Из одного ручья

Макалаурэ обернулся и нетерпеливо посмотрел на брата. Тот шел медленно, что было ему совсем не свойственно... Маглор поднял повыше фиал со Светом отца и отметил, как неосознанно переместился взгляд Майтимо, словно прикованный. - Майтимо, - негромко окликнул брата Песнопевец, - я знаю, ты совершенно не хочешь туда идти, но я... - Макалаурэ, - Маэдрос вздохнул. - Я действительно не хочу туда идти. Но еще меньше я хочу отпустить тебя туда одного. Ведь ты же упрямый... не хуже, чем я. Все равно пойдешь. И я готов идти с тобой, хотя и опасаюсь за тебя. Ты можешь мне объяснить, зачем ты туда идешь? Ты так и не рассказал мне толком, что произошло с тобой, когда ты оказался в том будущем, что нарисовало тебе твое пророчество; но я хочу знать, почему тебя так тянет туда? Почему? Ведь ты уже узнал все то, что хотел. Или нет? Или ты считаешь, что после того, что произошло в Менегроте за последние дни, и будущее должно измениться? А даже если и так... Ты оговорился, что в той Арде нет квэнди. Так зачем тебе знать это будущее? Макалаурэ приостановился: - Я... не могу сказать. Не потому, что не хочу. Просто — не могу. Майтимо наконец прибавил скорости и нагнал его в несколько шагов, после чего мягко коснулся плеча, разворачивая, и заглянул в глаза: - Ты встретил там кого-то из Второго народа, кого тебе больно отпускать? Но ведь ты сам говорил, что для тебя прошло всего три дня! Не вороши прошлое. Будет только больнее. - Я встретил там хороших людей, - твердо проговорил Маглор. - И пусть мне жаль отпускать их, я понимаю, что это правильно — разные мы, Майтимо. Но я хотел бы увидеть... - он судорожно втянул воздух и выпалил, отчаянно и отважно. - Я хочу знать, что это будущее не изменилось! Мелиан говорила о Роке, что все должно было пойти не так... И я ей верю. Потому что еще три месяца назад, когда пришло письмо от Эльвэ, ни ты, ни я, ни наши братья поверить не смогли бы, что мы заключим с Дориатом военный союз против Моринготто. Если бы ты сказал мне что-то подобное, я бы рассмеялся! Но сегодня утром вы с Эльвэ на моих глазах обнажили мечи вместе, заключая этот союз. Я боюсь... - голос Песнопевца стал тише, - что уже одно это изменило будущее. И что те атани... даже не ушли в Чертоги Эру. Я боюсь, что их теперь просто не было. Ты понимаешь меня? - Понимаю, - устало кивнул Маэдрос. - Только прошу, не касайся воды. И... Могу я попросить тебя? - Конечно, - Маглор невольно улыбнулся. - Ты же старший. Ты можешь даже приказать. - Не прикажу, - Майтимо тоже улыбнулся, ласково и понимающе, как умел только он. - Попрошу. Если с твоими друзьями из далекого будущего все будет хорошо, расскажи мне о них. - Что смогу, - заверил Макалаурэ. - Идем, Майтимо. Я не хочу, чтобы во дворце нас хватились. Маэдрос согласно кивнул и наконец зашагал так, как ходил обычно — быстро и широко. Маглор пытался увязать в голове все, что он узнал, увидел, понял за последние дни, но ему никак не удавалось сосредоточиться — детали мешали. То вдруг вспоминалось ощущение холодной воды в Финском заливе, то смеющиеся глаза Анархии, то взволнованный голос Эстемирэ, то резковатый отзвук гитары... - Вот он, - хрипловато проговорил Маглор, вновь поднимая фиал со Светом. - Это и есть Источник. - Надо бы его разрушить, - буркнул Майтимо. - Жаль, я раньше не догадался включить это в список требований к Дориату. - Королева Мелиан обещала, что не позволит туда смотреть никому, - откликнулся Макалаурэ. - Она-то обещала, - с сомнением отозвался Маэдрос. - Но вот ты уже сюда пришел. А сколько будет других? Кто еще прослышит про это? Маглор нетерпеливо уставился на таинственно отражающую Свет поверхность темных вод и поспешно произнес: - Мы можем обсудить это позже. - Не терпится, - заключил Майтимо. - Смотри, но побыстрее. И помни — нельзя касаться воды. Макалаурэ не ответил. Он вслепую протянул брату светильник и уставился в темные воды, опираясь ладонью о бортик. Сбегающий тонкий ручеек, как и прежде, нежно позвякивал; по воде пробегала рябь, а где-то в глубине, казалось, мерцали мутноватые огни — совсем как фонари большого города на другом берегу залива... Маглор склонился ниже, не замечая уже, как напрягся старший брат. Песнопевец до боли в глазах вглядывался в крохотные искорки, но не мог разглядеть ничего. В душе колыхнулся страх: а что, если будущее и впрямь исчезло? И никогда не будет на просторах Арды ни Васи, ни Нео, ни Химеры... Но вот одна из звездочек сверкнула чуть ярче, разгорелась, и Маглор с огромным облегчением заметил, как проясняются воды, являя уже знакомую картину: домика с видом на залив. Домик был пуст — в окнах не горело яркого света. Но он был, и Макалаурэ уже только от этого прикусил губу, сразу ощутив солоноватый привкус. Стоит, никуда не делся... Песнопевец уже хотел было поднять голову, как вдруг увидел, что дверь дрогнула, а потом и раскрылась, а на крыльце появилась знакомая фигура. Звуков источник не передавал, но Маглор видел, как Вася тяжело опустился на верхнюю ступеньку, на которой они еще совсем недавно играли, и медленно