Gift for the sultan

Долунай без предупреждения вошла в султанские покои, надменно взглянув на старого евнуха, быстро оглядела повелителя. — Можешь идти, и не смей об этом спрашивать меня,- жестко сказал Селим, Ага низко склонился, повернувшись к госпоже, Сюмбюль скривил недовольную гримасу и молча оставил их. — Повелитель,- Султанша поклонилась, не скрывая своей довольной улыбки. Все шло так как она хотела, Селим простил ей. Осталось завершить маленькое дело, ради которого она здесь. Нурбану должна ответить за все страдания Джихангира. Селим сократил расстояние между ними, тёплые полные пальцы коснулись овального подбородка, поднимая его чтобы увидеть прекрасные небесные глаза. — Рада, что наказание закончилось?-поинтересовался правитель, слегка усмехнувшись уголками губ, маленькие морщины у глаз сжались. — Я рада, что мой падишах нашёл в себе силы простить меня, - не отводя взгляда, Долунай продолжала говорить, то что хочет услышать Селим. В один миг султан крепко сжал в объятиях маленький стан молодой женщины. Зарываясь лицом в золотые волосы, Селим вдыхал яблочный запах. За последние дни он по настоящему чувствовал себя спокойно.

***

— Джанфида, ты это видела? - со слезами на глазах продолжала истерить венецианка. - Это проклятая женщина снова здесь. Ведьма никак не исчезнет из нашей жизни. Сколько раз от неё пыталась избавиться, Селимие, я. Она восстаёт из пепла как птица Феникс. Калфа подошла ближе к своей Султанше, крепко сжав её маленькие плечи. Большие карие глаза будто всматривались в душу Нурбану. — Успокойся, сейчас нужно подумать как обезопасить себя, - сдержанно ответила женщина. — Она знает, что мы сделали с шехзаде и явно не просит этого. Сделав несколько шагов назад, Султана смахнула тонкой ладонью слёзы с прозрачного лица. Солёные капли скатились на длинные пальцы. Выдохнув, былая Сесилия проговорила: — Безопасность Мурада, сейчас самое главное. Если я его потеряю, мне конец,- сдерживая всеми силами ком в горле продолжила Нурбану. — Что прикажешь делать? — Найди самых верных нам людей и отправь в Манису, мой лев должен сесть на османский трон любой ценой, - проговорила венецианка, отворачиваясь от своей калфы. — Как прикажете, госпожа - ответила Джанфида. - А как быть с Долунай? Резко повернувшись, Нурбану сверкнула глазами. Даже упоминание о сопернице, приводило Султаншу в бешенство. — Мы поступим с ней также, как она с Михримах Султан. Она исчезнет. Никто не будет помнить о ней. И войдёт в эту историю она, как безымянная рабыня султана Селима.

***

Долунай наспех застегнула последнюю пуговицу на алом платье, обернувшись на кровать она увидела спящего султана. Селим крепко вжимался в подушки слегка прикрытый простынями. Девушка испытывала к нему некую привязанность, но она не была похожей на те чувства, что были раньше. Падишах не заставлял её сердце трепетать как много лет назад, не было и волнения перед встречей с ним. Все исчезло в один момент, Долунай и не сможет вспомнить в какой именно. Выпрямив спину, Султанша уверено зашагала в сторону двери. Тихо её отперев, она вышла в коридор, где её ждал верный слуга. — Госпожа, - тихо пролепетал Гюль, глаза евнуха радостно искрились при виде своей хозяйки. — Ага, у нас осталось одно не законченное дело, - почти шепотом сказала Долунай, подходя ближе к евнуху. — Какое? Разве мы не сделали самое важное? Не избавились от ваших врагов? — Нет, Гюль. Самое важное только начинается,- ехидно подметила Долунай, проведя языком по пересохшим губам. — Мы должны убить Шехзаде Мурада и его маленько сына. — Но, Султана... - слуга почти завыл, когда понял чего желает его госпожа. — Разве мы можем? Он наследник, это дело будут расследовать, а когда поймут что мы,- жалобно заскулив Гюль с надеждой взглянул на Султаншу. — Никто не догадается,- холодно отозвалась Хасеки. — Эсмахан недавно отправляла в подарок брату девушек. Ты знаешь, что нужно делать. — Желаете повесить на кого-то из рабынь убийство? В это никто не поверит! — Все должно выглядеть, как несчастный случай. Маленького шехзаде отравите. Пусть малыш сильно не мучается, найди такой яд чтобы никто не понял от чего отравился ребёнок.