Перерождение

Гарри казалось, что в этот неприветливом мире он уже услышал и узнал все, что только возможно, но нет… Через пару месяцев открылась еще одна удивительная вещь — Поттер более не Мальчик-Который-Выжил! Эта новость от визгливой Лили так потрясла Гарри, что у того возник резкий срыв магических сил и откат, как следствие переутомления… Мальчик тихонько давился головными болями не желая жаловаться равнодушным родителям. Спокойно ползал по кроватке, учась стоять, и хватался за деревянную стойку, стараясь как можно быстрее освоить ходьбу, так как лежать Поттеру уже просто осточертело. Еще Поттер заставлял себя грызть игрушки, так как у него лезли зубки, причиняя мальчишке множество неудобств. Особенно отвратительным был подъем температуры. Тем более, хотелось узнать чуть больше, чем рассказывала мать, так как ее интересы гуляли только около очередной дорогой побрякушки, которую Джеймс непременно оплачивал своей женщине, затем уходя в пьяный загул, либо щебетала о той или иной нелицеприятной истории, которая случилась с подругой или известной аристократкой. Словно ее больше всего в жизни радовала, как кто-то другой упадет в грязь лицом и чем сильнее, тем более радостной будет миссис Поттер. Гарри просто надоело постоянно слушать, как она сама с собой обсуждает новое платье, каких-то потенциальных ухажеров, рассматривая каждого с точки зрения богатства, но отметая одного за другим по причине, что Джеймс пока имел намного больше состояние. Мальчишка злился, что ничего не может сделать, так как в этом мире он вообще не является никем. Ну, ребенок, ну, Поттер, и? раз эта Вселенная сделала такой финт ушами и превратила Невилла в избранного, значит, вся история пойдет по-другому? Поттер дулся в кроватке, ворочаясь на подушках и пушистых одеялах. Он так привык за эти года избегать всех и каждого, лихорадочно соображать, где же ему поесть и спрятаться от Волан-де-Морта, что теперь эта пассивная ситуация ему не нравилась. Приходилось очень много думать, дабы не отупеть окончательно. Зеленоглазый посмотрел на крохотные ручки, чуть кривя симпатичную мордашку. Руки, которые не были заляпаны в крови. Которые ни разу не держали мертвое тело друга и не трогали ничего опасного. Белоснежные и такие мягкие, что брало отвращение. — Малыш, нам пора собираться! Лили вошла в комнату Гарри и включила свет. Мальчик прищурил глаза от слепящего лучика и поспешно поднял голову, чтобы заметить мать в шикарном алом платье, с кучей побрякушек на руках и шее, а также туфлях на высоких шпильках. Вот спрашивается, нафига она их носит дома?! Гарри подняли из кроватки. — Так… Как бы мне тебя одеть, чтобы эти Малфои от зависти лопнули? — цыкала женщина, рассматривая огромную гору одежды малыша, которую скупала в огромных количествах. Ее зеленые глаза осмотрели беспорядок, а рука потянулась за тонкой голубой кофточкой, которую она не очень осторожно напялила на ребенка. Возмущенный писк Гарри. Вот что за дамочка может ТАК обращаться с хрупким дитем? Поттер сам себя боялся, так как в его состоянии один единственный удар и падение из кроватки приведут к смерти. Едва ли не мгновенной… — Тише. Нам надо быть с тобой очаровательными! И вообще, почему ты еще ни разу не назвал меня мамой? Ох… Может, тебя к магу отвести… — недовольно бормотала женщина вспоминая, как ненавистный сынок Нарциссы уже лепетал и мог произнести ма-ма и па-па без запинок. И это в годик с небольшим! — У! — буркнул Гарри, отворачиваясь. Нашла себе клоуна и куколку, черт ее возьми. — Ма-ма! — громко произнесла женщина, смотря в изумрудные глаза сына, — ма-ма. Гарри, ну, скажи! — Бе, — Поттер не смог сдержаться от детской проказы и высунул язык. Лили чуть нахмурила брови и со вздохом начала собирать малыша. Еще одна кофточка с белыми полосками, красивые штанишки с тонкими завязками и черные ботинки, которые