Спаси и сохрани

Хогвартс. Большой зал.

      Только что прошло распределение, и слово взял директор Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор. Поднявшись из-за стола, он встал к небольшой кафедре.       —Итак, — улыбаясь, произнёс Дамблдор, — теперь, когда вы все накормлены и напоены, я ещё раз прошу вашего внимания. У меня для вас имеется несколько сообщений. Смотритель Хогвартса, мистер Филч, попросил меня проинформировать вас, что в список предметов, которые запрещается держать в замке, теперь также входят Орущие Йо-йо, Клыкастые Фрисби и Всё-Колотящие Бумеранги. В полный список, насколько я знаю, внесено четыреста тридцать семь предметов. Список висит в кабинете мистера Филча, если кто-нибудь пожелает с ним ознакомиться.       Сидевшее за столом "Золотое Трио Гриффиндора" вело себя как обычно: Рон ел так, будто его неделю не кормили, Гермиона Грейнджер даже отсела чуть подальше от этого жующего комбайна, (и это несмотря на то, что между ними сидел Гарри Поттер), а Гарри тихо сидел и слушал выступление директора вместе со своей подругой.       Увидев это, уголки рта Дамблдора дрогнули. Он продолжил:       —Как обычно, я бы хотел вам напомнить, что в лес на территории школы вход воспрещён, а также первокурсникам и второкурсникам не разрешается посещать деревню Хогсмид. Кроме того, с глубоким сожалением я должен сообщить вам, что Чемпионат по Квиддичу между Домами в этом году не состоится.       Шум, поднявшийся после этой фразы, был такой, что говорить, что бы то ни было, было невозможно.       —Как не будет квиддича? — заорал Рон на весь большой зал раненым мамонтом, забыв прожевать набитую в рот пищу, и вокруг Рона мгновенно образовалось свободное пространство.       —Тихо! — сказал директор, используя Сонорус. — И он не состоится из-за определённого мероприятия, которое будет проходить у нас с октября месяца и до конца учебного года. Это мероприятие потребует огромного вложения времени и сил со стороны преподавательского состава. Но я не сомневаюсь, что вы все будете необыкновенно рады этому событию. С глубоким удовольствием я сообщаю вам, что в этом году в Хогвартсе состоится…       Но в этот момент раздался оглушительный раскат грома, и двери в Большой зал распахнулись. Все обернулись к двери и зачаровано уставились на вошедшего.       На пороге стоял человек, опирающийся на высокий посох. Он был закутан в чёрный дорожный плащ. Все головы повернулись в сторону незнакомца, которого на мгновение осветил свет молнии, сверкнувшей на потолке. Он снял с головы капюшон и тряхнул гривой длинных седых волос, а затем зашагал к столу преподавателей. Каждый шаг незнакомца отзывался во всех концах зала глухим стуком. Добравшись до стола, он повернул направо и хромающей походкой направился к Дамблдору. Молния вновь расколола пополам чёрный потолок, и в зале послышались испуганные женские ахи.       Молния ярко осветила лицо новоприбывшего, и лицо это не было похоже ни на одно другое. Казалось, его вырубил из старого и высохшего куска дерева кто-то, плохо владевший резцом и имевший очень слабое представление о том, как выглядит человеческое лицо. Всё его лицо было испещрено шрамами. На месте рта располагался глубокий диагональный прорез, а у носа отсутствовал огромный кусок. Но не лицо, а глаза этого человека наводили ужас.       Один глаз был маленькой чёрной бусинкой, а второй — большой, круглый, словно монета ярко-синего цвета. И этот синий глаз не останавливался ни на секунду, двигаясь вверх, вниз, вправо и влево, не мигая, совершенно независимо от первого, нормального глаза, а иногда закатывался назад, заглядывая во внутрь головы хозяина, и тогда из синего он превращался в белый.       Незнакомец подошёл к Дамблдору и протянул ему покрытую шрамами руку, которую Дамблдор пожал, пробормотав что-то, чего мало кто расслышал, даже те, кто сидел неподалеку от выступающего директора. Казалось, он о чём-то спросил незнакомца, который сурово покачал головой и что-то тихо проговорил ему в ответ. Дамблдор кивнул и указал незнакомцу на пустой стул справа.       Незнакомец уселся, откинул с лица пряди тёмных седых волос, подтянул к себе поближе тарелку с колбасками, поднёс их к остаткам своего носа и понюхал. Затем он извлёк из кармана складной нож, наткнул на него колбаску и принялся есть. Его первый, нормальный, глаз разглядывал колбаски, а второй, синий, продолжал метаться из стороны в сторону в своей глазнице, рассматривая зал и сидящих в нём учеников.       —Позвольте мне представить вам нашего нового преподавателя Защиты от Тёмных Искусств! — радостно сообщил Дамблдор безмолвному залу. — Профессор Грюм!       И вошедший получил свою кучу взглядов от восхищенных со стороны стола Гриффиндора, до откровенно ненавидящих со стороны стола Слизерина и Равенкло.       —Гарри, это же Грюм, — подвинувшись снова ближе к Поттеру сказал Рон, снова набивая рот едой.       —Кто это? — спросила Гермиона.       —Это Грюмм, он — легенда Аврората. Половина упиванцев и последователей Того-Кого-Нельзя-Назвать посажена в Азкабан им, — вмешался в разговор один из близнецов Уизли, от восторга даже забыв по свою любимую манеру речи. Впрочем, судя по взгляду, Гермиона была рада, что это начал объяснять не Рон, снова набравший полный рот пищи и, надо же, кивающий при этом.       Между тем директор Дамблдор ещё раз прочистил горло.       —Так вот, как я уже говорил, — продолжал он, улыбаясь сидящим перед ним ученикам, которые не могли отвести взгляд от Грюма, — нам выпала честь быть хозяевами на замечательном событии, которое будет проводиться в этом году впервые за последнюю сотню лет. С превеликим удовольствием я сообщаю вам, что в этом году в Хогвартсе состоится Турнир Трёх Волшебников.       —Да ЛАДНО! — громко воскликнули все три брата Уизли.       Напряжённое оцепенение, сковавшее зал с момента появления Грюма, в миг улетучилось. Весь зал засмеялся, и сам Дамблдор понимающе хихикнул.       —Я не шучу, мистеры Уизли, — ответил он, весело улыбаясь. — Хотя, что касается шуток, мне рассказали очаровательную шутку этим летом о тролле, старой карге и лепреконе, которые отправились в бар…       Профессор МакГонагалл, сначала покраснев, а потом побледнев, громко откашлялась.       —Н-да… Но, может быть, сейчас не время… нет… ,— проговорил Дамблдор. — Так вот, Турнир Трёх Волшебников… ага… некоторые из вас не знают, о чём идёт речь. Так что, пожалуйста, те, кто слышали о турнире, потерпите и не взыщите, пока я вкратце расскажу о нём тем, кто не знает.       Первый Турнир Трёх Волшебников состоялся семьсот лет назад. В нём принимали участие ученики трёх крупнейших европейских школ волшебства: Хогвартса, Шармбатона и Дурмштранга. Каждая школа выдвигала по одному чемпиону, и эти три чемпиона состязались в выполнении трёх волшебных заданий. Турнир проводили раз в пять лет, и каждая школа по очереди проводила у себя это состязание. Этот международный турнир считался наилучшим способом завязать дружественные связи между колдунами и колдуньями разных стран, но когда число погибших сильно возросло, турнир перестали проводить.       —Число погибших?! — в ужасе прошептала Гермиона, но она оказалась в меньшинстве. Мало кого интересовала судьба посторонних людей, тем более умерших в далеком прошлом. Никто, казалось, не разделял её волнений. Весь зал оживлённо перешёптывался. Многим нетерпелось подробнее узнать о турнире; число погибших сотню лет назад ни капли не волновало вчерашних детей.       —Турнир несколько раз пытались возродить, — продолжал Дамблдор, — но безуспешно. Однако Отдел международного сотрудничества магов и Отдел волшебных игр и спортивных состязаний постановили, что настало время снова попробовать. Мы трудились всё лето, чтобы обеспечить полную безопасность участникам. Ни один из чемпионов не подвергнется смертельной опасности во время проведения нашего турнира.       Главы Шармбатона и Дурмштранга и несколько лучших учеников этих школ прибудут к нам в октябре. Выбор трёх чемпионов состоится в Хэллоуин. Совершенно беспристрастный судья примет окончательное решение о том, кто из претендентов наиболее достоин стать чемпионом своей школы. Победитель турнира принесёт славу и почёт своей школе, а также получит приз в тысячу галеонов.       —Ого! Я точно буду участвовать! — с энтузиазмом присвистнули оба близнеца Уизли одновременно. Их лица залились румянцем при мысли о славе и богатстве, которые их ожидали. И они не были единственными, кто вообразил себя чемпионом Хогвартса. За каждым столом мелькали лица либо с восхищением взирающие на Дамблдора, либо жарко нашёптывающие что-то соседу по столу. Но тут Дамблдор снова заговорил, и зал вновь затих для того, чтобы снова взорваться.       —Я понимаю, что многие из вас пожелают выиграть Кубок Трёх Волшебников для Хогвартса, — продолжал Дамблдор, — но директора школ, принимающих участие в турнире, и Министерство Магии нашли необходимым наложить ограничения возраста на участников турнира. Только совершеннолетние, а именно, ученики семнадцати лет и старше смогут выставить на рассмотрение свои кандидатуры.       Шум в зале был такой, что каждому говорившему казалось, что он не слышит сам себя.       —И это, — тут Дамблдору пришлось слегка повысить голос, чтобы его услышали все, а на лицах близнецов Уизли отразилась ярость и разочарование в жизни. — Необходимая мера для обеспечения безопасности участников турнира. Задания чемпионов будут сложными и опасными для жизни, несмотря на предпринятые нами меры предосторожности, и мы решили, что ученики с первого по пятый курс вряд ли смогут с ними справиться. Я персонально прослежу за тем, чтобы ни один несовершеннолетний ученик не попытался провести нашего беспристрастного судью и не стал чемпионом Хогвартса.       Гермиона вертела головой. Казалось, она одна не понимала такую реакцию на слова директора.       —Я сам буду лично смотреть за этим, — в его глазах вспыхнул озорной огонёк, когда он увидел недовольные лица Фреда и Джорджа. — И я очень вас прошу, не тратьте понапрасну время и не пытайтесь проскользнуть, если вам ещё нет семнадцати лет Делегации из Шармбатона и Дурмштранга прибудут к нам в октябре месяце. Они будут жить в Хогвартсе почти до конца учебного года. Я не сомневаюсь, что вы радушно примете наших иностранных друзей и от всей души поддержите выбранного чемпиона Хогвартса. Но час уже поздний. Я понимаю, что вам необходимо хорошо выспаться и отдохнуть к завтрашнему дню, к началу занятий. Немедленно в постель! Давайте-давайте!       Дамблдор уселся на место и завязал разговор с Грюмом.       —Они не имеют права! — заявил один из близнецов, встав со стула, и уставился на Дамблдора. — Нам будет семнадцать в апреле. Почему нам нельзя попробовать?       —Они не смогут меня удержать. Я всё равно попытаюсь, — упрямо сказал второй, бросая сердитые взгляды на стол преподавателей. — Чемпиону разрешено будет делать то, что ни за что не разрешат делать обычным ученикам. И целая тысяча галеонов в придачу!       —Ага, — рассеянно согласился Рон, а его лицо приобрело мечтательное выражение. — Целая тысяча галеонов…       Но прежде чем первый из учеников направился к выходу из зала, грянули фанфары и двери большого зала отворились настеж. И в зал проникла строем куча приведений, образовав небольшой коридор, внутри которого в зал прошел молодой широкоплечий мускулистый мужчина лет двадцати с красивыми, просто идеальными чертами лица, в черных скрывающих глаза прямоугольных очках и черными как смоль волосами. Одет он был в кожаный плащ из дорогой драконьей кожи, черную рубаху из шелка акромантула и брюки из плотной дорогой черного цвета ткани и черных ботинках из даже более редкого в магическом мире змея, судя по бликам тьмы, который как бы поглощал свет.       —Простите меня, пожалуйста, я не отниму у вас много времени. Я — хозяин этого замка, — сказал он в полной абсолютной тишине. — Мои предки построили здесь школу магии. Поэтому я приехал, скажем так, с небольшой инспекцией, и пробуду здесь около года, раз уж в моем замке проходит такое событие.       —Я так и знал! Ты — черный маг!!! — закричал Рон вскакивая с места.       —Я прошу вас выслушать меня молча и не перебивать, — сказал вошедший и щелкнул пальцами. Рон продолжал открывать рот, но из него не доносилось ни звука. — Мистер Грюм, мистер Дамблдор, мистер Снейп, мистер Флитвик, если вы вытащите палочки, я заберу их и вам больше не верну. Ну я же предупредил, мистер Грюм, посидите пока тихо.       