прикурил. Плечи адана ссутулились, словно он переживал потерю. Макалаурэ невольно попытался представить, о чем тот думает. Увидел ли следы на мокрой грязи, что уводили лишь в одну сторону — к воде? Или подумал, что друг ушел так же, как и появился? И Маглор понял — Вася действительно переживал потерю. Потерю друга. Нолдо опустил голову, почти склоняясь к воде. Как-то нечестно выходит: пришел, заставил поверить себе — и ушел. И сам теперь почти что спокоен, увидев ту, будущую Арду, а друга заставил мучиться даже не болью — неизвестностью. Давно ли сам от этой неизвестности страдал? Когда не понимал, куда его занес этот морготов Рок?.. Маглор слышал предупреждающий оклик Майтимо, но даже не дрогнул, касаясь пальцами холодной воды. И не оттого, что вновь желал вернуться в мир, где нет квэнди. Просто понял вдруг, что Источник сам по себе — не сила. Он — только врата. Вася, сидящий на крыльце, неожиданно поднял взгляд в небо. На отрешенном его лице появилось вдруг озарение, и он полез в карман, откуда вытащил тот самый аппарат, что показывал новому другу. Макалаурэ видел, как в тусклом белом свете черты юноши озаряются упрямством и надеждой... И вдруг понял, как управлять Источником. Ведь Вася показывал! Макалаурэ провел рукой по воде, разворачивая картинку, а потом развел пальцы, приближая. И это сработало! Эру Единый, как же близок этот мир — почти такой же... Чуть помучившись, Макалаурэ почти добился того, чтобы глядеть взглядом Васи. При приближении точность терялась, но он упрямо вглядывался и наконец разглядел, что адан царапает ногтем имя — Макалаурэ, на том языке, который Маглор не забыл даже вернувшись. Белый свет мигнул, и по аппарату побежали строчки. А потом свет мигнул еще раз, показывая новую картинку. Песнопевец с трудом разбирал, что там видно, но знакомые тенгвар узнал сразу. И едва не нырнул в Источник вторично. В будущем Арды есть память о квэнди. В балладах ли, в легендах ли... Но она есть. Рука дрогнула, картинка сбилась, и Маглор торопливо попытался навести ее обратно, но увидел потрясенное и одновременно печальное лицо Васи. Видно, прочел. Понял. Узнал. Пути Смертных и Перворожденных различны, но теперь все было честно. Маглор резко разогнулся и повернулся к брату, который стоял, встревоженно глядя на воду. - Майтимо, - тихо произнес Макалаурэ. - Я не хочу уничтожать Источник. - Так нельзя, - твердо откликнулся Маэдрос. - Я не знаю, что ты видел там, но ты должен понимать, насколько он опасен. - Пусть так, - кивнул Маглор. - Я считаю, что проход сюда надо замкнуть. Но не рушить! Менестрель гордо вскинул голову, заранее готовясь вступить в долгий и тяжелый спор, но не довелось. По тропинке послышались шаги, легкие, быстрые... Эльдар развернулись на звук, и в освещенный круг шагнула Артанис. Она была в своих привычных длинных одеждах, и так же боса, как и в первый раз. - Так и знала, что найду вас здесь, - торопливо проговорила она. - Нельо, Кано!.. Прошу вас!.. Не надо! Маглор взглянул на старшего брата, и тот отступил, уступая право говорить. - Что — не надо? - немного резко уточнил Макалаурэ. - Не надо туда смотреть? Поздно. - Не губите мое творение, - дева перевела умоляющий взгляд с одного на другого. - Я больше никогда не стану туда смотреть — я дала слово Келеборну... Но я прошу вас, оставьте мне его. Вы ведь пришли за этим? - Зачем тебе сохранять Источник, в который ты никогда не станешь смотреть? - не ответил Майтимо. - Нельо, - Артанис развернулась. - У каждого из нас — свой час творения. Лорд Феанаро почти не носил Сильмариллы, но их осквернил Моринготто. А я почти не пользовалась Источником... Прошу вас, оставьте мне его... Один звук его вод успокаивает меня и чарует. Братья переглянулись, и Макалаурэ произнес жестко, так, как умели только предводители нолдор: - При одном условии, Артанис. Ты расскажешь мне, четко и ясно, что ты увидела там. Больше не увидишь, если ты верна своему слову. Но я должен понять, за что мне довелось пережить все это. Дева склонила голову, отчего чудесные волосы ее безжизненно повисли, а потом заговорила: - Я расскажу. Я видела мир... Страшный мир. Там не было Моринготто, но он победил. Там правили атани. И правили... - голос ее исказился, словно горло сдавило, - кошмарно. Во имя Моринготто возвели храмы. Люди поклонялись тому, чьей жестокости не видели; чьей жестокости не видели и их деды. Приносили ему своих сородичей в жертву. Люди поклонялись и Саурону... В его честь они не убивали, а... Я не хочу даже говорить. Валар навсегда отвратили свой взор от этого мира, и я могу понять их. Я и сама не хотела смотреть, но смотрела, и смотрела, и смотрела... Майтимо с сомнением глянул на деву: - А что же, сами они не хотели власти? - У них была своя власть, - послушно ответила Галадриэль, и Маглор увидел, как по щекам этой сильной эльдиэ текут слезы. - Но их правитель был лишь наместником Темных сил. Я видела и знак власти — Кольцо. Простое золотое кольцо... Вместилище мерзости и порока. И люди клялись возвратить владычество Моринготто и его слуги! - Значит, их