Мысли материальны

Дорогие мои читатели, поздравляю вас с наступившим Новым Годом и Рождеством. Желаю вам всего самого солнечного, хорошего, светлого и доброго в 2013 году. Везения, любви, счастья и, самое главное, волшебства и исполнения всех ваших желаний - пусть ваша жизнь наполниться настоящим Чудом. Благодарю всех за неимоверное терпение, бесконечное понимание и такие греющие душу отзывы. Я вас очень люблю и помню каждый ник и каждую аватарку, которая когда-либо писала комментарий к моим работам. Не все остались со мной от самого начала до конца, отзывы от многих людей больше не появляются под новыми главами, но тем, кто остался – ОГРОМНОЕ спасибо. Я это очень ценю. Тем же кто ушёл – возвращайтесь! Я по вам так скучаю =( Я не написала и сотой части того, что и о чём бы хотела написать данный фик. Более того, в моей голове даже есть план для сюжета второго сезона. Стоит ли мне на этой главе заканчивать работу «Мысли материальны» или всё же продолжать писать? Мне важно ваше мнение – не слишком ли я растянула данное» произведение»? Мне уже говорила моя хорошая знакомая, которую вы видели в фанфике под именем Юля Скрипкина(а на самом деле Юля Смычникова), что слишком уж я растянула всё это, как плохую резину. Но считаете ли вы так? Хотите ли ВЫ продолжение – вот в чём вопрос... Так что статус «в процессе написания» исключительно для вас, и для вашего решения.

- Я всегда восхищался художниками. Несколько штрихов – пожалуйста, вот вам портрет или, скажем, лошадь. Как вы делаете это? - Как делаю... Знаете, это нелёгкий вопрос. Никогда не задумывался... Наверное, чувствую что-то, как шевельнуть кистью, где замереть, где наоборот. Порою, кажется, что я не рисую, а кто-то невидимый управляет мною... (с)Из рассказа Машиной однокурсницы Каролины Талачаевой.

      После уроков Маша, Алина и Акацуки зашли за остальными шиноби, которые не «учились» в школе, побросали свои сумки дома и, наспех переодевшись из школьной формы в повседневную одежду, пошли к платформе встречать Митьку. По дороге Сасори иногда смотрел в сторону Маши. Возможно его удивил рисунок, подаренный девушкой, а возможно ещё по какой-то причине он смотрел в сторону готессы… Впрочем, по его непроницаемому взгляду нельзя было понять, что он думает, ведь, что ни говори, но даже в этом мире он оставался хладнокровным кукловодом, которому было практически невозможно залезть в душу и прочитать, что твориться у него в сердце. Ну, а Алине и гадать не надо было, почему Тоби носиться вокруг неё с удвоенной силой, то и дело повисая со спины у неё на шее. Девушка лишь улыбалась трёхсотлетнему Акацуке и трепала иногда его по волосам, еле сдерживаясь, что бы не обнять этого человека в ответ. Мадара из-под маски прекрасно читал все чувства на лице девушки и поэтому, впервые за долгое время, искренне улыбался не из-за облика Тоби, а потому что сам был неимоверно счастлив. Несмотря на то, что Маша немного нервничала, ловя на себе взгляды мастера марионеток, от взгляда готессы всё равно не укрылось, как переглядываются её подруга и Тоби. Отметив про себя, что надо Алину позже спросить об этом, Маша подошла к платформе. Издалека увидев высокую фигуру Мити, девушка радостно помахала другу рукой, после чего взбежала по ступенькам и обняла его.       - Привет! Ну, как у тебя дела? – улыбнулся Митя, потрепав девушку по голове.        - Нормально, - усмехнулась готесса, - эти уникумы уже успели разборку в школе устроить и чуть ли себе врагов не нажить. А у тебя как дела? Как твоя Саша? Признавайся, сколько раз ей за месяц изменял? – уже хитро улыбнулась Маша.        - Ну-у-у, - протянул Митя, ускользая взглядом в небо, делая лицо «я-то что? я ничего». Готесса, с таким же хитрым видом, склонила голову набок. Парень открыто улыбнулся и ответил. - Честно говоря, ни разу с того дня, как мы встречаемся. Маша недоверчиво взглянула на парня и ехидно спросила:       - Да-а-а?       - Да-а-а! – передразнил Митя, а потом смущённо потёр нос. - Нет, ну правда!        - Что бы такой бабник как ты, и так остепенился, чтобы быть только с одной девушкой полтора года? Мить, да я тебя просто не узнаю, - весело хмыкнула Маша, краем глаза наблюдая, как Акацуки и Алина входят на платформу.        - Я не бабник, - наигранно надулся парень. Готесса с сарказмом протянула:        - Да, коне-е-ечно, не бабник. Просто увлекающийся человек, который до встречи с Сашей гулял направо и налево от всех своих девушек, и который мне все пять лет, пока мы знакомы, радостно про свои похождения рассказывал. Маша весело посмотрела на друга, а Митя в свою очередь выставил руки вперёд и, засмеявшись, ответил:       - Ладно-ладно, сдаюсь! Это всё было, но это всё в прошлом. От моего Солнышка мне сейчас вообще никуда уходить не хочется, она просто необыкновенная…        - Мить, да это здорово! Рада за тебя, - довольно заулыбалась готесса.       - Ну, мы едем? – прервал девушку недовольный оклик Хидана, который сегодня не выспался, из-за чего постоянно огрызался на окружающих. Маша, вздохнув, развела руками перед другом, показывая, что язычник сегодня не в духе и затем уже утвердительно кивнула Хидану. Все перешли на платформу «На Москву» и сели в подъехавшую электричку. Уже сидя внутри, Маша поинтересовалась у Мити:        - Так, где ты решил устроить работать наших гостей?        - Ну, поскольку многим из вас мы сделали паспорта на возраст школьников, - обратился парень к шиноби, - то этой половине ничего серьёзного найти не удалось. Так, по мелочи, раздача листовок, работа официантом в кафе, курьером и прочее. Но, зная ваши способности и увлечения, я постарался подобрать наиболее оригинальные и интересные места работы, чтобы не было так скучно. Вот места, куда вы можете устроиться...       Митя достал из сумки буклеты, очевидно специально сделанные для Акацук, и разложил их на сиденье электрички. Справа положил те места работы, в которых могли работать «совершеннолетние», по паспортам, шиноби, а слева «несовершеннолетние». Из многочисленных листовок с работами курьеров, раздатчиков листовок, продавцов, официантов, были несколько особо выделяющихся занятий из всех работ, к примеру: учитель оригами, тренер по плаванию и некоторые другие. Пока шиноби рассматривали бланки и буклеты, Маша негромко спросила у Мити:        - И что, на всех этих работах их будут подстраховывать твои друзья?        - Да, ты не представляешь, сколько у меня знакомых, - усмехнулся парень. Девушке оставалось только кивнуть, разглядывая вместе с остальными различные буклеты. Тут она услышала, как Дейдара и Тоби на весь вагон спорят, постепенно повышая голоса        - Нет, ты не будешь там со мной работать, да что ты вообще понимаешь в настоящем искусстве?! – сквозь зубы прорычал Дей, отпихивая от себя трехсотлетнего ребёнка. А Тоби не собирался сдаваться и провопил подрывнику на ухо, умоляюще складывая руки:        - Ну пожалуйста, Дейдара-семпай!!! Тоби хочет вам помогать работать, Тоби хочет тоже всё взрывать!!!        - Вот ИМЕННО! – прикрикнул блондин, стукая неспокойного Акацуку по голове. - Там не надо ничего ВЗРЫВАТЬ!!!! Там надо ПРОДАВАТЬ это покупателям, придурок! Да что бы я с тобой работал – ни за что! Мне совместных заданий в организации с тобой было более чем достаточно, - последние слова Дейдара буквально шипел Тоби в лицо, зло схватив его за отворот куртки. Алина, увидев подобное, нахмурилась и легонько ударила Дея по руке, недовольно заметив:        - И нечего руки распускать и орать было тоже не обязательно! На вас вся электричка уже с любопытством смотрит.        - Алина права, на нас весь вагон обернулся, - спокойно заметила Маша, вспомнив, как в аниме Дей постоянно злился на Тоби, - прекратите шуметь. Лучше объясните, из-за чего такие крики?        - Я выбрал работу, а этот решил работать вместе со мной в одном магазине! Да я повешусь ещё и там быть с ним напарником, - чуть ли не взвыл Тсукури. А Тоби, обиженно фыркнув, произнёс:        - Дейдара-семпай нехороший, Дейдара-семпай не любит Тоби.        - ЧЕГО?! Да я сейчас тебя! – мгновенно вскипятился заново Дей. Но не успел Тсукури дать очередной подзатыльник, как Пейн ледяным тоном, не требующим возражений, приказал:        - Успокоились живо. Скандалить будете не в моём присутствии. Митя вздохнул и покачал головой, очевидно думая: «И куда я попал?...». Затем он примиряющее спросил у Тсукури:        - Хоть какая это работа, что вы так разнервничались? Я не припомню, что бы я подбирал какое-то сверх выделяющееся занятие.       Дейдара напоследок недовольно глянул на надувшегося Акацуку, и затем уже с более спокойным лицом передал буклет Мите. Пройдясь глазами по буклету, Митя, улыбнувшись, прочитал:        - «Продавец в магазине пиротехники В***ит». О, ну тогда всё ясно, почему вы так шумите.        - Эм, я согласна, в таком магазине лучше работать одному Дею, без помощников, - засмеялась Маша. - А то, боюсь, магазина не станет.        - Так, ладно, с этим разобрались, - кивнул Митя, задумчиво посмотрев на остальные буклеты. - Ты, Тоби, подбери себе ещё какую-нибудь работу. А остальные что себе выбрали? Шиноби протянули Мите, Маше и Алине буклеты, с понравившимися им работами. Маша озадаченно посмотрела на тех, кто дал эй рекламу и удивлённо спросила:        - Так, я правильно поняла? Пейн-сан выбрал работать продавцом в рок-магазине, Какаши-сан – продавец-консультант в магазине манги, Кисаме – тренер по плаванию, а Сасори…сан помощник резчика по дереву, так? Перечисленные четверо дружно кивнули, дальше стала проверять Алина.        - Орочимару – ухаживающий за пресмыкающимися в серпентарии, Хидан выбрал себе работу курьером в магазине «Садо-мазо», и Конан решила стать учителем оригами. Всё верно? Орочимару и Конан просто сказали «да», зато Хидан, в духе плохого настроения, недовольно пробурчал:        - Правильно-правильно, дальше давай! И, наконец, Митя, спросил:        - Ну, а из оставшихся: Зецу – продавец в большом цветочном магазине, Тоби - раздатчик листовок в магазине игрушек, - на этом месте Алина, Маша и Итачи дружно поперхнулись воздухом и закашлялись, а парень продолжал, - Какузу – бухгалтер в одной фирме моего друга, Итачи – продавец-консультант в магазине оружия. Никого не упустили? Всех причислили? Когда все опять кивнули, Маша хитро посмотрела на друга и спросила:        - Так, а теперь признавайся, как ты умудрился найти настолько оригинальные места работы? Или там везде твои приятели работают?        - Не поверишь, но именно так, - улыбнулся парень. - Так вот получилось. Я же тебе говорил - знакомых у меня до крыши, - затем Митя снова обратился к шиноби. - И ещё одно: вы выбрали себе такие места работы, которые разбросаны по всему городу, так что возможно устроим только за сегодня далеко не всех. И да, Какаши, вам периодически придётся не только продавать мангу, но и работать официантом в косплей-кафе, который относиться к тому же магазину, только находиться этажом ниже.       - А я-то думал спокойно посижу и меня никто не будет сильно дёргать, - вздохнул Хатаке. - Ничего не поделаешь, придётся работать в таком ритме.       Тут Маша, которая во время Митиного разговора с Какаши думала о чём-то своём, смотря в окно, на которой был прикреплён до невозможности яркий, привлекающий внимание плакат с Конатой из аниме Lucky Star, которая была в костюме Харукии Судзумии. Внизу плаката большими красными буквами было написано: «Косплей-кафе. Ждём всех с 9:00 до 21:00.». Тут уже Алина попыталась пойти и посмотреть, что же там такое. Какаши, не желая лишний раз задерживаться, крепко вцепился Алине в рукав и повёл недовольную девушку наверх, что бы, всё же поступить на работу и найти томики манги, которые его интересовали. Когда они наконец поднялись на нужный этаж, сегодня всем недовольный и злой Хидан произнёс хором с уставшим Какузу:        - Ну наконец-то мы дошли!        - Ой, хватит преувеличивать, народ! – весело воскликнула Алина. Митя согласно кивнул и добавил:        - Тем более Антон нас уже заждался. Пошли, пока он не стал злится, опоздавших он не любит. Хотя сам этим грешит частенько.       После слов Мити, Какаши довольно усмехнулся. Ему явно понравилось, что Митин друг Антон в описанных чертах характера похож на него. Все зашли в магазинчик. В ту же секунду, что у Алины, что у Маши, что и у Хатаке глаза разбежались от бесчисленного количества манги, манхвы и книг японских писателей. Первым желанием подруг было кинуться к полкам со всем этим богатством. Но они смогли сдержать свой порыв и вместе с остальными подошли к стойке, за которой стоял блондин лет двадцати пяти с яркими зелёными глазами, который склонился над какой-то книгой и, облокотившись локтём о стойку и подперев подбородок рукой,с увлечением читал. Заметив вошедших, блондин поднял голову и, улыбнувшись, поприветствовал Митю рукопожатием, а остальных кивком головы.        - Так кто из вас решил меня периодически заменять? Скажем во вторую смену, м?        - Я, - спокойно ответил Копирующий ниндзя. Зеленоглазый кивнул и осведомился:        - Как тебя зовут? Меня Антон.        - Зови меня Какаши, - улыбнулся под маской Хатаке и протянул руку для рукопожатия. Блондин весело засмеялся и тоже подал руку в ответ.        - Да, ты действительно на него безумно похож. Ну Какаши, так Какаши, - пожав руку своему новому помощнику, парень обратился уже к Мите:        - Ну, давай, что ли, его паспорт, я его начальнику покажу. Не беспокойся, он просто зарегистрирует нового сотрудника в базе данных, не более. Зарплата десять тысяч в месяц. Она, конечно, была бы больше, но сам понимаешь, продавца два и зарплата в итоге на двоих делится. Я вон теперь тоже стану десять тысяч получать, - сказал друг Мити грустным голосом. Митя ободряюще похлопал парня по плечу, а Маша с Алиной, тем временем, жадно пожирали глазами полки с товаром. Заметив это, Антон сказал девушкам:        - Я заметил, что вам не терпится посмотреть мангу и книги? Прошу, пару самых понравившихся можете даже взять себе за счёт заведения. Только именно пару, а то мне потом начальство по шапке настучит.        С радостными восклицаниями и бесконечными благодарностями подруги кинулись к полкам. В итоге они часа полтора зависли у шкафов с японской литературой. Пока Маша и Алина выбирали себе товар, Антон объяснял Какаши основные правила, а остальные, последовав примерам девушек, тоже разбрелись по всему магазину, с интересом оглядывая мангу. В конце концов готесса и анимешница выбрали себе то, что нужно, после чего вся дружная компания посетила косплей-кафе, где Антон, в ущерб своей зарплате, опять-таки за счёт заведения угостил всех фирменным блюдом. Затем, Маша зашла в готический магазин и зависла там ещё на пару часов, выбирая что купить и заодно обнаружила, что в этом магазинчике работает её старый знакомый, по прозвищу ДрАкон (п/а: ударение на первый слог) – очень спокойный юноша, такой же гот, как и она. Радостно с ним пообщавшись, она всё же вышла из магазина с приобретенными товарами, и вместе с остальными пошла обратно к метро, где должна была находится будущая работа Сасори. По пути, Маша оторвалась от остальных, так как ей снова позвонили из редакции и нетерпеливо поинтересовались, когда она всё-таки появится. Пришлось готессе со всех ног мчаться на работу, на прощание помахав рукой друзьям. Она лишь заметила напоследок, как Сасори досадливо поморщился, когда она прощалась со всеми. На секунду готесса застыла, увидев как лицо Акасуно перекашивает едкая волна какого-то разочарования и ледяного недовольства. Но потом опомнилась и побежала в нужную сторону, надеясь, что кукловод не сильно обидится на её скорый уход. Безусловно, ей хотелось остаться и посмотреть, как юношу устроят на работу, но к сожалению ей самой надо было спешить в редакцию.       