Сквозь реальность

В кости лапы лютоволка было что-то не так. Из своего места на выставке, в самом тёмном углу лавки «Борджин и Бёркс», доносилось низкое, странное гудение, словно кость не могла удерживать свою энергию. Том стоял, заложив руки за спину, наблюдая, как ведьмины огоньки вспыхивали и гасли, танцуя вокруг бледной белой кости, которая лежала так невинно на своей тёмно-бархатной подушке на полке. День в лавке подходил к концу, и посетителей больше не было. Остались только он и эта… кость. Магические лютоволки были самыми редкими и опасными из всех пород, возможно, вымершими пятьсот лет назад. Маглы считали, что лютоволки вымерли тысячи лет назад, но волшебники держали их существование в секрете, как и драконов и других магических существ. Тем не менее, никто не видел лютоволков на протяжении веков, но они были могущественными магическими созданиями, и смутно он помнил, что за нахождение лютоволка было обещано вознаграждение. Он работал здесь достаточно долго, чтобы знать, что… не стоит прикасаться к вещам, не зная, какие проклятия и заклинания вплетены в эти объекты. Тем не менее, кость манила, хотелось провести по ней рукой, как будто она звала его к себе. Она была бы прохладной на ощупь, такой шелковисто-гладкой под его руками, как несгибаемый камень, отшлифованный водой тысячелетиями… Том очнулся, оказавшись прямо перед полкой, его руки были полуподняты, словно он собирался дотронуться до кости. — Нет, — подумал он, — нет, я не буду, — но тут что-то потянуло его вперёд, его рука коснулась кости, и всё погрузилось во тьму.

***

Раскопки, возглавляемые знаменитой археологом Луной Лавгуд, только что получили нового помощника, хоть и слегка растерянного. Том очнулся, обнаружив себя стоящим в ряду с другими людьми и слушающим мягкий, высокий женский голос, который отдавал указания, где и как им сегодня предстояло копать. Только его способность держать себя в руках — черта, выработанная годами необходимости постоянно быть настороже, — уберегла его от того, чтобы не выдать свое ошеломлённое удивление. Вместо этого он стоял спокойно, наблюдая, изучая, вникая во все мелочи: людей, их снаряжение, одежду, место, их магические способности — отмечая всё, потому что знание всегда было силой, а сейчас, здесь, он начинал с нуля. Однако кость лютоволка была надёжно спрятана в его плаще. Его билет сюда, а, возможно, и обратно. Его билет к… власти. Славе. Последователям… Возможно, и к финансовой безопасности. Женщина, возглавляющая раскопки, казалась уж слишком мечтательной для учёного, но, судя по шепоту вокруг, он узнал, что её уважают, и даже считают величайшим магическим археологом, хотя она была немного странной. — Наши находки вчера не дали окончательных результатов, но можно с уверенностью сказать, что наша предыдущая теория о том, что это было гнездо детёнышей дракона, оказалась неверной. Что это на самом деле, нам ещё предстоит выяснить. Идите на свои места и немедленно сообщите мне, если что-то найдёте. Как вы знаете, магическая энергия этого места просто зашкаливает, и… что бы это ни было, оно может быть опасным. Том прислушался, открываясь магической энергии этого места, и Сладкий Салазар, эта ведьма была права! Волны энергии буквально накатывали на него, тяжёлые, словно те же самые, что исходили от кости лютоволка в лавке Борджина и Бёркса. С некоторым волнением он осознал, что будет единственным, кто знает, что они собираются найти. И… да, ту теорию, что у него была, возможно, получится проверить, если они найдут останки, целый скелет, не так ли? Конечно, если найдётся ведьма, готовая испытать ритуал. Для этого потребовалась бы определённая безрассудность и настоящий интерес к магическим, мифическим существам, ведь результаты могли быть… непредсказуемыми. Для неё. Не для него, конечно, хотя это и таило в себе определённый риск.