король... - Королева, - перебила Артанис. - Я видела ее! Женщина без страха и совести; без слабостей и без чести. Она сама... Нет, Нельо, я не могу... Макалаурэ встряхнул головой, прогоняя наваждение, и жестко произнес: - Всё это не так. Это то будущее, к которому могла бы привести Арду ты, если бы попала туда. Но орудием Рока стал я. Я видел другое будущее. И, поверь, оно много лучше. Не без изъянов... Но оно достойно того, чтобы жить. - Вот как?! - сестра посмотрела на него с отчаянной надеждой. - А какое же оно? - С расцветом наук, - гораздо мягче ответил Песнопевец. - С музыкой, неплохим пивом и звездами над Морем. Да, еще с жадностью, корыстью и грязными сплетнями, но все-таки Арда Искаженная, а не Пресветлая. - А квэнди? - тревожно спросила дева. - Квэнди там нет, - подтвердил Маглор. - Но память о нас сохранится. Кажется, нам посвятят баллады. - Тогда... - Галадриэль помолчала. - Тогда я счастлива, что ты приехал на мой зов. И мне страшно, что я могла привести Арду... к этому. Майтимо проговорил мягко, как и всегда, когда младшие его каялись в содеянном: - Артанис, ты не можешь знать, что именно повлекло бы за собой такой мир. Ты могла бы быть абсолютно честна и чиста, но судьба могла распорядиться иначе. Мы, сыновья Феанаро, когда-то тоже горели праведным гневом — отомстить за смерть Финвэ и вернуть наши Камни. А уж к чему это привело... - Я рада, что вы сейчас здесь, - грустно вздохнула дева. - Не думала, что буду скучать по вам, но оказывается, скучала. Я ведь помню вас еще по Аману. - Наверное, нам всем следовало это вспомнить, - кивнул Маглор. - Иди, Артанис, мы не тронем твой Источник. Но мне еще надо будет поговорить с Мелиан. - Завтра, - решила Галадриэль. - Дайте ей время побыть с дочерью. - Мы никуда не торопимся, - заверил ее Майтимо. - Моринготто подождет. А нам бы следовало дождаться короля Нолофинвэ, чтобы начать разрабатывать общие планы. - И это всё? - Эстемирэ несколько огорченно отложил объемистый мешок. - Всё, - насмешливо откликнулся Макалаурэ. - Я сюда ехал не на многодневное празднество. А что тебе не так, Эстиэ? Я тебе все свои одежды предложил, выбирай! Там даже моя парадная туника есть. - Есть, - вздохнул друг. - Но она черная! А синдар считают черный цветом уныния. - Глупости, - несколько уязвленно произнес Маглор. - Элегантно, строго. Вышивки такой синдар вообще не снилось... - Хорошо, - выдохнул Эстемирэ. - А что я к ней тогда надену? У меня все портки — светлые! А у тебя... Одни синдар выкинули, вторые на тебе. - Предлагаешь снять? - хмыкнул Маглор. - Я штанов много с собой не брал. Ехали же по осени, куда мне... - Вот! - горестно воскликнул советник. - А со светлыми штанами... В дверь постучали, и спор сразу угас. Макалаурэ жестом показал другу скрыться за ширмой и позвал: - Открыто. - Прошу прощения? - в комнату заглянул Маблунг. - Вы так кричали... - Заходи, - махнул ему рукой Маглор. - Эстемирэ идет знакомиться с родителями Нифредиль, они вчера в Менегрот по ее письму приехали. И нам нужны красивые одеяния... А где их сейчас достанешь, когда мы с ним ненадолго ехали, а все остальные нолдор, что сейчас в Менегроте, вообще на войну собирались. - Так, может, я помогу? - начальник стражи скептически оглядел ворох тряпья на кровати. - Чего вам не хватает? Эстемирэ тотчас же высунулся из-за ширмы: - У тебя штаны черные есть? - Есть, - невозмутимо кивнул Маблунг. - У меня их вообще много — маскировочных для стражников. Любой размер, любая длина. На тебя принести? - Принеси, - энергично закивал советник Маглора. - Если есть — лучше новые. - Найдутся и новые, - пожал плечами глава охраны. - А чего тебе еще надо? - А рубахи черной нет? - Вот чего нет — того нет, - Маблунг покачал головой. - По форме серая положена. Она хорошо сочетается... - Я видел, - откликнулся Эстемирэ. - ...но лично у меня есть темно-синяя, - закончил начальник стражи. - Могу одолжить. - Давай, - задумался нолдо. - Темно-синяя сюда не подойдет, - отозвался Макалаурэ. - Туника черная, но вышивка — алая с золотом. - Могу попробовать отыскать Белега, - уронил Маблунг. - У него черные рубахи точно есть. - Давай, - обрадовался Эстемирэ, но Макалаурэ его осадил: - Не надо. Белег тебя в полтора раза шире, я его видел уже. Эстиэ, ты просто вывалишься. - Так, может, под туникой не видно будет? - А рукава в пол — это мода такая? - Маглор фыркнул и повернулся. - Маблунг, принеси уж свою синюю, посмотрим. Начальник стражи коротко кивнул, будто принимал приказ, но потом немного потоптался у порога и сообщил: - Вообще-то у нас немного попроще обычно... Необязательно так наряжаться. - Эстемирэ уже начал, - ровно произнес Макалаурэ. - Теперь остановиться не сможет. Маблунг кивнул, явно привыкший воспринимать любые странности как должно, после чего исчез за дверью. Маглор с легкой тоской произнес: - А ты не перестраховываешься? Эстемирэ снова высунулся из-за ширмы: - Кано, Нифредиль написала родителям, что я собираюсь на ней жениться и что она дала мне свое согласие! По словам того гонца, который отвозил в том числе ее письмо, они были