другая жизнь этого чертового города

Этот момент длился вечность, а может и дольше. Я почувствовал его худую шею, холодные губы, прерывистое дыхание. Я бы хотел чувствовать это вечно. Спустя пару секунд он отстранился, и я отпустил его. В голове пустота, что я должен говорить и должен ли вообще? — Ох... – тихо сказал он. Я смотрел на него взволнованно и испугано. Я не знаю, что я натворил и какой реакции вообще стоило ожидать? — Не молчи, прошу. Он сидел на кровати, за его спиной луна светила прямо в комнату; его силует обрисовывался этим звездный свещением. Худоба, выделяющиеся кости... Черт, как же мне это нравится. Меня манит каждая часть его тела и лица. — Пожалуйста… – сказал я. Меньше всего я хотел сейчас говорить о том, что произошло. — Майк, я… я не знаю, что сказать. Я... Мне пора. Кажется, я очень сильно его напугал, может он вовсе не это имел ввиду. Он ушел, а я не смог его остановить. Что может быть хуже, чем перейти черту с человеком, что безумно тебе нравится?

***

Утром я фактически воскрес, а не проснулся. Всю ночь я лишь страдал и пил. Немного протрезвев, я все-таки решил выползти на работу – третьего прогула мне не простят, а остаться без работы сейчас точно не лучший вариант. Главное не попасться главврачу в таком состоянии. Глянув в зеркало я заметил там точно не себя, нет. Передо мной стоял человек лет тридцати, больше смахивающего на опухшего алкоголика, в помятой одежде со взъерошенными волосами.

***

Перед тем как войти в больницу, я просидел в машине около получаса. Я надеялся увидеть Честера, убедиться, что он хотя бы пришел. Но все же мне пришлось взять себя в руки и войти внутрь, перед этим вылив на себя весь одеколон, что был в машине. Уверен, что от меня несёт как от алкаша со стажем.

***

Девушка на ресепшене очень внимательно изучала меня взглядом, пока я расписывался в журнале посещений и забирал дела больных. — Что? – как-то грубо спросил я, когда она в очередной раз сфокусировала взгляд на моем лице. — Помято выглядите, – заметила она. — Наверное... — Прямо как мистер Беннингтон, – Талинда поджала губы. Я поднял взгляд. — Он пришел? Здесь уже? — Да, часа два назад. Но я его больше и не видела, спит в ординаторской, наверное. Оно и неудивительно, видимо ночь у него выдалась тяжелой. Мне уже жаль его печень. Забрав документы, я отправился к себе. Практически весь день я не выходил из кабинета, у меня ведь есть телефон. И если не случается внезапных случаев, где требуется моя помощь и решение, я могу и вовсе не выходить оттуда. Лучшее средство связи. В дверь постучали, я открыл. Передо мной стояла Кэйт. — Да, Кэйт? — Мистер Шинода, во-первых, вам нужно собраться и вести себя подобающе... Главврача не устраивает ваша работа в последнее время, вы рискуете потерять свою должность. Еще и Беннингтон... Во-вторых, в реанимации тяжелый случай, нужна ваша консультация. Мистер Сандерс хочет видеть вас немедленно. — О-ох... – протянул я, – он уже вернулся? — Смену назад. — Ладно, идем.