Доехала она довольно-таки быстро и потому не опоздала. Секретарша попросила её подождать в приёмной, так как Николай Дмитреевич сейчас занят. В приёмной кроме неё сидел ещё один парень. Готесса только вошла и поэтому увидела лишь спину ожидающего. Рост этого молодого человека понять нельзя, волосы были светло-русого, практически блондинистого оттенка, слегка встопорщенные, но всё же аккуратные. Он был худой, но не щуплый. И даже со спины этот человек ей напоминал кого-то. Кого-то давно знакомого... Девушка прошла внутрь и решила сесть в кресло напротив парня. Получив возможность рассмотреть теперь его получше, она вдруг поняла, кого же он её напоминал. Да и как не мог напоминать? Ведь это и был тот самый Андрей Щербин, бывший Машин одноклассник, да и не только одноклассник...       Раньше, полтора года назад, наша героиня жила в Москве, в которой, собственно, родилась и жила до второго полугодия восьмого класса, а затем с родителями переехала жить в Подмосковье. Собственно, с самого дня переезда Маша более не видела Андрея до этого дня. Они не особенно и общались, поэтому не удивительно, что они так и не пересеклись за эти полтора года.       Однако, с первого класса и до восьмого Маша безответно любила этого серьёзного и умного юношу. Вам это может показаться странным, ведь до этого вы узнали, так же, о четырёхлетней влюблённости нашей готессы в Толю, но вот парадокс – некоторое время девушка любила двух парней одновременно. Но скорее всего настоящая, искренняя (да и первая) самая сильная любовь была именно к Андрею, а к Толе – увлечение, влюблённость, но никак не такое высокое чувство. Это и неудивительно. В такого парня - такой как Маше легко можно было влюбиться. Более того, никого другого она бы и не смогла так сильно полюбить в самый первый раз. Украдкой тысячи раз девушка наблюдала, как серо-голубые глаза внимательно пробегают строчки учебников, а тонкие изящные пальцы небрежно смахивают чёлку с глаз. Не раз она замечала, что когда он внимательно слушает друзей, он засовывает пальцы в задние карманы джинс, в которых он всегда приходил в школу. А если он смеётся, всё его лицо преображается настолько, что захватывает дух. Да, парень был определённо красив, но той красотой, что тихо мерцает, а не ослепляет всех излишним блеском. Так же, Андрей обладал замечательным свойством, которые многие утратили в ХXI веке – благородством, чувством справедливости, как бы напыщенно это не звучало.       Как-то, в конце седьмого класса, Маша решила попытаться во второй и последний раз в жизни признаться парню в любви. После субботника, она нагнала Андрея по пути домой и всё ему рассказала. Ей было безумно страшно, руки тряслись, ведь так не хотелось, что бы и этот человек над ней посмеялся... Но к удивлению готессы, ничего не произошло. Оказалось, сам Щербин давно заметил, что Маша неравнодушна к нему, но не подавал виду. В отличии от Толи, он не стал обижать девушку, услышав о её любви. Да и не мог, ведь он был действительно неплохим и достаточно понимающим для парня своего возраста. Спокойно выслушав девушку, он тактично притворился, что не заметил, как Маша нервничает и задав пару вопросов, ответил вежливо и деликатно, так, что бы не задеть чувств нашей героини:        - Я понимаю, что ты чувствуешь, и я рад бы ответить положительно, но увы... Извини, но...        - Понятно, можешь не продолжать... – грустно, но спокойно улыбнулась готесса. Андрей вздохнул и посмотрел вперёд, старательно отводя взгляд от идущей рядом с ним девушки. Ему было самому неудобно, что так вышло, но, к сожалению, он не мог заставить своё сердце влюбиться в эту одноклассницу, какой бы милой и хорошей она не была. Подойдя к светофору, он грустно произнёс:        - Мне и вправду жаль, Маш...        - Ничего страшного, всё хорошо, - попыталась ободряюще улыбнуться девушка, но вышло как-то криво и она бросила эту затею. Майский ветерок нежно прошелестел, растрепав волосы, навевая мысли любви, весне и близком лете. Они постояли молча, дожидаясь зелёного сигнала. Когда светофор приветливо засветился изумрудным, они перешли дорогу и Маша разрушила тишину:       - Андрей, можно спросить?        - Конечно.        - Ты сейчас... Ты влюблён в кого-нибудь?        - Наверно нет. Раньше да, но... Боюсь прошло. Сейчас у меня никого нет, да и с той девушкой, которую я когда-то любил, я вместе не был. Не получилось мне признаться ей в своих чувствах, - пожал спокойно плечами Андрей, просто констатируя факты.       - Ясно, - тихо произнесла готесса, задумавшись.       «Значит не влюблён. Просто я не являюсь его второй половинкой, видно так уж решила своевольная Судьба. Тут уж ничего не поделаешь... В любом случае, мне бы хотелось, что бы он был счастлив, пускай и не со мной», - подумала она и заметила, что они почти дошли до места, где ей придётся идти дальше прямо, а Андрею в сторону моста. Встряхнув головой и отгоняя ненужные мысли, Маша сказала:        - Ладно, спасибо что выслушал и извини, что напрасно побеспокоила. И да, я тебе благодарна, что ты меня не высмеял. Это для меня важно.        - А с чего мне смеяться над твоими чувствами? Это было бы неправильно, с моей стороны.        - Да, ты прав, - согласилась девушка и улыбнулась в ответ, помахала однокласснику рукой и пошла по направлению к дому. А ветер всё так же ласково теребил волосы, солнце весело светило, согревая весенним теплом. Только вот Маше уже не было так хорошо и весело, как до этого. Было как-то грустно, но при этом светло. Вопреки ожиданиям, Андрей всё же всё понял, хоть и не ответил взаимностью. А понимание – оно дорогого стоит.       