в ужасе и сразу же стали собираться в дорогу. Право слово, им хватит и того, что я нолдо из подданных Дома Феанаро. А если я к ним еще и приду, как ты к королю, босиком и в одном плаще, они мне дочь просто не отдадут. Я бы и сам не отдал оборванцу какому-то из братоубийц... - Если уж братоубийца, то красивый и принаряженный? - поддел его Макалаурэ, но быстро сменил тон на серьезный. - Они наверняка не на это смотреть будут. Я бы больше смотрел на того, кому отдаю дочь, а не на то, как он выглядит. Не в обносках пришел — и ладно. Эстемирэ раздраженно высунулся наружу целиком — абсолютно обнаженный, зато в сапогах: - Макалаурэ! Я понимаю, что ты мой лорд... Но сейчас прошу как друга — перестань! Мне важен этот день. Ты можешь меня переплести? Чтобы красиво? - Могу, - со вздохом согласился Песнопевец и шагнул ближе. - Повернись. И не дергайся. Я даже Финдарато переплетал, а это говорит о высоком уровне навыка... Эстемирэ несколько успокоился и повернулся спиной, торопливо выпаливая: - Кано, я... Маглор не особенно вникал в его речь, зато раздраженно отметил, что чисто вымытые волосы друга высохли как попало — даже расчесать не удосужился! Для начала теперь надо распутывать... - Я хотел тебя спросить, - продолжил Эстемирэ. - Что дальше-то? - А что дальше? - рассеянно бросил Маглор, потому что гребня по карманам вроде бы не нашлось. - Ну, подписали вы бумаги... Ну, союз. На Моринготто пойдем? - Пойдем, - так же рассеянно подтвердил Маглор. - Только не сейчас. Дождемся Нолофинвэ. Вроде бы он в дружбе с Кирданом, да и Турукано, поди, не откажется пойти с отцом... Финдарато вроде бы в Хитлум обещался... Но с ним отдельно надо беседы вести. А уж Дортонион точно никуда не денется — они на первом заслоне. Но это Майтимо решит. И Нолофинвэ, конечно. - Скорее, Финдекано, - буркнул Эстемирэ. - Нолофинвэ хорош в мир, а на войне я больше его старшему сыну доверяю. - Майтимо тоже, - Маглор невидящим взором поискал по тумбочке и полез в ящики. - Но решать все равно Нолофинвэ будет. Куда я гребень дел... - Давай я поищу, - Эстемирэ еще более нервно захлопал ящиками тумбочки. - Хотя... Здесь точно нет. - А, - Макалаурэ даже оживился. - Я же вчера в кровати уже расчесывался! А потом, видно, заснул, потому что не помню, чтобы убирал. Советник с тоской глянул на заваленную постель, но послушно начал перерывать бесконечные тряпки. Маглор уже хотел было подойти с другой стороны кровати, чтобы искать вдвоем, но тут Эстемирэ звонко выругался, а потом и достал гребень откуда-то между подушек: - Порезался. Чем — не пойму. - Это подарок Тьелпэ, - пояснил Макалаурэ. - Вроде как и гребень, и худо-бедно за оружие сойдет. Неудобно, конечно, но подарок... - Ну-ну, - буркнул Эстемирэ, неловко согнувшись и слизывая с пальцев кровь. - Мастером вырос... - Эстиэ, я тебя не узнаю, - Маглор отобрал гребень и отер его от крови прямо об штаны. - Ты ворчишь как Арафинвэ, которому в саду цветы потоптали. - Нервное, видно, - друг попытался разогнуться, но тут с пальцев вновь сорвалась алая капля, и он снова начал зализывать довольно глубокий порез. Макалаурэ тем временем уже успел прийти в себя и скомандовал: - Не орать! У тебя на голове — сплошной колтун. Сразу расчесываться надо было. - Мне сразу было не до того, - откликнулся советник, а почувствовав, что его дернули за волосы, и зашипел. - Кано! - А я говорил, - невозмутимо откликнулся Маглор. - Терпи теперь. - Ладно... - Эстемирэ почти разогнулся. - А Нолофинвэ... А! - Да что ж ты так орешь... Внезапно дверь распахнулась, и Маглор раздраженно перевел взгляд туда, хотя и ожидал возвращения Маблунга. Однако в дверь ввинтился вовсе не Маблунг. Халдир, на лице которого застыла широкая улыбка, вдруг попятился и выпалил: - Простите, я невовремя... - Привет, Халдир, - радостно воскликнул Эстемирэ, окончательно выпрямляясь, и только теперь сообразил, что одет лишь в сапоги. Он хлопнул глазами и поспешно потянул к себе покрывало. - Я... - голос синда сел, - зайду попозже... - Чего тебе не так-то? - Макалаурэ наконец вынырнул из размышлений. И тотчас едва не застонал. Халдир заглянул, а лорд Феанарион стоит над почти обнаженным советником... - Зайди и дверь закрой, - скомандовал Макалаурэ. Одновременно он попытался высвободить гребень, отчего Эстемирэ зашипел, сжав зубы. Сейчас тому казалось, что и в тех случаях, когда он бывал ранен, так больно не было, как когда за волосы дергали... Халдир послушался, а потом недоверчиво посмотрел на обоих: - Если я ошибся в своих первых выводах... То что вы делаете?! - Расчесать вот этого пытаюсь, - буркнул Маглор. - Додумался высохнуть нерасчесанным... - Так неправильно же! - Халдир явно намылился гребень отобрать, но Эстемирэ воспротивился, заворачиваясь в ткань: - Дай мне хоть одеться! Синда помотал головой, после чего воскликнул: - Так ведь я для этого и пришел! Маблунг сказал, что вам тут рубашка черная нужна. Я и принес. Поглядите, подойдет? Он сунул руку за пазуху и извлек оттуда сверток. Маглор тотчас развернул свернутую ткань и переглянулся с другом. - Идеально, - разулыбался