Полет над гнездом кукушек

- «Диссоциативная фуга характеризуется неожиданно совершаемой человеком поездкой или даже путешествием в состоянии, соответствующем диссоциативной амнезии. В отличие от психогенной амнезии, больной во время эпизода фуги не осознает расстройства памяти и внешне не выглядит дезориентированным. «Новая» личность, в которой он выступает, обычно отличается от собственной, ее черты могут быть богато детализированными или бледными и фрагментарными». Оторвав глаза от книги, Селеста взглянула на сестер. Две пары совершенно одинаковых глаз смотрели на ее с детской непосредственностью и искренним восхищением. С таким же успехом можно было читать учебник по ядерной физике двум первоклашкам, только освоившим сложение и вычитание. Девушка покачала головой и закрыла увесистый талмуд. - В общем, все не так просто, - подытожила она и вернула книгу на полку, где та стояла в окружении энциклопедий, словарей и справочников. Эсме лукаво прищурилась, уголок ее рта на мгновение дернулся в многозначительной ухмылке. - Ты умная, мы поняли. Теперь объясни нам, простым смертным, что это все значит и что, черт возьми, нам с этим делать. - Это состояние еще не до конца изучено, есть множество факторов…. - По-человечески, Селштейн! - оборвала ее Эсме. Селеста глубоко вздохнула и прикрыла глаза. По ее внешнему виду, застывшему лицу и сжатым губам сложно было понять – то ли она собирается с мыслями, то ли борется с внутренним раздражением и желанием испепелить сестер на месте. Те на всякий случай помалкивали и терпеливо ждали. Через несколько секунд глаза девушки открылись, и она произнесла тоном многомудрого профессора, которому приходится в тысячный раз разжевывать одну и ту же теорию. - Ее память заблокирована из-за испытанного шока. Мозг удалил неприятные воспоминания, чтоб не допустить повторной перегрузки. Так понятней? - Да, спасибо. Вот видишь: умеешь, когда захочешь! - И что мне…нам теперь делать? – тихо подала голос Минди. - Ждать, - ответила Селеста, задумчиво потерев лоб. – Там сказано, что в большинстве случаев симптомы сами проходят через некоторое время. - В большинстве случаев? Эсме скептично приподняла бровь, в ее глазах явно читался вопрос. «А если это не тот случай?» - Там так написано, - пожала плечами Селеста. «Тогда нам придется самим ей все рассказать». Она на секунду встретилась глазами с Эсме, а затем торопливо отвела взгляд. Ей самой не нравилась перспектива «воскрешения» Ксорнето и ему подобных, но иного выхода у них не оставалось. - Мы на сто процентов уверены, что это не внешнее вмешательство? – прервала затянувшуюся паузу Эсме. Она заранее знала ответ, но молчать уже просто не было сил. – Ей могли, ну знаешь…промыть мозги. Прости, милая. Она ободряюще погладила Минди по плечу, но та лишь кивнула и опустила глаза. - У нее в голове по-прежнему стоит наш блок. Защита, которую не смогли преодолеть ни профессор Ксавье, ни профессор Грей. Услышав это, такое близкое и родное, имя, Эсме почувствовала теплую тяжесть внизу живота. Перед глазами ярким огнем вспыхнули рыжие волосы, манящая улыбка и на удивление прохладные руки. Руки, прикосновения которых она до сих пор помнит. Каждое движение, каждая нескромная пауза в наиболее чувствительных местах, каждый вираж острым наманикюренным ногтем – все это будоражило нервную систему и вызывало гамму доселе неизвестных ощущений. Почувствовав на себе пристальный взгляд, Эсме вернулась в реальность. Селеста смотрела на нее с плохо скрываемым осуждением. - Хорошо, я поняла. Никакого воздействия, - смущенно проговорила девушка и отогнала от себя несвоевременные воспоминания. Проведя сестер к черному ходу, Эсме вернулась в главный зал библиотеки. Огромное величественное помещение было совершенно пустым, за исключением ютившегося возле входа стола, за которым сидел тучный парень и читал комикс. Тонкий глянцевый буклет выбивался из общей обстановки своим несерьезным объемом и яркими рисунками на каждом странице. Девушка натянула дежурную приветливую улыбку и непринужденной походкой приблизилась к библиотекарю. - Спасибо, Карл. Ты меня очень выручил. - Ты можешь приходить сюда в любое время, не только в обед. Ты же знаешь это? И тогда даже не надо будет заранее звонить. - Я знаю, дорогой. Но я люблю посидеть в тишине. У девушки должны быть свои капризы. - В тишине? Но я слышал голоса… - попытался возразить парень, растерянно глядя вслед удаляющейся девушке. - Пока, Карл! – помахала рукой Эсме и захлопнула за собой дверь. Гул улицы снова накрыл ее с головой. Шум машин, многочисленные перезвоны мобильников и пустопорожние диалоги о детях, контрактах и грядущих отпусках, бесконечные вереницы одинаковых желтых такси и надрывные голоса безликих уличных зазывал. Все было как всегда. Почти все. Что-то беспокоило, что-то проникало в сознании и отравляло спокойное течение мыслей непонятным напряжением. Не сбавляя шаг, девушка начала «прослушивать» всех окружающих. Студенты, бизнесмены, матери-одиночки и потенциальные самоубийцы. Все это было не то. Эсме уже давно перестала по-настоящему интересоваться личной жизнью окружающих ее людей. Скрытые садисты, навязчивые мазохисты, любители нюхать белье и ловящие кайф от звуков шуршащих пакетов. Все это было для нее открыто, и все это не имело никакого значения. Каждый человек имеет право любить что ему вздумается, если это не мешает окружающим. Но сейчас кто-то мешал. Кто-то думал о ней, пытался вмешаться в ее личное пространство, и ей это не нравилось. Уверенной походкой девушка повернула за угол и продолжила наблюдать. Через полтора дома Эсме наконец нащупала своего преследователя. Он шел на осторожном расстоянии и думал на иностранном языке. Ход его мыслей был неясен, но одно было понятно наверняка – он не сводил глаз с девушки и был настроен решительно. Ускорив шаг, Эсме продумывала план действий. Она неплохо знала этот район и легко могла бы скрыться, но сейчас ей нужны были ответы. Преследователь не мог быть кем-то из Мстителей или Щ.И.Т.а – те знали об ее способностях и не позволили бы так легко себя обнаружить. Значит, причина подобного пристального внимания не была связана с их побегом из Крепости. А это уже было интересно. Девушка намеренно перешла на бег, вынудив своего иностранного друга сделать то же самое. Она хотела, чтоб преследователь понял, что обнаружен. Это выведет его из равновесия и спровоцирует на активные действия. Но не здесь. Пробежав пару кварталов, Эсме свернула в щель между домами, в которой можно было бы провести душевную беседу вдали от посторонних глаз. Переведя дыхание, она приняла бриллиантовую форму и приготовилась к драке. Торопливые шаги говорили о приближающемся противнике. Девушка встала посреди прохода и подняла кулаки на уровень груди. Шаги затихли и сменились тяжелым дыханием. Через мгновение в алмазную поверхность ударил целый шквал пуль.