Иллюзия жизни

      — Вика, вставай, в школу пора! — стук в дверь и голос мамы.       Вот и настало очередное утро. Ненавижу утро, которое начинается очень рано. Шесть утра… Извините, но это же пиздец какой-то. Встаешь, каждый день в одно и то же время, выполняешь свои утренние обязанности и плетешься в ад за знаниями. Ненавижу школу и все что с ней связано. Уроки, учебники, тетради, учителя и тому подобное. Кошмарный сон и закончится он только через пять месяцев.       — Вика, ты вставать собираешься?! — очередной стук в дверь и рассерженный голос мамы. — Не забывай, у тебя сегодня дел много. Ты обещала мне исправить оценки и наладить отношения с историком! Вика! Вика! — стуки в дверь упорно продолжаются.       — Да слышу я! Встаю уже, — бурчу себе под нос, переворачиваясь на другой бок.       Вика то, Вика се. Я уже Вика семнадцать лет. И причём одиннадцать лет мое утро начинается с одного и того же. Опять же с этой гребанной школы. Кому она вообще нужна?       И почему утро добрым бывает только в воскресенье? Один выходной, семь-восемь уроков каждый день, много домашки. Не учебное заведение, а каторга.       — Вика, — очередной стук в дверь и голос мамы. — Вставай и открой мне дверь!       Моя мама — очень приятная и добрая женщина, но когда что-то приспичит, то можно идти и вешаться. Уж слишком умная, властная и решительная — Светлана Сергеевна. Я на нее похожа лишь характером, в остальном я в отца, в сильного мужчину с внутренним стержнем. Я до сих пор помню, как Саша старался быть на него похожим, так как для него отец является эталоном мужественности.       — Вика!       — Да что?! — прячу голову под подушкой. — Ненавижу школу, ненавижу историка. Конченный мудак.        Чтоб вы понимали, я ученица профильного социально-экономического одиннадцатого «А» класса. Говорило мне подсознание «Иди в колледж», но нет же, я бестолочь, решила закончить школу. Дура. В девятом классе я не слишком парилась по поводу предметов. Выбрала географию и обществознание, необходимо отметить, что это мои самые любимые предметы, которые я до сих пор знаю на отлично. Также два основных русский язык и математика. Блииин… Аж плакать хочется… год назад у меня был другой классный руководитель, но так как из трех классов стало два, Андрея Александровича убрали, а наши классы перемешали, и я оказалась в классе под руководством Петра Федоровича, которому далеко за пятьдесят! От нашего дружного класса осталось не так много человек. Большая часть бывших одноклассников учатся в колледжах. Я одна из своего бывшего класса в социально-экономическом профиле. Со мной осталась лишь подруга и пару человек, но они в социально-гуманитарном профиле. Ах да, как же я могла забыть про своего старшего брата-близнеца? Он и пару наших друзей учатся в физико-математическом классе, ну и парочка человек ушли в химическо-биологический класс. В общем вот так вот.       — Ненавижу… Ненавижу этого препода.       — С кем ты тут лялякаешь? — слышу голос брата, который без проблем открыл дверь и нагло зашел ко мне в комнату. Выглядываю из-под подушки и вижу, как он включает свет. Вот зараза. — Ну что систер, готова к новому учебному дню? — он как всегда уже при параде: идеально отглаженные брюки, рубашка, уложенные на бок волосы. Мы с ним так, похоже, внешне, но такие разные внутри. Оба шатены среднего роста с карими глазами. Нужно заметить, что он пользуется в школе популярностью, что не скажешь обо мне. Он пунктуальный, ответственный и очень веселый парень. И я безумно горжусь, что являюсь сестрой этой какашки, но ему это знать не обязательно. — Ох, что это я, — демонстративно ударяет себя по лбу брат. — Готова к встрече с историком? — этот пиздюк знает куда бить.       — Саш, уйди.       Брат усмехается и как ни в чем небывало, подходит и распахивает шторы.       — Ты нормальный, нет? Закрой шторы, выключить свет и свали! — кидаю одну из своих подушек в брата. — Дай поспать!       — Неееет, — ловит он подушку весело смеясь, все больше и больше раздражая меня. — Я не предоставлю тебе такой радости, — он подходит к кровати и забирает мое тепленькое одеяло. — Викусечка, я же люблю тебя до безумия!       — Да шо ты пристал ко мне?! — заныла, когда у меня нагло отобрали одеяло и оставили в одной майке и кружевных трусиках. Он пробегается по моему телу взглядом и нагло улыбается. — Неужели нравится? — замечаю искорки в его глазах. Брата я никогда в жизни не стеснялась.       — И почему ты скрываешь свои достоинства? Грудь есть, причем не маленькая, фигура, как у модели… Любой парень может валяться у твоих ног, но ты выбрала роль «мужика».       — Выйди из моей комнаты, — потянулась в сторону с пледом, как вдруг этот ирод перевернул меня на спину и начал щекотать. — Аааа. Отвали! — забрыкалась, как маленький, беспомощный ребенок. — Ааааа, — завизжала что есть силы. — Я спать хочу! Я эту чертову историю до трех часов ночи делала! Отвали!       — Ути господи, — просюсюкал Саша, увидев в его глазах наглость. Вот же зараза. — Маленькая девочка не выспалась из-за учителя истории.       Никогда бы не подумала, что с историей у меня когда-нибудь будут проблемы. Да я даже представить не могла, что в социально-экономическом классе я буду зазубривать историю. С начала учебного года к нам пришел новый преподаватель. Все его безумно полюбили, он не только очень хорошо объясняет, также мужчина является довольно симпатичным, что является огромным плюсом для девочек. Все было хорошо по началу, но потом наши отношения наши портиться. Каждый урок с этим преподавателем начал начинаться со спора. Один раз дошло до того, что спор затянулся на целый урок и перемену. Мы с ним так усердно спорили, что не заметили посторонних в виде зауча по воспитательной работе и класса брата. На обществознании я не уступаю никогда, всегда стою до последнего и доказываю свою точку зрения. А вот с историей у меня так не получается, поэтому к каждому уроку мне приходится усердно готовиться, чтобы не получить плохую оценку.       — Да пошел ты! — не выдержав, подскакиваю на кровати. Как-то один хороший друг показывал мне прием самообороны, который я всегда готова применить, вот только Саша быстро смог сориентировать. Он вовремя понял, что к чему, поэтому побежал прочь из моей комнаты, скрываясь в своей. И вот я уже стою и ломлюсь к нему. — А ну немедленно открой дверь, гавнюк! — заорала на всю квартиру.       — Не-а! — смеется он по ту сторону двери. — Ты милая, когда злишься.       — А я-то думаю, почему ты меня постоянно злишь! А тебе, оказывается, нравиться, когда я злая! Открой дверь паршивец!       — Мама, а Вика и Саша опять ругаются, — слышу голос младшей сестры за спиной, на что закатываю глаза.       Катя — это нечто. Хитрая, расчетливая, умная. Три главных качества. Ей всего одиннадцать лет, но она уже отлично умеет играть на чувствах других. Но кстати нужно заметить, что она умеет отлично хранить секреты мои. Про брата не могу сказать. И еще она очень похожа внешне на маму.       — Вика, — раздался голос мамы за спиной. — Ты почему еще не одета?! А ну бегом одеваться, умываться! Оставь в покое брата.       Светловолосая женщина с голубыми глазами смотрит на меня строго из своей комнаты. Из-за спины появляется отец с ярко карими глазами. Когда он смотрит, кажется, что он видит насквозь любого человека. Также по его взгляду понимаешь — он очень мудрый человек. Поэтому необходимо быстро сваливать, ибо получить наказание не очень хочется.       — Братец, поздравляю, тебя спасли! Но это ненадолго! — предупредила, прежде чем пойти выполнять все свои утренние процедуры.       Мое имя означает победа и да, я люблю побеждать. Я сильная семнадцатилетняя девушка, способная защитить себя и свои интересы.       — Вика, — заходит на кухню мама. — Ты сегодня будешь собираться? У тебя осталось все лишь двадцать минут до выхода, — смотрит она на настенные часы. Я в задумчивости смотрю на кашу, не обращая на маму внимание, чем и вызываю ее злость. — Ты с самого утра решила поиздеваться надо мной? — повышает голос.       — Да все, все! — поковырявшись в тарелке и выпив кофе, встаю и ухожу, но на пути мне попадается мой братец.       — Оооо! — тянет Саша. — Это же сама Виктория! — кричит он на всю квартиру и кланяется передо мной.       — Ну все! — вновь не выдержала я, ибо он задолбал. — Как ты меня достал! — валю брата на пол, у нас начинается бой.       — Девочка, ты с ума сошла?! — смеется он, пытаясь поймать и прижать мои руки к полу, чтобы победить.       — Как ты меня достал! — кричу, размахивая руками в разные стороны.       — Да что это такое! — прибегает на крики мама. Как я ей сочувствую, ведь мы с Сашей так часто время проводим и ей с отцом приходится нас разнимать. — Александр, Виктория! — кричит она. — Немедленно прекратите, иначе я вас накажу! Вика, иди, собирайся!       — Мама, у нас война! — смеется Саша. — Девочка просто немного из ума выжила.       — Раз, — грозно произносит мама. — Два… Мы с братом замираем и переглядываемся. Нам-то известно, что, когда мама начинает считать, внутри нее уже все кипит и бушует, так сказать, это последняя фаза ее гнева.       — Это не конец, — шиплю и ухожу. Вот такое вот у меня начало дня.       