Эстемирэ. - Теперь еще Маблунга со штанами дождаться — и все вообще замечательно будет... - Будет, - улыбнулся ему Халдир. - А я ведь вас хотел... Я чего вас искал! Принцесса Лютиэн меня лично поблагодарила за помощь... И благодаря ее слову, меня приняли в советники короля. Я больше не буду сражаться! Теперь — только дипломатия! - Дипломаты без стука не заходят, - хмыкнул Маглор. - Я же к вам, а не к кому-то там... - отмахнулся новоиспеченный советник. - Принц Маглор, а вы собачку у леди Лютиэн отберете? Она очень тревожилась. Макалаурэ думал лишь секунду: - Не отберу. Проезд нолдор через Дориат теперь не запрещен, так что пусть Тьелко сам свою кобелину отлавливает... - Спасибо, - искренне поблагодарил синда. - Принцесса также просила меня справиться о хозяине пса... Видно, нашли общий язык на почве собаколюбия. - Думаю, лорд Келегорм довольно скоро прибудет сюда и сам, чтобы Хуана забрать, - отозвался Макалаурэ. - А возможно, и справиться о принцессе. Эстиэ, оденься наконец! Или хоть в покрывало завернись, а то сверкаешь тут... Мало ли, кто еще без стука ворвется! И дай я тебя расчешу, а то потом поздно будет. - Давайте я, - предложил свои услуги Халдир. Маглор немного подумал, а потом протянул синда гребень: - Держи, только осторожно — он острый. Халдир с опаской принял в руки металл и произнес странным тоном: - А я только было подумал, что нолдор ничем от нас не отличаются. А у вас даже расческа — оружие. - Только у меня, по воле моего не в меру изобретательного племянника, - фыркнул Маглор. - Его фантазия порой поражает. Халдир кивал, легко и старательно распутывая темные пряди приятеля-нолдо, а потом пробормотал раздумчиво: - Вот я вас слушаю — и чувствую, как сбывается мечта: узнать ваш народ. - Узнаешь еще, - улыбнулся Эстемирэ. - Раз ты теперь дипломат, поди, приезжать будешь. А потом, возможно, и на войну вместе пойдем... Ай! - Извини, - торопливо произнес Халдир. - Я так радуюсь, что мне не придется больше поднимать меча... Я совсем не хочу войны, но если король Тингол пойдет против Моргота, то я с гордостью подниму меч снова. - Надеюсь, когда-нибудь наступит и мир, - пробормотал Маглор. - Твоя королева сказала, что Проклятие Севера — вовсе не проклятие. Может, когда-нибудь и Клятва... - он не договорил, отвлекаясь. - Ну что, Эстиэ, как ты там? - Почти, - буркнул синда, мучая последние пряди. - Халдир куда опытней тебя, - довольно откликнулся Эстемирэ. - У него так здорово получается! Почти безболезненно и даже приятно. - Звучит как-то... не очень, - заметил Макалаурэ. Эстемирэ с сомнением глянул на своего лорда и вырвался из рук синда: - Дальше я сам. Спасибо, Халдир... А куда Маблунг-то пропал? - Слышу свое имя, - раздалось из-за двери. - Иду уже, иду. Начальник стражи вошел с ворохом черной ткани и с облегчением свалил на кровать: - Я сначала одни взял, - начал он. - А потом подумал — а вдруг не рассчитаю? И прихватил и побольше, и поменьше, и пошире, и поуже. Выбирай, а остальное я потом обратно отнесу. - Вот это уже больше похоже на гостеприимство, - фыркнул Эстемирэ. - А то когда в темнице держал, от тебя и куска хлеба лишнего не дождаться было. - Я выполнял приказ, - веско ответил Маблунг. - И потом, зачем тебе кусок хлеба лишний, когда я прекрасно знал, что к тебе дева постоянно ходит, у которой булочки и пирожки, а то и вино? Еще тогда подумал, что ни разу в Менегроте свадьбы за решеткой не играли, а тут... - Вот уж спасибо, - откликнулся нолдо. - Я тут опасаюсь, что ее родители меня за штаны неуставного цвета проклянут... - Штаны уставные, - не проникся начальник стражи. - Лучше опасайся, что тебя за плащ со звездочкой проклянут. - Предлагаю взять мой плащ тогда, - вклинился Маглор. - Он черный, кожаный и без опознавательных знаков. - Думаешь? - засомневался Эстемирэ. - По крайней мере, девам из Источника нравилось, - хмыкнул Макалаурэ. - Мне сказали, что красиво и готично. - Не знаю, что такое «готично», - нахмурился советник. - Что-то вражеское, - добавил Халдир. - Нет, просто строгая мрачная одежда, - весело улыбнулся Маглор. - Эстиэ, девы быстрее собираются, чем ты. Плащ-то мой возьмешь? - Не надо, - наконец решился Эстемирэ. - Не хочу скрывать и прятать, кто я такой. Я — воин дома Феанаро. И Нифредиль полюбила меня таким. Гордость в его голосе плохо сочеталась с попыткой попасть в штанину. Наконец нолдо справился, поерзал в новых штанах и снова натянул сапоги. Дальше дело пошло быстрее: он нацепил принесенную Халдиром рубашку, а поверх нее и праздничную тунику своего лорда, выкопав ее из-под вороха штанов. - Ну как? - он прошагал к зеркалу, но смотрел не в него, а через плечо. - Тебе идет, - кивнул Халдир. Маблунг оглядел его более придирчиво: - В таком виде лучше не к деве приходить, а в ночной дозор идти. Маглор улыбнулся шире: - А по-моему, очень даже ничего. Тебе бы сейчас очень подошла гитара. - А это кто? — оглянулся Эстемирэ. - Не кто, а что, - весомо произнес Макалаурэ. - Вот вернусь на Врата, сам себе такую сделаю, тогда и поглядишь. Кстати, Эстиэ, ты помнишь про обычай одаривать