Чувство пустоты

Ночь. Астрономическая башня. Она одна сидит на краю и тихо плачет. Самая талантливая ведьма этого столетия, героиня магической войны, подруга Гарри Поттера, сидит сейчас одна и плачет. Ей никогда еще не было так плохо и одиноко. После ссоры с Роном она убежала из гостиной Грифиндора и теперь она здесь. — Что ты забыла здесь, грязнокровка? — это был Драко Малфой. Она не ответила. А какой в этом смысл? Нарваться на еще одно оскорбление? Ну уж нет, спасибо, ей на сегодня хватило. — Эй, ты что оглохла? Повернись ко мне лицом и ответь на мой вопрос! — он был в бешенстве. Наверное, его уже кто-то вывел до нее. Скорее всего это была Панси Паркинсон. Конечно, больше же некому. Она повернулась и посмотрела в его глаза, так как будто в ней сейчас что-то разорвется. У Драко сразу поменялось выражение лица. — Извини, я не знал. Хочешь я уйду? Такого она не ожидала. Эта фраза была, как пощечина, и она на пару секунд лишилась каких-либо чувств и эмоций, забыла о всех своих проблемах, но только на пару секунд, а после к ней вернулись все ее проблемы и переживания, которые ни один нормальный человек не вынес бы, но она же Гермиона Грейнджер, она выдержит все что угодно, даже этого слизаринского хорька. — Ты что, поссорилась со своим любимым Уизли? — А тебе какое дело, Малфой? Это тебя как-то колышет? Или тебе мало объектов для издевательства? И да, я хочу чтобы ты ушел, — она старалась чтобы ее не выдал собственный голос, ведь на самом деле она мечтала, что бы с ней сейчас остался хоть кто-то, и просто поговорил. Пусть этот кто-то будет Малфоем, сейчас это не имеет никакого значения. — Ну уж нет, Грейнджер, я никуда не пойду, а останусь и буду с тобой разговаривать, потому что именно это тебе сейчас и надо, — он проглотил все, что она сказала перед этим и всю ту желчь, что была в ее голосе, — Давай, рассказывай, что сделал этот кретин? — Почему я должна что-то тебе рассказывать? — Хммм… Может потому, что я единственный, кого это интересует? Или хотя бы потому, что я хочу тебе помочь? А может потому, что я понимаю, что тебе просто необходимо выговориться, иначе тебя разорвут изнутри твои же собственные эмоции или ты спрыгнешь с этой чертовой башни из-за этого идиота, который и взгляда твоего не достоин?! — от крика на эту грифиндорскую заучку он раскраснелся и теперь не выглядел так аристократично и привлекательно, каким был когда только поднялся на астрономическую башню, — А может потому, что ты мне небезразлична и я давно уже ищу повод, чтобы сказать тебе это? Но нет, ты же Грейнджер, на такого как я ты и не посмотришь. Какие там уже мечты о взаимности? Да и как это рыжий недомаг смог привлечь твое внимание? Она уже давно перестала рыдать и теперь просто смотрела на него ошарашенным взглядом. Она еще не успела до конца отойти от предыдущей его реплики, как он снова внес в ее измученный разум новые потрясения, которые она не в силах переварить за какие-то там секунды. А ведь он ждал от нее хоть какой-то реакции, но все, что она смогла сказать было каким-то невразумительным мычанием из буквы «я». — Ну так что, я могу остаться с тобой? Она кивнула головой. — Ты мне расскажешь, что у вас там стряслось? Гермиона снова сделала пару кивков головой. — Ну, и? — Я…я… — Да ты, ты. Ладно, давай успокойся, и рассказывай внятно и по делу. — После матча по квиддичу, мы все пошли отмечать нашу победу и успех Рона. Первое время там было очень весело, — Драко внимательно слушал ее и одновременно следил за ее губами, — еще там было много людей, они начали скандировать его имя, которое перешло в восторженный возглас, мне стало интересно и я решила посмотреть, почему все такие удивленные. Я подошла поближе и увидела как Рон целует Лаванду. Меня как будто ударили чем-то тяжелым и я просто убежала оттуда. Сначала мне было все равно, но как только я пришла сюда меня прорвало на истерику. — Но когда я пришел, ты, вроде как, сидела и не плакала. — Просто ты пришел через два часа после всех этих событий. — То есть, ты хочешь сказать, что ты сидишь здесь уже третий час на холодных камнях, на пробирающем до костей ветру, почти раздетая, вся замерзшая и даже не думала что бы хотя бы спуститься в замок? — Да. Просто когда я сюда пришла я не чувствовала ничего, кроме боли и злости на Рона, а потом… потом мне стало все равно, из меня как будто выкачали все эмоции и осталась только всепоглощающая пустота. И вот только теперь мне начинает становиться холодно, и я снова хочу плакать. Гермиона не знала зачем она рассказывает все это ему, Драко Малфою, своему врагу, хотя похоже, что уже и не врагу, а скорее приятелю, но это ничего не меняет. — Ну-ка на, накинь ее, а то в лед превратишься. Драко дал ей свою мантию, а после того, как она ее надела, он приобнял ее со спины. — Грейнджер, а ты красивая, — она повернулась и посмотрела ему в глаза, как будто пыталась найти в них насмешку, но увидела только такаю же боль и такую же пустоту в них, она увидела в них еще что-то, но не успела понять что именно она увидела, как Драко подался вперед и поцеловал ее. Этот поцелуй был пропитан болью и полным одиночеством. Гермиона отстранилась и испуганно посмотрела на Драко. В ее глазах застыл немой вопрос «что это было?». Драко поднялся на ноги и помог встать Гермионе. — Ладно, пойдем отсюда, а то мы здесь окоченеем, — и они пошли в замок.