Каждое утро к половине девятого мама отвозит нас в школу, и мы все расходимся по своим кабинетам. У малой физкультура. У брата физика, а у меня сейчас география, которая проходит очень хорошо. Мы изучали тему про размещение населения. Было «очень» интересно… я едва ли не уснула.       Следующие пять уроков были тоже «очень» интересными… У меня прошла профильная математика с физико-математическим профилем. Я получила хорошую оценку, а впереди у меня история.       Историю у меня ведет молодой преподаватель, двадцати пяти лет. Его зовут Алексей Александрович и, насколько мне известно, у него нет девушки. Он красавчик нашей школы, даже мои одноклассницы сходят от него с ума и пытаются всеми силами привлечь его внимания. Ну, а что? Алексей Александрович высокий, накаченный мужчина, который следит за своей внешностью.       Прозвенел звонок. Все встали, чтобы поприветствовать учителя. Я одна не подняла свою пятую точку с места, на что он даже не обратил внимание.       — Здравствуйте, садитесь, — проходит за учительский стол, открывая классный журнал. — Кого нет?       — Францева, Глушкова и мееееня. — тяну последнее слово, завалившись на парту.       — Лаврова, — Алексей Александрович поднимает на меня свои глаза. — Я, конечно, все понимаю, но ты не приборзела?!       — Я не умею борзеть, — лениво отвечаю на вопрос, продолжая выводить преподавателя из себя.       — Ты что творишь? — толкает меня в бок соседка по парте. — Он тебя сожрет с потрохами скоро.       Всеми любимый преподаватель каждый урок спрашивает в первую очередь меня. Поэтому мне уже ничего не страшно, уроки то я сделала.       — Я вижу, ты готова отвечать, — усмехается учитель, а я даже не удивляюсь. — Приглашаю к доске.       — Вик, вот умеешь ты на него впечатление хорошее произвести, — шепчет рядом сидящая Настя.       — Ага, — нахмурилась и вместе с тетрадкой поплелась к доске, с которой уже можно общаться, как с подругой.       — Рассказывай… — смотрит на меня Алексей Александрович.       — Анекдот! — воскликнула.       — Лаврова, — грозно произносит тот, смотря на меня. — Лучше не зли. Ты сейчас договоришься…       — Рассказ… — шепотом.       — Лаврова! — снова повышает голос Алексей Александрович.       — Извините, — вздыхаю, в конце концов, и начинаю рассказывать домашний материал, пользуясь конспектом в тетради.       — Остановись. Я ставлю тебе два, — прерывает меня учитель через пять минут, а мои глаза ползут на лоб. — Садись.       — Что?! Почему два?! Я же все рассказываю! Что не так?! — сейчас я по-настоящему зла на преподавателя. Он выводит меня из себя, практически каждый день, но сегодня это перебор, ибо с этой чертовой историей я просидела до поздней ночи.       — Лаврова, — вздыхает он. — Ты не тот параграф подготовила. Садись, два. В следующий раз будешь слушать меня на уроке. Пусть эта двойка послужит тебе уроком.       — ЧТО?! — еще сильнее закричала я. Моему возмущению нет предела. — Да я у всех спрашивала про домашнее задание, чтобы не ошибиться!       — Садись на место.       — То есть я зря, до трех часов ночи учила эту долбанную историю?!       — Получается, — пожимает он плечами. — Садись, Лаврова, два, — берет в руки ручку Алексей Александрович и вырисовывает оценку в журнале.       — Алексей Александрович! — делаю жалостливые глаза, как у кота из мультфильма «Шрек» и смотрю на учителя.       — Лаврова, я уже поставил тебе два. Лучше подготовь к следующему уроку пятидесятый, пятьдесят первый и пятьдесят второй параграфы. А сейчас сядь на место, и мы продолжим урок, — продолжает также спокойно говорить он, хитро улыбаясь. Я поворачиваюсь к своим одноклассникам и смотрю на них, которые сидят, как мыши. Любят же они посмотреть, как я с этим уродом ругаюсь.       — Вот сука, — говорю себе под нос и возвращаюсь на свое место, громко положив тетрадь на стол. — Мразь.       — Вик, не расстраивайся, — начинает поглаживать меня по спине Настя. — Исправишь. Он даже задание тебе уже дал. Подготовишься к следующему уроку.       — Не подготовится, — поворачивается одноклассник. — Нам историю на завтра поставили.       — Ты серьезно? — увеличиваю глаза, замечая, как жалостливо на меня смотрит Никита.       — Ой, да ладно тебе, — махает Настя рукой.       — Легко тебе говорить. Вы сидите, каждый урок и ничего не делаете, — с обидой в голосе замечаю я. — Это не справедливо. Я устала.       — Вик…       — Кхм, кхм, продолжим урок, — довольно говорит тиран, смотря в мою сторону.       — Ну ничего, Алексей Александрович, месть будет сладкой… Ты на всю жизнь запомнишь, что с Викой Лавровой лучше не связываться.