или сделала Цунаде, что эта медсестра ее так называет.       Постучав в дверь, я тихонько ее открыла и, уже войдя, спросила: — Я войду, "Великая Хокаге"? — Вы посмотрите на нее, неужели работа такая легкая, что у нее еще есть силы паясничать? — Никак нет, Цунаде-шишшш... Цунаде! — Вот так-то, — утвердительно покачала головой Хокаге. — Ее дочери сегодня год исполняется, а она мне еще шишокать хочет.       Я улыбнулась. Как же я ее все-таки люблю! За этот год Цунаде только и делала, что поддерживала меня. То пару выходных выбьет незаметно для всех, то от ночных дежурств освободит, то просто уделит мне время, чтобы поговорить. Она всегда умела находить такие слова, что мне сразу становилось легче. Я как будто забывала обо всем, что навалилось на меня, даже дышать становилось во много раз легче. Да и за Сарадой она не раз присматривала, стала для нее второй бабушкой, а для меня — верной подругой. — Да-а-а, — протянула я, — Сарада уже стала совсем большой. Ни минуты не сидит на месте, как научилась ходить: все спешит куда-то! — Не передашь от меня Сараде подарок? — Цунаде протянула мне прозрачный пакет, наполненный плюшевыми сюрикенами и кунаями. Уж что-что, а играть со всем, что связано с ниндзя, дочке очень нравилось. Бывают дни, когда Сарада совсем неусидчива, и мне ничего не остается, как дать ей свой протектор. И все, тишина в течение нескольких часов обеспечена. — Зайдите вечерком и подарите сами! — предложила я. — Сарада будет очень рада Вас видеть. — Знаю... — обреченно протянула Хокаге. Видно было, что она действительно хочет сама подарить подарок Сараде. — Но не могу. Вечером буду отрабатывать смену за свою непутевую ученицу, пока она будет праздновать день рождения вместе со своей дочерью. А ночью придется разбирать бумажки, которые мне принесли сегодня. Эх, эта должность Хокаге загонит меня в могилу! — Не преувеличивайте, Вам же по душе эта должность! — напомнила я.       Цунадэ рассмеялась. Это было чистой правдой! После того, как она очнулась от комы и Какаси-сенсей передал ей все полномочия, она с каким-то странным рвением стала выполнять свои обязанности. Может, это война на нее так повлияла? — Не посидишь со мной минут десять?       Цунаде села напротив журнального столика и жестом попросила сесть рядом. На столике уже стояли две кружки для сакэ (стопки в этом кабинете не хранились просто исходя из этических норм, но зато вполне так успешно хранилась пара бутылочек сакэ, одна из которых победно красовалась на столике) и полная чаша закуски. Да, Хокаге подготовилась к моему приходу. — Точнее, полчасика? — переспросила я, присев рядом. — Да, а потом можешь идти домой.       Цунаде быстро разлила сакэ по кружкам и, подняв одну из них, ненадолго замерла. Видно было, что она хочет затронуть больную для меня тему. Только не это, пожалуйста, только не это! — Есть какие-либо вести от Саске? Я имею в виду, вести по поводу его возвращения? — Никаких, — я опустила взгляд и, выпив сакэ, поставила кружку на стол. — Сколько еще это будет продолжаться? — О чем Вы? — Вы ведь с Саске не состоите в браке? Может, стоит обратить внимание на кого-нибудь другого? — О чем вы?! — я сильно разозлилась. — Сарада — наша с Саске дочь! Как вообще я могу растить ее вместе с другим мужчиной? Вы же знаете, как я люблю Саске, так зачем об этом говорите? — Знаю, — почти прошептала Хокаге. — Уже прошло несколько месяцев, как умер твой отец и... Вы с Мебуки не справляетесь. Дом, работа, Сарада — все это слишком сложно. Когда я навещала вас на прошлой неделе, то заметила несколько гнилых досок в прихожей, того и гляди, кто провалится. Кто их вам заменит? — Найму кого-нибудь, благо не бедствуем! — уже выкрикнула я. — Да ты успокойся, не стоит так кричать на бабушку Цунаде. Я же не глупая, хоть и веду себя иногда немного взбалмошно, необдуманно. Сараде нужен отец, скоро она начнет понимать, что значит жить не в полной семье, когда у других детей есть оба родителя. И... Ты сама, Сакура, когда в последний раз вспоминала о Саске?       