Чувство пустоты

В свою комнату староста гриффиндора вернулась под утро, и то, только потому, что ее заставил староста слизерина, а заодно и всех мальчиков Хогвартса. — Почему ты так поздно? Или уместнее будет сказать «рано»? — это был Гарри Поттер. Неужели он действительно ждал ее здесь все это время? Даже не вериться. — Гарри, — она была шокирована его присутствием. — Что ты здесь делаешь? — Я ждал тебя, вообще-то, — сказал мальчик-который-выжил. — Но зачем? — поинтересовалась Гермиона. —  Чтобы обсудить то, что я видел, когда поднялся на астрономическую башню. — А что конкретно ты видел? — Как ты целовалась с Драко Малфоем! — - Гарри был сильно обижен на подругу из-за этого, но в глубине души понимал, что в этой ситуации права Гермиона. — А что мне еще оставалось?! — девушка снова начала плакать, — Он был единственным, кто пришел за те три часа, что я просидела там! Где же ты был все это время?! Помогал Рону затащить эту Лаванду Браун в постель? Простыни им менял? Почему тыне пришел? Почему?! Ответь мне! Поттер стоял молча, как будто он проглотил язык. А ведь действительно, почему он раньше не заметил отсутствие подруги? Ведь если бы он не был так поглощен праздником, то обязательно увидел бы, как она выходила из гостиной, и последовал бы за ней. И тогда бы ему не пришлось наблюдать, как его лучшую подругу целует этот хорек, как он обнимает ее. Ему не пришлось бы сидеть в ее комнате (у старост всех факультетов были свои собственные комнаты с небольшими гостиными с камином и креслами около него, в одном из таких кресел и сидел все это время «золотой мальчик») больше четырех часов и ждать, когда же она вернется. Все было бы иначе, не будь он таким придурком. — Прости меня, я и вправду виноват перед тобой. Я не сразу заметил, как ты ушла из гостиной, а только через пару часов, и то, я мог бы догадаться, что ты сбежишь оттуда, после того, как увидела, что Рон и Лаванда целовались. — Хорошо, я прощаю тебя, — Гермиона уже не плакала, только иногда шмыгала носом. — А теперь я, пожалуй, пойду спать, если ты не против. Да, кстати, завтра первым уроком зельеварение, и Снегг уж точно не будет в восторге если вы, — она оговорилась. Случайно. По привычке, — то есть ты, опоздаешь. — Обещаю тебе, я не опоздаю. Сладких снов, Гермиона, я рад, что у нас все наладилось. — И тебе того же, Гарри. Я тоже очень этому рада.