родителей невесты в залог грядущего счастья? - Это должны были бы сделать мои родители, - разом погрустнел Эстемирэ. - Но они не увидят этого дня. Хотя, конечно, наверняка мечтали об этом. - Ты увезешь Нифредиль еще невестой, - проговорил Маглор и заглянул другу в глаза через стекло зеркала. - Я лично отправлю им камень. Тот, который ты выберешь из моих сокровищниц. - Красивый обычай, - оценил Халдир. - И выгодный, - хмыкнул Маблунг. - Ну что, я пойду? - Эстемирэ на миг зажмурился, выдохнул и потянулся за своим сброшенным плащом. - Куда? - ласково осадил его Макалаурэ. - Халдир тебя расчесал, но переплетать тебя я ему не доверю. Так что садись. - А потом я тебя провожу, - кивнул Маблунг. - Родители Нифредиль уже приехали, я лично распоряжался о покоях. - Спасибо, - ответил обоим Эстемирэ, а потом добавил уже лично Маблунгу. - И меч мой верни. А то мы с Макалаурэ тут единственные безоружные во всем Дориате. - Верну, - чуть смутился начальник стражи. - Надо сказать, совершенно забыл. Со мной в жизни такого не случалось! - И это голодрим только в гости приехали, - добавил Халдир. - А как развернутся, так у нас здесь совсем жизнь другая пойдет. - Я не уверен, что это благо, - приподнял бровь Маблунг. - А я уверен, - твердо сказал Халдир. - Мы — сильный народ. Мы не станем перенимать ничего из того, что нам не по душе. А бояться нового — губительно. Лично я в это верю. - Мне не наливать, - Маэдрос прикрыл верх изящного бокала единственной ладонью. - Мне завтра перед Нолофинвэ с утра отчитываться. - Слыхал, Макалаурэ? - насмешливо фыркнул Келегорм. - Сидит в Менегроте, после заключения военного союза с Эльвэ — и пить отказывается! Ты уверен, что это наш брат? - Уверен, - отозвался Маглор, удобно развалившийся в кресле. - Его твой Хуан сразу узнал. - Хуану теперь веры нет, - шутливо-строго проговорил Тьелкормо. - Он меня предал! С Лютиэн сбежал! - Твой пес умнее тебя, - отозвался Маэдрос. - Сразу понял, с кем выгодней. Келегорм вдруг перестал улыбаться, хотя почти ничто в этом мире не могло стереть насмешливой ухмылки с его губ. Он прекратил попытки наполнить бокал старшего брата и щедрой рукой наплюхал себе вина почти вровень с краями. - Зря смеешься, Майтимо, - проговорил он, отхлебывая и едва не поперхнувшись. - Мне она сразу понравилась. - Вот как? - Маглор даже выпрямился в своем кресле. - Жаль, я не вел списка... В который раз ты это говоришь? - Да, я часто такое говорил, - не смутился младший брат, чем заставил старших переглянуться — больно серьезным был его тон. - Многим девам. И о многих девах. Но теперь — совершенно иначе. У меня... мне... - А вот теперь дело серьезное, - ничуть не шутя заметил Майтимо. - Если Тьелко начал запинаться... У него всегда слов находится и на себя, и на всех остальных. Маглор только кивнул. Он, кажется, не видел Тьелкормо смущенным вообще никогда. Если и это — Рок... - Об этом трудно говорить, - с вымученной улыбкой ответил Келегорм обоим. - У меня есть свое пророчество. - Кано... - предупредительно заметил Маэдрос. Макалаурэ прикусил губу. Слишком много пророчеств! Слишком много предопределенности и странностей в последнее время! - Расскажи, - попросил Маглор, чувствуя молчаливую поддержку старшего брата. - Это было давно... - в светлых глазах Тьелкормо мелькнули искорки, как и тогда, когда его глаза озаряло Смешение Света. - Помните, как мне Оромэ Хуана подарил? - Еще бы, - откликнулся Майтимо. - Ты притащил несносного щенка, и отец очень ругался, потому как эта скотина сразу спелась с мелким Курво и пакостила с ним на пару — по разуму они друг другу тогда соответствовали. - Да, это было... - Тьелко даже улыбнулся. - Но Оромэ мне сказал свои пророческие слова, когда передавал Хуана. Я тогда подростком был, едва ли мог понять слова вала... - Ты и взрослым на слова валар... - начал было Макалаурэ, но не договорил. - И что он сказал? - Он сказал, что Ириссэ, на которую я тогда смотрел с восхищением, едва ли станет моей судьбой. Я ему не поверил, - вздохнул Келегорм. - Ириссэ тогда ездила со мной почти на любую охоту; поддерживала меня, понимала каждое слово. И я верил, что она станет мне... если дозволят валар. А Оромэ сказал, что если Ириссэ отвергнет меня, то его подарок, его пес, сможет привести меня к любви, потому что сам я уже не буду на это способен. И в это я не поверил тоже! Я тогда любил, кажется, весь Аман. Любил родителей, любил вас, братьев, любил Ириссэ, любил всех тех дев, что дарили мне танцы и взоры... Как я мог перестать любить? - Но ты перестал, - жестко произнес Майтимо. - Кроме нас, братьев, едва ли ты кого-то любишь. - Тьелпэ еще, - легкомысленно брякнул Тьелко, но Макалаурэ видел, с каким трудом даются ему эти легкие речи. - А так — да, перестал. Слишком многому научила жизнь. И я не надеялся уже ни на что. Потому что слову валар я не верю давно. Но в этот раз... Мне доложили, что принцесса Дориата прискакала к первым постам нолдор у Завесы. И высказала желание стать заложницей против своего же отца и короля. Я, конечно, изумился изрядно, но тогда даже говорить