Запретная любовь

Очередной день клонился к вечеру. Белокурая девушка сидела на диване, ожидая своего мужчину с работы, и читала какую-то книжку из его личной библиотеки. Чувствуя, что начинает засыпать, Аня встала, отложила книгу в сторону и направилась в ванную для того, чтобы умыться прохладной водой. Зайдя в ванную и включив воду в раковине, Аня долго смотрела на свое отражение в зеркале, пытаясь состряпать какую-нибудь несложную, но необычную прическу. Непослушные пряди волос падали на ее лицо, и, немного раздражаясь, девушка небрежно заправляла их за уши. Наклонившись над раковиной и умыв лицо, Аня подняла голову и вновь обратила свой взгляд к зеркалу. То, что увидела она позади себя, заставило ее вздрогнуть и резко обернуться. В зеркальном отражении, прямо позади нее, стоял Паша Вершинин. Обернувшись, девушка никого не увидела. Снова посмотрела в зеркало — никого. Решив, что ей это просто привиделось из-за переутомления, вызванного длительным чтением малопонятной для нее литературы, Антонова еще раз умыла лицо прохладной водой и вернулась в гостиную. Паша не был ее видением. Он предстал перед ней во плоти, как только девушка перешагнула порог гостиной. От неожиданности Аня резко попятилась назад и стукнулась о запертую дверь, которую секунду назад она еще даже не успела закрыть. — Ну, здравствуй, Аня. Значит, не скучала ты тут без меня, — с нескрываемым презрением проговорил Паша. — Как ты тут… то есть, я хотела сказать, что ты здесь делаешь? Как ты меня нашел? — лепетала перепуганная Аня. — К тебе пришел, соскучился. Зато я вижу, что ты нет, — все тем же тоном продолжал Вершинин. — Зачем ты здесь? Что тебе нужно? — А ты разве не этого хотела? Разве ты больше не рада меня видеть? — Насколько я помню, это ты был не рад нам, когда мы приехали за тобой. Ты прогнал нас и сказал, чтобы мы больше не возвращались. — Я ждал только тебя, но не всех остальных. Они там были совершенно бесполезны, т.к. помочь могла мне только ты. Но даже ты не смогла, и ты сама прекрасно знаешь, почему. Не хочешь мне сейчас сама во всем признаться? — О чем ты? Я тебя не понимаю. — Не прикидывайся, ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю. — Понятия не имею. — Понятия не имеешь? Ну, тогда я сейчас тебе напомню. Паша поднял правую руку и направил ее на Антонову. Сильная боль пронзила сознание девушки, и, взявшись руками за голову, Аня медленно по стене опустилась на колени. В голове вдруг стали возникать события минувших дней, словно кто-то быстро прокручивал цветную кинопленку из личного семейного архива. Девушка понимала, что это Паша пробрался в ее голову и управлял ее мыслями. — Прекрати! Остановись! Пожалуйста, не надо! — от боли и обиды кричала Аня, пытаясь остановить посягательства на свою личную жизнь. Когда девушка все же пришла в себя, она медленно, не говоря ни слова, с глазами полными страха, поднялась с колен и бросилась к тумбочке, на которой стояла фарфоровая ваза. Схватив ее, она пригрозила Вершинину: — Стой! Не смей меня трогать, а не то я… — Ты серьезно? — округлив глаза, расхохотался Паша и одним взмахом руки выбил вазу из рук Ани, отшвырнув ее и разбив о стену на множество осколков. Аня в ужасе смотрела на него, содрогаясь от страха. — Чего ты хочешь от меня? Что ты тогда от меня хочешь услышать, раз ты и так все сам знаешь? — всхлипывала Аня. — Ты не смогла помочь мне только потому, что разлюбила. Ты предала меня. — Предала? Я тебя? Это ты предал нас, а меня особенно. — Я не предавал, просто так было нужно. Я надеялся, что ты будешь ждать меня. Я бы вернулся за тобой. Но ты решила не усложнять себе жизнь и просто променяла меня на этого Костенко. Конечно, так же проще. Он здесь, рядом, а я там. — Паш, что ты такое говоришь? Я даже не думала, тебя предавать. Я ждала тебя, очень ждала, честное слово, но как показала наша с тобой последняя встреча, все было напрасно. — Это все потому, что ты уже успела все испортить. Успела влюбиться. Ты думала, что я не узнаю? Думала, что тебе удастся меня обмануть? — Если бы ты не бросил меня тогда, не было бы этого всего. Ты сам оставил меня одну. — Больше не оставлю. — В каком смысле? — Одевайся. — Что? — Одевайся, я сказал, мы уезжаем. — С чего это вдруг? Никуда я с тобой не поеду. — Поедешь, если не по-хорошему, то по-плохому точно поедешь. С этими словами Паша достал пистолет и направил его на Антонову. Аня вздрогнула и подняла руки, сделав пару нерешительных шагов назад. — Я же не нужна тебе, тогда зачем это все, — заикаясь, проговорила девушка. — Это ты так решила, я такого решения не принимал. Я тебя никому отдавать не собирался. — Да что с тобой такое? Почему ты со мной так разговариваешь? Паша, объясни мне, наконец, что происходит? — Слишком много вопросов. Собирайся, у нас мало времени. — Ответь мне! — Я тебе все расскажу, но не сейчас. Сейчас у нас нет времени. — В таком случае, я никуда не пойду! — Аня, не вынуждай меня. — А что, если не пойду? Убьешь меня? Какой тебе тогда будет толк от меня мертвой? — У меня не было в планах убивать тебя. Зачем мне это? — Это тогда