Не бойся предположить невероятное

***

Зельевар сидел в своем кабинете и проверял домашнее задание, но его мысли то и дело обращались к тревожащим его людям. Под почетным первым номером шел Гарри Поттер. Чертов мальчишка непонятно каким образом попал на Слизерин и теперь являлся непреходящей головной болью для декана. Нет, Поттер не хулиганил как его покойный папаша-идиот, не ходил, задрав нос, как Драко Малфой, не доставал окружающих своим занудством, как Гермиона Грейнджер и не ввязывался в драки, как многие игроки факультетских команд по квиддичу. Напротив, этот ребенок вел себя очень тихо. Противоестественно тихо. Он почти ни с кем не разговаривал. Что-то спросили – ответил, а так сам ни с кем разговоры не заводил. На всех уроках он старался сидеть за партой в одиночестве, а если обстоятельства требовали работы в парах, то начинал нервничать и явно чувствовал себя не в своей тарелке. К концу первого дня занятий профессора, обеспокоенные странным поведением Избранного, завалили директора требованиями, чтобы мальчик прошел медицинский осмотр в Больничном крыле. Мадам Помфри со всей ответственностью подошла к делу, но результаты тщательного исследования ничего не дали. Мальчик-Который-Выжил был абсолютно здоров физически. Психологически же... Явные проблемы с психикой были очевидны для всех, чтобы их отрицать. Но как понять, в чем причина? Гарри на контакт не шел – на хорошее обращение не реагировал, а если на него надавить – замыкался в себе еще сильнее. - Такое ощущение, что он ненавидит себя за что-то. Считает, что должен себя наказать и поэтому специально лишает себя всяческих радостей в жизни, - высказал свое мнение вызванный из Мунго специалист. – Большего я сказать не могу. Вам лучше пообщаться с его опекунами и все прояснить. Могу сказать одно наверняка – не так давно в жизни мальчика произошло какое-то ужасное событие, которое повлекло за собой столь кардинальные изменения в его личности. Больше никаких рекомендаций не последовало, что было не удивительно. Вел себя Гарри адекватно, право и лево не путал, слюни не пускал, на людей не набрасывался, а то что постоянно молчит – да, странно, но не криминально же. Снейп последовал совету целителя и написал Дурслям, однако, их ответ не пролил света на проблему. Петуния в довольно резких выражениях на двух листах расписала, как она «рада» получить письмо от старого знакомца и лишь в самом конце одним предложением сообщила, что мальчик с самого детства такой замкнутый. Тогда зельевар обратился к Тому Эвансу. Увы, но он лишь подтвердил слова опекунши. Больше спрашивать было не у кого, и мужчине пришлось пустить все на самотек. Тем более, что особых проблем Поттер не вызывал. Мальчик вполне хорошо прижился на Слизерине. Он никого не трогал – его никто не трогал. При этом он учился очень хорошо – выше рейтинг был только у гриффиндорской заучки Гермионы Грейнджер. Тишь да гладь. Любой другой на месте Снейпа только умилялся бы такой благодати на вверенном ему факультете, но Северус не мог. Он интуитивно ощущал, что под внешне мирной обстановкой скрывается нечто обратное. В воздухе витало нарастающее напряжение. Но зельевар как ни тщился, не мог понять суть угрозы. С Дамблдором он своими опасениями не делился, ведь тот не был слизеринцем и оттого не понимал сути этого факультета. Испокон веков все самое важное происходило на Слизерине незаметно для глаз и ушей посторонних. Остальным могло казаться, что все в порядке, а слизеринцы на самом деле проводили нешуточные баталии. Следующим в списке значился сводный брат Поттера – Том Эванс. Этот ребенок настолько разительно отличался от Мальчика-Который-Выжил, что Снейп только диву давался. Очень красивый, дружелюбный, любознательный – он с легкостью заводил знакомства повсюду. Чопорные слизеринцы охотно шли на контакт, несмотря на его статус магглорожденного. На своем факультете увлеченных наукой индивидуалистов Эванс стал душой компании. Хаффлпаффцы едва ли не хвостиками виляли перед ним, сраженные наповал дружелюбием брюнета, а ученики львиного факультета во всеуслышание называли своим парнем и даже распахнули дверь своей гостиной перед ним. Том Эванс никогда не был один. Везде, куда бы он ни шел, его сопровождала целая толпа очарованных его личностью учеников. Взрослые недалеко ушли от детей. Несмотря на средние результаты в учебе, Том