женщина очень мучилась надеть на сына, который словно специально ворочался и неудобно поднимал ножки. Затем его темные волосы зачесали назад и чуть распушили, сделали пробор и следом напялили какую-то дурацкую шапочку, от которой у Поттера аж челюсть отвалилась. Ярко-синяя, жутко неудобная, но чертовски идущая Гарри. «Я кукла, которую мать любит одевать в красивые тряпки» — горько подумал Гарри, уныло смотря на свое отражение в зеркале. Зато Лили была счастлива и дико умилялась, что родила просто очаровательного малыша, которого не грех показать. Разумеется, Джеймс сказал, что не пойдет в «общество стервятников» и лучше с Сириусрм посидит около телевизора с бутылочкой огневиски. Женщина даже не обиделась, только поорала на мужа, заставив завтра же снять из Гринготтса кругленькую сумму на себя любимую и с чувством выполненного долга вышла за калитку, откуда спокойно трансгрессировала на званый ужин в Малфой-мэнор. Конечно, она терпеть не могла этих аристократов, но сущность меркантильной женщины, которая желает утереть нос Нарциссе, проявляла себя во всей красе. Поэтому рыжеволосая волшебница и взяла с собой Гарри. Ей просто необходимо утереть нос этой наглой блондинке с сынком-недоучкой! Зацокали каблучки и Лили буквально ворвалась в огромный дом, лучезарно улыбаясь приклееной наглухо фальшивой улыбочкой. Гарри даже хотелось глаза закатить, но он только молча качнул головой, стараясь не кривиться. Мало ли, вдруг, снова подумает, что ему плохо и мальчику вновь будут совать в рот непонятные палки! — Лили Поттер! — Нарцисса высокомерно улыбалась, держа на руках блондинистого малыша, который уверенно хмурил бровки, грызя игрушку. — Цисси, — ядовито запела волшебница, снимая с себя пальто и кидая в руки домовикам, — как давно я тебя не видела! — Да уж… Три месяца, где-то? Две женщины испепеляли друг друга взглядами, улыбаясь так приторно и сладко, что у Поттера аж зубы свело, и он резко отвернулся, хватаясь за платье мамы крохотными ладошками. Эх… Вымазать бы его в каком-нибудь жире еще, чтобы наверняка свалить из этого грандиозного змеиного царства! Лили прошла в зал, где вовсю развлекались представительницы прекрасного пола, кокетничая с волшебниками и обмахиваясь на манер прошлых веков веерами, хлопая длинными ресницами. Волшебница сдержанно кивнула одному магу, второму разрешила поцеловать свою руку, а потом прошествовала к… Снейпу! Гарри перестал аж дышать от такой картины. Вот кого он еще ни разу не видел на этих скучных вечерах — так Северуса, который так и остался один даже в этой параллельной вселенной, лишь добившись намного больше, чем просто звание лучшего зельевара. Все от той же мамочки, Поттер узнал, что Снейп стал одним из представителей Высшей лиги Зельеваров, чуть не получив первую ступень мастерства. Остановило волшебников от такой награды — один единственный зачет по фармакогнозии на дурацких курсах, которые необходимо было пройти СРАЗУ после Хогвартса, но которые Северус почему-то решил пропустить в своем образовании. Высокий мужчина в излюбленной черной мантии, все с тем же высокомерным взглядом угольных глаз, чуть кривоватым носом, длинными волосами, собранными в мерзкий хвост. И мальчик расплакался. Так ему стало больно, что ради какой-то глупой реальности в другом мире, он отправился сюда, а не остался до конца с теми, кто в него верил. Впервые за этот год он искренне загрустил, а в сердце больно ухнуло. Именно Снейп с его величественным и презирающим взглядом заставил душу Гарри заверещать, какой он болван. И все же… Уже ничего сделать нельзя. Только продолжать идти вперед. Только надеется, что этот мир не сведет его с ума окончательно. — Лили, здравствуй, — волшебник холодно кивнул, смотря на эффектную женщину, которая пыталась прекратить внезапные слезы малыша, причитая, что тот портит всю свою внешность красным