Новый профессор все же решил попытаться. Не успел он схватится за палочку, как та вырвалась у него из рук, сам он оказался связанный веревками на манер куколки и мог только вращать своим глазом, а после был усажен на свое место.       —Уважаемый директор. Еще раз заставите домовых эльфов подливать ученикам зелья в еду или питье, то руководить школой будете из-за пределов замка, — сказал молодой мужчина улыбнувшись директору. — Уважаемый мистер Снейп, еще раз ваши творения появятся на кухне, и я вызову вас на дуэль! Ученики не должны пробовать ваши так называемые "шедевры" мастера недоучки.       —Да как ты смеешь, сопляк! — вскочил со своего места профессор Снейп.       Щелчок пальцев, и Снейп исчезает из зала.       —Не волнуйтесь, пожалуйста. Мистер Снейп просто вышел остудиться, — спокойно с улыбкой продолжал молодой брюнет. — Так вот, напоминаю всем учащимся, что мой замок не бордель, и отныне домовые эльфы будут следить за вашей нравственностью. Встречи наедине молодых людей с девушками проводятся в комнатах для свиданий, и только если они помолвлены. Если кому то из вас необходимо встретиться со своей невестой или женихом наедине, то просто возьмите её за руку в гостиной любого факультета, и домовые эльфы перенесут вас в комнату для свиданий. Сразу говорю — в сексуальный контакт Вы можете вступить, только если вы уже женаты согласно магическим законам. Да, повторю это всем любителям женского пола, мой замок — не Бордель! И я накажу тех, кто решит, что это не так!!! Кстати о наказании. Мистер Фред и мистер Джордж Уизли, когда вы говорите вам исполнится семнадцать? Так вот, если еще хотя бы раз используете на других учениках свои сомнительные результаты в экспериментах зельеварения и принудительной трансфигурации, я вызову вас на дуэль, как только вам будет семнадцать, и, предупреждаю сразу, я обеспечу вам прекрасное посмертие. Это я вам как мастер-некромант обещаю!!! А теперь позвольте откланяться, я очень устал с дороги. Леди, Джентльмены, всего хорошего.       Сказав это, молодой мужчина улыбнулся, поклонился как аристократ в Мордред знает каком поколении и исчез, словно растаяв как дым, оставив после себя на пару мгновений только улыбку.       И через секунду в Большой зал, все еще погружённый в мертвую тишину, ворвался злой и сырой до нитки декан Слизерина с палочкой в руке.       —Так, дети, все спать, а преподавателей я жду в своем кабинете, — сказал директор, быстро выходя из зала.

Хогвартс. Кабинет директора. Альбус Дамблдор.

      Я сидел в своем кресле, которое некоторые злопыхатели называют "Золотым Троном", и не понимал. Как такое могло произойти? А ведь день так хорошо начался: Северус уже приготовил зелья для обработки Гарри и его подружки, и на приветственном пиру все шло прекрасно, Гарри вел себя тихо как и всегда. И вот грянул гром — Хозяин замка, Наследник Основателей. А главное — непонятно кого?       Слизерин — точно нет. Этот вопрос я всесторонне изучил. Там только Гонты, а Том ранним крестражем сделал себя неспособным не только иметь детей, но и вообще быть с женщиной. Нет, в принципе крестраж не влияет на мужскую силу и возможность продолжения рода, но всегда есть оговорка или дополнительное условие. В данном случае при создании крестража у волшебника должно быть полностью сформировано магическое ядро, закончившее свой рост и формирование. Расти ядро заканчивает в семнадцать лет, а вот формируется оно намного дольше, причем у разных людей по разному. Чем больше маг развивается, чем дольше идет формирование ядра, вот только без учителя рост мага крайне сложен, а все так называемые гранды не желают плодить своих конкурентов. А значит нужен минимум уровень магистра, а минимальный возраст для создания крестража приблизительно равен 77 годам. Для мага это все равно, что пора зрелости. Том же сделал первый Крестраж еще в Хогвартсе на седьмом курсе, бедная мисс Миртл.       Хаффлпафф, тоже маловероятно — последнюю наследницу рода Пуффендуй убил Том, род пресёкся.       Равенкло или точнее Когтевран исчез следом за Певереллами, хотя они могли просто скрыться. Уж больно тщательно их искали после того, как последняя Певерелл стала Леди Поттер. Всем хотелось добраться до секретов этого рода фанатиков от науки. К тому же уж больно много им доверяли Певереллы. Да, те самые Певереллы, что не одно столетие правили этой частью мира. А после смерти последней из Певерелл исчезли целые острова, и многие провинции Европы стали недоступны. Да, именно из-за их библиотек и сокровищниц стоило стереть род Поттер с земли, но как только исчезнет последний Поттер, так исчезнет и путь к знаниям и богатствам Певереллов. Именно поэтому мне нужен слабый наследник рода Поттер, а Гарри с детства очень силен в магическом плане. Но, пока речь не о нем.       И, наконец, Гриффиндор. Оба наследника, что теоретически могли бы претендовать на его наследство, в тот момент были за столом Гриффиндора. И Гарри, и Невилл в тот момент были на глазах. Впрочем, Невилла вообще можно исключить, пока жив Гарри. Пусть жена Годрика вроде бы была из рода Лонгботтом, но умерла при родах вместе с ребенком. Так что шанс, что в Невилле пробудится наследие Годрика, минимален. Кто же? Кто? Да, завтра с утра даже «Пророк» будет знать о появлении Наследника Основателей. А еще этот турнир, который уже не кажется мне хорошей идеей.       —Альбус, — вырвала меня и раздумий Минерва, Моя Правая Рука в школе, взявшая на себя всю административную работу. — Все собрались.       —Уважаемые коллеги, нам надо обсудить вопрос связанный с появлением у нас нового лица — Хозяина Хогвартса. Да, как бы мне не хотелось этого признавать, но это так. Вы все знаете о связи директора школы Хогвартс с самим замком Хогвартс, и, как бы глупо это не звучало, она есть, — как же не хотелось открывать эти секреты педагогическому составу, но они должны понимать ситуацию, в которой я, то есть мы, оказались. — Так вот, сейчас по связи с замком я чувствую над собой контроль, для сравнения — такой же контроль над собой с моей стороны чувствуют деканы факультетов.       —Вы хотите сказать, что сопляк, выкинувший меня из праздничного стола на середину Черного озера, является Наследником Основателей? — да, бедняга Северус, в последнее время он сильно сдал, и если бы не связывающие его обеты, я бы так и не узнал, что у Люциуса Малфоя сорвалась с поводка жена и выкинула беднягу Северуса из Манора без штанов в маггловский бар в розовой мантии и с косметикой на лице, к тому же без палочки. Беднягу там избили и выкинули из бара, засунув ему в зад бутылку из под пива. В придачу я запретил мстить тем маглам, ведь они ни в чем не виноваты. Люциус тоже хорош, травить жену зельями, мало нам одной Беллатрикс, он вторую хочет сделать? Они же все, бабы рода Блэк, сумасшедшие и повернуты на Темной и Боевой магии. Как хорошо, что Боевую магию прекратили учить еще при Диппете, заменив её более кастрированным вариантом — дуэлингом, а потом уже я позаботился, чтобы и его отменили, оставив только Защиту от Темных Сил. Впрочем, именно последователи Тома тогда и помогли мне принять подобную практику в Хогвартсе, еще больше кастрировав обучение учеников с помощью Совета Попечителей.       —Да, мой мальчик, — видя, как с кривилось лицо Северуса, это напомнило мне, каким он был студентом. Ах, сладкие воспоминания! И зачем же ты, мой мальчик, стал учить Окклюменцию и Легилименцию, нам же так было хорошо. — К сожалению, даже я не могу отменить его распоряжений, так что проведите беседы на своих факультетах, особенно со старшими курсами. Ведь наказание за прелюбодеяние — порка прилюдно в Большом зале Хогвартса, а подобное обрадует только мистера Филча. Да и девушки должны быть связаны с возлюбленным либо брачным контрактом с подтверждением магией рода, либо другими контрактами практикуемыми в средние века. Да, многое в средние века считалось неприличным, но сейчас, я думаю, мало кто захочет жить по законам темного прошлого.       —Но, Альбус, разве ничего нельзя сделать? — Минерва, от кого, от кого, а от тебя я этого не ожидал.       —Девочка моя, ты же чистокровная волшебница и должна знать, какова власть Хозяина Мэнора над самим Мэнором. Так что жду, что вы проведете беседы со старшими курсами. И, Минерва, напомни близнецам Уизли, что парень не шутил, так что пусть прекратят свои шуточки. И, к нашему сожалению, в Англии появился некромант. Я, конечно, поставлю в известность Министерство, вот только они вряд ли станут для него серьезной помехой. Да и побоятся они действовать в Хогвартсе, особенно во время турнира, будь он неладен. Как же все не вовремя.       —Альбус, думаю, что нововведения не ограничатся моральным обликом наших студентов, — сказал Филиус.       —Да, пожалуй. Мадам Пинс, проследите за появлением новых и запрещенных книг в общем зале библиотеки, — посмотрел я на управляющую библиотекой, делая себе пометку проверить книги, которые я сам изъял из библиотеки Хогвартса. — Мистер Филч, проверьте, не появились ли кнуты, цепи и прочие предметы для пыток и наказаний в подземелье, и не открылось ли новых помещений в замке. Я понимаю, что вас заставит магическая клятва исполнять наказания, но все-таки постарайтесь не переусердствовать.       Старый сквиб, в которого из-за связи с замком потекла магическая сила, укрепив его здоровье, даже кивнул мне, стараясь не сильно расправлять согнутые плечи. Как же все усложнилось, придется изменить направление воздействия на Гарри и его окружение. Жаль, что придется в этом году отказаться от зелий, а ведь на одних ментальных чарах того же эффекта не добьешься. Да и нельзя применить сильные ментальные чары, их могут заметить гости из Европы. А мне не нужно, чтобы еще и они вмешивались в наше английское болото. Мне хватает проблем с исчезнувшей в никуда группой русских, возникших слухах о Лорде Блэк (зараза Сириус сбежал сразу, как только объявился Гарри, так и не появившись в родном доме), и теперь еще новая проблема — некромант, наследник Основателей.       —Давайте заканчивать собрание, завтра будет сложный день, — сказал я, глядя, как расходятся коллеги. — Аластор, задержись на минутку, я хочу выпить с тобой, старый друг.       —Что скажешь? — спросил я, как только дверь кабинета закрылась за последним членом педагогического совета. — А, впрочем, Империо! Что, Барти, думал меня можно обмануть, просто используя оборотное зелье? Нет, мой мальчик, все вы по сравнению со мной дети, глупые дети. Так, давай рассказывай, что вы там с Томом напридумывали.       —Мне приказано подкинуть в кубок пергамент с именем Гарри Поттера, потом потихоньку незаметно помогать ему на первых двух турах, а на третьем туре похитить его, используя портал на кубке, перенаправив его вне Хогвартса. — говорил Барти Крауч складно, вот только забыл одну важную деталь: чтобы кубок выбрал Гарри в обход правилам, нужен или мощный Конфундус, а это будет сразу заметно, ведь помимо будущих чемпионов имена в кубок будут кидать и другие ученики, или небольшая поправка в правилах турнира, утвержденная всеми директорами школ и представителем министерства. Ладно, как это обойти, я уже придумал, просто на свитке с именем Гарри будет название несуществующей школы, ведь свитки читаю только я, и они сгорают при их прочтении.       —Расскажи мне, что ты видел через «Око Гора», не был ли этот наследник под оборотным зельем или иллюзией, впрочем есть еще метаморфы, — рассказывать, что первый с заблокированым даром и еще слишком мал, а вторая — это племянница Сириуса, Нарциссы и Беллатрикс, я еще не выжил из ума. Тем более девчонка сорвалась с крючка, и теперь придется её вылавливать. Да, однозначно хватит этой псине развлекаться. Пусть ищет племянницу и проверит отчий дом.       —Нет, это не было оборотным зельем или иллюзией. Впрочем то, что это метаморф и то, что его возраст около двадцати-двадцати пяти лет и он мужского пола, я рассмотрел. — сказал Барти, очередной раз отхлебывая оборотное. Нет, можно было давать ему приказы мысленно, но тогда я напрочь лишаюсь собеседника, а я уже устал говорить с Фоуксом.       —Ладно. Обливиэйт. Аластор, старина, давай еще по одной и на боковую, — сказал я, и мы выпили и разошлись.       Прости, старый друг, за то, что ты сидишь в своем сундуке, но так надо для Общего Блага.

Больничное крыло. Рон Уизли.