с ней не пошел, слишком много было дел и забот. Просто отдал приказ принять деву и предоставить ей все необходимое. А Хуан... - А что Хуан? - в тишине спросил Майтимо, потому что и Келегорм замолчал. - А Хуан исчез. И я пошел его искать. Потом он показался мне — и снова удрал. Я — за ним, - все больше воодушевлялся своим рассказом Келегорм. - А потом, когда понял, где оказался, уже было глупо идти назад. Думал, извинюсь перед принцессой за невоспитанную собаку — и уйду. Ну и зашел. Извинился. Она совсем не сердилась, а я... был поражен ее красотой. Настолько, что почти не заметил, как согласился с ней поговорить о том, что в Дориате; о том, что в наших землях... Еще подумал, помню, что едва ли такая прекрасная эллет разбирается в политике или войне... А опомнился тогда, когда уже ночь была! И даже неловко было как-то от нее выходить... Но остаться — значило подвергнуть ее унижению, а я этого не хотел. Я боялся задеть чувства какой-то синдэ! Ушел, конечно, куда было деваться. И потом еще приходил, только днем. Каждый раз, как время позволяло. Хуан хранил наш покой. И Лютиэн, казалось, вовсе не видела во мне того, кто готов был убивать ее сородичей... А потом... - А что потом? - на этот раз молчание нарушил Маглор. - А потом принеслась весть о том, что ты, Макалаурэ, поднялся на ноги; о том, что Эльвэ согласился на твои условия, Майтимо. И я заглянул к ней, но она уже собиралась домой. Я даже хотел, - нолдо посмотрел на обоих братьев, - оставить ее у себя силой. Думаю, вы не удивлены. Вы же знаете меня. Хотел... А когда уже поднялся, чтобы отдать приказ — не смог. Она смотрела так... Живо, ярко! Я ведь почти забыл, как это — жить! И я отпустил. Точнее, просто ушел. А ночью Хуан не пришел ночевать ко мне, - тут Келегорм поморщился. - А ведь всегда приходит, если я один сплю! Наутро я велел его найти — и ничего. Удрал. Я сначала его костерил на чем свет стоит, а потом... Потом понял. Он ведь дал мне повод приехать в Дориат. И увидеть ее. - И что, увидел? - немного грустно улыбнулся Майтимо. - Увидел, - Тьелкормо тоже улыбнулся. - Она меня сразу поняла. Даже говорить запрещала. И за руку взяла. А я, знаете ли, давно отвык, что взять за руку — такой... интимный жест... Майтимо, - он посмотрел на старшего брата. - Я ее себе хочу. Совсем. - Тут ты не властен, - твердо откликнулся Маэдрос. - И никто не властен, кроме нее. - Я знаю, - твердо заверил его Тьелкормо. - Я дождусь ее слова. Макалаурэ, - он повернулся к Маглору. - Ты ведь говорил с Эльвэ, знаешь его. Что мне сказать ему, когда он откажется вверить мне дочь? - Я совсем недавно это Эстемирэ говорил, - пробормотал Маглор. - Не знаю. Я совсем не знаю, что говорить родителям девы. Я вам даже завидую — и тебе, и Эстиэ. Наверное, если мне доведется полюбить, мне не нужно будет уже искать вдохновение в осени, ветре и дожде. Оно само меня найдет. Хотя теперь мне и стало много легче. И даже Клятва так не давит. - А я теперь верю, что и Клятву можно исполнить, - упрямо отозвался Тьелкормо, чем вызвал несколько удивленные взгляды старших братьев. - Что смотрите? Я, кажется, все потерял. А теперь понимаю, что не все. А если можно вернуться с такого дна, где я был, то и Клятва тоже... - Не надо, Майтимо, - поднял руку Макалаурэ, когда старший брат явно собрался высказаться. - Поверь ему. Ты, конечно, хотел сказать, что влюбленным весь мир кажется светлым, а для других он ничуть не лучше, чем день или год назад. Но это не так. Я только что говорил вам, что я не влюблен. Но я видел будущее. И я, даже без прекрасных глаз, чудесных волос и нежных губ, могу сказать, что я тоже верю. Клятва неисполнима — на первый взгляд. Но я говорил с Мелиан и об Эру. Она не слишком охотно говорит о Создателе, но не мог же он создать мир — и не любить его обитателей? Мы клялись его именем. Но он знает, как глупы и тщеславны могут быть дети. Разве не так? - Все мы — эрухини, - глухо произнес Майтимо. - И я знаю, как глупы, тщеславны и жестоки могут быть дети. Я сам вас шестерых, можно сказать, вырастил... Хотя не был отцом. Но помнит ли Эру, что он — отец? - Если не помнит, то чем наш мир хуже того будущего, что описала нам Артанис? - возразил Маглор, глядя на старшего брата. - А сейчас мы можем с уверенностью сказать — Эру еще видит нас. Еще не утратил надежды, если дозволил вмешаться в Рок. Мы выстоим, Майтимо. Маэдрос помолчал, а потом спросил: - А какое оно, будущее нашего мира? Я не прошу тебя, Кано, рассказывать обо всем. Расскажи о том, о чем можешь. - Я тоже хочу услышать, - подался вперед Келегорм, плеснув вином на рукав. - Лютиэн прямо просветлела после разговора с матерью, но ничего рассказывать не захотела, хотя я спрашивал. - Об этом трудно говорить, - Маглор чуть улыбнулся. - Оно не хорошее, не плохое... Просто... чудное. Науки достигли небывалых высот. Атани будут строить города, в которых будут жить не тысячами, не десятками тысяч — миллионами! Научатся делать обозы, что едут со скоростью двадцать лиг в час. Запустят в небо механизмы, которые будут летать, как Орлы... - Не о том