Дневник Баттон Мэша

       Услышав звонок, владелец квартиры вышел посмотреть, кто решил навестить его. Открылась дверь, сопровождаясь резким скрипом. Вышел пони коричневого цвета на несколько лет младше друзей, явно обучающийся в колледже или университете. Глаза его показывали явное удивление, будто его никто не навещает. Блэк от этого взгляда перестал слегка трепетать серыми крыльями от выпирающих нервишек. Джеймс прокашлялся и спросил: - Здравствуй, меня зовут Джеймс, это мой друг Блэк ... в общем, это ты ... Баттон Мэш? - после этих слов коричневый пони едва не отшатнулся, лишь недоверчиво скосил глаза: - О .. откуда вы знаете мое имя? - Ну как это сказать, ... переехав в Понивилль, мы нашли твой дневник детства ... - вмешался уже Блэк. Зрачки Баттона сузились, он был удивлен. Он понял, о чем говорит пегас, и легкая, но явная грусть окрасила его морду. Блэк и Джеймс заметили это, не зная, как выйти из ситуации. - И .. твой дневник не закончен, мы бы хотели узнать конец твоей истории, Баттон, если ты не против. - Для чего это вам? Какая вам разница? - Просто нам жаль тебя, твоя история настолько живо описана и рассказана, что даже такой немногословный пони, как я, проникся ей. Тебе тогда обидно и больно было, что ты теперь скажешь, скажи, что все улучшилось, прошу. Тем более, нам просто интересно, и эту информацию против тебя мы никак не применим, поверь. - У вас совесть есть? Это не ваш дневник, а мой ... - Если бы ты так за него боялся, то пять раз проверил наличие его у себя, а не забросил за батареей. Я не виноват, что мой глаз приметил его тогда. Да и тем более, ты написал трогательную историю детства, а не розовые повседневные сопли. Твоим приключениям и позавидовать, и не позавидовать. И нам интересно, как все-таки ты помирился со Свити Белль? - Что ж, неужели это правда? - Поверь мне, Баттон. Честное слово. ("Я заразился честностью от Эпплджек, пока у нее работал, хех," - пошутил у себя в голове Джеймс) - А вообще, Джеймс прав. Он бы ни за что не захотел отправиться на поиски твоего адреса, не будь он таким взволнованным. Он явно заинтригован, впрочем, как и я, - расправил крылья Блэк, - ты был, по факту, первым с нами после того, как мы переехали в Понивилль. Именно с твоего дневника и началась наша жизнь в этом городе. И мы бы хотели разнообразить ее, узнав финал твоего детства. Думаю, тебе есть что сказать. - Ну ... ладно. Входите, - сдался упрямствовать коричневый пони, перестав недоверять, и впустил их в свою квартиру, не особо новую интерьером и стенами. Хотя нет, Баттон в душе все равно продолжал не доверять жеребцам, и согласился лишь потому, что боялся, что, имея на копытах его дневник, Блэк и Джеймс начнут любым способом шантажировать его, пока не узнают желанное продолжение. Кто знает, может, коричневый пони и ошибается? Видимо, Баттон давно не делал ремонт. Судя по вкусному запаху, он готовил на тот момент суп, вроде грибной или гороховый. Блэк и Джеймс сглотнули слюну, они все-таки немного проголодались, что заметил и коричневый пони. Пригласив их к столу, он взял из серванта три тарелки с половником и разлил каждому супа, который оказался грибным. За то время, что Баттон подрос, он научился вкусно готовить, и жеребцы с удовольствием ели его блюдо, а Блэк даже попросил добавки. Именно в этот момент Баттон Мэш и решил поведать окончание своей истории, видя подходящий момент. Пегаса и синего пони волновало то, что теперь не они будут читать дневник, а сам автор обо всем будет повествовать. Вздохнув, Баттон начал: "Джеймс, ты спросил, как я помирился со Свити Белль - я бы хотел об этом рассказать, но не могу, так как об этом нечего сказать. Все было примерно так: после того, как мы с Рамблом перестали бороться за Свити Белль и Скуталу, прошло некоторое время. Понятное дело, меня Меткоискатели игнорировали меня, особенно единорожка. Будто мою Свити Белль подменили, это, казалось, не она. Я помню ее добрую, общительную и дружелюбную. А она помешалась(вина всему этому Эпплблум) на эти поиски кьютимарки, и остальное ее не волновало, включая меня и моей старой дружбы. Из-за этого я окончательно потерял общение с ней и с остальными, поэтому большее время я либо хандрил, либо просто хотел забыться, играя в компьютерные игры. Мне все стало безразлично, я потерял надежду и Свити Белль. Я решил, что с меня хватит, и, насколько я понял, и судьба говорит, что это бесполезно. Я стал обычным, ничем неприметным школьником-интровертом, когда-то бывший им и вновь ставший. Надеялся, что никогда больше не вспомню тех обид со временем Спиди, но все пошло по-другому. Но позже появились еще две надежды на возвращение единорожки, видать, меня с ней одновременно и что-то и связывает, и не связывает. Какая надежда? Это был обычный школьный день, и в это время выбирался в нашем классе школьный президент, отвечающий за все классные и школьные