Запретная любовь

Машина генерал-майора подъехала к высокой новостройке, въехала на подземную парковку и остановилась. — Аня, просыпайся, — ласково потрепал ее за плечо Костенко. Девушка нехотя открыла глаза и повернулась к мужчине. — Ты не будешь против, если я приглашу тебя к себе на чашечку кофе? — спросил Сергей. — Но ведь уже так поздно, — ответила Аня, как и полагается скромной и благовоспитанной девушке. — Не переживай, мы ненадолго, потом я отвезу тебя домой. — Ну хорошо. Выйдя из машины, Аня с Костенко поднялись на лифте на этаж, где располагалась квартира генерала. Открыв квартиру и пропустив Аню впереди себя, Костенко зашел следом и закрыл за собой дверь. Автоматически включившийся свет осветил помещение, и взору девушки предстало жилище мужчины, которое полностью ему соответствовало: качественный евроремонт, дорогая мебель, новейшая техника, но от него прямо-таки и веяло холодом, одиночеством и холостяцким образом жизни. Сразу чувствовалось, что нога женщины давно не переступала порог этой квартиры. Антонова сделала несколько нерешительных шагов по квартире, заворожено осматриваясь по сторонам. — Проходи, располагайся, чувствуй себя как дома, — разуваясь, сказал Сергей. Сняв кеды и плащ, девушка прошла в гостиную и остановилась у окна. Перед ней открылся потрясающий вид на ночную Москву, переливающуюся сотней ярких огней. — Ты будешь чай или кофе? — спросил Костенко, направляясь в сторону кухни. — Кофе, — отрешенно сказала Аня, не отрывая своего завороженного взгляда от окна. Меньше, чем через десять минут, Аня уже сидела на кухне вместе с Сергеем, пила кофе и беззаботно болтала ногой. Несомненно, непринужденное общение с Костенко наедине начало возвращать девушку к жизни. Привыкнув к нему за столько времени, она общалась с ним, практически, на равных: смело задавала ему различные вопросы и открыто отвечала на его. Они часами могли непринужденно разговаривать обо всем и ни о чем, и темы все равно никогда не заканчивались. Вот и сейчас они что-то обсуждали, обмениваясь мнениями о тех или иных ситуациях. Заехав ненадолго, Аня провела у Костенко уже более часа. Недопитый кофе давно остыл. — Уже поздно, ты можешь остаться у меня на ночь, — предложил Сергей, — я постелю тебе в спальне, а сам лягу в гостиной. Сделав последний глоток остывшего кофе, Костенко поставил обе кружки в раковину и, не дав сказать Ане ни слова, продолжил: — Если ты хочешь принять душ, то он слева по коридору, чистые полотенца там же, в шкафчике, на полке. Не имея желания возражать генералу, Аня кивнула, молча встала из-за стола и покинула кухню. Пройдя мимо гостиной, девушка нашла нужную ей дверь и зашла внутрь. Не дожидаясь, пока блондинка нащупает на стене выключатель, автоматически загорелся свет, так же, как и в остальных помещениях квартиры, стоило только кому-то переступить порог. Заперев дверь, девушка сняла с себя всю одежду, залезла в душевую кабину и повернула кран. Теплая вода заструилась по упругому стройному телу, и странные мысли окутали голову девушки. Она вдруг отчетливо вспомнила слова Паши о том, что Сергей должен был ей в чем-то признаться, но до сих пор не признался, и только сейчас всерьез задумалась о том, почему генерал выделял ее среди всех ребят. Еще до недавней поездки в Чернобыль Аня не придавала этому такого значения, т.к. была зациклена на спасении Паши, но теперь все изменилось. С Пашей уже все и так было ясно, как белый день. А вот с Костенко? Может быть, наивная Аня сама себе все нарисовала и приняла желаемое за действительное? Позвал ли ее Сергей к себе, имея какие-то намерения? Для девушки это было совершенно неважно, т.