Пролог
24 декабря 2017 г., 23:21
— Дестур, Михримах Султан Хазретлери! — венецианка склонилась перед султаншей.
— Султана, соболезную Вам, — произнесла брюнетка.
— Да, утрата Рустема-паши сильно повлияла на меня, — врала луноликая. — Нурбану, будь добра, освободи покои Валиде, я размещусь там.
— Султаным, эти покои принадлежат управляющей гарема, — ответила Хасеки.
— Ты же не думаешь, что это ты. Хатун, не забывайся, то, что ты подарила нашей Династии одного шехзаде не делает тебя значимой в Османской Империи, — надменно произнесла султана солнца и луны.
***
— Султана, — светловолосая поклонилась своей госпоже. — Долунай, не сегодня завтра вернётся Селим из похода, не попадайся на глаза Нурбану. Она сделает все, чтобы нам помешать, — пояснила темноволосая. — Михримах, а если она узнает, что я — его подарок? — спросила голубоглазая. — До этого времени ты должна очаровать моего брата. Если тебе это удастся, то родишь шехзаде и станешь хасеки. А Нурбану отправится во Дворец Слез, — ответила дочь Сулеймана.***
Михримах, Нурбану и Селимие выстроились в колонну. Падишах вернулся из похода с победой. Рыжеволосый властелин мира остановился напротив сестры. Поклонившись брату, та произнесла: — Селим, слава Аллаху, ты вернулся. У меня для тебя есть подарок — польская хатун, — улыбаясь, сказала луноликая. — Я непременно хочу увидеть твой подарок, сестра, — усмехнувшись, ответил Султан. Его наложницы были шокированы, услышав о подарке Михримах. Нурбану срочно нужно было найти эту хатун, нельзя допустить ее по Золотому Пути. Повелитель подошёл к черноволосой. Поклонившись, она дотронулась губами до руки своего, как ей казалось, падишаха. Их отношения, как того не хотела венецианка, изжили себя. Селим больше не был тем шехзаде в Манисе, которого манила излучающая свет Султана. В ней не было больше того света, который он раньше видел. Хасеки плела интриги, убивала. Она была лишь матерью его льва Мурада, не более. Она давно не была в его покоях. Подойдя к шоколадноволосой девушке, Селим протянул руку любимой наложнице. Селимие была его фавориткой, она подарила ему шехзаде Османа и Айнур Султан. Черкешенка не была похожа на Нурбану. Все, чего она хотела от Селима — это статус Хасеки, чем отталкивала его. Шатенка была слишком глупой, чтобы проворачивать за его спиной интриги. Селимие больше не интересовала османского правителя.***
Полячка, одетая в ярко-красное платье с вырезами на плечах, шла вдоль сада. Она не видела такой красоты даже на своей родине. Михримах, приметив светловолосую на невольничьем рынке, не раздумывая, забрала её. Обучив девушку турецкому, в голове Султаным созрел план насчёт тогда ещё Анастасии. Безусловно, она скучала по своей семье, но перед ней встал выбор: отказать Султанше и остаться совсем одной в чужой стране, либо быть преданной госпоже и ни в чем себе не отказывать. Золотистые волосы, вьющиеся на концах, развевались на небольшом ветру. Взор голубых глаз упал на стоящего у фонтана мужчину. Рыжие волосы и в цвет им густая борода. Он говорил с каким-то агой. Ничего не подозревая, хатун пошла ему навстречу.POV Селим
Селим, устав от государственных дел, решил пройтись в саду со своим хранителем покоев. Остановившись у фонтана, падишах, дав указание аге, отослал Газанфера. Развернувшись к мраморным плитам, он приметил светловолосую гурию, которая очень уверенно шла на него. — Ага, не поможешь ли ты мне? — произнесла Долунай. «Ага? Эта прекрасная хатун спутала меня с Агой, я не видел ее раньше,» размышлял рыжеволосый. — Хатун, чего ты хочешь? — произнёс повелитель, подыгрывая полячке. — Ты когда-нибудь видел Султана Селима? — спросила подаренная падишаху. — Да, я его верный слуга, — усмехаясь, ответил Султан.