***

Гарри Поттер заметил отсутствие своей подруги только через два часа после ее ухода и сразу отправился на ее поиски. Он обошел уже большую часть замка, к тому моменту, как решил, что стоит подняться на астрономическую башню. Когда он почти дошел до верхней площадки, то услышал два голоса, но не смог узнать, кому они принадлежат, поэтому решил подойти ближе и застал весьма впечатляющее зрелище: Его лучшая подруга, героиня магической войны, самая выдающаяся ведьма столетия целуется с его главным врагом, Драко Малфоем. Еще около минуты он смотрел за ними, а потом решил, что спросит Гермиону о этом случае потом, а сейчас надо убираться отсюда, пока его не увидели. Он вернулся обратно в гостиную Гриффиндора, где все еще продолжалось торжество в честь Рона. К слову о Роне, он все так же продолжал веселиться и временами подолгу целоваться с Лавандой. Похоже, что отсутствие ни Гарри, ни Гермионы он так и не заметил, что может даже и к лучшему.

***

Гермиона и Драко провели вместе почти всю ночь. Драко сходил за пледом в башню старост, и, укрыв им Гермиону, сел напротив нее.Они разговаривали, укрывшись в одной из ниш замка за гобеленом. — Почему ты был таким рассерженным, когда поднялся в астрономическую башню? — Просто Паркинсон опять начала свою любимую тему про то, что в будущем мы должны будем пожениться и нарожать кучу чистокровных детишек, — он усмехнулся, — а я ее ведь даже не люблю, я абсолютно к ней равнодушен, но она это видимо не замечает. — А почему ты не скажешь ей что она тебе безразлична? — А ты видела ее в ярости? Это будет пострашнее поцелуя дементора. — он снова усмехнулся и посмотрел на нее. Гермиона улыбалась. Его заворожило это зрелище. Желание поцеловать, еще раз почувствовать этот опьяняющий вкус ее губ было настолько сильным, что он не устоял, и, быстро сократив расстояние между ними, прижался своими губами к ее. От неожиданности Гермиона не сразу поняла, что произошло, а когда Драко углубил поцелуй, то она даже ахнула. Рон никогда ее так не целовал. Все его поцелуи были быстрыми и неумелыми. Он всегда боялся быть увиденным кем-либо, а потом еще и осмеянным за то, что он встречается со своей когда-то лучшей подругой. Сколько бы Гермиона не пыталась объяснить ему, что в этом нет ничего плохого и постыдного, он ее не слушал. Это еще одна из тысячи причин, по которой они не могли быть вместе. Пока Гермиона была погружена в свои мысли, Драко успел подвинуться ближе и обхватить своими сильными руками ее талию, что позволило углубить поцелуй еще сильнее. Он гладил ее спину и бедра, а ей это нравилось. Гермиона обхватила своими ручками плечи и шею Драко. Когда он отстранился, ее губы были опухшими, лицо раскрасневшимся, а волосы растрепанные. Какая же она сейчас красивая, подумал Драко, именно такая, какая она есть сейчас и именно в этот момент. Чуть подождав, Драко спросил: — А что ты еще делала на астрономической башне? Ну кроме того, как пряталась от этого тупого Уизила? И почему именно астрономическая башня, а не башня старост, там же все-таки твоя комната? — Если честно, я хотела, чтобы меня никто не смог услышать. На тот момент мне было так одиноко, и пустота в моей душе полностью поглотила меня, что порой я подумывала о том, что бы спрыгнуь с этой чертовой башни. — Поклянись мне, что в твоей кучерявой голове никогда больше не будет таких мыслей. И да, теперь ты не одна, теперь у тебя есть я. Драко снова подался вперед и затянул Гермиону в еще один поцелуй.