      Этот учебный год для меня начался плохо. Жаль, что везение закончилось. А как я был рад, когда мой шрамоголовый друг попал в Мунго. Подумать только, он посмел пинать лучшего друга Мальчика-Который-Выжил. Когда мы вернулись домой, я ушел к себе в комнату. И тут мой взгляд упал на сундук Гарри. Это было для меня слишком большим соблазном. Заглянув в него, я первым делом забрал Мантию-невидимку и Карту Мародеров. Если что, скажу, что прятал от близнецов.       Потом осмотрел его на наличие денег, но, видимо, шрамоголовый их или забрал или носил с собой. Я от злости даже пинал сундук, вспоминая о потерянном мною галеоне.       Но дальше я неплохо развлекся, подглядывая за всеми и таская пирожки с кухни. Надо будет брать у Гарри иногда мантию, чтобы подсматривать за близнецами. А они, судя по подслушанному мной, собираются неплохо повеселиться. Одни только планы насчет охотниц нашего факультета заставили меня почувствовать дискомфорт в штанах.       Пару раз успевал проскользнуть в душ следом за сестрой. Не скажу, что это меня не возбуждало. Да я когда первый раз увидел её голой, сразу кончил. Потом пришлось менять трусы, а испачканные прятать. Второй раз, когда я подглядывал за сестрой, мне не сильно повезло. Нет, кончил я как и в первый раз. А потом, рассматривая небольшие титьки сестры, увлекся мечтаниями так, что не заметил, что сестра вышла, и в душ зашла мама. После такого ШОКА я даже забыл сменить трусы, да и желание подсматривать за Джинни пропало.       А вот как только сели в вагон, так сразу полоса везения кончилась. Сначала к нам вошел этот черный маг. Потом вошла Гермиона, отрастившая сиськи за лето, и стала прижиматься к Гарри, а мне даже руку не пожала! И все из-за этого черного мага. Потом шрамоголовый надо мной пошутил, и я не сдержался. Врезал бы я ему, да меня схватили и утащили к себе в купе близнецы, где стали пичкать невкусными зельями наверняка производства гнусного Снейпа, проклятого упиванца.       Из-за этих зелий вернувшись в наше купе я сразу уснул, даже не заметив полоумную Лавгуд. Перед сном как в тумане я отдал Гарри мантию и карту. По приезду в Хогвартс на меня как то странно посматривали все вокруг.       Еще удивил Малфой. Обычно он бы уже пару раз с нами поскандалил, а тут ходит тихий и бледный как приведение. При этом шарахался от Гринграсс, Лавгуд, Браун и вообще всех блондинок.       На пиру я наелся до отвала, впрочем никогда не помешает наесться впрок.       Новость об отмене квиддича меня расстроила, я ведь собирался пробоваться в команду на место вратаря. Я даже летом тренировался, изучая тактики команд в матчах по квиддичу.       А потом директор объявил о турнире, и я даже представил, что становлюсь чемпионом. Мне вручают тысячу галеонов, я становлюсь известней Поттера, и меня целуют самые красивые девушки.       Но тут снова явился этот черный маг из поезда и наложил на меня какое-то проклятье. Я открывал рот, кричал, но изо рта не доносилось ни звука. Потом наша деканша Макгонагалл попробовала его снять, но не смогла и отправила меня к мадам Помфри. И велела проводить меня Гарри с Гермионой. Я даже размечтался, что грязнокровка подхватит меня под руку, прижавшись своими сиськами. А она просто шла рядом!!! Да как она могла?!! Ведь я пострадал от проклятья черного мага! В больничном крыле мне дали выпить несколько противных зелий, и я уснул.

Хогвартс. Женские спальни Ровенкло. Падма Патил

      Я ворочалась на кровати, но так и не смогла уснуть. Разговор с сестрой пришлось отложить на утро.       Да, нам с сестрой нужно было многое обсудить, на платформе мы не могли это сделать и, слава Кали, нам не нужно для этого разговаривать вслух. Достаточно просто смотреть друг другу в глаза, и мы решили обсудить все после пира во время ежегодной речи директора.       Мы ведь с Парвати почти смирились с судьбой, еще с рождения нас готовили для становления телохранителями верховной жрицы Кали. Мама частенько плакала, не желая нам такой судьбы, но как только старейшины узнали, что у мамы будет двойня, все решили без наших родителей. Нам же дали "Шанс" как в насмешку: мы должны до нашего совершеннолетия найти себе мужа. Да, мужа одного на двоих. Впрочем, это даже неплохо. Мы бы с сестрой не расставались, но вот кровь Ламий не примет слабака, и он должен победить нас в ритуальном поединке в присутствии нашей богини, оказавшей покровительство нашей расе. Той, что помогла нам, когда наши предки стали воинами, что сумели вырваться из под власти Нагов. Двести лет наш народ был на положении рабов и наложниц. Ведь Ламий мужского пола просто не бывает. К тому же мы в отличие от Нагов, что размножаются, откладывая яйца, как змеи, ближе к людям, и наших маленьких детей не отличить от человеческого ребенка, а ламии рожают двойню еще реже чем человеческие маги. Да и жили мы всегда в мире с другими расами. Это и отсутствие мужчин-воинов и стоило нам свободы после ухода Дивных и Перевертышей из Индии. Наги, которых за их подлую натуру перевертыши разогнали по темным уголкам Индии, вылезли на свет и возомнили себя хозяевами Индии из-за их многочисленности. Потом было два века рабства и гонений. Пока одна из сестер, уехавшая с мужем из перевертышей, не вернулась после гибели мужа домой в Индию. Потом была борьба, восстание, принятие покровительства и смерть той, кто повела наших предков за собой. Жаль, что все снова продлилось недолго, и наш народ был вынужден прятаться в джунглях и селиться вокруг храмов нашей богини из-за пришедших с далекого острова захватчиков. С рождения у нас с сестрой не было детства, обучение воинским искусствам занимало все наше время. Позже, чуть повзрослев к десяти годам, я стала понимать всю суть насмешки старейшин. Ведь победить двух девушек одному мужчине не сложно. Вот только мужчина должен быть телом не старше девушек вдвое от их возраста. Поединок проводится холодным оружием. И мужчина должен не просто победить, а разрезать наши ритуальные браслеты на ногах, руках и шеях. Дальше хуже. Он не должен нанести нам ни единой царапины или раны.       Уже в десять нам не было равных даже среди мужчин мастеров в тренировочном поединке. Вот только нас, маленьких дурочек, учили убивать. Да, именно в десять лет мы убили первого. Первого, кто решил нас забрать в жены. Нашим мнением он даже не поинтересовался. Сказал, что мы красивые маленькие куколки и будем принадлежать ему. Идиот, отслуживший пять лет в английском SAS, он умер через десять секунд после начала ритуального поединка. Ему же сказали, что бой будет вестись холодным оружием. А он даже не выслушал старейшую: «Я отберу у соплячек их ковырялки.» И вышел против нас с голыми руками.       