Запретная любовь

Спустя два часа езды Джип генерала Костенко был уже далеко от Зоны. Только тогда Аня немного начала приходить в себя после всего произошедшего. В отличие от нее, остальные ребята оправились от легкого шока сравнительно быстро. И не удивительно, ведь им пришлось пережить гораздо меньше страшных вещей, да и Костенко всегда был рядом с ними, готовый в любой момент защитить любого из них. Оживившись, молодые люди начали болтать, весело шутя над тем, что всего пару часов назад не вызвало бы у них смеха. Конечно, легко обо всем этом говорить, находясь уже так далеко от опасности. — Слыш, Аньк, а помнишь, как ловко мы сбежали прямо у Пашки из-под носа. Я тогда думал «Ну все, капец нам», а оказалось, что нет, выбрались, — пытаясь вовлечь Антонову в диалог, обратился к ней Леша, слегка подавшись вперед на своем сиденье. Сергей обернулся назад и, с укоризной взглянув на Горелова, одним только взглядом заставил его замолчать и спокойно сесть обратно, после чего посмотрел на Аню. Девушка, задумчиво смотрящая вдаль, отвернулась и перевела свой взгляд в боковое окно, казалось бы, совершенно не обращая внимания на разговоры друзей. — Если дороги и дальше будут такие же свободные, то к обеду мы будем в Москве, я отвезу вас в больницу, — известил ребят генерал. — В больницу? Зачем? — поинтересовалась Настя. — Вам нужно пройти обследование и сдать анализы, вы все-таки не с курорта возвращаетесь. — Но сколько раз мы уже были в Зоне и ни разу не обращались в больницу. — Насть, я все сказал, и это не обсуждается, — не желая больше разговаривать на эту тему, оборвал Сергей. Нелюбящая врачей девушка недовольно цокнула, закатив глаза, и грубо откинулась на сиденье. Костенко, привыкший к тому, что его приказы все равно рано или поздно выполняют, даже не обратил на это внимания, продолжая внимательно следить за дорогой. Через 12 часов черный Джип уже ехал по центру Москвы в сторону главной городской больницы. Подъехав к клинике, Костенко нашел свободное место на парковке, оставил свою машину и повел ребят в здание. Несмотря на то, что клиника была одной из самых лучших в городе, в ней, как и в любой другой, был характерный запах лекарств и хлорки. Зайдя внутрь и вдохнув этот запах, у Насти было чувство, что ее сейчас стошнит. Взявшись одной рукой за живот, а другой — взяв Лешу под руку, крепко уцепившись за рукав его куртки, девушка побрела вместе со всеми к регистратуре. — Генерал-майор ФСБ Костенко, — показывая корочку, обратился Сергей к медсестре в окошке, — вам звонили по поводу нас. — Здравствуйте, сейчас к вам спустится старшая медсестра и проводит вас в приемное отделение. Можете пока присесть. Удовлетворенно кивнув, генерал молча указал ребятам рукой на сиденья, и те уселись в рядок, беспокойно скрестив руки на груди и закинув ногу на ногу. Взглянув на них, Костенко лишь ухмыльнулся: — Ну что вы как будто из лесу вышли, в больницах, что ли, ни разу не бывали? Через несколько минут к ним спустилась полная, но довольно-таки приятная женщина с алыми губами, от которой пахло выпечкой, и создавалось впечатление, что она работает не в больнице, а в кафешке через дорогу. — Вы генерал-майор Костенко? — обратилась она к Сергею. Сергей молча кивнул ей в знак подтверждения. — Пройдемте со мной, — развернувшись на пятках, женщина зашагала обратно в сторону лестницы. — Пойдемте-пойдемте, — повернувшись к ребятам, поманил их рукой генерал. Набрав в грудь побольше воздуха и нервно сглотнув, ребята встали и неуверенно двинулись вслед за опекуном, сами не понимая, чего они опасаются. Меньше, чем через полчаса, молодые люди вместе с Костенко уже во всю носились из кабинета в кабинет, проходя различные осмотры и обследования, сдавая анализы и делая необходимые прививки. К вечеру, когда ребята получили всю необходимую медицинскую помощь, Костенко распорядился, чтобы детей оставили под наблюдением в стационаре до утра, заплатив за отдельную палату для каждого. Убедившись, что его подопечных распределили по палатам, он нашел палату Антоновой и заглянул к девушке, предварительно постучав. — Не помешаю? Антонова сидела на краю кровати, свесив ноги, и смотрела в пол. Услышав