права, поручения, обязанности. Обычно им всегда становилась местная «принцесса» Даймонд Тиара, будучи самой богатой, но в тот год баллотировался и мой приятель, добрый малый по имени Пипсквик. Хотя он встал на скользкую, опасную дорожку: противостоять этой заносчивой пони – это играть с огнем, ребята. Мало ли что она сделает, за победу она бы убила этого жеребенка, не будь у него поддержки – Меткоискателей. Они решили сделать что угодно, чтобы он победил, а Тиара нет. Даже дружескую песню спели, мол, голосуем за Пипа, друзья. Я ее слышал, и, понятное дело, больше обратил внимание на единорожку, самую решительную из всех. Свити больше всех жаждала победы Пипа, судя по тому, что именно она пела «Вот Пип! Голос Пипу!» старательней всех, ее приятно было слушать. Как бы мне ни было обидно, но голос ее меня всегда поражал. И Меткоискатели справились, все проголосовали за Пипсквика, а за Даймонд Тиару никто. Даже я проголосовал за него, и потому что не хотел, чтобы работа девочек пропала даром, и потому что ненавижу Тиару за ее высокомерность. Пип стал президентом класса – ура! Но потом девочки заметили, что с Даймонд Тиарой что-то не то: ей было все равно на всех, она была подавлена. Видать, победа Пипа в самом деле раздавила ее. Ощутив проблему с ней, Меткоискатели решили отнестись к ней дружелюбнее, предложили ей свою дружбу в сочетании с поддержкой. Сначала Тиара не хотела, но, поняв, что действительно хочет иметь друзей, согласилась и пообещала, что никогда не будет зазнаваться и вредничать. И действительно: она изменилась, поделившись деньгами для ремонта детской площадки (это хотел сделать Пип). Тиара стала лучше, и к ней пони стали относиться лучше и приветливее, и все благодаря Эпплблум, Скуталу и Свити Белль. Все забыли обиды, причиненные Даймонд Тиарой. И угадайте что: за такую непростую работу Меткоискатели наконец ПОЛУЧИЛИ КЬЮТИМАРКИ! Наконец они нашли свое предназначение, их поиски закончились. Они были счастливы, и я тоже. Раз вопрос с кьютимарками решен, Свити Белль должна, по факту, вернуться, ее больше ничто не держит. Я снова стану с ней общаться, как я ждал этой минуты! Неужели мои надежды, теплящие в душе, оправдаются? От радости я чуть не подпрыгнул до потолка … Думаю, дальше вы знаете: все пошло коту под хвост. Свити Белль с остальными теперь делает исключительно то, за что получила кьютимарку – помогает другим пони с их проблемами с кьютимарками. Их в Понивилле все знают, они многим помогли с тех пор, как на их боках блеснуло сами знаете что. Свити вновь сильно занята, но теперь уже своей работой, будет так называть. Я, помню, попытался пригласить ее к себе поиграть в компьютерные игры, но услышал: «Прости, Баттон, слишком много пони не осознают суть своей кьютимарки, времени нет. В другой раз, ладно?» Я едва не упал от этого заявления. И жаль, что другой раз не наступил – времени и потом не хватало. Ничего не изменилось, хотя я надеялся, ждал перемен. Единственное, что изменилось, что Свити, Скут и Эпплблум больше не пустобоки. А позже (причем намного позже) и я перестал быть пустобоким: когда я прошел с победой самый сложный уровень в Ponycraft с криками «О да! О да!», который еще никогда не проходил, мой бок засветился, и показалась кьютимарка – клавиши игровой приставки. «Вау, Баттон, самый необычный способ получения, так сказать», - сказал мой братец, рассматривая кьютимарку. Я отнесся к этому с равнодушием, хотя приятно знать, что мой талант относится к любимым компьютерным играм. - Зацените, Меткоискатели, Баттон Мэш больше не пустобок! – хвастался я им, желая показать, что произошло, пока они были заняты своими проблемами. - Прикольная кьютимарка, - сказала Скуталу. - Неплохо, - просто произнесла Эпплблум. - Я подозревала, что твой талант склонен именно к этому, - улыбнулась Свити Белль, но просто, без особой радости. Мол, ну получил – так получил. Я ожидал совсем не такой реакции, было обидно. Это была моя самая последняя надежда на возвращение Свити Белль, и она прошла даром. Думал, что моя кьютимарка вернет единорожки, если она заинтересуется, но походу это все – конец. Надежды вновь не оправдали себя.Мне не впервой, но каждый раз все равно больно. Больше мы не общались как раньше, мы стали чужаками. Да, мы иногда общались, но чисто по делу, а не как близкие друзья. Домашку узнать и тому подобное. Окончив школу, я был рад, что наконец забуду ее и все ту боль, причиненную моим детством. А к тому времени моя бабушка умерла от инсульта, но успев переписать эту квартиру, в которой мы находимся, мне. Так попросила моя мама, потому что здесь ближе находится колледж, в котором я учусь. Удивительно, что я хорошо сдал экзамены и поступил сюда, честно. И живу я здесь тихо, скромно, друзей в колледже особых не нашел, но не жалуюсь. Они бы все равно рано или поздно предали меня, как это сделала Свити Белль. Надеюсь, вы услышали все, что хотели услышать."