***

Солнце нещадно палило ему в затылок, почти пробиваясь сквозь его защитное заклинание от солнца. Том уже несколько часов аккуратно сметал грязь, медленно очищая кости. Целый скелет был обнаружен этим утром, и теперь постепенно появлялся из-под земли. Главный археолог Лавгуд буквально дышала ему в затылок, взволнованно бормоча себе под нос: — Я знала, я чёрт возьми знала! Это лютоволк, и разве это не потрясающе? Этим утром, когда все Нарглы внезапно ушли, я поняла, что нас ждёт прорыв! Том покачал головой и продолжил работать щёткой. За день он узнал, что оказался в далёком будущем. Ему по-прежнему было двадцать восемь, но на дворе стоял 2010 год. Может, в этом мире, где никто не знал, что он бедный полукровка Том Риддл, запятнанный маггловской кровью и без семьи, которая могла бы помочь ему достичь заслуженного, будет легче подняться. Возможно, новый старт в новом времени — это то, что ему нужно, чтобы править миром. — Лютоволк, да? — пробормотал молодой волшебник, копающий рядом с ним. — Интересно, хватит ли этого, чтобы музей отдал тот пресловутый приз. Слышал, кто-то богатый пару сотен лет назад назначил награду в двадцать тысяч галлеонов за живого лютоволка. Это немалые деньги, даже сегодня, и они должны бы нам заплатить. Всё равно никто не сможет предъявить живого лютоволка, правда? Держать его было бы абсурдно. Даже если они разделят награду на всех, это всё равно хорошие деньги. Том лишь пробормотал что-то в ответ, продолжая очищать большую тазовую кость. — Это самец, видишь? — продолжил его коллега, утирая пот со лба рукой. — Таз другой, и вон там даже видно кость пениса. Вот это был член, да? Должно быть, гигантский. — Было бы интересно посмотреть, — мечтательно произнес голос прямо за ними. — Мне, например, нравится смотреть на члены. Они такие… живые. Человек рядом с Томом вдруг закашлялся, явно сдерживая смех, но Том лишь моргнул. Затем Лавгуд прошептала ему прямо в ухо: — Ты чувствуешь это? Энергию. Знаю, многие не могут, но ты — можешь, не так ли? Он повернул голову и прямо посмотрел в её огромные голубые глаза, слегка кивнув. Легко проникая в её сознание, он обнаружил… о, что же он нашёл в её голове? Её разум был странным местом, без сомнения, но там были и смелые, нестандартные ходы мысли, глубокое видение, интуиция в магии и… любовь к магическим существам, превосходящая всё, о чём он мог мечтать. Эта ведьма присоединится к нему в ритуале, эта ведьма… Резко схватив её за подбородок, он проник глубже в её разум, диктуя ей, что она должна сделать. Что он приказывает ей сделать. Луна Лавгуд облизнула губы, возбуждённо глядя на него, её глаза сияли, и она кивнула: — Сегодня ночью, — прошептала она, — в полночь.