***

День не задался с самого утра. Мало того, что у Гермионы из-за того, что она спала всего пару часов болела голова (и с утра она выглядела не лучшим образом), так еще и стычка с Роном за завтраком испортило ее настроение к чертям. Зато вечер обещал быть хорошим. Вечером, как раз в то время, что она проводит в библиотеке за подготовкой домашнего задания и внеурочным чтением Гермиона встретила Драко. Еще около получаса они посидели все в той же библиотеке, после чего отправились в то место, где вчера провели ночь. Там они снова разговаривали. Гермиона рассказала Драко о встрече с Роном, после чего тот пообещал убить этого рыжего ублюдка, если он еще раз вытворит что-нибудь подобное. — Скажи мне, Гермиона, ты хоть раз была в ванной старост? — поинтересовался Драко. Время все ближе подходило к одиннадцати часам, именно ближе к одиннадцати они должны были совершать обход замка, как старосты. Гермиона, так как она староста факультета, должна была обходить только свою башню и последний этаж замка, а Драко, как староста мальчиков, должен обойти весь замок. После отрицательного ответа Грейнджер, Драко предложил ей пойти на обход вместе, заодно и заглянуть в ту самую ванную старост. Гермионе его предложение показалось заманчивым, хотя она еще не до конца поняла, зачем им туда идти. После того, как Гермиона вместе с Драко закончили обход, они, как и запланировали, направились в ванную. Как только они зашли туда, их сразу обдало горячим и очень влажным воздухом, который царил в этом помещении. Драко начал медленно расстегивать свою рубашку. — Что ты хочешь сделать? — Гермиона была немного напугана от такого поворота событий. Тем временем Драко уже справился с рубашкой и приступил к брюкам. — А просто хочу искупаться, а ты собираешься лезть в воду в одежде? Или все-таки снимешь хотя бы юбку, жилетку и рубашку? Гермиона облегченно вздохнула. Гриффиндорка сначала сняла жилетку, а потом начала медленно расстегивать рубашку. Она старалась не смотреть на парня, которой сейчас стоял перед ней в одних только трусах. Не смотреть на него оказалось гораздо сложнее, чем она думала. Его точеное тело, которое до этих пор скрывала одежда, притягивало ее взгляд. Ей так и хотелось прикоснуться к его сильным плечам, провести ладонью по его стальному прессу, прижаться к нему и обхватить своими маленькими руками его спину, просто дотронуться до его бледной, почти прозрачной кожи. — Перестань на меня пялиться, Грейнджер, ты меня смущаешь, — он смеется, — Давай пошевеливайся там, мне вообще-то тоже интересно, как ты выглядишь в нижнем белье. Она засмущалась, но отступать было поздно, тем более она уже почти что сняла свою рубашку и теперь принялась за юбку. Как только юбка была отброшена к остальной одежде, Гермиона подняла смущенный взгляд на Малфоя, корой теперь «пялился» на нее. — Ты даже лучше, чем я себе представлял, — она залилась краской еще сильнее. За долю секунды Драко преодолел расстояние, что отделяло его от губ девушки, и поцеловал ее со всей страстью, что была в нем в эту минуту, приобняв девушку, и тем самым прижав ее к себе. Гермиона не сопротивлялась, а наоборот сама прижалась к парню, и обвила его плечи и шею своими руками. Еще около четырех минут они стояли и целовались, и, наконец, Гермиона спросила его: — Ты запечатал дверь? — Нет, сейчас, подожди пару секунд. Он прошептал заклинание и вернулся к девушке. — Может мы наконец залезем в ванную или так и будем стоять? Нет, я, конечно, не против, но мы же пришли сюда, чтобы ты искупалась в ней. — Да, ты прав. Кто полезет первым? Давай ты? Драко пошел вперед и залез в ванную. Гермиона пошла за ним. Вода была идеальной температуры, не теплая, но и не кипяток. Именно такая температура воды и нравилась Гермионе. Она еще не успела полностью залезть в воду, как Драко подплыл и схватил ее за ногу, тем самым пытаясь утащить ее поглубже. От неожиданности гриффиндорка ахнула и упала прямо в руки слизаринца. Малфой поцеловал ее и нежно произнес: — Грейнджер, ты будешь моей девушкой? Гермиона ответила согласием и они слились в жарком поцелуе. Они целовались с Малфоем в горячей ванне, и жар внизу живота Гермионы становился все сильнее. Она почувствовала, что что-то твердое упирается ей в бедро и посмотрела на Малфоя глазами, полными страсти и желания. Он ответил ей таким же взглядом и задал немой вопрос «ты действительно хочешь этого?», на что Гермиона ответила решительным кивком головы. Парень начал поглаживать руками ее спину в поисках застежки от бюстгальтера. Как только та была найдена, он расстегнул его, обнажив упругую грудь девушки. Драко долго наслаждался всем этим зрелищем, заставив Гермиону тем самым покраснеть, после чего прильнул губами к соску девушки, массажируя при этом второй пальцами. Гермиона начала тихо стонать от удовольствия. Ей никогда еще не было так хорошо. Рон, конечно, пытался доставить ей удовольствие таким способом, но у него это плохо получалось, ровно так же, как и с поцелуями. Может у Малфоя просто был опыт? Наверняка в его кровати побывала добрая половина всех девушек школы, за исключением младшекурсниц, ну или где он еще мог научиться ублажать девушку? Только на личном опыте. Слыша стоны девушки, Драко ликовал. Раньше ему было все равно — стонет его очередная пассия или нет, он просто трахал их, но с ней все было по-другому. Он хотел слышать ее. Он хотел почувствовать ее. Поэтому он избавил ее от лишнего, по его мнению, кусочка ткани. Драко уложил Гермиону на бортик ванной, а сам принялся ласкать ее лоно. Гермиона уже была такой влажной, что у Драко с новой силой заныло в паху, а она тем временем уже стонала в голос. Он отстранился, чтобы снять с себя последний элемент одежды. Теперь они оба были полностью голыми. Драко потянулся к Гермионе, чтобы поцеловать ее, и, заодно, отвлечь ее от боли первого проникновения. Он был уверен, что она еще невинна, и оказался прав. После первого толчка Драко замер, по щекам Гермионы скатилось несколько слезинок. — Тише, тише, девочка моя. Сейчас все пройдет, я обещаю, тебе понравится, — он прошептал ей это в самое ухо. Драко не хотел причинять ей боль, раньше ему было все равно. Девушки сами ложились к нему в постель и поэтому его не волновало больно им или нет, он просто брал свое, после чего-либо уходил, либо выгонял их. Но с ней все было по-другому. Спустя некоторое время, Драко начал медленно двигаться внутри нее, давая привыкнуть к новым ощущениям. Стоны гриффиндорки снова стали доноситься до ушей слизеринца и он понемногу ускорял темп. Чем быстрее двигался Драко, тем громче стонала Гермиона. Ближе к концу она стала выкрикивать его имя, не часто, но и этого хватало для того, чтобы довести Малфоя до предела. — Грейнджер, я сейчас кончу… — Я…я…то-о-жее. Они кончили одновременно и Гермиону пронзили новые, неиспытанные ею раньше ощущения. Ей еще никогда не было так хорошо. Драко устроился рядом с ней и произнес: — Нам, наверное, стоит вернуться. — И мне так кажется. Через пятнадцать минут они оделись и вышли. Драко повел Гермиону в свою комнату. В этот вечер они уснули в одной кровати в объятьях друг друга, и теперь никто из них не сомневался, что они действительно любят друг-друга.