рассказываешь, - хмыкнул Тьелкормо. - Хоть Курво бы механизмами и заинтересовался, конечно... Я видел атани. Я слышал, с какой нежностью говорит о них Финдарато. Какими они станут? Что будут помнить о квэнди? - Они напишут о нас истории и песни, - Маглор помолчал. - Не знаю уж, правда, верят ли они сами в эти истории. Но и это прекрасно. Они не будут знать валар и помощи эльдар. Они будут учиться жить, подобно аманьяр в Эндорэ — когда все зависит только от тебя самого. Макалаурэ видел, с каким интересом ловят каждое слово братья, и продолжил открыто: - Вот вы поверите, если я расскажу, что люди создадут школы, где каждый ребенок с малых лет будет познавать десятки наук? Что на улице — вопреки закону о шуме в ночные часы — будут звенеть чьи-то струны? Что будут играть свадьбы, где оба мужчины или же женщины? Что будут всем королевством собирать по нитке, чтобы вылечить малыша? Меня — растерянного и непонимающего — там накормили и привели к себе в дом при том, что мое имя им было незнакомо. Нет, я им назвался, конечно, но таких имен у них нет, и они подумали, что это прозвище... И они, думая, что я преступник, что, впрочем, так и есть, по мере своих сил пытались мне помочь. Совсем юные, без монет по карманам... поделились тем, что у них было. - Наверное, ради такого следует жить, - неуверенно протянул Майтимо. - Ради того, чтобы воцарился наконец мир. - Не о том и ты, Майтимо, - живо возразил Тьелко. - Что ж вы такие... Как будто не видите! Мир в Арде невозможен, пока ее оскверняет своим присутствием Моринготто. Если Рок имеет какую-то силу, - он посмотрел на Маглора и перевел взгляд на Маэдроса. - Если Клятва имеет какую-то силу... То нам следует победить Моринготто самим. Лишь тогда мы сможем жить, как нам должно. Лишь тогда мы сможем оставить земли атани, чтобы они преобразили их и научились всему тому, о чем ты толкуешь, Макалаурэ! - Я поговорю с Нолофинвэ с утра, - вздохнул Майтимо. - С Финьо я виделся, но недолго. Он говорит, что его отец и сам желал пойти на Врага. Надеюсь, мы сумеем договориться... Но ты прав, Тьелко, ради мира стоит и воевать. - Попроси Мелиан помочь, - здраво предложил Маглор. - Ей тоже хочется счастья. Видал я Эстиэ, когда он вернулся от родителей Нифредиль. Если и можно победить Моринготто, то только с такой уверенностью и таким счастьем. - Ему отдали его синдэ, оттого он так счастлив? - фыркнул Маэдрос. - А ты не смейся, - независимо бросил Тьелкормо. - Счастье — у каждого свое. - Ну, ты-то его понимаешь отлично, - хмыкнул Маглор. - Тебе бы тоже свою синдэ заполучить — и счастье настанет. Может, счастье такое и есть? Синдэр с собой увозить? - Не думаю, - покачал головой Майтимо. - Я вот таких желаний не испытываю... Пора бы спать? То есть вы-то можете хоть до утра колобродить, а вот мне еще лечь бы неплохо. - Мы пойдем, - кивнул Макалаурэ. - Не будем мешать. - Кано, как раз тебя бы я попросил остаться, - опустил голову Майтимо. - У меня есть к тебе пара вопросов. Это ненадолго. Тьелко, Хуана с Лютиэн навестишь завтра, сегодня уже поздно. Тот несколько ревниво оглядел старших братьев, но встал. Однако уйти не успел — в дверь постучались. - Эстиэ? - громко спросил Макалаурэ. - Не спится, поди? - Это не Эстемирэ, - в дверь заглянула женщина, и Маглор даже хлопнул изумленно глазами — королева, почти ночью, одна... - Приветствую, - вежливо поднялся Маэдрос. - Сиди, - Мелиан махнула рукой. - Я ненадолго. Хотела сообщить, что король Финголфин выразил намерение отоспаться, как только побеседовал с Элу и убедился, что положение терпит. Вам не нужно вставать ни свет ни заря. - Вы ведь не за этим пришли? - прямо спросил Макалаурэ. - Да, - майэ чуть опустила взор. - Я пришла поговорить с тобой, принц Маглор. Только ты меня сможешь понять. Я... заглянула в Источник. Это оказалось сильнее меня. - Не стоило этого делать, - покачал головой Макалаурэ. - Это могло быть губительно. - После всего того, что я видела там раньше, вряд ли бы что-то меня напугало, - Мелиан нахмурилась, а потом подняла лукавый взор. - И нет, увы, мне не довелось увидеть городов эдайн, стремящихся в небо. Зато я видела... Неважно, что, но это будет хорошо. - Скажите, - вдруг попросил Тьелкормо. - Не скажу, - глаза женщины мелькнули ярким огоньком. - Но думаю, что тебя такое будущее тоже устроит, принц Келегорм. Я видела двух светловолосых крошек рядом с моей дочерью... - Надо было его все-таки разрушить, - пробормотал Майтимо. - Источник?! - тотчас вскочил Туркафинвэ. - Не дам! Я ведь... все правильно понял, королева?! - Не уверена, что и я все правильно поняла, - звякнула браслетами та, сразу замахав рукой, точно отгораживаясь. - А теперь я ухожу. И я еще раз хотела сказать тебе спасибо, принц Маглор... Кстати, Эстемирэ поджидает тебя у твоих покоев. Стоило захлопнуться двери, за которой раздался перезвон браслетов, как братья безмолвно переглянулись, понимая друг друга без слов. - Мне остаться? - наконец разомкнул губы Маглор. - Не нужно, - Маэдрос глубоко вздохнул. - Увидимся завтра. Иди, тебе еще своего приятеля успокаивать...