***

Сидя в палатке, предоставленной ему Британским Магическим Музеем, Том старался дышать медленно и глубоко, очищая свой разум для предстоящей задачи. Однако сосредоточиться было трудно, потому что он был слишком взволнован этим ритуалом. Он был уверен, что никто ещё не пробовал подобного. Воскрешение магического вида через ритуал — такого он ещё нигде не видел, но он собирался это сделать. Эта девушка — ведьма — была заинтересована в существе, зная о нём больше, чем кто-либо живущий, а его интересовала магия. Вместе они это сделают, настоящее воскрешение тела, разума, души и сердца. За десять минут до полуночи он встал, начертив широкий круг вокруг лагеря. Мягкие щупальца магического тумана потянулись, окутывая палатки, заставляя людей засыпать там, где они сидели, лежали или стояли, гарантируя, что его ритуалу никто не помешает. Все заснут крепко, кроме него и этой симпатичной светловолосой ведьмы. Или Мастера археолога, как она на самом деле являлась. Хорошо, что в ритуале участвует кто-то компетентный. Сжав палочку в руке, он вышел из палатки и направился к месту раскопок. В свете поднимающейся полной луны частично раскопанные кости зловеще сияли белым на фоне тёмной земли. Ведьма уже стояла там, полностью обнажённая, её бледная кожа почти светилась, конкурируя с сиянием её длинных волос. Её груди были полными и округлыми, отбрасывая тень в лунном свете, соски бледные и розовые, стояли напряжённо. Его взгляд скользнул к её талии, следуя изгибам её бёдер. Между ног она была, на удивление, без волос, её разрез был розовым и гладким, это отсутствие волос продолжалось в тёмной складке между её бёдрами. Том не удержался, его член дёрнулся. Подойдя к ней, он сказал, его голос слегка охрип: — Ты делаешь это часто? Я имею в виду, участвуешь в сексуальных ритуалах с незнакомцами? Сняв свой плащ, он позволил лунному свету осветить своё тело. Как ни странно, он надеялся, что она скажет «нет», но та лишь слегка улыбнулась. — Это случалось, — сказала она мечтательно, — но редко с такими красивыми, как ты. Она окинула его взглядом, с маленькой улыбкой, оценивая его тело. На это Том хмыкнул. Он знал, как выглядит, и у него никогда не было проблем затащить ведьму в постель, если он этого хотел. И эта девушка — эта современная девушка, явно не придавала большого значения приличиям. Возможно, в это время вообще никто не придавал. Возможно, это время больше подходило для его нужд. — Ты принесла нож? — спросил он, продолжая улыбаться ей. Она кивнула, передавая ему серебряный нож. Глядя прямо в её глаза, он произнёс: — На счёт три. — Раз… два… три… Рез был быстрым, даже жестоким, и алая кровь начала струиться по его левой ладони из аккуратного разреза, который он сделал. Схватив её руку, он повторил то же движение, прижав их раны друг к другу, а другой рукой с помощью палочки создал серебряный сосуд, чтобы собрать кровь. Капли мягко стекали, создавая звук тихого звона, пока сосуд не наполнился остывающей кровью, которая выглядела почти чёрной в свете луны. — Достаточно, — сказал он, исцеляя свою руку. Девушка почти пошатывалась на ногах, явно не привыкшая к потере крови, но она повторила его заклинание быстро и уверенно. Схватив её руку вновь, они начали повторять как одно целое: — Resurrecturus, Dicere Lupus, Convoco Ossa, Pulpa, Sanguis, Pellis et Anima! Они повторяли заклинание монотонно, и он медленно поливал её кровью, давая ей стечь на кости лютоволка, кровь выглядела особенно тёмной на фоне белых костей и её бледного тела. Полная луна поднялась выше в небе, магия закружилась и собралась вокруг них, воздух стал ощущаться как тяжесть, придавливающая их к земле, проникая в кости, заставляя кровь пульсировать в ритме самой жизни. Том чувствовал лёгкое головокружение, как будто вся кровь в его теле собралась в его члене. Он не заметил, когда это произошло, но теперь он был полностью возбужден, напряжённый и пульсирующий, его яички были твёрдыми и тяжёлыми, готовыми вот-вот взорваться. С низким рычанием он наклонился, схватил девушку, укусив её за шею, и в этот мимолётный момент подумал: «Такое животное поведение, это ниже моего достоинства», но когда кровь брызнула из её шеи, она всхлипнула, её покорный тон заставил его член дёрнуться, и она потеряла сознание, обмякнув в его руках. Они рухнули вместе, и он прижал её к частично раскопанному скелету лютоволка, подняв её зад в воздух и разместив её прямо над костью пениса. Позволив духу ритуала захватить его, он наклонился, обнюхал её пах, а затем провёл языком по её разрезу. Она имела привкус мускуса и сладкого мёда овуляции — спелая, готовая к оплодотворению. Он зарычал, поднявшись на колени, и схватил её за бёдра, чтобы войти. Направив свой член в её расслабленное тело, он застонал, когда протолкнулся в её тугую, влажную вагину, её стенки так приятно скользили по его напряжённому стволу, массируя его. С тихим стоном она пришла в себя, слабо пытаясь поднять голову, но он прижал её обратно, продолжая вбиваться в неё, его бёдра с каждым толчком сталкивались с её мягкими белыми ягодицами. — Да, — простонала она, толкая бёдра назад, встречая его, — да, сильнее. Заставь это болеть, ты такой большой, наполняешь меня так хорошо, и… Её стоны стали невнятными, а он в ярости вонзился в неё сильнее, загоняя свой член как можно глубже в её мокрое, скользкое тело. Когда полная луна поднялась в зенит, белый свет окутал их, кровавые метки на её теле извивались, будто танцевали в лунном свете. Том внезапно почувствовал неукротимое желание завыть, как зверь. Его бедра продолжали двигаться, странное ощущение формировалось, словно внизу на члене появилось какое-то призрачное давление, как будто основание набухало, формировался большой узел, словно он был волком тоже — или, по крайней мере, воплощал в себе волка. Девушка завыла, однако, как и должна была, протяжным, печальным звуком, прощаясь с прежней жизнью. Том напрягся, огонь пробежал вдоль его позвоночника, воспламеняя его яички, взметнулся по члену, и призрачный узел зафиксировался внутри неё, расширяясь, растягивая её, пока она кричала, тонкий вопль возносился к беспощадной луне. Он согнулся вперёд, его руки цеплялись за её бедра, когда его яички освободились, оргазм пронесся сквозь него, выплескивая сперму в неё снова и снова, пока он не почувствовал, что полностью выжат и опустошён, ритуальная магия собиралась, нарастала и скапливалась, пока девушка содрогалась, конвульсивно сжимаясь вокруг него, её стены пульсировали, выжимая ещё больше семени из его болящего члена. Его сердце колотилось, пульс взлетел до, казалось, опасного уровня, красная пелена закрутилась перед глазами, когда их магия соединилась, вырываясь из тел, расширяясь и образуя серебристую мантию, окутывающую девушку вихрем необузданной магии. В слишком ярком лунном свете её бледная кожа начала темнеть, из каждой поры начали пробиваться серебристые волосы, суставы и кости скрипели и менялись, ногти вытягивались, превращаясь в острые когти, её копчик удлинялся в длинный пушистый хвост, милое лицо преобразовывалось в морду, заострённые уши быстро росли, а острые зубы сверкали под луной, когда она завыла вновь. Процесс занял меньше минуты. Том отскочил назад, его член обмяк и покрылся влагой, а лютоволк взвизгнул, вставая на лапы и потянув свои задние конечности, прежде чем повернутся. Она стояла примерно на метр в высоту у плеч, обладая мощным, сильным телом и более широкой головой, чем у обычных волков, её челюсти были созданы для того, чтобы дробить и убивать с лёгкостью настоящего хищника. Это… легкость убийства, возможность чьего-то уничтожения, резонировало в нём самом. Они оба находились на вершине пищевой цепочки, убийцы, хищники. Несколько секунд они смотрели друг на друга — и он не мог не задаться вопросом: нападёт ли она на него, станет ли он её добычей — но затем она зарычала, шагнула вперёд и лизнула его руку, потеревшись своей пушистой щекой о его ладонь. — Я защищу тебя, если ты защитишь меня, — мысль донеслась до него, словно лёгкий ветерок. Том кивнул, отправляя обратно своё намерение. — Я защищу. У нас сделка.