Это был удар ниже пояса. Хоть я и не хотела себе признаваться, но я уже действительно слишком давно не вспоминала о человеке, которого так люблю. Не могу сказать, что не хватало на это времени, просто... Просто я начинала ненавидеть его за то, что он заставил меня одну справляться со всем, за то, что не торопится возвращаться и опять заставляет ждать его. И так всю жизнь? — Цунаде, — уже спокойно сказала я, опустошив второй стакан, — я не хочу говорить об этом. Давайте сменим тему.       Вернувшись домой, я невольно посмотрела на доски в прихожей. И правда, три доски уже очень сильно прогнили и могут не выдержать даже вес Сарады. Нужно срочно их заменить. Но кого попросить об этом? Наруто? Нет, у него все время уходит на беременную Хинату. Рок Ли? Точно, он должен на днях вернуться с задания! Ну вот, не все так плохо! — Ты рано! — вышла из кухни мама, держа на руках Сараду. — Посиди с ней, а я пока приготовлю ужин! — Да!       Услышав мой голос, дочка широко заулыбалась и активно потянула ко мне ручки. Вот он, мой упитанный комочек счастья! Взяв ее на руки, я направилась за мамой на кухню. Не хотелось идти ни в детскую, ни к себе в комнату. Казалось, войди я в одну из тех комнат, как Сарада, кажущаяся легкой, как пушинка, станет невыносимо тяжелой. В этом нет ее вины: в этом виновно отсутствие дорогого человека. — Ну что, Сарада, спала сегодня днем? — Чуть-чуть!       Так она говорила. Если много, то "много", а если мало, то "чуть-чуть". Кажется, этому научил ее папа... Папа... Столько людей выживают после смертельных ран, а папа умер от инфаркта. Почему меня не было рядом с ним в тот момент? Почему никого не было с ним рядом? — Ты плохо выглядишь, — заметила мама. — Что-то случилось? — Устала на работе.       На улице уже сильно стемнело. Укутавшись потеплей в длинный вязаный свитер, я невольно вздрогнула: северные ветра все не желали уступать теплым южным. — Ну, и что я тут делаю? — задала я вопрос сама себе, стоя напротив круглосуточного бара.       Хотя я прекрасно знала ответ. Вдоволь наигравшись подарком Цунады и даже не притронувшись к подаренным нами с мамой новым вещам, Сарада довольно уснула. И меня вновь захлестнуло чувство одиночества, чувство ненужности. В последнее время эти ощущения частенько посещали меня, вызывая резкие всплески истерики, а затем долгое отчаянье. Может, если я выпью, станет легче?       В баре оказалось очень уютно и тепло. Хотя уют здесь создавался лишь приглушенным светом. Но ведь работает! Может, мне и в своей комнате такое освещение установить? Сидеть за столиком пришлось недолго: худощавая официантка с натянутой улыбкой появилась из неоткуда. Вот она, великая шиноби листа, одна из сильнейших джонинов! Даже приближение официантки не заметила. — Бутылочку сакэ и что-нибудь закусить! — Принято, все принесу как можно быстрей!       Сказав это, девушка исчезла где-то за барной стойкой. Ну и шустрая же она! — Нехорошо это, когда одинокая мать подрастающей дочери напивается в баре по ночам!       Ненужно было оборачиваться, чтобы понять, кого принесла ко мне в этот час нелегкая. Вот скажите мне, что может быть хуже того, что тебя застукал учитель, напивающейся в баре?