Для нас это было первое убийство, и только память крови помогла нам тогда не сойти с ума. Именно после этого в нас проснулся магический дар. Отец настоял, чтобы нас учили в Хогвартсе, и старейшины со скрипом согласились. Все-таки отец не последний человек в Индии. Нам разрешили учиться в Англии пять лет: три года прошло, осталось два. Зато мы чаще стали видеть свою семью: папу, маму, старшего брата. И хоть немного отмякли, все-таки в лагере, где мы провели без малого восемь лет, не было мамы. Именно мама и брат с отцом помогли нам не замкнуться в себе. После нашего рождения мама не захотела больше рожать, опасаясь за судьбу неродившихся детей, если это будут девочки. Ведь после оглашения решения старейшин она поседела, что сказалось на мне и моей силе.       Мы с сестрой самые непохожие близнецы: у Парвати черные волосы как и у всей нашей семьи, а у меня волосы слепящего обжигающего своим холодом света. Наверное, потому что я раньше Парвати поняла всю суть насмешки старейшин. Нам никогда не быть матерями, не испытать теплоту губ любимого. Уже сейчас нам никто не бросает ритуальный вызов, боясь своей смерти. А попытавшийся украсть нас богатый делец из Америки был убит таким диким и показательным способом, что газеты потом долго писали о бассейне из крови с плавающими в ней головами различных известных наемников.       Да. Был случай. Когда мы учились на втором курсе, мальчик Гарри Поттер. О нем стал ходить слух, что он Наследник Слизерина. Да, мы тогда очень сильно обрадовались, ведь использование фамильяра в поединке не считалось нарушением условий поединка. Да и магически он был вдвое сильнее любого из наших сверстников. А значит у него был реальный шанс победить нас и стать нашим мужем назло старейшинам, которым бы осталось только скрипеть зубами. Но наши мечты разбились о реальность, это оказалось ложью. К тому же он убил Василиска и все свое преимущество в бою с нами.       Сегодня вечером, когда мы шли по платформе, нас буквально ментально изнасиловали. Просто взглядом показав, что мы принадлежим ЕМУ!!! О, Богиня, я такого даже с сестрой не чувствовала! Испытать оргазм всего от одного хозяйского взгляда. Да, мама рассказывала, что именно так она встретила отца, а после его победы над ней долго лечила от ран, которые она ему нанесла.       Вот, только, когда мы обернулись, чтобы увидеть того, кто заявил права на нас, и удивились настолько, что всего на миг не удержали родовую иллюзию. Нашему удивлению не было предела, позади нас шло "Золотое Трио" и высокий широкоплечий парень лет двадцати. А взгляд бросившего нам вызов исчез. Как такое возможно?       Вот об этом мы и хотели с сестрой поговорить между собой на пиру. Ведь прочесть наши мысли сквозь родовые артефакты и наши природные щиты невозможно! Только опять ничего не вышло, сначала известия о турнире и сестренку отвлекала её подружка Лаванда, а потом пришел ОН. Да я даже не слушала, что он говорил, понадеялась на свои знания Окклюменции, чтобы потом подробно разобрать его слова, мимику, жесты и взгляды. А когда он исчез, оставив после себя только улыбку, я поняла, что мое нижнее бельё снова сырое. Даже сейчас, лежа в кровати и вспоминая его хозяйский взгляд на меня, часть Золотого Трио и Парвати, я снова возбуждаюсь, чувствуя сырость между ног. Что будет, если я сейчас приму свой облик Ламии, я даже боюсь подумать. Надо это обсудить с сестрой. Скорей бы завтрак.

Арри Эвенсшейд или Гарри Поттер. Утро 2 сентября.

      Я приятно потянулся, вспоминая события вчерашнего дня. Выйдя из алтарного зала Хогвартса, я правильно сделал, что решил давать приказы домовикам не лично, а прописывая их через алтарь замка. Отменить их теперь мог бы только мой наследник и то в случае моей смерти. Все-таки наследники Хельги были более приземленные и хозяйственные люди, решившие отдать все на откуп наследникам Салазара — роду Гонт с их извращенными понятиями чистокровности. И последний из Лордов Слизерин, имевший еще и титул лорда Гонт, дал слишком много власти директорам школы над замком, которых в те времена выбирали среди представителей древних и благородных фамилий, полностью извратив первоначальный кодекс правил Хогвартса, по сути превративших Хогвартс в кузницу кадров для борделей и наложниц чистокровных родов.       Выпускников мужского рода ждали только рабское служение на пользу чистокровных родов или уход из магического мира. Такие жесткие рамки были установлены последним лордом Слизерин, что Салазар в гробу наверно вертелся со скоростью вентилятора. Ведь именно Салазар ратовал за расширение магического мира путем возникновения новых родов, не давая им смешивать кровь со старыми родами, если в тех не было минимум трех поколений волшебников новой крови. Тогда острова Альбиона насчитывали около тысячи чистокровных родов, а после смерти Салазара их было уже полторы тысячи, и это несмотря на постоянные междоусобицы.       Что говорить. Хогвартс сейчас закрыл шестьдесят процентов своей территории из-за отсутствия студентов и преподавателей. Вдуматься, волосы встают дыбом! Ведь после принятия статуса в Визенгамоте было тысяча мест, и их треть была за Лордами молодых родов, насчитывающих не менее семи поколений чистокровных волшебников. Сейчас же чистокровные представлены в Визенгамоте всего 48 представителями древних и благородных родов.       А ведь до изменений, введенных последним Лордом Слизерина, в Хогвартсе были и отдельные комнаты для выпускников школы, оставшихся обучатся у мастеров-профессоров Хогвартса. Ведь именно наличие учеников позволяет получить от магии в качестве дара увеличение резерва для становления магистром, и небольшое крыло выпускавшее подмастерий по всем граням магии в ту пору редко пустовало.       Неудивительно, что наследник последнего Лорда Слизерина не смог надеть кольцо Лорда рода Слизерин, оставшись всего лишь Лордом Гонт. К тому же этот идиот сделал неверные выводы. Решил, что Гонты стали недостаточно чисты и часто разбавляли кровь великих Слизеринов, а потому расторг помолвку сына с дочерью одного из молодых родов. Женил его на двоюродной сестре, положив начало вырождению рода Гонт.       