Потом, уже в конце второй четверти восьмого класса она подарила Андрею не огранённый кусочек янтаря на шнуре, на память и на удачу. Это произошло перед самым её переездом. Затем, после Нового Года, она уехала.       И вот сейчас, через полтора года после этого, она увидела этого юношу вновь.       Сердце слегка кольнуло в груди, отголоском старого чувства. Оно не забыло, оно помнило, чей образ хранило в груди внутри целых восемь лет. Маша вздохнула и грустно усмехнулась сама себе. Да, чувства к Андрею уже остыли, но она всё-таки была рада видеть этого человека вновь. Да, он повзрослел немного, но всё же остался прежним – та же красивая линия губ, острый подбородок и умные, серьёзные серо-голубые и такие невероятные глаза, которые раньше заставляли сердце замереть. Парень решил размять шею и в свете ярких ламп приёмной золотым огоньком блеснул в вороте рубашки кулон в виде неровного камня. Девушка узнала тот самый кусочек не огранённого янтаря, такой же, как тринадцать таких же на браслете, висевшем на её руке. Тот самый, который она подарила перед отъездом. Подумать только - он до сих пор его носит...       На Машином лице засияла та самая искренняя неподдельная улыбка, которая так завораживала Толю. Щербин, почувствовав внимательный долгий взгляд направленный на него, поднял глаза от бумаг, над которыми склонился, и заметил девушку, сидящую напротив. Несколько секунд он продолжал не узнавать свою бывшую поклонницу, но затем его взгляд начал изменяться. В глазах юноши читалось вначале неверие, потом осознание, удивление и наконец...        - Маша?! – удивлённо воскликнул парень, подаваясь вперёд и уже хотел было подойти к готессе, но...       - Мария Королькова, вас ожидает в кабинете Николай Дмитриевич, - произнёс мелодичный голосок секретарши. Маша в бессилии незаметно сжала кулаки за спиной. А на виду лишь кивнула Андрею, подтверждая, что это действительно она. Вздохнув, она развела беспомощно руки, виновато кивнула в сторону кабинета и поспешила внутрь. Как же ей не хотелось куда-то уходить, ведь она и вправду не видела Андрея всё это время и успела даже немного соскучиться. Но в который раз, ей пришлось наступить на горло своему «хочу», выдвигая вперёд более трезвое понятие «надо».        - Здравствуйте Мария, очень хорошо, что вы нашли время приехать. Сразу прошу меня извинить за то, что так резко вас сорвал с места, но вот какое дело. Ту статью с дневником, которую надо было сдать тридцатого января, понадобилось отдать уже двадцать пятого, а сейчас, как ты понимаешь двадцатое. Что бы вам было полегче, мы взяли тебе помощника, возможно ты с ним столкнулась в приёмной – это Андрей Щербин. - Маша удивлённо моргнула, подумав: «Так вот, что он тут делал!», а заместитель главного редактора продолжал. - Этот юноша будет писать мужскую половину «дневника», а вы женскую. Но тема должна быть общей. Так что быстро решите, какой она будет и приступайте к работе. Зарплата ваша не изменится, можете не беспокоится на этот счёт. И ещё одна новость: один из наших работников заболел, а у нас уже запланировано интервью с преподавателем Литературного Института им. Горького. Так что вместо него интервью возьмёте Вы, и вам будет так же помогать ваш новый помощник Андрей. Сдать интервью нужно не позднее тридцатого. План, как брать интервью, я попросил составить Анатолия Сергеевича, так что прошу вас к нему зайти после и забрать план.        - Хорошо, Николай Дмитриевич, зайду, заберу, обсужу и всё сделаю.        - Вот и отлично, все бы сотрудники были такими сговорчивыми. Рад, что вы меня поняли. И да, напоминаю, зарплата выдаётся последнего числа каждого месяца в бухгалтерии. А сейчас прошу меня извинить, я очень тороплюсь на одну важную встречу. Маша вышла с замом из кабинета, а Андрей сразу же подошёл к мужчине.        - Простите, Николай Дмитриевич, вы сказали, что познакомите меня с человеком, которому я назначен помощником...        - Ой, прости, Андрей, совсем забыл. Вот, эта девушка и будет над тобой шествовать. Сейчас познакомитесь и она все тебе разъяснит насчёт статьи. Зовут её Корлькова Мария Анатольевна, надеюсь вы сработаетесь. А теперь, с вашего разрешения, вынужден срочно откланяться. До свидания, удачи в работе.       С этими словами Николай Дмитриевич вышел из приёмной, с беспокойством поглядывая на часы. Было заметно, что что-то у журнала серьёзное стряслось, раз заместитель главного редактора так нервничает... Маша внимательно взглянула мужчине в след, а затем посмотрела на секретаршу. Но у той было вечно приветливая улыбка на лице и уж по кому-кому, а по ней точно ничего нельзя было понять.       «Надо бы у Толи узнать, что у них там за ЧП случилось. Мы, конечно, не ладим, но всё-таки спросить-то мне больше и не у кого...». Тут, Машу из размышлений вывел Андрей, произнеся задумчивым голосом, внимательно смотря на готессу в упор:        - Всё-таки не показалось и это действительно ты... Девушка очнулась и тряхнув головой, взглянула на Андрея в ответ и, приветливо улыбнувшись, ответила:        - Да, не показалось. Неужто я настолько изменилась? И кстати, привет! А то за всей этой суетой так и не успели поздороваться, - улыбка Маши засияла опять той искренностью и теплотой. Андрей улыбнулся в ответ, но всё так же немного отстранёно, выдерживая привычную для него дистанцию.        - Здравствуй, рад тебя видеть, - он кивнул и протянул готессе руку для пожатия. Она сжала его ладонь в ответ и тут же тактично убрала руку. Парень немного удивился, наверно не ожидая, что она тоже постарается держать необходимую дистанцию, для вежливого разговора двух знакомых. Улыбка у Маши была уж слишком контрастной, по сравнению с поведением. Знай он её, так же хорошо, как Толя, он бы сразу догадался, в чём причина. Если Маша была взаправду счастлива, по-настоящему, не притворяясь, сильно-сильно – улыбку она скрыть не могла, как бы ни старалась. Но Щербин не был Толей и этого не знал. Поэтому он лишь заметил.        - Значит, теперь ты будешь моей непосредственной начальницей? Признаться честно, не ожидал тебя здесь увидеть.        - Я тоже не ожидала тебя увидеть в сфере журналистики. Я даже не знала, что мне собираются назначить помощника, меня никто не проинформировал – просто поставили перед фактом и все дела, - девушка пожала плечами, изо всех сил пытаясь уменьшить до необходимого минимума улыбку, растянувшеюся на всё в лицо до такой степени, что щеки начали болеть. Но у неё это всё никак не выходило. Но тут судьба сама решила помочь готессе. Неожиданно, её кто-то очень неаккуратно толкнул в спину, да так, что она налетела на Андрея и чуть не упала, если бы Щербин её не поймал.        - Ты в порядке? – осведомился русоволосый юноша, приводя Машу обратно в вертикальное положение. Не успела девушка ответить, как её перебил знакомый, но крайне нелюбимый голос:        - Ой, извини, я случайно, - хмыкнув, произнёс из неоткуда появившийся Толя. Готесса устало потёрла переносицу двумя пальцами и ответила намеренно вежливо, но холодно:        - Ничего страшного, Анатолий Сергеевич. Вы что-то хотели?        - «Родная», что же так официально? - Толя попытался приобнять девушку за талию, но та недовольно отошла на два шага вбок. - Мы же далеко не чужие люди.        - Какая фамильярность, только удивляться остаётся, - покачала Маша головой. Андрей недоумённо наблюдал за этим действом. Было видно, что эти двое давно знакомы, но при всей Машиной вежливости, она явно недолюбливала этого наглого юношу. Заметив растерянность своего нового «помощника», готесса поспешила исправить положение:        - Совсем забыла представить! Андрей, познакомься с помощником главного редактора Михайловым Анатолием Сергеевичем. Все статьи, прежде всего на проверку идут к нему. Анатолий Сергеевич – это мой недавно назначенный помощник Щербин Андрей Александрович.        - Очень приятно познакомится, - кивнул Толя, с интересом разглядывая Щербина. Когда он вышел из своего кабинета, он заметил Машу. И более того, он увидел как она улыбается, причём ТОЙ улыбкой. А затем он увидел и Андрея и сразу ему стало понятно, что этого юношу Маша знает давно. И так захотелось, вдруг, прибить этого парня, что кулаки зачесались. И вот сейчас он заметил ещё кое-что: его когда-то лучшая подруга сейчас старается быть вежливой лишь из-за Андрея. Отлично видно, что не будь этого парня рядом, Королькова давно бы высказала всё, что думает насчёт Толиного наглого поведения. От этог, Толя разозлился ещё больше...        - Ну да, Маша ещё забыла прибавить, что мы друзья детства, знакомы буквально всю жизнь, - Михайлов притянул к себе девушку и приобнял её за плечо. «Мило» улыбнувшись, наша героиня слегка поморщившись, убрала руку «друга» со своего плеча и, изо всех сил сдерживаясь, ответила:        - Ну, знакомы мы действительно давно. Но, если подумать, Андрея я тоже знаю с первого класса, - она пожала плечами, как будто не заметила недовольно сузившихся глаз Толи.        - Рад встрече с Машиным старым другом, - вежливо улыбнулся Андрей, протянув руку для пожатия Михайлову. Тот ответил на рукопожатие, с приторной улыбкой возвращая:        - Взаимно.       Почувствовав вибрацию в кармане, Маша достала мобильный, где увидела смс от Алины, которая интересовалась, скоро ли она закончит. Вздохнув, девушка искренне и светло улыбнулась, ответила, что почти закончила и положила телефон на место. Затем, уже с совершенно неподдельным спокойствием, деловым голосом осведомилась у своего «начальника»:        - Толь, мне Николай Дмитриевич сказал, что у тебя должен был составлен план, как брать интервью. Не мог бы ты мне его отдать?        - Эм... – слегка удивился такой перемене парень. - Да, конечно, он в моём кабинете, сейчас принесу – подожди здесь. Пока он не вернулся, Маша обратилась к Андрею:       - Слушай, я с удовольствием ещё бы задержалась и даже с тобой погуляла, и пообщалась подольше, но мне побыстрей закругляться необходимо, так что строго по делу. Насчёт «странички из дневника», думаю, тебе Зам всё пояснил. Нам надо эти странички к двадцать пятому сдать. Предлагаю такую тему февральской статьи в честь Дня Всех Влюблённых и Дня Защитника Отечества: оба, и юноша, и девушка размышляют, что было бы, если они поменялись местами – девушки пошли бы в армию, а парни стали ухаживать за оставленным домашним очагом. Как тебе идея?        - Конечно не супер новая, но всё же довольно-таки свежая и не занудная. Пожалуй, можно попробовать.        - Замечательно, давай так: я печатаю свою половину дневника, отсылаю тебе на почту, а ты мне свою. В итоге доведём до идеала и отдадим Толе. И ещё – нам нужно взять интервью у преподавателя Литературного Института за место заболевшего сотрудника. Срок сдачи до тридцатого января, но к счастью, в ЛИТ я езжу на курсы и с интервью проблем быть не должно. Вот твоё удостоверение, о том что ты временный журналист этого журнала. Я узнаю у преподавателя, когда ему удобно, тебе позвоню и всё сообщу. А Толик сейчас принесёт план, как правильно надо брать интервью, сейчас его отксерокопируем и чтобы мы смогли с ним ознакомиться.        - Хорошо... – немного шокировано ответил Андрей, поражаясь, как вся Маша поменялась, когда заговорила о работе. Тон стал деловой, лицо серьёзное, глаза загорелись и вообще она стала выглядеть как вполне взрослая девушка. Наверное, он просто никогда не общался с Машей близко и не замечал подобных её качеств. В школе она была тихой и незаметной: на классных собраниях сидела за своей партой, слушала, не мелькая перед глазами и не вступая в дискуссию, на репетиции просто делала то, что скажут и особенно не выделяясь. То есть была полной противоположностью ей сегодняшней. Щербин улыбнулся про себя, замечая, что его бывшая одноклассница повзрослела и больше не влюблена в него. Зато, очень хорошо было видно – у неё есть кто-то, кого она любит, так, как никого и никогда ранее. «Надеюсь, теперь тебе ответили взаимностью и счастьем, - подумал Андрей, - Ты ведь этого заслужила. Наверно именно потому, что сейчас ты встретила того самого человека, ни до этого, ни сейчас я не смог бы влюбиться в тебя. Хотя бы по этой причине стоит пожелать тебе удачи».

***

      После того, как она доделала дела в редакции, Маша поспешила к своим друзьям. Они ждали её неподалёку в одном небольшом уютном кафе на углу. Когда она пришла, они уже собирались расплачиваться. Готесса вначале хотела обидеться, но когда узнала, что Алина попросила завернуть подруге с собой любимый Машин чизкейк, то сражу же передумала дуться и с радостным настроением принялась обнимать Алину. Та только смеялась в ответ и отбивалась.       Пока наша героиня была в редакции, Алина с Митей успели пристроить помимо Сасори и Какаши ещё Кисаме и Тоби. Бедная Алина еле оттащила Тоби от прилавков с мягкими детскими игрушками и сейчас, уже стоя на платформе и ожидая электричку, всё это пересказывала подруге, под ехидные и весёлые комментарии Акацук и Орочимару. Митя совсем недавно уехал, так и не дождавшись Машу и оставив подруг наедине с шиноби. Те не особенно обиделись, ведь они понимали, что другу готессы надо было обязательно встретить свою Сашу из института, чтобы в такое позднее время с ней ничего не произошло. Тут Алина вспомнила о школе и несделаных уроках и застонала:        - Вот же, я совсем забыла – а уроки-то я и не сделала! Хотя мне ещё повезло: вон у тебя завтра черчение, ты на него явно лишние часа два угробишь...        - Черчение?! – расширились от ужаса глаза Маши. – О нет, я же ну совсем не умею нормально чертить, с глазомером у меня не важно... Что же делать?... Тут Какаши спокойно заявил, доброжелательно улыбнувшись:        - Насколько я помню, чтобы делать марионеток, надо уметь достаточно точно чертить для них чертежи. Значит, Сасори, вы должны уж точно иметь по этому предмету не меньше «отлично». Маша чуть по лбу себя не хлопнула, размышляя, как она первая до этого не додумалась.        - Если хочешь, могу тебе помочь и научить как правильно делать хорошие чертежи, - спокойно произнёс Акасуно, чуть повернув голову к девушке, - Попроси маму остаться у нас на ночь и мы сможем с тобой позаниматься.        - Правда??? Спасибо, Сасори-сан! – радостно подпрыгнула готесса, сверкая счастьем. - Скажу маме, что я у Алины осталась ночевать, чтобы она не сильно ругалась.        - Чуть что - так сразу Алина, - фыркнула анимешница. - Ну да ладно, так и быть, подстрахую тебя. Нельзя же, что бы ты двойку получила.       - Спасибо, Алин, - благодарно улыбнулась Маша и обратилась уже к Хатаке. - И вам спасибо, Какаши-сан, что подсказали.        - Не за что. Всё понимаю, и сам был когда-то дзюнином.       Все сели в подъехавшую электричку и поехали обратно. По дороге домой, Маша заснула у Сасори на плече, поскольку очень устала. Акасуно не стал её тревожить, когда они доехали, а взял на руки и донёс до дома, в котором временно расположились ниндзя. Но как только шатенку положили на диван, она мигом проснулась.        - А? Что такое, почему я у вас дома? – зевнув и потерев по-детски глаз ладошкой, сонно спросила девушка. Сасори улыбнулся и присев на край дивана, тихо ответил:        - Ты слишком крепко спала, не хотелось тебя будить. Поэтому я тебя донёс до нашего дома.        - Да? Ой, прости, я нечаянно заснула... Что-то сил нет совсем. Все эти работы, дела в редакции, Толя со своими издевками, ещё эта неожиданная встреча с Андреем... - потягиваясь, пробормотала Маша. У Сасори в тот же миг окаменело лицо и делано-равнодушным тоном, он поинтересовался:        - Что за Андрей?        - Да так, Андрей Щербин - мой бывший одноклассник. Просто не ожидала, что именно он станет моим помощником в редакции, - пожала плечами готесса, с огорчением замечая, что Акасуно снова помрачнел.        - Просто одноклассник? Уверена, что он ПРОСТО бывший одноклассник? – тихо и как-то зло переспросил кукловод. Маша попыталась коснуться руки красноколосого акацуки, но он отдёрнул её в тот же миг, как от раскалённой солнцем железной скамейки. Готеса закусила щёку изнутри, понимая что сейчас она опять поссорится с человеком, которым она даже в чём-то восхищалась.        - Да, он просто бывший одноклассник. Почему ты переспрашиваешь?        - Хотя бы потому, что в твоём дневнике написано слегка по другому...        - Ты читал мой дневник?!- в свою очередь разозлилась девушка. Мастер Марионеток скривился и ответил с ядом в голосе и злостью в глазах:        - Да, читал. Значит, не отрицаешь, верно?...        - Не отрицаю, - холодно и раздражённо чуть ли не прошипела она в ответ. – Какое тебе дело, кто такой Андрей?! Чего ты злишься, ревнуешь? Прости, но мы не состоим с тобой ни в каких особых отношениях, чтобы ты мог предъявлять претензии! Тем более, даже если я и любила Щербина полтора года назад – это было давно и... – Сасори прервал Машу, зло вцепившись ей в плечи и повалил на диван. Склонившись, он прошептал, с плохо скрываемой яростью в голосе:        - Значит не отрицаешь? И я не имею права?...Да ты что?!        - Отпусти, - тихо и спокойно сказала Маша. - Отпусти же, синяки оставишь, - Сасори разжал пальцы и упёрся руками по обе стороны от Машиных плеч, а она продолжала. - Да, я любила Андрея в течении восьми лет. Да, я ему даже признавалась в этом. Но сейчас мои чувства остыли. Помню, ещё совсем недавно, ведь полтора года это и вправду недавно, моя душа шевелилась, при тихом и всегда слегка безразличном голосе этого парня. Но вот сейчас этого уже нет. Не спорю, я была рада его увидеть через полтора года после переезда, было здорово с ним пообщаться, хотя бы потому, что он меня выслушал когда-то, не высмеял и не оттолкнул. При этом, я отчётливо поняла, что я окончательно освободилась от него и яркие, сильные, пламенные чувства угасли, как не поддерживаемый костёр в лесу. И это, наверное, к лучшему. А теперь, если позволишь, я хотела бы встать – не очень уютно, когда над тобой нависают и с яростью смотрят в глаза.        Кукловод встал и позволил готессе, наконец, тоже подняться на ноги. Отвернувшись, девушка уже хотела выйти из комнаты, но Сасори осторожно взял её за запястье и попросил:        - Подожди.        - Да? – Маша обернулась, с какой-то грустью посмотрев на Акасуно. А тот, в упор взглянув ей в глаза, спросил, спокойно, тихо, так же, как обычно:        - Скажи, зачем ты тогда передала с той девушкой твой рисунок со мной? Зачем ты это сделала?       Маша слегка покраснела и уже хотела отвернуться, но кукловод не дал ей этого сделать. Он взял её подбородок двумя пальцами, заставляя смотреть ему в глаза:        - Зачем?        - Просто... – девушка запнулась, но взяв себя в руки постаралась закончить свою мысль - ...просто мне показалось, что я тебя обидела чем-то, в том разговоре, ну и я таким образом... ну...        - Пыталась признаться мне в любви? – спокойно прошелестел голос Красного Скорпиона, отдаваясь в ушах готессы. Она покачала головой и сконфужено пробормотала:        - Да нет, я пыталась извиниться...        - Жаль, - склонив голову набок, произнёс Сасори, - хотя тоже неплохо, рисунок вышел и вправду красивый. Выполнен с чувством, можно сказать с любовью...       - Да что ты заладил?! - возмущённо фыркнула Маша. Сасори как-то по особенному взглянул на девушку, притянул её к себе за подбородок и чуть ли не в самые губы прошептал        - Может потому, что я сам тебя люблю?        - Ты?.. – поражённо прошептала девушка пересохшими губами, заливаясь краской пуще прежнего.        - Да, я. И ведь это взаимно, не так ли?       Смущенный взгляд в строну послужил кукловоду лучшим ответом. Он преодолел те несколько сантиметров, обделявших их, припав к губам девушки. Судорожно вздохнув, та прикрыла глаза как бы давая молчаливое согласие. Сасори пробовал Машины губы на вкус легко, но настойчиво, проникая внутрь языком, лаская неторопливо. Маша зажмурилась, но приоткрыла рот шире, позволяя Сасори больше вольности в действиях. Двое целовались, упиваясь вкусом друг друга. Девушка не помнила, когда обвила его шею рукой; юноша не помнил, когда зарылся в волосы и стал настойчиво притягивать к себе за затылок. Были только они, осталась только сладость губ, нежность его языка, теплота её дыхания и шум крови в ушах. Маше дыхания не хватает, она крепче вцепляется в его плечи, а Сасорин язык все ласкает, сминая её губы своими. Сколько они так целовались? Наверное, ни один, ни второй не сказал бы этого. Время имеет свойство размываться, когда любимый человек находиться рядом... Может, они поторопились? Может, надо было ещё чуть-чуть потерпеть, прежде чем обличать свои чувства перед друг другом? Но всё-таки более счастливых людей было сложно сыскать в данный момент. Любовь не переносит тех, кто слишком долго демонстративно поворачивался к ней спиной. Любовь любит решительных и смелых, которые именно потому и не делают ошибок, что не боятся их совершить. Наверно поэтому, вовремя понять, что в любых отношениях важна искренность – одна из главных задач человека. Пожалуй, другого и не надо. Только тот, кого любишь, большего не требуется для настоящего счастья.