к. она начала осознавать, что сама тянется к нему не только душой, но и телом. Было ли это просто нежелание оставаться одной, или Антонова действительно прониклась чувствами к своему заботливому опекуну? Было так много вопросов и так мало ответов, что мысли путались, и голова шла кругом. С одной стороны, Ане хотелось узнать ответы на вопросы, которые вот уже который день не дают ей покоя, с другой же стороны, она боялась, что может узнать что-то лишнее, о чем потом будет очень жалеть. Сделав вывод о том, что время покажет и расставит все по своим местам, блондинка закрыла глаза и подставила под теплые струи свое лицо, пытаясь отвлечься от навязчивых мыслей. Закончив свои водные процедуры, девушка выключила воду и вылезла из душа. Открыв шкафчик, она вынула из него первое попавшееся полотенце и, завернувшись в махровую ткань, вышла из ванной. Антонова направилась обратно в гостиную, чтобы спросить у Сергея, где находится фен и расческа, но вовремя вспомнила то, что мужчина не нуждается в данных вещах. Остановившись в дверном проеме, девушка обнаружила Костенко сидящим за столом и внимательно изучающим какие-то документы. Мужчина был полностью погружен в свои мысли, поэтому Аню заметил не сразу. Но, как только он поднял глаза, то сразу оторвался от дела и, отложив бумаги в сторону, поднялся на ноги, пристально глядя на девушку. Несмотря на самоконтроль, Костенко не мог не отметить про себя, что Аня очень красива. Девушка ощутила на себе его восхищенный взгляд, но не увидела в нем ничего пошлого или оценивающего. У этого взгляда не было ничего общего с похотливыми взглядами нынешних молодых людей, которыми они провожали каждую встречную девушку, уже мысленно жадно раздевая ее. Взгляд Сергея был намного глубже. Мужчина смотрел девушке в глаза, а у нее было чувство, что он заглядывает к ней в душу. Выйдя из-за стола и медленно приблизившись к девушке, генерал неторопливо провел своей сильной, но нежной для девушки рукой по щеке Ани, убирая непослушную прядь ее волос за ухо. Немного смущенная девушка, не зная, как вести себя дальше, опустила глаза, стараясь не смотреть на Сергея. Опустив одну руку на талию девушки, мужчина одним движением крепко прижал ее к себе и впился в ее губы настойчивым и требовательным поцелуем. Сердце Ани забилось как бешеное, казалось, что оно вот-вот выскочит из груди, ноги стали ватными и слегка подкосились, по телу прошлась легкая, но приятная дрожь, а в голове, которая закружилась от неожиданности, мысли путались и окутывались туманом. Мысленно Аня пыталась противиться случившемуся, но, в тот момент, чувства и эмоции взяли верх над разумом, и девушка расслабила плотно сжатые губы и ответила на поцелуй генерала своим мягким и немного нерешительным поцелуем. Она обвила руками шею мужчины и сильнее прижалась к его напряженному телу, чувствуя его неровное дыхание. Для пары, что переплелась в объятии и теперь наслаждалась друг другом, не было в данный момент ни морали, ни нравственности. Все вокруг как будто перестало существовать для этих двоих. В эту минуту только они были друг для друга, и никого больше. Оба человека тянулись друг к друг, как давно родные, которым наконец-то разрешили быть вместе. Теперь между ними не было никаких преград, и ничто не могло помешать им быть вместе. Сергей отстранился от Ани так же резко, как и несколькими минутами ранее оказался вплотную рядом с ней. С мыслями о том, что такое поведение для него недопустимо, и он просто не имеет права воспользоваться повышенной в данный момент эмоциональностью девушки, мужчина возвратился к своему письменному столу, облокотившись на него руками и склонив голову вниз. — Что случилось? — недоуменно спросила Аня. — Аня, прости, я не должен был так поступать. Это все неправильно, прямо-таки недоразумение какое-то. Я на секунду потерял контроль над собой и чуть не совершил непоправимую ошибку. — Нет-нет, все в порядке. — Аня, я не хочу, чтобы, проснувшись утром, ты поняла, что все это было ошибкой, и начала жалеть о содеянном. Но будет уже слишком поздно, и ничего нельзя будет исправить. Сейчас твои эмоции говорят за тебя. Антонова бесшумно подошла к Сергею сзади и аккуратно приложилась своей щекой к его напряженной спине, закрыв глаза и тихо прошептав: — Я ни о чем не пожалею. Генерал развернулся к девушке и внимательно взглянул на нее испытующим взглядом: — А ты точно уверена, что не пожалеешь об этом? — Точнее не бывает. Подняв Аню на руки, Сергей направился в полутемную спальню, освещенную лишь декоративными светильниками в виде свеч, где аккуратно положил девушку на кровать и навис над ней. Подавшись немного навстречу генералу и заключив его лицо в свои ладони, Аня снова прильнула к его губам. От мужчины пахло