носом и воспаленными глазенками, — а ты как всегда, главное — красота, а все остальное оставляешь побоку? — Не твое дело, Сев, — прошипела женщина, с ужасом смотря, как Гарри «случайно» размазывает сопли по ее божественно дорогущему платью. — Ну, конечно, — Снейп сверкнул ледяным взглядом, буквально прожигая волной презрения Лили. Та высокомерно вздернула носик. — Я воспитываю Гарри так, как хочу. Вообще, я чисто из вежливости с тобой поздоровалась. — Я тоже, — кивнул мужчина, и более не сказав ни слова, прошествовал мимо нее, хмуро уставившись на маленькую копию Джеймса. Ненавидит ли он Гарри или… Жалеет, что тот вырос в такой семье, где любовь заменена на деньги и связи? Северус быстро исчез в толпе людей, оставляя мальчика в раздрае чувств. Вот и что это было? Разве его мама… Ах да, это же другой мир, а здесь он не знает, какие же были отношения Лили и Северуса. Ладошка прикрыла удивленно открытый рот. Он с трудом может назвать эту женщину мамой… Веселье все продолжалось, за детьми велели следить домовикам и Гарри определили в большую комнату вместе с Драко, а также Пэнси и еще кучей деток Пожирателей. Находится рядом с теми, кто его предавал так часто, пытаясь убить… Не самое приятное времяпрепровождение. Домовиха Эль следила больше за Драко, постоянно не разрешая ему делать вообще ничего. Если тот двигался в сторону стены — бегом к нему, пожурить, пальчиком показать, что надо сидеть вот на этой удобной мягкой подушке и сосать соску. А лучше вообще спать. Не двигаться. Блондину Эль не давала делать ничего абсолютно. Тот почти не двигался, только слегка покачивался, пытаясь приподняться на ножки, а эльфиха уже летит к малышу и снова заставляет сесть. Гарри смотрел на это недолго, вскоре начал сам ползать по периметру, приближаясь к Малфою. — Мальчик, нельзя подходить к юному господину! Ага, а он такой взрослый, что понимает ее лепет? Претворимся, что ничего не слышим и снова движемся в сторону белобрысого. — Эль сказала — нельзя! — вспыхнула эльфийка, смотря, как ее игнорирует зеленоглазый птенец. Тот повернул голову на ушастую, скорчил недовольную мину, потом задумался и подошел к стене, несильно стукаясь об нее и… Начиная кричать. У детей голос звонкий, а главное качество и прелесть в том, что все ребята в радиусе нескольких метров тоже хотят подключиться, чтобы продемонстрировать какофонию звуков. Драко выплюнул соску и начал верещать, заливаясь слезами и падая на пушистый ковер. Пэнси играла погремушкой, а потом случайно ударила себя ей по лбу и тоже заплакала… Также включились и Крэбб и Гойл — толстопузые младенцы, которые вообще ничего не сделали, принимая удобную для вопения позу. Родители любимых чад прибежали мгновенно. Лили подхватила рыдающего Гарри, пытаясь стереть с его недовольно личика крупные слезки, а потом взгляд упал и на остальных детей. — Невозможно здесь находится! — Это твой сын натворил весь этот кошмар, — вспыхнула Нарцисса, недобро посверкивая глазами на Гарри. Тот через слезы демонстративно выснул язык, пока мать хлопала его по спинке. Женщина аж задохнулась от возмущения, притягивая к себе сынулю, — а ну вон из моего дома! И чтобы тебя, Поттер со всей четой, я больше не видела здесь. — Да больно надо! — прошипела Лили, удирая прочь, — чтобы я еще раз к тебе зашла… И рыжеволосая женщина, оскорбленная в лучших чувствах, быстро переместилась домой, едва не забыв утихающего сына около выхода…