тебе зачем? — Аня указала на пистолет. — Там транквилизаторы с сильнодействующим снотворным препаратом. Я же сказал, что ты, по-любому, пойдешь со мной: хочешь ты того или нет. В твоих интересах пойти самостоятельно, а в моих — не прибегать к насилию и принуждению. Поэтому давай обойдемся без глупостей. У Ани больше не осталось аргументов. Она тянула время, зная, что Костенко должен приехать с минуты на минуту. Это же знал и Паша. — Ну, все, Аня, ты свой выбор сделала. Я хотел, как лучше, — сказал Паша, направив на нее пистолет. — Ладно-ладно, одеваюсь, — подняв руки и попятившись задом, Аня вышла в прихожую. Под прицелом пистолета Аня надела кеды и плащ. Незаметно ей также удалось закинуть свой мобильник в карман. Она знала, что Костенко сможет найти ее с помощью встроенного прибора слежения. Только бы Паша не нашел телефон. Только бы не было слишком поздно. Грубо схватив Аню за локоть, Паша вывел ее из квартиры и захлопнул за собой дверь. Уже через несколько минут машина, точь-в-точь, как та, что была у Никиты, покидала подземную парковку. Выезжая к дороге, внедорожник Паши, чуть было не столкнулся с поворачивающим во двор джипом Костенко. Вершинин одарил растерянного Сергея злобным взглядом и скрылся за поворотом так же быстро и резко, как и возник перед ним. Мужчина не сразу понял, что произошло. Да и не сразу он узнал водителя автомобиля. — Паша? — подумал Сергей, приходя в себя и морща лоб, — Аня! — уже в голос закричал генерал, все поняв и осознав цель Пашиного визита. Резко вывернув руль и вдавив педаль газа, Костенко бросился в погоню. Нагнав внедорожник Павла, Сергей сел ему на хвост, следуя за ним по пятам, в надежде на то, что похититель рано или поздно остановится. Паше явно не нравилось такое сопровождение в лице генерала ФСБ, и он решил расправиться с назойливым преследователем раз и навсегда, чтобы тот не помешал ему и не сорвал его планы. Находясь уже на окраине города, Вершинин свернул в сторону промзоны, вокруг которой было тихо и безлюдно, не хуже, чем в Чернобыле. Заехав в тупик, внедорожник сбросил скорость и остановился. Костенко остановил свой Джип сразу позади Вершинина, перезарядил свой пистолет, вышел из машины, грубо хлопнув дверью, и решительными шагами направился в сторону вражеского автомобиля. Подлетев к дверце со стороны Паши, Сергей дернул ее и, наведя пистолет на похитителя, грубо скомандовал: — Из машины вышел! Быстро! Парень, не поднимая головы, вальяжно вышел из салона автомобиля, находясь под прицелом у Костенко, и взглянул на него своим холодным, пустым взглядом, не убирая с лица самодовольную улыбку. — Аня, выйди из машины, — приказал девушке генерал-майор, все также пристально глядя на врага. Девушка вылезла из автомобиля и бросилась к Костенко, прячась за его спиной и боязливо поглядывая на Пашу из-за широкого мужского плеча. — Что тебе от нас нужно? — вновь заговорил генерал. — Мне нужна Аня, — спокойным голосом произнес Вершинин. — Ты ее не получишь! — Думаешь? Ты так в себе уверен? — Да, Паша, в себе я уверен. — Очень зря, на твоем месте, я не был бы так уверен. — Это еще почему? — Вспомни, кому ты пытаешься противостоять. — Да мне все равно! Я сказал, что Аня никуда не поедет. Я остановлю тебя, и пусть это будет последнее, что я сделаю. Паша рассмеялся своим жутким ледяным смехом. — Ну, хорошо, если ты так настаиваешь, то пусть будет по-твоему. Паша взмахнул рукой, и пистолет Костенко вылетел из его рук. Тогда Паша взмахнул рукой еще раз, и Сергей поднялся высоко в воздух, оказавшись в нескольких метрах над землей. Вершинин, все еще ехидно глядя в глаза генерала, принялся медленно сжимать руку в кулак, будто в ней находился невидимый теннисный мяч. Барахтающийся в невесомости Костенко вдруг резко схватился за горло и, глухо хрипя, пытался сделать хоть один вздох. От страха и напряжения он вытаращил глаза, которые, казалось, вот-вот вылезут из орбит. Аня бросилась к Паше, яростно вцепившись в его куртку, и затрясла его: — Отпусти его, слышишь? Отпусти его немедленно! Тогда Павел медленно перевел свой обезумевший взгляд на Анну, расплывшись в еще более коварной и самодовольной улыбке. Звонкая пощечина просвистела в воздухе, оставив красный след на щеке девушки, после чего та оказалась отброшена в сторону. — Ты хочешь, чтобы я отпустил его? — вкрадчиво обратился Вершинин к Антоновой, — Так и быть, я исполню твое желание. И задыхающийся генерал отлетел в сторону, повалившись на землю без чувств. Аня прикрыла рот руками, чтобы не закричать, и, подскочив на ноги, хотела было броситься к Сергею, но Паша остановил ее: — В машину! Быстро! — скомандовал он и, не дожидаясь каких-либо действий от девушки, сам запихал ее в салон и резко захлопнул дверь. Сев за руль, Вершинин резко развернул машину и вернул ее на трассу. Аня, на лице которой застыл ужас, обернулась и смотрела на бездыханное тело Сергея, пока оно не скрылось из виду. GPS-навигатор оповестил водителя о том, что маршрут до Чернобыля построен. Паша прибавил газу, и, вскоре, они были далеко от своего последнего места остановки.