голос Сергея, она подняла на него глаза и слегка покачала головой, дав понять, что можно войти. Получив разрешение, Сергей вошел, закрыв за собой дверь, и, медленно подойдя к кровати, сел рядом с девушкой. Аня по-прежнему сидела, уставившись в пол, и, теребя в руках влажный носовой платок, периодически хлюпала носом. Сергей очень опасался, как бы у Антоновой снова не повторилась та депрессия, которая была вызвана ее предыдущей поездкой в Зону. Он очень надеялся на то, что это всего лишь небольшой шок, с которым девушке поможет справиться хороший отдых и крепкий сон. Не найдя нужных слов, Костенко лишь протянул Ане чистый носовой платок. — Спасибо тебе, — тихо произнесла девушка, принимая платок из рук Сергея. — Пустяки, это же всего лишь платок. — Да дело не в платке, за помощь спасибо, за то, что поехали спасать меня, ведь вы рисковали своими жизнями ради меня. — На то ведь и нужны друзья, — как-то немного горько улыбнулся Костенко. — Я очень испугалась, за тебя испугалась, — сказала девушка, положив свою руку на руку Сергея, покоящуюся на его коленях. — Не бойся, все позади, все закончилось, больше я тебя в обиду не дам, — обхватив другой рукой голову девушки и притянув ее к себе, Сергей нежно поцеловал Аню в лоб. Взглянув Сергею в глаза глазами, полными надежды и благодарности, Антонова уткнулась ему в грудь, вдыхая запах родного и любимого ею человека. Мужчина прижал девушку к себе, успокаивающе поглаживая ее одной рукой по макушке и наслаждаясь запахом ее льняных волос. — Ладно, Анют, мне нужно заехать в управление по делам, вы останетесь здесь на ночь, утром я заберу вас, — вставая с кровати, сказал Костенко. — Я буду скучать, — следом вскочив на ноги и бросившись в объятия генерала, выпалила Аня. На что Сергей лишь улыбнулся, оставив еще один горячий поцелуй на лбу девушки, и сказал: — Отдыхай, завтра увидимся, — выпустил руку девушки из своей и тихо скрылся за дверью. Немного погодя, в палату к Ане зашла медсестра с небольшим металлическим подносиком в руках, на котором лежал шприц. — Анечка, давайте Вашу руку, Вам нужно сделать последний укол. Антонова взглянула на шприц, наполненный какой-то красной жидкостью, напоминающей кровь, и, забрав руку, немного отпрянула назад, с ужасом таращась то на медсестру, то на шприц. — Анечка, что случилось? — спросила женщина, удивленная поведением Антоновой. — Ч-что в нем? — немного заикаясь, спросила девушка. — Обычные витамины для нормализации работы нервной системы и для укрепления иммунитета. — А, да? Ну хорошо, извините, я просто… — Ничего, дорогая, все в порядке, — понимающе улыбнулась ей медсестра и взяла руку Антоновой для инъекции. Девушка недоверчиво следила за тем, как неизвестная ей жидкость капля за каплей проникала к ней в организм, стремительно разливаясь по венам. — Ну вот и все, умничка, а теперь отдыхай, — доделав процедуру, добродушно подмигнула медсестра и удалилась из палаты. Аня проводила женщину взглядом и, еще немного посидев, выключила свет и легла спать. Утомленная событиями последних дней, обессиленная девушка довольно-таки быстро крепко уснула, что даже не услышала скрипа открывающейся двери. Что-то легкой тенью скользнуло в палату, прикрыв за собой дверь, и темным силуэтом замерло в углу, недалеко от кровати. Стоя в темноте палаты, освещаемой лишь тонкой полоской лунного света, пробивающейся сквозь занавешенные окна, таинственный незнакомец наблюдал за спящей девушкой своим бездонным пустым взглядом. После чего, вынув из кармана шприц с точно такой же красной жидкостью, которую несколькими минутами ранее вкололи Анне, с кровожадной акульей улыбкой покрутив его в руках и убрав в другой карман, незнакомец тихо обратился к спящей Антоновой: — Ну вот и все, скоро ты сама ко мне вернешься. Я буду ждать тебя. С этими словами незваный ночной гость исчез точно также незаметно, как и появился. А безмятежно спящая Антонова даже и не подозревала, что шприц с витаминами, из которого ей сделали инъекцию, оказался подмененным, и содержал он вовсе не витамины, а самую настоящую кровь, вместе с которой в ее организм был занесен вирус, который теперь медленно, но верно развивался в ее теле.