Мята

***

А вы знаете, насколько тяжело перенести смерть близкого человека? Знаете, как обливается кровью сердце, как тяжело дышать, а слёзы уже, кажется, закончились? Как раздирает горло, царапает легкие изнутри. Сухой жгучий кашель сжимает все изнутри, не позволяет сделать и глоток воздуха. Пак Чимин раз в неделю ходит на могилу к матери. Он винит себя в её смерти, хоть все равно не смог бы оказаться рядом в тот злополучный день. Пак Чимин — одинокий двадцатидвухлетний омега с трехлетним сыном на руках и небольшой старенькой квартиркой, оставшейся после матери. Одинокий омега, брошенный парнем около трёх лет назад после известия о ребёнке. Единственной отрадой в его жизни был сын. Маленький глупенький и немного неуклюжий мальчишка с гладкими чёрными и блестящими волосами. Он был настоящим сокровищем для своего отца, восхитительной ценностью, из-за утраты которой он бы не смог жить дальше. Парень отрывает рыжеволосую голову от подушки, услышав мелкие шажки в коридоре. Дверь скрипит, и в комнату врывается ребёнок, мгновенно подлетая к кровати и хватая отца за руку. Чимин целует того в лоб, спрашивая, как тому спалось. Мальчик щебечет что-то про красивую пони из своего сна и светло улыбается, грея сердце старшего Пака. Он встаёт и, поднимая сына на руки, плетётся на кухню, с грустной улыбкой отвечая на вопросы мальчика. Тот смеётся и болтает уж слишком резво для своего возраста. Омега ставит на небольшой стол две чашки, пара тарелок одна вилка и маленькая детская ложечка. Чайник щёлкает кнопкой и выпускает из носика белую тонкую струйку пара. Кипяток ошпаривает чайный пакетик, позволяя терпкому ягодному аромату вырваться наружу и наполнить комнату. В соседней чашке с каким-то мультяшным медвежонком оказывается тёплое молоко, только что подогретое на плите. Рыжий достаёт из холодильника детский йогурт и усаживает сына за стол, сам ставит тесто для блинов. Через полчаса аппетитная стопка блинов и баночка с малиновым джемом стоят на столе. Кухне наполняется прекрасным ароматом. Чимин зовёт ребёнка завтракать. Мальчишка завороженно глядит на блины и облизывается — отец редко балует его подобными угощениями. После завтрака Пак младший силой вытаскивает рыжеволосого на прогулку. Погода на удивление стоит замечательная. Солнечные лучи проникают сквозь резные кроны деревьев и оставляют на тропинке резные тени. Мальчик смеётся, пиная камушки, попадающиеся на его пути и иногда виснет на папиной руке. Чимин улыбается. Впервые за долгое время по-настоящему, искренне. Пак покупает сыну большой рожок мятного мороженого с шоколадной крошкой. Сам довольствуется небольшим эскимо. Мальчишка улыбается и откусывает огромный кусок, затем жмурится и морщит носик. Омега садится на корточки и бережно целует сынишку, неаккуратно укусившего холодную сладость. Тот немного хнычет, но все же вскоре успокаивается и, на этот раз совсем слегка, слизывает подтаявшую капельку мороженного. Они идут по парку. Мальчик хихикает и, слегка толкнув папу кричит громкое «ты вода». Чимин смеётся. Сын бежит куда-то вперёд, часто оглядываясь назад, на папу, проверяя что он все ещё рядом. В очередной раз он оборачивается и видео странный испуг в глазах рыжеволосого папы. А потом на скорости врезается в кого-то, пачкая идеально белую толстовку прохожего. Чимин оглядывает прохожего, бедную белую толстовку с огромным мятным пятном, своего сына и волосы пострадавшего такого же насыщенного мятного цвета… Сначала он смотрит на ребёнка слегка раздраженно. Но после того, как Чимин хватает сына за руку и начинает кланяться, извиняясь, начинает еле заметно улыбаться. — Ещё раз прошу прощения! — Пак кланяется, прижимая к груди сына. — Прошу, не стоит кланяться, — мятноволосый кладёт руку на плечо рыжего, приводя того в вертикальное положение. — Давайте, я постираю?! — Чимин ухватывается за белую кофту, умоляюще глядя в глаза своему собеседнику. — Ладно, — выдыхает тот и начинает стягивать с себя кофту прямо посреди улицы. — Стойте, стойте, — Пак останавливает его за руку, — давайте, вы зайдёте к нам домой, и я сразу же отмою пятно. — Хорошо, — соглашается тот и следует за Чимином, который быстро идёт в сторону своего дома, подхватив сына на руки. Чимин торопится. Очень торопится, пару раз спотыкаясь об бордюр и чуть не роняя сына. Про себя мысленно материт строителей и свою неуклюжесть. Пак быстро входит в квартиру, пропускает внутрь гостя, быстро отправляет сына в комнату. Рыжий впервые после смерти матери впускает кого-то в квартиру. Тебя более совершенно незнакомого человека. Он ставит чайник и просит мятноволосого садиться за стол. Пока хозяин дома во всю копошится, гость с интересом оглядывает кухню, взглядом останавливаясь на фотографии в рамке. Два улыбающихся лица. Рыжеволосый отец-омега с сыном на руках. Он невольно и сам улыбается, но спохватившись, снова строит равнодушное выражение лица. Чимин, наконец закончив суетиться, просит гостя снять кофту. Тот сначала теряется, а затем вспоминает, зачем именно сюда пришёл. Он стягивает с себя запачканную толстовку, открывая вид на стройное бледное тело со слегка выпирающими бёдрами и заметными контурами рёбер. Пак проводит взглядом по торсу, зацепляясь за тонкие ключицы. Но несмотря на всю хрупкость тела он выглядит здоровым, крепким. И безумно привлекательным. И тут Чимина осенят. Он альфа…