***

В операционной стоял Честер. Он отвернулся, как только я вошел, и в какой-то момент постарался улизнуть из помещения. Мистер Сандерс схватил его за плечо и повернул лицом к себе. — Глистик остается. Я вопросительно взглянул на главврача. — Новое прозвище Беннингтона, – ухмыльнулась Кэйт. Я уже и забыл, что он дает прозвища всем новеньким. — Меня позвали обсуждать что-то важное? — У парня разрыв половины внутренних органов. Скорее всего мы ничего сможем сделать, я в этом уверен, – сказал мистер Сандерс, – но мистер Беннингтон… — Хочет спасать, – продолжил я, это было очевидно. — Кровоизлияния в мозг не было, легкие целы, у нас еще есть шанс... – защебетал Честер. Он был прав. — Процентов пять? Мы не можем делать операции каждому на грани. — Майк... – Честер тут же замер и потупил взгляд, – Мистер Шинода, прошу, позв- — Можешь провести операцию, – перебил я его, – Кэйт, остаешься как медсестра. Мистер Сандерс, думаю, вы можете доверить это Честеру. Я вышел из операционной, как только договорил. Как же сильно я надеялся, что все будет в порядке. Сможет ли он пережить еще одну смерть, не успев оправиться от другой? Не знаю. И не хочу знать. Через пару часов ко мне вошла Кэйт. Она выглядела очень уставшей и сразу рухнула на стул напротив меня. — Он справился, – сказала она. — Спасибо, что была рядом. Если хочешь, можешь взять отгул на завтра. — Спасибо, не стоит, у меня еще много дел сегодня. — Думаешь, тебе стоит идти куда-то? Ты взгляни на себя. — У меня ребенок, ему нужна забота и внимание. После этих слов я вспомнил Честера и замер. Мой взгляд сфокусировался на одном месте, и я начал прокручивать в голове все моменты, когда я заботился о нем у себя дома. — Вы в порядке? – спросила она, пытаясь заглянуть в глаза. — Да, да, – второпях начал отвечать я, – тогда иди, отлично поработала, я запишу тебе это в премиальные. — Спасибо, мистер Шинода. Мои губы тронула улыбка. И эти слова про то, что он справился, и тот момент, когда я вспомнил его дурачества, значили для меня слишком много. Целую вселенную, пожалуй.

***

Надев куртку, я сел в машину. Пора домой. Я не могу больше бегать за Честером. Он молодец. Пока я могу быть спокоен за него. Пока я думал об этом и сидел в машине, я увидел Честера. Он стоял у больницы и курил сигарету, состояние его явно было не из радостных. Но какое мне дело, раз он отстранился? Я не могу вечно лезть к нему в жизнь. Не могу приставать и быть рядом, когда он не хочет этого. Не знаю, сколько времени я сидел в машине; завибрировал телефон. Пришло сообщение от Анны. Каким-то странным образом она всегда писала именно тогда, когда я нуждался в поддержке. «Привет, как ты?» «Привет, Энн. Пил много вчера, не знаю, что со мной происходит» «Если нужно поговорить, всегда можешь писать мне» «Еду домой, напишу позже» Я отключил телефон и тронулся домой, понятия не имея, что я буду там делать. Единственное что я знал – пить мне больше не стоит, по крайней мере, я пытался убедить себя в этом.

***

Дома темно, тихо, я не включил свет. Просто налил себе бокал вина и лег на диван. Смотрел, как свет от проезжающих мимо машин и автобусов отражается на потолке. Красиво. Я тихо поставил музыку фоном и нырнул в себя. Я не знаю сколько времени так прошло. Прошло несколько минут или часов . Телефон отключен. Я пытаюсь сосредоточиться на своих мыслях и наконец разобраться в себе, но это не так просто, как кажется. Самокопания – одна из самых сложных вещей, с которыми я сталкивался. Раздался стук в дверь. Мне показалось, что стучали соседям, затем постучали еще раз. Я подошёл ближе к двери и глянул в глазок. В коридоре было темно, но я заметил худощавый силуэт. «Это всего лишь мои галлюцинации», – сказал я себе и был уверен в этом на все сто процентов. Ключ провернулся в гнезде. Дверь открыта, передо мной стоит Честер. От него так сильно веет табаком, что я невольно морщусь. — Прости меня тысячу раз, – сказал он и поцеловал меня. В следующую секунду я уже не здесь, не в этой темной, пустой и тихой комнате. Нет, я где-то очень далеко. Я не знаю, на что это похоже. Мозг парализует. Стаи из сотен, тысяч светлячков кружатся внутри сознания, я горю. Я тону и делаю последний глоток воздуха перед тем, как задохнуться. Я вижу последний сон перед тем, как умереть. Вот на что это похоже.