быстро стал любимцем всех профессоров. Даже его, Снейпа. Зельевар явственно ощущал необъяснимую симпатию к этому мальчику, которая лишь крепла день ото дня. Это было очень странно, ведь брюнет не прилагал особых усилий для этого. Он лишь открыто улыбался мрачному мужчине, вежливо с ним разговаривал и послушно исполнял указания. Неужели такой малости хватило, чтобы растопить ледяное сердце Ужаса Подземелий? Снейп был крайне заинтригован этим феноменом и в оба глаза следил за необычным учеником. Он надеялся, что рано или поздно разгадает источник его сверхъестественного обаяния. Пару дней назад декан Слизерина заметил интересную деталь: стоило Эвансу появиться в его поле зрения, как резко улучшалось настроение, окружающий мир становился прекрасен, а на лицо лезла улыбка. Получалось, что парень сам того не ведая распылял вокруг себя волны магнетизма. Должно быть, Том обладал немалыми врожденными талантами в области ментальных искусств. Третьим лицом, кто вызывал у Снейпа беспокойство, был Дамблдор. Северус неоднократно самолично наблюдал как меняется лицо директора при каждой встрече с Томом Эвансом. Оно приобретало удивленное выражение, словно старец не мог поверить чему-то. Зельевар был достаточно наблюдательным человеком и успел хорошо изучить своего работодателя, так что мог с большой долей уверенности утверждать, что старик сбит с толку поведением сводного брата героя магического мира. Он явно знал про него что-то и ожидал совсем другого. А когда братья одновременно оказывались в поле зрения седовласого мага, то декан Слизерина мог поклясться на чем угодно, что каждый раз слышал шепот директора «Не может быть. Они абсолютно не такие, какими должны быть». Северус пытался задавать вопросы директору, но тот в своей излюбленной манере увиливал от ответа, утверждая, что зельевару просто кажется, а сам неотрывно следил за каждым шагом сводных братьев. Четвертым человеком стал Люциус Малфой. У сиятельного лорда вспыхнул живейший интерес к Мальчику-Который-Выжил. Ранним утром второго сентября Люциус прислал декану Слизерина письмо, в котором интересовался, правду ли ему написал Драко о странном поведении героя магического мира. Зельевару скрепя сердце пришлось удовлетворить его любопытство и в красках расписать чудачества Гарри Поттера. Дамблдор был не очень доволен этим, когда узнал, но Северус сумел ему втолковать, что нет смысла скрывать эту информацию от такого человека как Люциус Малфой. С тех пор сиятельный лорд еженедельно присылал зельевару письма, в которых интересовался, как обстоят дела у героя магического мира. Похоже, что пронырливый маг планировал каким-то образом использовать мальчика к своей вящей пользе. Но одним Поттером интерес Люциуса не ограничился. Также, аристократа не на шутку заинтриговал Том Эванс. Судя по всему, Драко до самых печенок проникся этим рэйвенкловцем и в исключительно восторженных словах написал о нем родителям. Северус хмыкал, представляя, как перевозбудился бы сиятельный лорд, узнай он, что мальчик – сводный брат Гарри Поттера. Но Снейп держал рот на замке, Дамблдор тем более, а сами сводные братья почему-то не горели желанием обнародовать родственные связи. И это обстоятельство вызывало серьезные подозрения у зельевара. После длительных наблюдений декан Слизерина пришел к шокирующему выводу: Поттер… боится своего родственника – того, кто является всеобщим любимцем. Причем не просто опасается, а именно что боится. До ужаса, до потери сознания. Ничем иным проницательный мужчина не мог объяснить тот факт, что стоило только Тому оказаться в поле зрения Гарри, как Мальчик-Который-Выжил начинал паниковать и затравленно озираться вокруг, будто ища пути отхода. Эванс куда более умело скрывал свое отношение к брату, но недавно зельевар сумел заметить взгляд, который брюнет кинул на привычно сгорбившегося Поттера. В тот миг бывалого мага, который, на минуточку, был Пожирателем смерти и творил ужасные вещи, продрал страх до самых глубин души - столько ненависти было в нем. Теперь мужчине предстояло пересмотреть свои взгляды и на Тома, и на Гарри. А если учесть слова целителя из Мунго, то картинка начала проясняться. Похоже, что Поттер в чем-то провинился перед сводным братом, причем настолько, что тот его возненавидел всем своим существом, а сам Гарри, чувствуя свою вину, занимается самоистязанием.