***

— Очень необычно, — сказал директор музея, наблюдая за волком с опаской. Он был маленьким мужчиной, одетым в розовый твидовый костюм, с подходящим розовым сомбреро на голове. Кабинет был великолепен: вся мебель из тёмного, дорогого дерева, а на полках у стен стояли в ряду за рядом дорогие тома. Высоко вверху плавали магические огни, мягко освещая комнату, зелёный мраморный пол блестел. — Действительно, — сказал Том, изучая свои ногти с притворным безразличием. Волк терпеливо сидела рядом с ним, её серебристая шерсть сияла, как сама луна, а её необычные умные синие глаза с острым интересом следили за каждым их движением. Он взъерошил мех за её ухом одной рукой, и она зарычала от удовольствия, прижавшись к его руке. — Что ж, я не могу сделать ничего, кроме как отдать вам всю честь открытия, — сказал мужчина с недовольством. — Беременная самка лютоволка, когда мы думали, что они исчезли так давно. — Да, — нетерпеливо сказал Том. — Полагаю, награда моя. — О, да, — пробормотал директор музея, прежде чем прочистил горло. — Вы увидите, деньги накопились за годы в Гринготтсе. Это будет целое состояние, молодой человек. Берегите своего волка, ведь интерес к ней будет бесконечным. Он с размахом поставил свою подпись, свернул пергамент и запечатал его печатью музея. — Это даст вам доступ к хранилищу в Гринготтсе. — Хорошо, — сказал Том, вставая с кресла и забирая свиток у мужчины. — Пойдём, Луна, у нас есть банк, который нужно навестить. Щелкающие когти волка по мраморному полу говорили ему, что она подчинилась, и привычное тепло у его бедра, когда она шла рядом, её шерсть касалась его брюк, стало странным утешением за последние несколько дней. Когда они вышли наружу, оставив позади пыльный запах Британского магического музея, она остановилась, принюхиваясь к воздуху и поворачивая уши туда и сюда. — Позже, — сказал он, инстинктивно зная, что она хочет бежать, преследовать кого-то, разрывать добычу и лакомиться свежей кровью, дробя мясо и кости своими впечатляющими челюстями. Её язык свисал, словно она смеялась, и он снова почесал ей уши. — Сначала у нас есть дело, а потом мы разрушим этот мир. Грубый лизок её языка по его ладони должен был быть отвратительным — волчья слюна, подсказало его сознание, — но вместо этого он знал, что с этим новым началом, с деньгами, которые предоставил музей, и с защитной угрозой его лютоволка, этот новый, будущий мир падёт под его власть гораздо быстрее, чем он когда-либо представлял в прошлом. Это путешествие в будущее дало ему новый шанс, новую жизнь, и он намерен использовать её полностью. Рядом с ним Луна фыркнула, прежде чем подтолкнула его ладонь, чтобы заставить его двигаться. — Не могу дождаться.