строгостью, властностью, уверенностью в себе и легкой ноткой кофе и коньяка. Лишь на мгновение оторвавшись от губ генерала, Антонова аккуратно проскользила тонкими пальчиками по его гладкой щеке и потянулась к пуговицам на рубашке, медленно расстегивая их и скидывая рубашку с плеч ФСБ-шника. Сергей же сорвал с девушки единственную вещь, все еще прикрывающую от него ее тело, и откинул махровое полотенце в сторону. После чего припал губами к бархатистой коже Ани, покрывая шею и ключицы девушки мягкими и неторопливыми поцелуями, спускаясь все ниже: сначала к груди, а после к животу. Ему не хотелось оставлять без поцелуя ни единого сантиметра ее тела. У Ани участилось дыхание. Она закрыла глаза и, издавая полные наслаждения приглушенные стоны, закусила губу, прогибаясь и извиваясь под сильным телом генерала. Аня чувствовала аккуратные и отрывистые прикосновения крепкого и подтянутого торса Сергея к ее телу, отчего мурашки волнами пробегали по ее белоснежной коже. Руки девушки обхватили мускулистую спину генерала и легкими движениями проскользили вдоль нее, опускаясь все ниже, к ширинке брюк. Ловкими движениями расстегнув ремень и молнию, блондинка начала стягивать брюки с бедер мужчины, попутно освобождая его и от нижнего белья. Сергей, помогая Антоновой, окончательно спустил с себя брюки вместе с боксерами и, властно и нетерпеливо взяв девушку за бедра, резким движением вошел в нее, вызвав ее громкий сладостный стон, на смену которому пришли слабые и приглушенные. Девушка прогнулась в руках мужчины и, сильнее вцепившись в его спину, запрокинула назад голову. Костенко замер, успокаивая Аню нежными поцелуями в шею и поглаживаниями по щеке, после чего начал медленно и аккуратно двигаться в ней, постепенно ускоряясь и входя в девушку все глубже и увереннее. Аня обхватила ногами Сергея и начала двигаться в такт с ним. Руки ее отрывисто скользили по его сильной и накачанной спине, впиваясь пальцами в его кожу с каждым новым толчком. Руки молодых людей беспорядочно блуждали по бесконечно желанным телам друг друга, а губы дарили друг другу чувственные поцелуи. Не было больше отдельно ни Ани, ни Сергея, они будто бы слились в одно целое, соединились как два подходящих друг друга пазла, и двигались в тандеме друг с другом. Никакие слова и объяснения были не нужны, между молодыми людьми не было никакого смущения и напряженности. Они полностью отдались своим чувствам, желаниям и друг другу, полностью игнорируя и гася сигналы разума, как будильник, мешающий приятному утреннему сну. Если раньше они считали такое поведение в отношении друг друга безумием, отсекали все мысли, связанные с этим, считая невозможностью такой поворот событий в реальности, то теперь они понимали, что больше ни дня не смогут друг без друга. Аня была на пределе, Костенко тоже еле сдерживал свои внутренние порывы. Дыхание девушки было настолько частым и поверхностным, что громкие стоны вырывались даже из ее сомкнутых губ. Не в силах больше сдерживаться, блондинка оторвалась от губ генерала, сильнее прижалась к его телу и начала сначала шептать ему на ухо, а потом и вовсе, закрыв глаза и запрокинув голову, не скрывая своих эмоций и своего наслаждения, начала громко обращаться к своему партнеру: — Да, да! Еще! Тоже находясь на пределе, Костенко в последний раз вошел в девушку резко и глубоко, сильнее прижимаясь к ее упругому телу, отчего она издала громкий стон, изогнувшись в руках генерала и в порыве страсти вцепившись ногтями в его спину. После чего генерал, отдавшись оргазму с приглушенным стоном, рухнул рядом с обессиленной Аней. Девушка приподнялась и прижалась к мужчине, положив руку ему на грудь. Костенко заключил Аню в свои крепкие объятия, уткнулся носом в ее волосы, вдыхая такой до боли родной аромат, и легкими движениями гладил ее по спине. Девушка воздушными касаниями пальчиков водила по груди и прессу генерала, ощущая полное умиротворение и спокойствие. Рядом с таким мужчиной ей было совершенно не страшно. В его объятиях она чувствовала себя в полной безопасности. Вскоре Аня так и заснула в крепких объятиях генерала, положив голову ему на плечо. Сергей же уснул не сразу: он все о чем-то думал и гладил девушку по спине.