Наследники Хельги тоже не спешили менять положение вещей в Хогвартсе, за что многочисленный род, получив наказание, стал хиреть, и его последняя представительница была убита Волдемортом из-за чаши Хельги Хаффплафф. Так пресёкся род Пуффендуй.       Выйдя из алтарного зала Хогвартса, я понимал, что успел вовремя .Все-таки есть еду с таким количеством зелий производства полу-Принца вредно для растущих организмов. И я, получив власть над замком, первым делом наложил запрет на подобные ингредиенты.       Интересно, а Лорд Малфой знает, что его сына постоянно пичкают зельями ненависти, ослабление внимания, болтливости и отворота на мисс Джиневру Уизли. Впрочем, все зелья, что добавлялись в пищу, были многокомпонентными и подобранными индивидуально для каждого ученика Хогвартса, начиная со второго курса, а некоторым их начинали добавлять со второй половины первого курса, как только становились известны предпочтение данного ученика. Например, для моей новой подопечной мисс Лавгуд катализатором для запуска зелий умиротворения, дружелюбия и рассеянности был пудинг.       Я много успел узнать о вкусах учеников Хогвартса. Например, Миона любит по утрам кофе и частенько встает пораньше, чтобы выпить чашечку на кухне, о месте нахождении которой она узнала на первом курсе. Как впрочем и о домовых эльфах, которые её обслуживают. Вот только добрый дедушка Дамблдор приказал постоянно добавлять ей в кофе зелье рассеянного внимания и провел с ней пару бесед под занимательный чаек с зельем тумана, зельем, которое не дает концентрировать свое внимание на прошлом. Так что, если бы она не заучивала наизусть школьный материал, вряд ли была бы лучшей ученицей из-за заботы директора. Ведь, чтобы вспомнить что-то из изученного, благодаря зелью ей нужно было событие напомнившее ей об этом. Вот и получается, что о домовых эльфах, она вроде бы как узнала только после моих приключениях с Добби. А то, что она пьет на кухне по утрам кофе это ничего не заслуживающий факт, как почистить зубы с утра. Вы ведь не помните об этом весь день, я же об этом факте не знал вовсе даже в той жизни.       Надеюсь теперь ГАВНЭ не будет, ведь к своей Ильке, что приставлена к ней в доме Блэк, она относится не как к наемному слуге, которому надо платить за то, что он о тебе заботится, а как к члену семьи. Кстати, своим запретом я лишил работы больше половины домовых эльфов Хогвартса. Да, именно эти эльфы раньше следили за тем, какие и кому давать зелья в Хогвартсе. А я все удивлялся, откуда в замке столько комнат с вековым слоем пыли. Так что теперь у них другая работа.       К тому же я решил возродить старый свод правил, принятый еще при основателях, ведь они строили школу именно для возникновения новых родов и расширения магического мира. Да, возможность некоторым представителям чистокровной молодежи развеяться на своих сокурсницах я пресёк, обязав домовых эльфов следить за нравственностью в замке, согласно правилам Хогвартса шестисот летней давности.       Выйдя из коридора, я решил переодеться. Достал из кармана чемодан с моими вещами, уменьшенный до размера спичечного коробка, наколдовал себе ледяное зеркало, одно из самых простых заклинаний магии стихии льда, впрочем почему-то оно же является самым популярным как у женщин, так и у мужчин, имеющих возможность управления стихиями воды и ветра.       Я понял, глядя на себя в зеркало, что я опять машинально отпустил контроль над своим метаморфизмом. А прислушавшись к себе понял три вещи: во-первых я опять повзрослел, достигнув пика физической формы, то есть мне на вид сейчас примерно лет двадцать пять, если не применять метаморфизм; во-вторых мой резерв опять вырос, и сейчас я на уровне среднего магистра, и это при моем возросшем контроле выводит меня на уровень Волдеморта и Дамблдора. А значит в схватке один на один я им не проиграю.       Впрочем, Волдеморту я не проиграю в любом случае, ведь для магистра некромантии воскресший полулич не противник, а рабочий материал. И в третьих черты лица стали более утонченными, более аристократичными что-ли. Такое лицо подходит больше ученым, музыкантам и прочим любителям муз. Впрочем, с моим мускулистым телом вроде тоже смотрится неплохо. Надеюсь девочкам понравится, подумал я, надевая плащ из кожи дракона. И тут я замер, подумав, что чего-то я упускаю из вида, а где-то на грани восприятия я услышал женский смех трех разных голосов переходящий в истерику, от которого у меня по спине побежали мурашки даже сейчас, когда я вспоминаю это лежа под одеялом.       Дальше все было просто. Сменив облик на выбранный Нимфой для Дориана Когтевран, я быстренько поужинал в Тайной Комнате. Дальше мне нужно было эффектно появиться. Поэтому я вызвал Кровавого Барона, и через полчаса все приведения замка стояли по обе стороны от входа, чтобы явиться в зал в качестве моей свиты. Чего я только не понимал, так это загадочной улыбки Серой Дамы, приведения факультета Равенкло. Она светилась от счастья, или она всегда такая была? Нет, раньше она была более мрачной что-ли? Ладно, потом спрошу её, если не забуду.       Дальше все было разыграно как по нотам: двери настежь, парад привидений, фанфары. Даже выкрик Рона с места мне пригодился, теперь будет повод навестить мадам Помфри, да и Нимфу нужно будет как можно скорее отправить домой. Выкинуть Снейпа в озеро, и эффектно связать Грюма-Крауча, не доставая палочку, мне помогли домовые эльфы. Все-таки мысленный приказ хозяина они не могли оспорить, а я еще не настолько силен, чтобы использовать беспалочковую магию на таком расстоянии. Да и я не желал им вреда, хотя очень хотелось.       Так хотелось подмигнуть Мионе с Нимфой, что я еле сдержался, но все равно пошутил со своим уходом. Переместиться я могу по всему замку, просто исчезнув без звука, поэтому я наложил на себя иллюзию, и она притворилась мной, когда меня уже в зале не было, а после начала постепенно таять, оставив от себя на пару лишних секунд только мою улыбку.       Надеюсь, теперь у директора появится много работы, подумал я, направляясь в душ. Как мне не хватало моих жен, кто мне теперь будет тереть спину? Кто будет дела....... , а, впрочем, надо сделать воду похолоднее.       Стоя под душем, я вспоминал наш разговор с мадам Помфри. Я встретил Нимфу и Миону, когда они уже шли из медицинского крыла, и, подкравшись сзади, обнял обоих.       —Что, на мальчиков потянуло, извращенец? — прошипела Нимфа. Она ведь не знала, что я закрыл эту часть замка от всех кроме нас.       —Нет, Ним, он маньяк, — подержала Нимфу Миона, вот почему они меня троллят? Хотя, тут все ясно. Нимфа не хочет оставлять меня, а Миона не хочет расставаться с Нимфой, они очень сдружились за эти дни. — Ты чего в Большом Зале учудил? Куда дел профессора Снейпа? Почему он был мокрым? Зачем заколдовал Рона? А главное. Как ты умудрился исчезнуть в стиле Чеширского кота из истории про девочку Алису?       Миона во всей красе: глаза горят, щечки пылают. А вот Нимфа совсем голову повесила.       —Нимфа, солнышко мое разноцветное, ты же знаешь, что кроме тебя некому это сделать. Маму Меду в связи с беременностью я из особняка не выпущу, — поцеловал я свою красавицу жену уже в своем облике, перестав контролировать метаморфизм. — К тому же, вот тебе список того, что мне потребуется к выходным. Думаю, теперь тебе некогда будет скучать.       Я снова поцеловал жену. Впрочем, если бы кто-нибудь посторонний нас увидел, то меня посчитали бы лицом нетрадиционной ориентации. А как вы думали? Нимфа все еще в облике мелкого меня.       —Извращенцы, хватит целоваться, мне тоже хочется, — вставила свои пять кнатов Миона.       И Ним сняла мантию и осталась в джинсах и темном свитере.       —Арри, — поцеловала меня уже вернувшая себе облик Нимфа. — Мио, ты присматривай тут за ним, чтобы он не лез в неприятности. Ну, до субботы в нашем домике в Хогсмиде. В том, что с зеленой крышей.       И Нимфа, поцеловав Миону, исчезла во вспышке черного цвета.       —Пошли, нам еще надо успеть поговорить с мадам Помфри, — сказал я, сменив ботинки на рваные кроссовки и накинув на себя сверху мантию, взял Миону за руку. Супруга грустно вздохнула, а потом тряхнула своей роскошной гривой, потому как иначе её волосы не назвать, ведь она просто запретила своей Ильке расчесывает её и накладывать макияж, иначе парней мне пришлось бы от неё отгонять, во втором облике.       —Здравствуйте, мадам Помфри, — сказал я, когда мы с Мионой вошли в её кабинет в больничном крыле, который я сразу отсек от разнообразных чар, оставив только чары по которым колдомедик следит за состоянием пациентов в палатах.       —Поттер, Грейнджер, зачем вы вернулись? — спросила меня колдоведьма, которая уже не раз латала меня и знала о наличии всех моих шрамов и болячек.       —Прежде всего, мадам Помфри, я прошу у вас обет о неразглашении, ведь клятва колдомедика иногда довольно вольно трактуется, — сказал я, ударяя по слабому месту мадам Помфри, ведь в той жизни во время той жестокой и бессмысленной войны она сама мне призналась, что каждый мой учебный год, начиная с моего поступления, она настаивала на моей полной проверке и лечении в Мунго. При этом не только моей, а большинства маглорожденных учеников, впрочем как и полукровок и чистокровных из числа сирот, но директор Дамблдор, являющийся опекуном данных лиц в магическом мире, каждый раз отказывался от этого, ссылаясь на то, что против этого родители и опекуны учащихся в магловском мире.       —Да как ты смеешь маль... . О, прошу прощения, лорд Блэк, и, судя по тому, как вы изолировали мой кабинет, вы и есть тот самый наследник, — сменила гнев на милость мадам Помфри после того, как увидела "проявившийся" перстень Лорда Блэк на моей руке. —Надеюсь, нововведения будут касаться не только нравственности?       —Разумеется, но подробности после обета, — сказал я.       Конечно, обет и прочие клятвы были мною получены, и в Хогвартсе у меня появился первый союзник. Утром у Мионы должен быть список всего, что нужно для больничного крыла, а также приблизительная смета за вызов специалистов из Мунго для обследования учеников Хогвартса. Я оделся в свои тряпки, напомнившие мне про Дурслей. Тетя с дядей вместе с Дадли сегодня должны уже быть во Франции.       И напевая песенку, услышанную в прошлой жизни и слегка переделанную, я спустился из спальни мальчиков, где все еще спали, ведь за окном только начинало светать.       —{Письма, письма милой на почту ношу,       Словно я роман с продолжением пишу,       Знаю писем ждет, писем ждет адресат,       В доме где цветной палисад ,       Где ж ты моя черноглазая, где,       В Лондоне, где, где,в Лондоне где,       В доме где резной палисад,{ русский}} — и в это момент я схлопотал подзатыльник от Мионы, которая неслась на меня как тигрица, увидев добычу. Еще чуть-чуть и сменила бы облик, и я даже слегка обиделся на такую несправедливость и испорченное настроение.       —Ай, за что?       —Я все понимаю и тоже уже скучаю по Ним. Да и песня красивая, потом запишешь слова или споешь её мне полностью, но, Гарри, зачем петь на русском? Можно ведь и на английский перевести, — зашипела на меня как кошка Миона.       —Упс, — да, слишком я расслабился после домашней обстановки особняка Блэков. Да и песни, которые я пристрастился петь в душе и после него еще в той жизни, и пел в этой, домашним очень нравились. Миона постоянно их записывала, требуя, чтобы вспомнил все, что знал и слышал. Уж больно понравилась ей колыбельная, которую я спел своим котяткам в первый же вечер, когда укладывал их спать в особняке. Меня потом все женское население особняка терроризировало на предмет таких песен, а мама Меда попросила маму Джин научить её русскому.       К песням этого народа я пристрастился благодаря моему учителю магии. Пришлось всем в особняке учить русский. Впрочем, магическими методами, с помощью зелий, это оказалось сделать проще, а Миону вообще с детства учили языкам вероятного противника, так что кроме французского, итальянского и русского она немного говорит даже на китайском. Мне же за мою прошедшую жизнь и того количества разного народа на нашей базе, в той жизни, мне пришлось выучить даже древнее наречие суахили. Мать его! Так колдуны Вуду не были обычными классическими некромантами, и чтобы противостоять им, пришлось напрячься и учиться у нашего колдуна Вуду. Магия очень разнообразна и изучить многие её грани было бы невозможно, если бы не та проклятая война практически против всего мира.       Забрав у меня письмо и поцеловав в щечку, Миона убежала в сторону совятни, сказав, чтобы я подождал её на кухне. Я бы её одну не пустил, но мне нельзя привлекать к себе лишнего внимания, и за ней как дым просочился её кот. Я вздохнул и пошел в сторону кухни, а после кофе надо вытащить Миону в тренировочный зал в закрытом крыле замка. Подумал я, на ходу переводя песню начатую мной с русского на английский.