***

— Колаблик. Тлактол. Клиси… — Гарри хмурил брови, стоя у зеркала и недовольно посматривая на себя. Почему-то в три годика он так и не мог выговаривать букву «р» и его это страшно злило. Вроде, научился сам ходить, не дождавшись от родителей каких-то попыток обучения, сам начал разговаривать, с трудом выговаривая слова, а потом раз! И проблема. Гарри никак не может начать говорить «р» уже почти полгода. Лили разочаровывалась, хотя тут Гарри не сильно обижался, так как на мать ему было немного побоку. За три чертовых года волшебница ни капельки не изменилась. Разве что, возросли ее запросы. Джеймс из-за прихотей любимой жены, вышел на работу, так как наследство очень быстро тратилось. Мистер Поттер к трехлетию Гарри перестал пить, но у него появилась новая мания — заводить любовниц. Об этом маленький Гарри узнал совершенно случайно, когда медленно бродил по дому, пытаясь разогнать смертельную скуку. Джеймс рассказывал Сириусу, что в его постели побывала очаровательная ведьмочка и после описания размера груди этой самой ведьмочки… У мальчишки вообще пропало желание разговаривать с отцом. Да пусть он хоть трижды будет воскресшим папой, в таком случае, лучше его не видеть. Потому что это больно. Суровая дурацкая реальность дала возможность мальчишке содрать с себя розовые очки и посмотреть на родителей без призмы любви и обожания. Вот его родители сейчас. Любящие власть, деньги и использующие любые средства для достижения своих целей. — Ковел. Тли тлактола сыпели и лугались… — Гарри вздохнул, с грустью глянув на отражение. Никаких извечных синяков, которые были под глазами парнишки даже когда он жил у Дурслей, бледности тоже… Тощий вид присутствовал, но больше изящный и хрупкий, нежели голодание и недоедание. Дорогие шмотки, последний писк моды ботинки и несомненное кольцо-портал, которое носит каждый аристократ с двух лет. Пока оно не активировано, но в пять лет ему еще и печати снимут с украшения и мальчик сможет всегда из любого уголка мира перемещаться в свой дом. — Боблы стлоят бобловую плотину…

***

Невысокий парень с пронзительными зелеными глазами смотрел на парочку, которая ругалась в холле дома в завышенных диапазонах. Темноволосый спокойно и как-то лениво помешивал чай, опуская в чашку три ложки сахара, а потом пригубил напиток, чуть морщась. Горячо… — Ты уже достал! Сколько можно тебе повторять, я хочу ту шкатулку! — А я тебе повторяю, что я уезжаю в командировку и хватит уже тратить деньги за свои побрякушки, Лили, — устало пробормотал Джеймс, смотря на свою огненную фурию. — Я… — у женщины слов не было от наглости мужа. Гарри скривился и ушел в свою комнату, задолбавшись слушать вечные претензии Лили и рассказы о похождениях Джеймса, который с легкостью все выбалтывал за кружкой Огневиски с Блэком. Крестный? Да какой нафиг крестный, если только и может, что издеваться над зеленоглазым мальчишкой требуя, чтобы тот таскал из холодильника новую бутылочку алкоголя. Гарри молча смотрел в такие моменты, на Сириуса радуясь, что в его время, когда он жил своей жизнью, крестный был замечательным человеком. Мальчишка, лишенный какой-либо поддержки со стороны безразличных к сыну родителей, стал увлекаться книгами. Поначалу это было лишь занятие от скуки, а потом Гарри так сильно втянулся, что на протяжении уже двух лет только и делал, что бегал в магическую библиотеку, чтобы прочитать очередной фолиант по использованию магии. Поттер уже давно осознал, что в своей Вселенной он эту часть обучения как-то пропускал. Школа школой, но его знания в магической практики были скудны и ограничивались лишь десятком заклинаний, которые он использовал очень редко. После начала войны, список чуть увеличился, но тогда в ход шли самые опасные и тяжкие заклинания короткого действия, которое могли снести голову Пожирателю на раз-два. А тут… Гарри рыскал в поисках магических книг и кропотливо изучал их, ставя кое-где пометки, выписывая в большие свитки некоторые механизмы и просто их сокращает, наученный горьким опытом тогда, когда погибла Джинни, которая просто не успела использовать заклинание. Мальчик рос в одиночестве, как никогда. Иногда даже казалось, что в том мире было… Лучше? На этой тяжелый вопрос мальчик даже сам себе не мог ответить достаточно честно.